Избрана судьбой

Все произошло абсолютно неожиданно. Стоило нам с Виолеттой переступить порог, как — вух! — и мы уже абсолютно в другом месте. Нас перенесло в другое время и в другую страну за какую-то сотую долю секунды. Я бы мог сказать, что сразу все понял и начал с умным видом исследовать ту кромешную тьму, в которую мы попали. Мог. Но моя история, наверное, и так покажется правдоподобной, разве что, человеку не самому здравомыслящему. Так что обойдусь без вранья. Короче, в первые несколько секунд после перемещения я, не по-детски перепуганный, ошалело крутил головой, пытаясь хоть что-нибудь разглядеть и мысленно перебирая любимые ругательства Эрнесто. Потом до меня дошло, что мы уже в мире «Гарри Поттера», и я, не отпуская руки Виолетты, сделал пару неуверенных шагов вперед. Моя нога внезапно врезалась во что-то тяжелое. Раздался грохот. А дальше началось то, что напугало меня не хуже самого перемещения. Из темноты послышались вопли, переходящие в визги. Лишь спустя пару мгновений, я расслышал в них отдельные слова: — Мерзкие уроды! Грязнокровки! Убирайтесь из дома моих предков! Вон! К вопившей женщине присоединились и другие голоса, но перекричать ее не мог никто. А та продолжала надрываться: — Поганцы! Отребье! Отбросы общества! Грязные ублюдки! — А ну заткнись, старая карга! — внезапно рявкнул еще один голос, на этот раз, мужской. Далее послышался звук закрываемых штор, и возмутительница спокойствия замолчала. Постепенно успокоились другие голоса, и все вроде стихло. Пока кто-то шепотом не произнес странное слово: — Люмос! Сколько я ни терзал память, такого слова не было ни в английском, ни в каком-либо из других языков, знакомых мне. Но задумываться особо было некогда, потому что по глазам вдруг ударил свет. Мы с Виолеттой инстинктивно зажмурились, прикрыв руками лица. — А, вот и наши гости! — заговорил тот же шепот по-английски. — Кто вы? — пытаясь сморгнуть ослепление, спросил я. Наш собеседник не ответил, да и необходимость в этом скоро отпала. Когда глаза привыкли к свету, я увидел одного из тех мужчин, кто говорил со мной во сне накануне. — Мистер Блэк? — уточнил я, припомнив его имя. Усталое лицо мужчины исказила улыбка. — Без лишней фамильярности, парень, — сказал он. — Просто Сириус. Давайте, проходите. Нечего на пороге шептаться. В его руках было нечто, похожее на фонарик. Только эта штука заливала светом всю комнату, а не определенные участки. Я сумел разглядеть, что мы стоим в тесном коридорчике с мрачными украшениями на стенах. А предметом, на который я наткнулся, оказалась подставка для зонтов в виде чьей-то когтистой лапы. — Да уж, — констатировал я. — Оказывается, стиль готики был актуален во все времена! Мы с Виолеттой теснее переплели пальцы и направились за удаляющимся светом. Скоро Сириус вывел нас в такую же мрачную столовую. В отличие от коридора, здесь было хоть какое-то освещение — старые газовые светильники и несколько свечей на обшарпанном деревянном столе. Интересно, а электричество у магов не изобрели?! В столовой уже находилось несколько человек. Худощавый рыжеволосый с залысинами мужчина изучал за столом какие-то чертежи. К слову, нарисованы эти самые чертежи были почему-то на пергаменте, а рядом лежало орлиное перо и пузырек с чернилами. Мама дорогая, какой же здесь век?! Еще один изможденный мужчина пил что-то из кружки с отбитым краешком и казался совершенно расслабленным, но его синие глаза, то и дело проходились по столовой, как два прожектора, в поисках угрозы. Увидев нас, мужчина бросил вопросительный взгляд на Сириуса, и тот кивнул. Мне даже показалось, что эти двое знают друг друга не хуже нас с Энрике. — А, вот и наши Избранные! — с дружелюбной улыбкой обратился к нам незнакомец, поднимаясь из-за стола. Меня зовут Римус Люпин. Присаживайтесь. — Да, чувствуйте себя, как дома! — подхватил Сириус со своим лающим смехом. «Это он не над нами насмехается, а над домом, — сразу понял я. — Вряд ли нормальный человек сможет счесть его уютным». — Привет, — оторвавшись от своих чертежей, поздоровался с нами рыжий мужчина. — Меня зовут Артур Уизли. Я — отец Рона, с которым ты, парень, вроде как, познакомился вчера. Мы с Виолеттой неуверенно сели за стол напротив них, до боли стискивая руки. Необходимости в этом, вообще-то уже не было, но так мы хотя бы ощущали рядом близкого человека. — Очень приятно, — произнес я, решив, что дальше молчать невежливо. — Я — Федерико. — А я — Виолетта, — тихо добавила девушка. Тут из кухни показалась пухлая низенькая женщина, с огненно-рыжими, как у Артура Уизли, волосами. В одной руке она держала черпак, а в другой — нечто, похожее на длинный прутик. Такой же был и в руке Сириуса. Только у него на конце как будто был светлячок. — Нокс! — произнес мужчина еще одно незнакомое слово, и светлячок погас. — Что у них за предметы? — шепотом спросил я у подруги. — Волшебные палочки, — тоже шепотом пояснила она. — Маги используют их, чтобы колдовать. — Здравствуйте, — тепло улыбнулась нам женщина. — Вы, как я понимаю, те самые Избранные? Мы с Виолеттой неуверенно кивнули. — Это — моя жена, Молли Уизли. — познакомил нас Артур. — Вы голодные, ребятки? — спросила женщина. — Нет, спасибо, — вежливо отвечал я. — Мы только что ужинали. Ну, то есть только что в нашем мире. — Я позову детей, — заявил Сириус и вышел из столовой. Артур Уизли тоже достал из кармана волшебную палочку, взмахнул ею, и свитки тоже испарились. Я даже вздрогнул. — Привыкай, парень, — сказал Люпин, возвращаясь на место. — Мы — волшебники, и многое умеем. И потом, неужели ты не знаком с творчеством госпожи Роулинг? — Вы знаете, кто пишет о вас книги? — вмешалась Виолетта. — Разумеется, — кивнул мужчина. — Ведь сам Дамблдор многие годы называет ее своим другом. — Так она что, тоже… — начал, было, я, но замолчал, не в силах подобрать слово. — Нет, она не волшебница, — отмахнулся мистер Уизли. — А вот ее сын оказался наделенным такой силой. И с его слов мисс Роулинг начала писать свои книги. Мы с Виолеттой пораженно переглянулись. Да уж, этот мир, с каждой секундой, кажется все страннее и страннее!