И вся жизнь под откос

Рядом негромко работал телевизор. Так тихо, что слышно как на кухне тикают часы. Раньше они располагались в спальне, прямо над дверью, но Честер перевесил их, сказав, что это тиканье мешает ему спать. — Майк, ты не видел мои джинсы? Майк тут же проснулся от звонкого голоса. Блики утреннего солнца, исходившие со стороны распахнутых занавесок, активно играли на лице Майка, который лежал на спине, широко раскинув руки и ноги в стороны. Ему очень сильно хотелось спать и от каждого прикосновения простыни к его телу желание это становилось только сильнее. Шинода услышал тяжелый грохот, исходящий с левой стороны: в трех шагах от кровати Беннингтон разгружал чемодан. — Майк, вставай уже. Десять на часах, а мы в студии вообще в девять должны были быть, — все так же назойливо тараторил Честер, не отрываясь от поисков потерявшейся вещицы. Взъерошенная голова Шиноды появилась из-под подушки, и, простонав, тут же исчезла снова. Недовольно промычав, он перевернулся на живот, утыкаясь носом в перьевую подушку. Честер выпрямился, шумно выдохнул и уставился на груду валявшихся вещей, положив руки на бока. Развернувшись, лицо Беннингтона стало очень недовольным. — Шинода! Быстро оторвал свою задницу от кровати! — Честер быстро ухватился за краешек одеяла и рывком сдернул его. Майк тут же свернулся в клубочек от внезапного холода. — Ну мои возьми, чего плохого? — Ага, твои возьми. С нас уже коллажики делают: то я в твоей рубашке, то ты в моей футболке. — Честер опять продолжил рыться, но теперь уже не в чемодане, а в шкафу. Шинода фыркнул. Будто разница у джинсов так ярко заметна. Майк перевернулся на спину, наполняя свои легкие новой порцией кислорода. Жмуря глаза, он начал сосредоточенно изучать потолок, медленно переходя взглядом на узоры обоев. — Честер, — позвал того Майк. — М? — Помнишь, как мы эти обои вместе клеили? — говорил Шинода. Честер тут же остановился, опуская руки с одеждой вниз. Честер спиной чувствовал, что на губах Шиноды теплится улыбка. Беннигтон слегка улыбнулся, садясь на краешек кровати, а затем ложась подле Майка, крепко прижимаясь к нему. — Я тоже помню, — отозвался он чуть хриплым приятным голосом. — Я еще тебе на голову случайно целую банку клея вылил. — Ну конечно, как же можно забыть твою виноватую мордашку, — Майк рассмеялся. Яркая вспышка воспоминаний ударила в голову, жжение и трепет в груди. Честер нежно поцеловал Майка в шею, оставляя легкий влажный след. И тут же расслабился, почувствовав, что его рука крепко зажата между двумя теплыми ладонями. — И кстати, — начал Майк. — Что? — Твои джинсы за стиральной машинкой валяются. — Шинода! — воскликнул Честер, мигом поднявшись с кровати, — Блин, а сразу сказать нельзя было! Шинода рассмеялся и схватился за бок, который начал ныть из-за резкого толчка со стороны Честеровского локтя. Шаги начали отдаляться, но вдруг они внезапно остановились. Майк насторожился, начиная внимательнее прислушиваться: топот шагов снова появился, но только теперь они почему-то нарастали в обратную сторону. Майк только приподнялся с кровати, как что-то существенное прилетело ему прямо в голову и тут же отлетело в противоположную сторону. — Твою мать! Честер! Больно же! Ты решил меня без глаза оставить?! — Точно так же, как и ты меня без джинсов! — И теперь без секса! — Ой, больно надо! Эти санкции по Вам больнее ударят! Майк потер лоб и поднял этот несчастный тапок с пола. — Наверное за это я тебя и люблю, — шепотом сам себе сказал Майк. *** Роб еле-еле пытался удержать Джо, пытающего повесить новую картину, стоя на шатающемся стуле. — А мне вообще та стена с таблоидами нравится, — указывая на экран монитора кончиком обгрызанного карандаша, говорил Брэд, на что Фенникс неопределенно пожал плечами. Роб жалостливо вздохнул. — Это любимая картина Отиса, — сказал Шинода, красуясь в дверном проходе. — Да неужели! Я думал ты сегодня не появишься. Со всех сторон послышались приветствия. — О, привет, Майк, — Джо неудачно повернулся и потерял равновесие, наваливаясь на Бурдона всей своей тушей. На всю студию послышался такой сильный грохот, что у Майка жутко заболела голова. — Господи, лучше бы ты не здоровался… — измученно пробубнил Роб. Ханн кинул взгляд на стену и ликующе воскликнул: — Зато картину повесили! Кстати, — обращаясь к Майку, — Где Честер? — Здаров всем! — Беннингтон хлопнул дверью и картина, только что висевшая на стене упала вниз, разбив раму и стекло. — А вот и он… Беннингтон обвёл всех неловким взглядом. — Так! — привлек внимание Брэд, хлопнув и сжав ладони, — Черт с этой картиной, у нас на носу важное событие! — Не о тысячном концерте ли ты говоришь? — наигранно удивленно спрашивал Честер, ставя стакан с кофе на тумбочку около Шинодиных набросков, валявшихся здесь еще со вчерашнего вечера. — Прикиньте, это будет наш первый концерт в России! — Я спрашивал у нашей команды — оборудование готово. Осталось сет-лист приготовить и все, — постукивая руками по гитаре, говорил Дэйв. — Ну этим мы тогда с Честером займемся. — Ага, — фыркнул Честер, натягивая солнцезащитные очки и хватая свое кофе, — Этим мы тогда с Честером займемся, — переигрывая тон Шиноды, дразнился Честер, направляясь в контрольную комнату. — Что это с ним? — со смешком интересовался Брэд. — Принцесса свои джинсы не могла найти. — спокойно ответил Майк и пристально посмотрел на Беннингтона. После этих слов Шинода направился к своему лэптому, проверяя кое-какие данные. Остывал кофе в белой фарфоровой чашке. Белесый дымок поднимался к потолку. Жужжал процессор компьютера, успокаивая, убаюкивая и не давая уснуть одновременно. Они сидели по разные стороны комнаты и смотрели друг на друга словно в зеркало. Казалось, один откроет рот, и другой скажет то, что тот хотел сказать. — Ма-а-йк… — устало тянет Честер. — Домой? — спросил Майк и в ответ увидел кивок. — Вы что, оба охренели? 20 минут только прошло! Майк с Честером в один голос завыли и повалились: один на диван, другой на пол. *** Майк был за рулем. Они ехали по пустой улице, думая о том, какой же сегодня замечательный вечер. Солнце только-только заползало обратно свою постель и сонно светило над горизонтом, в последний раз заливая крыши домов и верхушки деревьев желто-лимонной краской, а высокие тени от почтовых ящиков и фонарных столбов излучали прохладную синеву, ложась на асфальт. Честер сладко вздохнул, впуская в свои легкие свежий и мягкий воздух, потянулся и положил свою левую руку на колено Шиноды, трепетно его поглаживая. Честер довольно зажмурил глаза. Он ощущал такую легкость, что не хотелось, чтобы этот момент заканчивался. Они ехали домой в полной тишине, слушая лишь тихое мурчание мотора и шорох шин по асфальту. — Честер? — позвал Шинода, припарковывая белую «Тойоту», — Чести, проснись, пожалуйста… — Майк мягко толкнул того в плечо. Но тот по-прежнему не открывал глаза. — Честер, если это твоя дурацкая попытка, чтобы я потащил тебя на руках, то не выйдет. Беннингтон все так же и не открывал глаз. — Честер… — испуганно позвал Майк, в этот момент у него будто остановилось сердце. — Вот ни о чем тебя попросить нельзя, Шинизл, — возмущенно говорил Беннингтон. Майк облегченно выдохнул и улыбнулся. — Я же сказал — не прокатит!