Winter gave way to spring

— Шшш… Тихо, Тихо… — Томас крепко прижимал дрожащее тело мальчишки к себе, пытаясь убаюкать. Но тот вырывался, пытался кричать. — Нет! Пусти меня! Я вас ненавижу! Всех вас ненавижу! И тебя я тоже ненавижу! С каждым криком Шиноды, Томас старался все сильнее и сильнее прижимать того к себе. Майк был в запертой ванной комнате. Она была не больше коробки из-под холодильника. Такая холодная и с черной плесенью на потолке. Крохотная ванна и унитаз, который вечно протекал. Послышался сильный стук в дверь. И каждый удар был словно гром, полный ненависти. — Открой, тварь! — отец Майка, Уолли, пьяный до беспамятства, тарабанил в дверь. — Отвалите все от меня! — в этот момент Шинода оттолкнул Томаса от себя и тот провалился сквозь стену. Теперь Майк был совсем один. Карие глаза сделались ещё больше, наполнившись слезами, а губы подозрительно задрожали. Он низко опустил голову и закрылся руками. А затем последовало яростное рычание, словно неподалеку метался дикий зверёк, загнанный в ловушку. Хотелось бросить всё и кинуться прочь из этого места, прочь от этих людей, лишь бы их не слышать. С силой зажав себе рот обеими руками, до боли зажмурив глаза, Майк обессилено сполз по стене вниз, лбом утыкаясь в колени, давая, наконец, выход своим эмоциям. За дверью послышалась какая-то возня. Пытаясь восстановить сердцебиение, прикрыв веки, Шинода даже и не заметил, как его глаза вновь сделались испуганными. Майк быстро отскочил назад, но руки пьяного отца все же дотянулись до него. В этот момент у Майка остановилось сердце, такого страха он не испытывал очень давно. Сначала Уолли невнятно дёрнул его за рукав, Шинода неистово колотил по отцу, как обезумевший, что-то выкрикивая, одновременно пытаясь увернуться от его рук, тщетно старающихся оттащить его в комнату. Майк резко развернулся и снова увидел перед собой своего друга, очень грустно смотрящего на него. Майк не знал, что этими самыми глазами, полными отчаяния и страха, просто медленно, но верно убивает Томаса. — Па-а-а-п, не трогай его! — маленький мальчик, весь в слезах, подбежал к взрослому мужчине, который уже замахивался, чтобы ударить Майка, и начал с силой того оттягивать, все больше загоняясь в рыдания, — Па-а-п, не тронь ег… — Шон! — выкрикнул Шинода, но было уже поздно: его младший брат с грохотом отлетел в сторону, с силой ударившись о стену. Майк нервно пытался вырваться из рук отца, чтобы помочь брату, но вдруг он услышал сильный хлопок и все в глазах помутнело… — Майк, Майк… — тихо начал Томас шёпотом, на грани слышимости, глядя на мальчика так, словно тот мог понять, — Как жаль, что я не могу тебе ничем помочь…

***

Весь день Майк был мрачнее тучи, и объяснения этому были побои отца. Шинода легонько дотронулся чуть ниже щеки и резко прыснул. Это был еле заметный синяк. Невольно вспоминались картины прошедшего вечера, но Майку не очень хотелось в этом ковыряться, потому что это того не стоило. Если бы он вспоминал каждый раз такие подобные моменты, то у него из-под ног ушла практически вся жизнь. Шинода стоял с совсем не тяжелой сумкой, закинутой на плечо. Оглядев пустую комнату, он понимал, что сегодня новый день, а значит, лучше оставить все дерьмо в прошлом, чем забивать этим себе голову. Парень остановилась в дверном проёме и в последний раз посмотрела на все еще спящего отца. Ни презрения, ни ненависти не осталось, лишь безразличие сквозило в его уставшем взгляде. — Бог наш судья. Но и я в Бога не верю.

***

— И отвечать у нас будет… — учительница миссис Перл обвела весь класс скептическим взглядом, словно выискивая жертву для своих своеобразных пыток, и завидев, как ученики на задних партах пытаются спрятаться за спины тех, кто сидит впереди, женщина сладко улыбнулась, наслаждаясь гробовой тишиной в классе. Учителя в этой школе уже давно охладели к детям, нет, ну были же, конечно, исключения, но эта дамочка явно была не из таких. А все потому, что сами дети были еще теми… Ну, вы поняли. Это был замкнутый круг. — Шинода. Майкл Кенжи Шинода, — повторила учительница, но парень сразу не отреагировал, а класс заметно выдохнул. Шинода развалился на парте, вытянув руки вперед и положив на них голову, накрытую капюшоном. Эта поза была ужасно неудобной для него, потому что каждый раз приходилось стягивать рукава черной кофты сверху, чтобы одноклассники не завидели его болезни. Брэд быстро ткнул своего приятеля в бок, тот вздрогнул и сразу выпрямился. — Майк, спать вы дома будете, а сейчас нужно учиться, а то и так в голове пусто. «Знали вы бы, блядь, как сладко спать на полу под плачь младшего брата…» Весь класс уставился на Майка, все тут же начали перешептываться, обсуждая какой нагоняй сейчас ему устроит учительница. Но единственный, кто не смотрел на него, был Честер. — Я не готов, — сонно ответил парень. — Я и не сомневалась, — холодно ответила учительница, — Ну-с, и каковы причины вашей неготовности к моему уроку? — Я не успел… — Я не собираюсь даже выслушивать этот бред. Посмотрите на него! — недовольно воскликнула учительница, — Не успел он! Успел только свои рукава до пяток натянуть! В этот момент Майку стало так противно от ее слов, внутри все больно перевернулось, лицо залилось краской и он еще сильнее стянул рукава кофты вниз. — Майкл, вы в курсе того, что у вас выходит два за этот триместр? Мне, конечно, все равно, ведь это ваши проблемы… — холодно, но возмущенно пробормотала учительница. — Но… — Разговор окончен. В этот момент прозвенел звонок и миссис Перл, преподававшая историю, отпустила всех с урока, отставив на доске домашнее задание на следующую неделю, а сама ушла в другое здание школы, находящееся около дома Майка. Шиноду очень разозлил тот факт, что его отказались слушать, более того — его полностью проигнорировали. Брэд, посмотрев на Майка, который с бледным лицом так и стоял неподвижно, опустив глаза в пол, легонько окликнул того по имени, но ничего, кроме как усталого и пустого взгляда он не увидел.

***

— Так, стоп. Зачем она вообще полезла к нему в личные вещи? — спросил Брэд, зачерпывая ложкой этот невкусных гороховый суп. — Ну так по сюжету фильма было задумано, а вообще хрен его знает, — проговорил Джо с набитым ртом. И Роб тут же поморщился. — Черт, чувак, может не с набитым ртом говорить? — Майк, а ты чего не ешь? Шинода даже не посмотрел на Дэлсона, он медленно и равномерно ковырял вилкой в еде до тех пор, пока оттуда не выпало несколько горошин. — Да в глотку не лезет, я сытый вроде. — Глупостей не говори, ты когда сытый — самый счастливый. А сейчас совсем наоборот. — Да, — подхватил Джо, — ты как молочко, раскис маленько. — Ну не знаю, не знаю… — потянул Майк. — И ты так расстроился, потому что эта старая девственница к тебе пристала на уроке? — Говорю же, не знаю! После этой фразы весь столик затих. Майк начал оглядывать каждого, понимая, что он слишком бурно отреагировал. — Простите, мне надо идти, — после этих слов Шинода быстро выбежал из школьной столовой и отправился на четвертый этаж, в кабинет математики. Поднявшись на нужный этаж, Майк подошел к лавочке, которые обычно стояли у каждого кабинета. Но все они были заняты. И среди этой кучи подростков, сидящих в креслах, было лишь одно знакомое лицо. — Привет, — мальчишка скованно улыбнулся. — Привет. Вроде виделись уже сегодня, — Честер опять сосредоточился на своих мыслях. Не заметив никакого движения, он посмотрел на Шиноду, который всё так же топтался впереди него, взглядом выискивая свободное место. И тут губы Беннингтона растянулись в загадочной улыбке, он опустил голову и это немного смутило Шиноду. — Что? — вопросительно спросил Майк. — Садись ко мне на колени, — после этих слов Честер сбросил сумку со своих коленей и похлопал по ним, как бы приглашая Майка присесть. Шинода сразу пришел в замешательство, у него в голове не укладывалось, как это: сесть к парню, тем более к Честеру на колени? — Чего? Честер недовольно цокнул, затем схватил Майка за локоть и с силой посадил того на себя, после чего Беннингтон создал кольцо рук вокруг Майка. Шинода даже не сопротивлялся, не сопротивлялся только потому, что он не успел даже осознать то, что сейчас произошло. Майк не двигался: он боялся пошевельнуться. Вдруг он замялся и с силой сжал губы. Шинода не знал, что сказать, как ответить. Ему вообще сейчас не хотелось находиться рядом с этим человеком. — Ты очень странный. Честер по-детски улыбнулся, но затем немного притих. Майку это явно не очень нравилось. Беннингтон слегка прищурил глаза и начал медленно тянуться до капюшона Шиноды, пытаясь его стянуть. Но Майк резко остановил его, схватив того за запястье. — Что ты делаешь? — У тебя синяк на шее. Майк отпустил руку Честера прикоснулся к тому самому месту. Оно немного покалывало. — Ну и что теперь, какая разница? Но ответа от Честера не последовало, он просто обнял Майка за живот и прижался к его спине. Их никто не замечал в толпе, поэтому никто не мешал им. Они вновь сильно разговорились, даже немного опоздали на урок. Их разговоры были так редки, так спонтанны, но если они начинали говорить, то это затягивалось надолго. И после они опять расходились, будто они друг с другом не знакомы. Они будто насыщали друг друга на какое-то время, каждый являлся зарядкой для другого. Но отчужденность с обеих сторон все же давала о себе знать.

***

— Что-то мне не очень-то и нравиться этот Честер, — возвращаясь домой вместе с Майком, тараторил Томас. — А что думаешь ты? — Не знаю, — отстранёно, — Он просто мой одноклассник. — Тогда зачем сидел у него на коленях? — Там мест свободных не было. — Ну да-а-а, конечно… Мне кажется, ты сейчас немного лукавишь, Майк. — С чего ты взял? — Мистер? Вам что, правда нравятся мальчики? — Ты че, совсем головой ударился? — тут же возмутился Майк, увеличивая шаг. Томас тут же поторопился, чтобы угнаться за другом. — Эй, чего расстроился-то? — Томас улыбнулся, — Постой! Но Парень чуть ли ни бегом кинулся к дому, оставляя позади своего друга. — Майк! Может ты сейчас и убегаешь от меня, но от себя ты никогда не убежишь!