Голод

— Дети! Дети! — кричал Джирайя, расталкивая названных от бедного Наруто.- Не надо на него давить. Вы видите, что с ним стало? — Ну да, — хмыкнул Нара. — он тупо озверел. Санин устало потер переносицу и измученно вздохнул. И правда, куда катится это поколение будущих ниндзя? Они не знают, насколько тяжело было Наруто и что он пережил за свои жалкие годы. Крики и ругательства в его сторону, пинки и удары — много чего. Джирайя склонился над ничего непонимающим Наруто и по-отцовски потрепал его по голове. «И правда. Он похож на Минато», пролетело в голове с иронией. — Нет, мальчик мой, — прокряхтел мудрец. — Он не понимает вашего языка. Он… — Джирайя чуть было не выдал, что Волчий клан Огня остался жив. — Он просто его забыл. Он живет сам по себе. — А как вы тогда с ним разговариваете? — Естественно, я ему помогаю привыкать к нашей речи! — возмутился Джирайя, словно оскорбленный. Если бы он сейчас рассказал про клан, в деревне бы несомненно поднялась бы паника, а люди бы снова начали точить вилы и ножи. Этого не стоит делать, во благо Наруто. Узумаки принюхался и полез к сумке Чоуджи, коряво тыча пальцем в него. — Шоко… лад… — выдавил избито Наруто и склонил голову набок. Все дети удивленно посмотрели на него, и Чоуджи правда достал оттуда шоколадную плитку. — Ого! — удивились они. — А как он это сделал? Он тоже ниндзя?! — Если на нем кимоно — то это не значит, что он кто-то есть. — А откуда оно? — Я ему дал. — соврал жабий мудрец и повернулся к Наруто, прикасаясь пальцами ко лбу. На секунду, что-то неприятное пискнуло в голове мальчика, и тот невольно зажмурился, заскрежетав зубами. — Теперь, Наруто, ты сможешь говорить на нашем языке. Вернее, на своем родном. — А как ты это сделал, старик? — тихо спросил Наруто. Дети немного отпрыгнули, услышав его голос. — Я поставил тебе языковой барьер, что бы ты учился слышать и понимать окружающих тебя людей. Но не бойся, на своем языке ты тоже сможешь говорить. — Мне что-то немного горло сдавливает… — пробурчал Наруто, прикоснувшись пальцами к шее. — Это нормально, — заверил его седовласый. — небольшой побочный эффект. Скоро все пройдет. И так дети старались общаться с Наруто, хоть он и чувствовал их небольшую неприязнь. Наруто сразу сообразил, что им нельзя рассказывать про свою стаю, иначе они не поверят. А если и поверят, то расскажут взрослым и начнут все сначала. Джирайя ушел и на время оставил Наруто одного, на пятую Хокаге. А когда Джирайя вернулся со сбора информации, он не надолго снова оставил его посидеть с детьми, чтобы к закату успеть вернуть мальчика домой. — Наруто, а где ты родился? Наруто, а почему ты говорить не умеешь? Наруто, а что это у тебя? В таком духе вопросы Узумаки не игнорировал, а отвечал спокойно и медленно, словно пытаясь понять, что он сказал. Было немного тяжело от такого большого внимания к себе, и в какой-то степени приятно. И когда дело дошло до самого главного вопроса, Наруто ответил, не задумываясь: — А кем ты хочешь стать? — спросила девочка с темными волосами. Наруто уже узнал ее имя, — Хината. Наруто вопросительно поднял бровь и почесал голову. — Ну-у-у… Каждый мечтает кем-то быть в жизни, а кем хочешь быть ты? — Я просто хочу защищать все то, что мне так дорого, — ответил мальчик и посмотрел на розовеющее небо и закат. — И хочу найти друзей… Многие задумались над его ответом, но так ничего и не сказали. Когда пришел Джирайя, он забрал Наруто и вовремя отправил его домой, в то время как Кизоку начинал волноваться о сыне. Когда Наруто вернулся домой, все утихомирилось и Джирайя наставил мальчика перед своим уходом: «Наруто, послушай, я ухожу путешествовать по миру. Меня долгое время не будет, и ты должен стать сильнее. Я понимаю, что тебе будет тяжело одному, но поверь: скоро ты не будешь один. Ты не должен поддаваться и верить тому, что сидит внутри тебя, ты должен делать все сам. Когда я вернусь, ты должен стать сильнее. Прощай.» и с такими словами, Джирайя потрепал мальчика по голове и ушел, махнув рукой. Наруто еще долго обдумывал слова мудреца и сидел, смотря вдаль, словно провожая. Теперь, оставалось много времени, что бы все переосмыслить и начать смотреть на мир по-другому. Нужно же хоть что-то найти для себя? Наруто очень счастлив. Кизоку как всегда следил за порядком в племени и иногда уделял время своему сыну, рассказывая много интересных историй. — Тебе понравилось в Конохе? — спросил Дайки, шагая лапой в лапу наравне со своим другом. Честно сказать, было немного неудобно находиться в своем, так сказать, «истинном» обличии, из-за этого Наруто ощущал себя маленьким в росте. — Да, — тряхнул гривой Узумаки. — Там очень даже красиво, только старый Извращенец снова ушел. — Какой извращенец? — не понял Дайки. — Джирайя-сама. — А-а-а… — протянул он и почесал лапой гриву. — И что ты теперь будешь делать? — В смысле? — Кизоку-сама возможно тебя оставит своим приемником, и тебе придется возглавлять нашу стаю. — пояснил Дайки. Оруженосцы быстро проскользнули мимо старших и снова продолжили диалог. — Я не знаю, — вздохнул Узумаки, закатив глаза. С одной стороны, он не хотел покидать свою стаю, но сердце почему-то звало его обратно, в Коноху. — Мне хочется и быть рядом с вами и рядом с людьми. — Думаю, это не обрадует твоего отца… — нервно захихикал Дайки. — Если я с ним смогу поговорить — то возможно и согласится. — Наруто, твой отец упертый, как баран, уговаривать его смысла нету! — возмутился волк. — А я еще упертее, — хитро улыбнулся Узумаки, сверкая голубыми глазами. — Я очень хочу в Коноху. Я хочу узнать то место, где я родился.