Причал

      Пташка закончила старшую школу.       Он слышал, что Санса собирается провести промежуточный год между школой и колледжем, путешествуя по Европе и Азии, и перед началом своего путешествия она проведет несколько недель с Джоффри, после чего полетит в Париж. Она планировала остановиться у Баратеонов, так как ее семья это лето проводила не на юге.       Этим летом Сандору наконец пришлось признать, что Санса больше не была маленькой девочкой, хотя бы по своему внешнему виду. Он заметил это еще годом раньше, но теперь это было уже просто невозможно игнорировать. Ему стало трудно не замечать ее покачивающиеся бедра и округлую грудь, когда она настойчиво выставляла себя в бикини у бассейна. Она была высокой девушкой и совсем не худышкой, как те модельки, что ошивались в компании Джоффри, когда Сансы не было поблизости.       Что-то произошло за тот год, во время которого Сандор не видел ее. Он немного стеснялся своей грубоватой неотесанности, но раньше не испытывал такой неловкости в ее присутствии. Она выглядела такой уверенной, словно осознавала, что была очень красивой и привлекала внимание не только молодых людей, но и взрослых мужчин. В то же время в ней сохранилась какая-то милая непосредственность, которую она не смогла до конца искоренить в себе даже под далеко не святым влиянием Джоффри.       Дом Баратеонов тем летом был переполнен в честь приезда младшего брата Роберта Баратеона – Ренли, который постоянно приглашал приятелей из колледжа, чтобы воспользоваться бассейном и баром старшего брата. С раздражением Сандор замечал, как парни посматривают на Сансу, хотя знал, что сам был не лучше их. Больше всего Сандор раздражал сам себя, понимая, что засматривается на нее все чаще и чаще. Казалось, его глаза сами начинают выискивать ее, стоило ему зайти в комнату, а уши были настроены на диапазон ее голоса. Он еще не мог припомнить случая, когда женщина, к тому же вдвое моложе его самого, так сильно досаждала ему.       У Сандора и так хватало поводов для беспокойства, и в настоящее время его больше всего заботили обнаруженные им пластиковые пакетики с белым порошком в машине Джоффри. К тому же маленький засранец соврал ему насчет их. - Это не мое, клянусь! Я просто хранил их для своего друга. - Это не очень оригинальная отмазка, Джоффри. Как давно ты принимаешь это дерьмо? - Я никогда это не принимал! Я же сказал, что это не мое. - Ты давал это дерьмо кому-нибудь еще? Санса пробовала эту хрень? - Санса? Разумеется, нет! – Джоффри выглядел оскорбленным. – Говорю же, это не мое!       У Сандора не было никаких доказательств, а этот мелкий засранец всегда был предельно осторожен с ним, но, тем не менее, он сообщил о своей находке его отцу, потому что это была его работа. Роберт Баратеон лишь отмахнулся и велел тщательнее присматривать за его сыном. Точно также он поступил, когда Сандор сообщил ему о том, что Джоффри курит травку. Запоздало Сандор осознал, что это был лишь вопрос времени, когда Джоффри перейдет от травы к выбору другого наркотика.       Все, что ему оставалось делать, так это находить и уничтожать пакеты с порошком перед лицом Джоффри, но маленький ублюдок лишь посмеивался над ним. У пацана было слишком много денег, и Сандор не сомневался в том, что тот без проблем накупит себе новых.       Он был уверен в том, что Санса пока не употребляет наркотики, но учитывая ее внушаемость, его прошибал холодный пот от мысли, что она может быть замешана в подобные вещи. Пусть Роберт Баратеон и закрывал глаза на то, что его собственный сын употребляет наркотики, однако разразится настоящая катастрофа, если с Сансой что-нибудь случится, пока она будет находиться под присмотром Роберта.       Вырвавшись из плена собственных размышлений, Сандор обнаружил, что находится снаружи отеля, в пентхаусе которого у Джоффри и Сансы была устроена вечеринка с кучей других сопливых мажоров. Поведение Джоффри было в тот день нестабильным, а это был верным признаком того, что он находился под воздействием какой-то дури, и на всякий случай Сандор хотел оставаться поблизости.       Внутреннее чутье не подвело его и в этот раз, когда где-то после полуночи ему позвонила плачущая Санса. - Ты должен увести его отсюда… он никого не слушает, - умоляла Санса. – Он кое-кого ударил! - Успокойся, - произнес Сандор, его длинные ноги уже несли его от машины в сторону входа в отель. – Где вы? - В ванной, - голос Сансы задрожал. – Здесь кровь.       В пентхаусе было полно народу, однако повисла гробовая тишина, когда он вломился в комнату. Он заметил разбитую посуду на полу и следы размазанной крови, которые вели к симпатичному молодому человеку с песочным цветом волос, держащего у щеки окровавленное полотенце. Сандор разразился градом ругательств, когда узнал юношу. Гаррольд Хардинг – наследник всего состояния группы компаний Сокол. Семья Хардингов была крупнейшим игроком в строительном бизнесе.       Хардинг тоже узнал его и зло бросил в его сторону: - Передай Баратеону, с ним свяжется мой адвокат.       Сандор нашел Джоффри в ванной с лицом, залитым кровью, пятна от которой были даже на воротнике. Основным источником кровотечения оказался нос, который, скорее всего, был сломан, и еще у него были разбиты губы. Очевидно, Гаррольд нанес ответный удар, и теперь лицо Джоффри было уже не таким симпатичным как прежде. Он метался по комнате, матерясь и иногда ударяя кулаком по ладони.       Санса стояла в уголочке, вся в слезах и на нервах. Ее мини-юбка с блестками была испачкана кровью со следами попыток оттереть ее рукой. Маргери пыталась всучить Джоффри чистое полотенце взамен того, что висело у него на плече, но он игнорировал ее попытки. - О чем ты, бл*дь, только думал? – хрипло наехал на него Сандор, выхватывая у Маргери чистое полотенце. - Он заслужил это, - прошипел Джоффри, в конце концов, принимая полотенце от Сандора. – Херов Хардинг обозвал меня бастардом. - Так ты ударил его? – Сандор был не удивлен этому. – Ты, поганое отродье, твой отец этому не обрадуется. - Ты думаешь меня это е*ет? – голос Джоффри звучал гнусаво и низко, он дышал ртом. - Скорее всего, Хардинги подадут в суд. - И что? Он назвал мою маму шлюхой. - Ты ударил его. А это нападение. - Мы просто откупимся от него, как отец поступал со всеми остальными, - пожал плечами Джоффри. - Хардингу не нужны деньги, - Сандор обернулся к Сансе. – Прекращай реветь. Нам нужно отвезти его в больницу.       Рыжая кивнула и шагнула к раковине, чтобы помыть руки. На ее плече была кровь, и сначала Сандор подумал, что это кровь Джоффри, пока не увидел свежие разводы. - А с тобой что за чертовщина случилась? – Сандор резко схватил ее за руку, притягивая поближе, чтобы рассмотреть рану. - Ничего, - Санса пыталась отдёрнуть руку обратно. - Да черта с два это ничего.       Вмешалась Маргери: - Она пыталась встать между ними, но… эм…Джоффри случайно столкнулся с ней, и она упала на разбитый бокал.       Сандор заскрежетал зубами, понимая то, что от него пытались скрыть: скорее всего, Джоффри оттолкнул Сансу, чтобы она не мешала ему добраться до Гаррольда Хардинга. Порез на ее руке был немаленьким, и он надеялся, что на ее красивой светлой кремовой коже не останется шрама. - Нужно, чтобы тебя тоже осмотрели. - Я в порядке, - Сансе удалось вырвать свою руку из его захвата. – Это просто царапина. - В ране еще могут оказаться осколки, дурочка! – рявкнул он. - Хочешь, чтобы я поехала с тобой? – Маргери адресовала свой вопрос к Сансе, но рыжая отказалась. – Тогда увидимся завтра. - Едем, - проворчал Сандор, и поручил им собрать свои вещи.       Санса дрожащей рукой передала ему куртку Джоффри, как можно тише и быстрее он вывел их из пентхауса. Судя по преследовавшему их шепоту, Роберту Баратеону придется заплатить много денег, чтобы заставить людей молчать. Гаррольд Хардинг был совсем другое дело.

____________________________

      Было около четырех часов утра, когда он свозил обоих молодых людей в больницу и привез их обратно в дом Баратеонов. Врач вколол Джоффри обезболивающее, которое свалило того с ног и, к счастью, заставило проспать всю дорогу до дома. Санса перестала всхлипывать, но молчала всю дорогу. Сандор догадывался о том, что творилось у нее в голове, но воздержался от комментариев.       Серсея с нетерпением ждала их в дверях, в то время как Роберт общался по телефону, вероятно со своим адвокатом. Позади него Ренли вальяжно потягивал виски из стакана, одетый в ту же самую одежду, в которой Сандор видел его накануне вечером. Серсея бросилась к своему сыну, стоило только автомобилю затормозить у ворот, она разбудила его, прежде чем отвести в спальню. Роберт мельком взглянул на Сансу, отметив повязку на ее руке. - Я в порядке, - заверила его Санса. – Это был несчастный случай. Доктор сказал, что все очень быстро заживет. - Ты должна простить его, Санса, - попросил Роберт девушку. – Парень совсем не умеет держать себя в руках, когда выпьет.       Когда Санса отвечала, выражение ее лица стало настороженным: - Он… он сегодня весь вечер был немного не в себе.       Именно в этот момент Сандор убедился в том, что Санса знала о том, что Джоффри принимает наркотики. - Я уверен, что утром Джоффри снова придет в норму, - произнес Роберт, хотя и не слишком убедительно. Санса избегала взгляда мужчины, но она дала правильный ответ, и отец Джоффри успокоился. – Тебе стоит немного поспать, милая.       После того как Санса удалилась, Ренли издал пьяный смешок: - Джоффри врезал Гаррольду Хардингу? Гребаному наследнику Гарри? - Этот ребенок с самого рождения приносил одни проблемы, - проворчал Роберт, почесывая бороду. – Чем старше он становится, тем больше проблем. - На глазах у кучи людей он набросился на парня, которого нельзя купить, - рассмеялся Ренли. – Грандиозный пиз*ец. - Полный пиз*ец, - Роберт схватил стакан Ренли и опрокинул в себя все его содержимое.       После этого Сандор отправился к себе домой, чтобы поспать несколько часов.       Когда поздним утром он снова вернулся в дом, то обнаружил Роберта, орущего на своего сына, и Серсею, в свою очередь орущую на мужа. - Ты гребаное позорище, - ругал Роберт сына. – Ты хоть представляешь, какая некрасивая выйдет история, если Гаррольд вынесет все это на публику? - Это все, что тебя волнует, да? Чтобы он заткнулся? – возмущался в ответ Джоффри. - Жаль, что он не вмазал тебе еще сильнее, - рычал Роберт. – Фингал под глазом отлично бы сочетался со сломанным носом! - Отстань от него, Роберт! – вмешалась Серсея. – Если бы ты был хорошим отцом и примером… - Не смей сваливать все на меня, женщина! – обернулся в ее сторону Роберт. – Много ли пользы принесло твое вечное сюсюканье с ним?       Сандор благоразумно удалился и отправился на поиски Сансы. Он нашел ее у бассейна, она лежала в шезлонге под большим зонтом, чтобы защитить свою кожу от ожога. На ней были джинсовые шорты, а поверх синего бикини была надета прозрачная белая блузка. Она выглядела спокойной, но под ее глазами залегли тени.       Он уже сделал несколько шагов в ее сторону, намереваясь проверить рану и спросить ее о том, знала ли она о наркотиках Джоффри, когда в дверном проеме нарисовалась Маргери Тирелл. Он застыл на месте, понимая, что подслушивая, выяснит гораздо больше, чем при допросе. - Санса, как ты? – поприветствовала ее более взрослая девушка. – Ты хоть поспала немного? - Я в порядке. Как ты? Во сколько ты вернулась прошлой ночью?       За несколько минут девушки обсудили события этой ночи и то, что происходило между Джоффри и его родителями утром. - Это ужасно, - вздохнула Санса. – По-видимому, адвокат Гарри уже связался с адвокатом дяди Роберта. Джоффри ничего такого не говорили… что могло бы его так взбесить… это получилось не специально… Гарри всего лишь пообщался со мной, вот и все. Все могут подтвердить это.       Ага. Теперь перед Сандором открылась полная картина. Гарри-Наследник флиртовал с Сансой, и Джоффри это не понравилось. Недоноску и в обычные дни не доставало самоконтроля, а если он баловался коксом, то Джоффри реально превращался в бомбу замедленного действия. В это время более опытная Маргери наставляла Сансу: - Санса, - Маргери придвинулась к ней поближе. – Если я расскажу, что ты могла бы кое-чем помочь Джоффри, ты бы сделала это? - Разумеется, - не задумываясь, ответила Санса. – Что именно?       Маргери вздохнула и позвонила кому-то по телефону: - Алло… Да, она здесь.       Она передала телефон Сансе, которая неуверенно приняла его: - Алло, а кто это? Гарри…       Сандор покачал головой, догадываясь, что последует дальше, но все равно продолжал слушать. - Я не понимаю, - произнесла Санса. – Ты собираешься подать в суд, и всё, что мне нужно сделать, так это согласиться поужинать с тобой?       А что тут непонятного? Думал Сандор. Цена за молчание Хардинга была Санса. Хардингу сколько? Двадцать один? Двадцать два? Молодой, но уже достаточно взрослый для тех игр, в которые играют мужчины. Ты скоро станешь женщиной*, Сандор следил за выражением лица Сансы, пока она разговаривала по телефону, замечая ее сомнение и потрясение. Вероятно, предложения такого рода не вписывались в картину ее воображаемого королевства. Это реальный мир, и тебе лучше бы осознать, что здесь играют не по правилам . - Хорошо, Гарри, - сказала Санса. – В субботу я поужинаю с тобой.       Сандор стиснул зубы и заставил себя уйти, от всей души надеясь, что это будет всего лишь ужин с французской кухней, и Гаррольд Хардинг будет удовлетворен обычным разговором.       Спустя несколько дней настрой в доме Баратеонов заметно улучшился. Обвинение против Джоффри было снято, и о нем больше не упоминалось. Помощник Гаррольда Хардинга доставил на дом корзину со сложной композицией из орхидей в качестве знака доброй воли вместе с карточкой, адресованной Сансе, в которой восхвалял ее обаяние. - И как же тебе удалось обаять его, Санса? – с намеком поинтересовался за обеденным столом Ренли в тот вечер.       Санса осмелилась бросить быстрый взгляд на Джоффри: - Я просто встретилась с ним и извинилась за доставленные неприятности. Это было всего лишь недоразумение, и Гарри… Гаррольд это тоже понял. - Джоффри, тебе повезло заполучить такую девушку, как Санса, - оценивающий взгляд холодных зеленых глаз Серсеи прошелся по девушке, словно она впервые ее увидела. – Никогда не следует недооценивать обаяние прекрасной молодой женщины. - Что бы ты ему ни сказала, это сработало, – снова беззаботно усмехнулся Джоффри. – Я люблю тебя, малышка.       Сандор знал, что Джоффри прекрасно осведомлен о том, что Санса для него сделала. Но, судя по всему, он не имел ничего против того, что чужой мужчина мог тронуть его подружку, если благодаря этому с него самого снимут все обвинения.       Его это взбесило. Неужели он ошибался на ее счет? Неужели той невинной девушки, которую он помнил, больше нет? Он не хотел верить, что Санса могла так сильно измениться, чтобы действительно была способна продать себя… использовать свое обаяние таким способом.       На следующий день у него был выходной, и он был рад сбежать подальше от сумасшедшей семейки Баратеонов. Он пошел в паб, чтобы посмотреть футбол, после чего отправился покурить на свой любимый Старый Причал. Табличка «закрыт на ремонт» вернулась на свое место, и только некоторые из местных жителей слонялись неподалеку. Приближалось время заката, и на воде переливались разноцветными бликами огни заходящего солнца.       Он почувстовал ее приближение еще до того, как услышал скрип досок под ее ногами и до того, как ветер донес до него аромат ее духов. - Я этого не делала, - произнесла она ему в спину.       Сандор обернулся и оказался к ней лицом к лицу. Санса выглядела расстроенной, и он нахмурился, заметив, что под ее глазами все еще оставались темные круги. - Чего не делала? – угрюмо спросил он. - Того о чем они все подумали, - сказала она. – И о чем ты тоже подумал. Я видела, как ты посмотрел на меня вчера. - Ты не обязана передо мной оправдываться. - Я не спала с Гарри, - выпалила она. – Он меня и пальцем не тронул. - А че так? - Я сказала ему, что еще девственница, - Санса стала пунцово-розовой. - И он поверил тебе? – усмехнулся он. - Я и есть девственница, - ее голубые глаза полыхнули гневом. – Я сказала правду. - И как ты его убедила в этом? – Сандор как-то слышал сплетню о том, что Гаррольд обрюхатил свою одноклассницу, и мысль о том, что кто-то типа Гаррольда не сожрет такой лакомый кусочек, как Санса, была просто смехотворной. - Он совсем не такой, как о нем все говорят, - ответила она. – Не все мужчины ублюдки. - Думаешь, я поверю в то, что он с радостью отказался выдвигать обвинения против Джоффри в обмен на болтовню о погоде и тарелку с улиткой в чесночном соусе? - Просто потому что ты не можешь понять всю ценность общения… - Могу поспорить, у Хардинга был довольно веский стимул. -… вовсе не означает, что и остальные мужчины не могут, - закончила фразу Санса. – И это называется эскарго**. - Мне плевать, как это называется, - Сандор раздавил окурок о мусорку рядом с ним. – Как ты узнала, что я здесь? - Ты всегда приходишь сюда, когда у тебя выходной, - ответила Санса, пренебрежительно пожав плечами. – Сюда или в паб.       Он был удивлен, что она так хорошо знала его, но тогда он был человеком привычки и простых удовольствий. - Так ты разыскала меня здесь в мой выходной день, чтобы просто рассказать, что все еще девственница?       Санса вздрогнула и стала красной, как вареный рак. - Если ты еще собираешься мне сообщить, что Джоффри тебя не тронул, то я назову тебя чертовой лгуньей. - Я не знаю, зачем пришла искать тебя, - Санса покачала головой, и страдание исказило черты ее лица. – Я должна была догадаться, что ты не поверишь мне.       Сандор даже не допускал мысли о том, чтобы поверить ей. Было просто нереально, что Джоффри до сих пор оставил ее нетронутой, но боль в ее голосе казалась неподдельной. - Считай, я тебе поверил, - проскрежетал он. – В любом случае, почему это для тебя так важно?       На лице пташки отразилась неуверенность, Санса выглядела так, будто не могла найти подходящих слов. Ему стало интересно, испытывала ли она к нему какое-то уважение, потому что он никогда не считал, что они были достаточно близки для того, чтобы ее волновало, что он о ней может подумать. Он недоумевал, почему его мнение имело такое значение. - Потому что просто так, - она беспомощно развела руками в разные стороны. – Просто я не хочу, чтобы ты обо мне плохо думал. Я не настолько глупая… Я знаю, что порой такие вещи происходят, но никогда бы не стала делать ничего подобного. Я не из таких женщин… я не… я… - Достаточно, - он не мог больше это выслушивать. Она могла верить во что хочет, если от этого ее совести становилось легче. – А что думает Джоффри? Санса отвела взгляд, прежде чем ответить ему: - Он верит мне… он любит меня… - А ты, конечно, любишь его, - заявил он, и это прозвучало грубее, чем ему хотелось бы, словно он издевался над ней. - Конечно, - она чуть ли не оправдывалась, словно это было само собой разумеющимся. - Тогда это все, что тебя должно беспокоить, верно? – заметил он. – Теперь ты женщина, способная самостоятельно принимать решения. Но ты должна также быть готова справиться с последствиями этих решений.       Сандор даже не собирался утешать ее. Если она хотела, чтобы кто-то отпустил ей грехи, то обратилась не по адресу. - Я поняла, - кивнула Санса. – Это моя личная жизнь и все такое, да? Это был мой выбор помочь Джоффри и моя вина в том, что многие люди превратно истолкуют мои действия, поэтому я должна просто закрыть рот и смириться с этим. - Надеюсь, это того стоило, - он достал из кармана очередную сигарету и закурил. – А теперь иди домой, скоро стемнеет.       Санса проследила за струйкой дыма и несколько мгновений оценивала выражение его лица. Сандор даже не пытался скрыть своего недовольства. - Ты все еще такой же отвратительный, как и всегда, - она отвернулась и пошла прочь. - Люди не меняются, пташка, - сказал он ей вслед. – Запомни это.       Она так и не оглянулась, но небольшая заминка дала ему знать о том, что она все-таки его услышала. Довольно скоро ты превратишься в настоящую женщину, подумал он. Но если ты останешься с Джоффри Баратеоном, то тебе стоит поумнеть или стать более толстокожей.

____________________________

      Лето быстро закончилось для Сансы и Джоффри. Несмотря на все усилия Роберта, слухи о наркотиках и попойках Джоффри не прекращались. В попытке пресечь их, было принято решение отправить Джоффри в Париж. Несколько недель спустя Санса последовала за ним.       Шесть месяцев спустя Сандор услышал новость о том, что Джоффри попросил Сансу выйти за него замуж. ____________________________________ Ты скоро станешь женщиной* - отсыл к известнейшей песне Girl, You’ll Be a Woman Soon Эскарго** - изысканное французское блюдо из улиток, подаваемое с белым сухим вином.