Дни затишья

      С того времени, как их компания обосновалась в рыбацкой деревушке, Шиноа с Мицубой старались взять на себе все обыденные дела: от стирки до готовки, — хотя делать этого они не умели. Обе они выросли в знатных семьях, и основной упор в обучении был совсем не на те умения, которыми должна была обладать каждая девушка, — их учили быть сильными и стойкими солдатами. Поэтому в таких простых домашних делах лучше них был даже Мика. Он всё время ворчал на тему того, что эти людишки не могут управиться с такой обычной работой, а как оружием размахивать и с вампирами сражаться — так это легко. Юи на это всё только улыбался, изредка посмеиваясь, и говорил Мике:       — Как в те времена.       На что и сам вампир не мог сдержать улыбки. Но улыбались они не совсем радостно, и Шиноа понимала их, ведь историю этих двоих знала очень хорошо. Однако, она старалась не вмешиваться; им не нужны были лишние слова, они отлично понимали друг друга и без слов, и в этом находили успокоение.       Готовить в итоге стал Кимизуки, у которого к этому был просто талант; тогда ребята могли быть спокойны за безопасность своих желудков — Шиноа этого им до конца так и не простила.       Со стиркой проблем у них не возникло, может, потому, что, не углядев, спалить было нечего, а может, потому, что эти самые источники огня были далеко от вещей. Но это занятие им уже доверяли без опаски и не наблюдали за каждым движением, раздражая настолько, что временами Мицуба была очень похожа на Цербера.       Сегодняшний день не стал отличительным от других, и все дела проводились в обычном темпе — только ветер дул сильнее, чем вчера. Его порывы временами были настолько резкими, что приходилось крепче сжимать в руках простыни, чтобы ненароком их не унесло. Уже развешенные вещи неприятно хлыстали по лицу. Мицуба в очередной раз что-то недовольно пробурчала под нос. Шиноа на это легко улыбнулась, слыша, что Юи снова возится с деревенскими детьми — ей не нужно было поворачиваться, чтобы в этом окончательно убедиться, всё было и так отчетливо слышно.       Они с Мицубой почти закончили: вокруг них почти всё было завешено белыми простынями, что скрывали их от друзей, которые рядом возились со своими делами. Шиноа внимательно осмотрелась и, хитро улыбнувшись, повернулась к Мицубе.       — Эй, Ми-чан, — позвала она её.       Стоило Мицубе обернуться, желая спросить чего Шиноа нужно, как порыв ветра взметнул простыни, и они скрыли девушек от чужих взглядов. В один миг младшая Хиираги успела дернуть девушку за руку к себе и невесомо поцеловать её, создавая ощущение, что губ её коснулись вовсе не губы, а что-то будто бы нематериальное, что-то подобное шелковым лентам. Шиноа успела отстраниться до того, как поры воздуха иссяк, отпуская вещи и вновь открывая их для мира.       Сангу моргнула, недоуменно смотря перед собой. Когда же произошедшее дошло до неё, она гневно взглянула на Шиноа и тихо зашипела на неё.       — Ты что творишь? А если бы увидели? — Она нервно осмотрелась, убеждаясь, что на них не обратили внимания.       — И что тогда? — Шиноа пожала плечами. — Будто бы они не знают об этом.       Она не стала упоминать о Юи и Мике, которые особо ничего и не скрывали, вернее, Юи не скрывал, а у вампира собственно и выбора не оставалось. Пусть он всё же и старался в особо трепетные моменты скрывать их двоих от чужих глаз. У него это неплохо получалось, просто это Шиноа иногда лезла, куда не нужно.       — Да и, — продолжила Шиноа, — я всё четко рассчитала, Ми-чан, поэтому не волнуйся. Нас никто не увидит.       Ветер подул вновь, и Шиноа повторила своё действие, чуть дольше прижимаясь в поцелуе к Мицубе, от чего та начала переживать. Отстранившись, Шиноа осмотрела красную, сжимающую кулаки Мицу и ухмыльнулась, ожидаемо выслушивая весь поток возмущений, который девушка шептала, не желая, чтобы их услышали.       Этот день почти удался, — подумала Шиноа, когда в третий раз этот же трюк провернуть ей не удалось.