Если бы было иначе

Гермиона и Гарри всегда вместе, независимо от обстоятельств и других людей. Никто никогда не пытался это поменять. Он целует Чжоу Чанг и идет рассказывать обо всем именно Гермионе. Ей же начал нравиться Рон, и она говорит об этом Гарри. Когда Уизли обижает ее, сил выговориться почему-то нет. Ни на что нет - только запереться в одном из заброшенных классов и сжаться в комок в самом углу, так чтобы никто даже и не заметил сходу. Гарри находит ее сам - у него есть какое-то звериное чутье на подругу, что-то что позволит обнаружить даже в середине Запретного леса, если вдруг потеряется. — Что случилось? Герм, ты из-за Рона, да? Она откидывает назад тяжелые пряди волос, являя заплаканные глаза. Он, конечно, и так хотел врезать Уизли, но теперь простое желание переросло в острую необходимость, застилая глаза красной пеленой. — Он просто сказал правду, Гарри. Не нужно ничего ему делать. Он прав. Гарри прижимает подругу к себе, даже и не заметив, когда сел к ней прямо на пол, абсолютно не думая о пыли и грязи кругом. — Что он сказал? Гермиона его обнимает и выдыхает прерывисто куда-то в шею. Гарри привычно игнорирует мурашки по всему телу, что разбегались по телу каждый раз от случайного даже прикосновения. — Он сказал, что на меня ни один нормальный парень не посмотрит. Что я просто зануда, которая никогда и ничего не видит кроме книг, и просто не сможет никого заинтересовать. Может быть стоило пойти и набить лицо рыжему прямо сейчас. Костяшки пальцев почти зудели от потребности стереть их о чужую ухмылку. Гарри на секунду прикрыл глаза, пытаясь сдержаться. Получалось, лишь пообещав самому себе сначала успокоить Гермиону. Позже. Он все сделает немного позже. — Это бред. — Это правда! - Огромные карие глаза подруги сверкали болью и обидой. Она посмотрела Гарри в лицо и уверенно повторила: — Это действительно правда. Миллионы аргументов вертелись на языке, но что толку? Гермиона так болезненно сильно верила в эту ерунду, так сильно себя недооценивала, что казалось, ни одна из фраз не могла бы и на мгновение поколебать эту странную решимость. Он вместо ответа решает, что поцелуй должен убедить упрямицу в ее ошибке - он всегда был хорош в действиях, а не словах. Много позже, когда он пару раз вмажет Рональду, который уже сам подходил извиняться, Гарри представит Гермиону как свою девушку. А пока он баюкает в руках ошарашенную девушку и терпеливо объясняет, почему он ее поцеловал и как давно был в нее влюблен. Она все еще плачет, но теперь от счастья. Кажется, сработало.