Избрана судьбой

В тот вечер я боялся отпускать Виолетту. Да и она меня. Мы понимали, что нужны друг другу. Но ведь не ложиться нам в одну постель! Это выглядело бы весьма неоднозначно, и нас могли неправильно понять. Если Герман даже в банальном объятии умудрился увидеть какие-то намеки… Виолетта предложила, было, разойтись, а двери в комнаты не закрывать. Но тут я кое-что обнаружил: решетку вентиляции, расположенную на стене между нашими комнатами. Она держалась на четырех болтах, но особой необходимости в ней явно не было. Одолжив у садовника отвертку, я забрался на комод и снял решетку, открыв темную пыльную нишу, которая заканчивалась такой же решеткой в моей комнате. Затем, я и там тоже снял ее, создав нечто вроде окошка. Мы не могли видеть друг друга, но зато могли слышать. Уже что-то. Той ночью, как ни странно, я заснул быстро. Едва голова коснулась подушки, меня куда-то понесло. Мгновение — и я нахожусь в том же кабинете, который видел прошлой ночью. Та же обстановка, те же портреты на стенах, и даже тот же старик — Дамблдор — за столом. Изменилось немногое. Во-первых, не было того мужчины с сальными волосами — Снегга. А во-вторых, теперь у меня была другая точка обзора. То есть, если вчера я наблюдал за событиями со стороны, то сейчас прямо стоял в кабинете. Мог видеть свое тело, поворачивать голову и, наверное, даже говорить. — Здравствуйте, юноша, — приветствовал меня Дамблдор. При этом он говорил таким тоном, словно возникновение мальчишки в пижаме посреди кабинета было для него обычным явлением. Речь, конечно, была английской, но я знал этот язык. — Где я?! — очумело крутя головой, тоже по-английски спросил я. Хм… Ну, хотя бы говорить могу. Уже неплохо. Посмотрим, что будет дальше. — В Школе чародейства и волшебства «Хогвартс», молодой человек, — невозмутимо отвечал Дамблдор. — Надеюсь, мне не придется заставлять Вашу пижаму вспыхнуть, чтобы доказать правдивость своих слов? Очень этого не люблю. — Все в порядке, — переведя дух, произнес я. — Где Виолетта? — Сегодня ее здесь не будет, — покачал головой Дамблдор. — Сначала я должен побеседовать с Вами, юноша. Присядьте. Я торопливо сел на противоположный стул. Старый волшебник окинул меня пронизывающим взглядом своих ярко-голубых глаз сквозь очки-половинки. Затем, он соединил перед собой пальцы рук и произнес: — Позвольте представиться. Я — Альбус Дамблдор. Директор этой школы. Можете называть меня просто сэр. — Очень приятно, — благовоспитанно ответил я, почему-то сразу проникнувшись уважением к старику. — Меня зовут Федерико Гонсалес. Но лучше просто Федерико. И на «ты», пожалуйста. — Взаимно, Федерико, — улыбнулся Дамблдор. — Должен сказать, ты хорошо держишься. Я ожидал хотя бы удивления. Ты читал книги госпожи Роулинг? — Я лично — нет, — покачал головой я. — Виолетта читала. Она рассказывала мне о Вас. Дамблдор кивнул, глядя на меня с любопытством. — Что происходит, сэр? — задал я вопрос, который терзал меня весь день. — Какая опасность угрожает Виолетте? Что еще за Жертва? И самое главное: как ее спасти? — Виолетта рассказывала тебе о сильном темном волшебнике? — спросил Дамблдор. — Вы имеете в виду этого Волан-де-Морта? — уточнил я. — Именно. Кстати, ты молодец, что произносишь его имя. Большинство боятся. Но правда в том, что страх перед именем усиливает страх перед тем, кто его носит. И то, что ты назвал Волан-де-Морта Волан-де-Мортом, говорит о твоей смелости. — А можно сразу к делу? — нахмурился я. — Сейчас меня больше интересует Виолетта. Точнее — ее безопасность. — Да, да, понимаю, — спохватился Дамблдор. — Так вот, этот самый Волан-де-Морт все же добрался до древнего магического Контракта. Согласно ему, если он убьет юного магла из будущего… — Кого? — опешил я. — Магла. Так мы называем всех не волшебников. Если Волан-де Морт пробьется на несколько лет вперед и убьет юного магла, его уже никто никогда не сможет остановить. — А почему он выбрал именно Виолетту? — Выбрал не он. Контракт сам выбирает Жертву. И по какому критерию, никто не знает. — Понял. Но почему Вы выбрали в качестве защитника именно меня? Нет, я не против. Просто интересно. — Мой прибор показал, что вы с ней наиболее близки и что ты готов сражаться за нее до последнего. Единственный из всего окружения. — Не понял. А как же… — Оба ухажера Виолетты — редкостные трусы. Мой прибор показал, что на них нельзя рассчитывать в трудных ситуациях. Видимо, только ты один ее по-настоящему ее любишь. Я залился краской, но все же произнес: — Итак, что же я должен делать, чтобы защитить Виолетту? — Пока просто ждать, — ответил Дамблдор. — Если все пройдет хорошо, вы вместе сюда перенесетесь. — Куда? — нахмурился я. — Прямо в лапы к Волан-де-Морту? — Нет-нет, — покачал головой Дамблдор. — В то место, которое назначил я. Там безопасно. — И что, мы должны будем там остаться? — охнул я.  — На три дня. Контракт автоматически аннулируется после трех дней с момента перемещения. Потом вы вернетесь домой. Главное — держите физический контакт. Иначе, ты рискуешь застрять здесь. Кстати, то же самое произойдет, если Виолетту… — Ее убьют только в одном случае! — отрезал я. — Через мой труп! Поэтому тогда уже никто никуда не вернется! Дамблдор кивнул. Очевидно, он знал, что я так отвечу. Нет, Виолетта права. Старик, действительно, чрезвычайно мудр. — И, сэр, еще один вопрос, — сказал я. — Все это происходит во сне или я на самом деле здесь? — Конечно, это сон, — ответил волшебник. — Но твое сознание на самом деле здесь. А теперь пора просыпаться. Стоило ему произнести эти слова, я тут же очутился в своей постели. Была еще ночь. Вот, дьявол! Снова не получится выспаться! Нет, нужно попытаться еще хотя бы задремать! А то утром снова буду, как выжатый лимон! Но весь сон как рукой сняло, стоило мне услышать звуки из комнаты Виолетты, доносившиеся сквозь дыру в стене. Звуки, которые разрывали мое сердце. Звуки, от которых ужас ледяным обручем сковал грудь. Рыдания…