Соответствие всем параметрам

Несмотря на заваренный предусмотрительной Мичиру успокаивающий чай с мятой и валерьяной, Харука долго не могла заснуть — ее мучили мысли о предстоящем дне. Что, если мать и отец обидят и оскорбят Мичиру? Что, если Мичиру, увидев ее родителей, начнет думать по-другому о ней, Харуке? Что, если она не захочет связываться с такими типами, как семья Тено, не захочет таких проблем, не потерпит такого отношения к себе? Харука очень старалась не ворочаться, чтобы не потревожить свою любимую, однако та, словно подслушав ее мысли, сама открыла ясные глаза и устроилась рядом с ней, удобно положив голову на руки. — Не спишь, — констатировала она. — Мне тоже совсем не спится. Только вовсе не потому, что я боюсь твоих родственников, Хару… Харука недовольно отвернулась и уткнулась в подушку, но Мичиру, поняв, что творится в душе любимой, бережно погладила ее по спине. — Знаешь, Харука… — сказала она, помедлив. — Мне, наверное, вообще не стоило говорить тебе об этом письме… Но в любом случае, — увидев, как Тено с возмущенным видом поворачивается к ней, она прижала пальчик к ее губам, — я хочу, чтобы ты знала — мне все равно, кто твои родители, если ты не любишь их и не хочешь с ними общаться… Я хорошо знаю, какая ты, и крепко люблю тебя, Харука… Ничьи слова не заставят меня подумать о тебе плохо — точно так же, как ты не веришь написанным обо мне статьям в желтой прессе… — Это ты о той газетенке, что написала статьи «Гарем скрипачки Кайо Мичиру»? — не удержавшись, усмехнулась Харука. — Я сидела у Сец, когда Хотару принесла нам эту статейку. Помню, тогда нехорошо ржала даже сама Сецуна, не говоря уже обо мне… Кстати, тебя там описывали, как царицу Клеопатру — «приведите ко мне накаченного миллионера», а наутро — «казнить его!» — Ну вот, — тоже тихонько засмеялась Мичиру. — И поверь мне, мнение людей, которые бросили тебя на воспитание бабушке и присылали открытки по большим праздникам, весит для меня не больше, чем мнение создателей желтой газетенки… — Я люблю тебя, Мичи, — успокоено улыбнулась Тено. — И если ты не разлюбишь меня после слов матери и отца, которые, уверена, найдут, что обо мне сказать, то… — Я тебя сейчас прибью, — серьезно ответила ей Мичиру, хмурясь. — И тогда… — Я тебя люблю, — ничуть не испугавшись, снова улыбнулась Харука. — Иди ко мне — я обниму тебя крепко-крепко…

…

— Как думаешь, уместно будет принести им цветы и конфеты к чаю? — поинтересовалась Мичиру, забирая Харуку с трека. — Или они сочтут это грубым подхалимажем и едва ли не взяткой? — Могут и счесть, — со вздохом призналась Тено. — Но все-таки это неплохая идея — мама… — Собирает редкие горшечные растения, я знаю, — кивнула Мичиру. — И вечно сидит на каких-то особых диетах… Вот поэтому-то я прикупила ей миленькую Азалию, — она достала из пакета нарядно упакованный цветочный горшок. — Какого-то особого сорта… она же не швырнет в меня горшком, правда? — уточнила Мичиру вполне серьезно. — Нет, — почти счастливо улыбнулась Харука. — Моя мама не подарок, но она все-таки не психичка… И ты удачно придумала с горшком, Мичи — выбросить редкий красивый цветок в горшке у нее не поднимется рука… — Я только не понимаю, кто из твоей родни отнесется ко мне хоть немного мягче — мать или отец? — продолжила вслух рассуждать Мичиру. — Конечно, я планирую действовать не слишком красиво, но главное — понравиться тому, кто в случае чего, сможет за меня заступиться… — Отец, — ответила Харука, помедлив. — Моя мама всерьез считает, что если бы я не встречалась с тобой, я, возможно, вернулась бы на путь истины — то есть, нашла себе нормального парня… Ну, и еще она думает, что ты позарилась на мои деньги, Мичи… Тот факт, что когда мы полюбили друг друга, я была уже давно уверена в своей ориентации, и была известна не более, чем ты, ее не волнует, — вздохнула Тено. — А папа… он гораздо добрее мамы. Просто он… тоже хотел дочурку — нормальную, а не такую как я… Я разочаровала их, и они, поиграв со мной лет до пяти, поняли, что я практически безнадежна, и им не удастся заставить меня одеваться в платьица и носить бантики в длинных локонах… — Ты самая лучшая, Харука, — Мичиру, впервые проигнорировав правила хорошего тона, поцеловала ее в уголок губ. — Я все время думаю, как мне с тобой повезло — ты очень красивая и внешне, и внутренне… Я, кстати, хотела посоветоваться — подойдет ли, если мы принесем для твоей мамы конфеты на фруктозе, а для папы — обыкновенные? Или твоя мама обидится? Я просто хочу угодить ей, но мне кажется, если твой папа часто слушается жены, ему уже осточертело это здоровое питание… — Думаю, это тоже неплохая идея, — улыбнулась Харука. — А что ты наденешь, Мичи? Нет, ты выглядишь прекрасно в любом наряде… Кайо улыбнулась. Она хорошо понимала, что ее любимая лелеет робкую, скрываемую даже от самой себя надежду, что эта встреча пройдет хотя бы без особенных неприятностей… — …я просто не хочу, чтобы моя мать бросила тебе, что ты одета как… — Харука замялась. — Прости, родная, но моя «матушка»… Мичиру недовольно качнула головой. — Знаешь, Харука, я оденусь так, как если бы я шла на собеседование… ну, разве что, не в деловом костюме… Нет, скорее, не на собеседование, а договариваться с директором консерватории о новом концерте… — прикинула она. — Но все же постараюсь быть привлекательной — твоя мать очень красивая и ухоженная женщина, и я уверена, что ей хочется увидеть меня какой-то легкомысленной бестолочью, которая, к тому же, не умеет одеваться и следить за собой… Харука, вздохнув, оглянулась и, увидев, что они находятся в зоне видимости разных людей, только нежно погладила пальчики своей милой.

…

— Харука… — слегка замялась Мичиру, когда они, оставив машину на парковке, не спеша подходили к дому. — Пожалуйста, послушай меня — я прошу тебя, умоляю, не бросайся сразу же на мою защиту, если тебе не понравятся слова твоих отца или матери… — Мичиру… — Я прошу тебя, — повторила Кайо, поправляя ей галстук и приглаживая выбившийся вихор. — Со мной ничего не случится, пока ты рядом, но… я в чем-то лучше смогу понять твою мать, а значит, смогу и договориться…

…

— Ну что, она, конечно же, опоздала? — поинтересовалась госпожа Тено-старшая, с раздражением глядя на часы. — Кейко, наши часы стоят! — Извините, Тено-сама, я только сегодня подводила их по Гринвичскому меридиану, — возразила горничная. — Сейчас без пяти минут четыре, но если вы хотите, я могу проверить их еще раз. — Не нужно, — отмахнулась госпожа Тено. — Она все равно опоздает… Кейко, выгляни-ка в окошко, будь так любезна, посмотри, не явилась ли госпожа Кайо Мичиру… Раньше, чем горничная успела поклониться и заверить, что уже направляется выполнять приказание, в доме раздался мелодичный звонок. — Тено-сан и Кайо-сан ожидают вас в гостиной, — через минуту доложила Кейко, открыв дверь и возвратившись наверх. — Передать им, что вы сейчас спуститесь? — Кейко, скажи, эта девица очень вульгарна? — вместо ответа со вздохом спросила Тено Акеми, прижимая руки к вискам. — Она вызывающе одета? Ярко накрашена? Обвешана побрякушками? — Я бы не сказала так, Тено-сама, — возразила горничная. — Но я думаю, вам стоит самой взглянуть на эту девушку…