Здравствуй Рагнар, я Даша, и я все о тебе знаю.

— Она и вправду нас понимает? — Рагнар немного склонил голову в сторону Флоки, который тем временем нервно покусывал костяшки на своей правой руке, впиваясь в кожу пожелтевшими кривыми зубами. Его глаза, как и у всех остальных, были прикованы к моему сутулому силуэту, но смотрел он сквозь меня. На его лице отобразилось что-то нечеловеческие, ему не принадлежащее. На мгновение он будто стал другим человеком, хотя, скорее всего, мне просто показалось. Не один Рагнар заждался от него ответа. Молчание Локи почему-то меня изводило, поэтому заговорила я. — Да, Рагнар. — Ох, мне все ещё не верилось, что это происходит на самом деле. — Ну, то есть, кхм, ярл Рагнар? — Неуверенно добавила я, потирая смущённо локоть. Куда же делся мой начальный запал? Неужто мне придётся теперь стать частью этого бредового сна? Пока мы говорили на разных языках, между нами была невидимая завеса, которая спасала меня от нужды в репликах и прямого участия в этой пьесе. Занавес упал, как только я, не подумав хорошенько о последствиях, заговорила понятным им слогом. Лодброк лишь приподнял брови, не выражая никаких определенных эмоций, затем спустился с помоста и стал кружить вокруг меня словно стервятник над будущим мертвецом. И вот я снова была во власти его леденящего душу взгляда. — Не вижу в ней того, что видишь ты. —  Он игнорировал меня, а его заключение меня ранило. Видимо, я сама начинала верить в предсказания безумного Флоки. Во дура! — Почему бы тебе не познакомиться с нею поближе в нашем доме, Лодброк? До отплытия осталось всего несколько дней. Тебе же решать, что делать с девкой… Так не прогадай с решением, от этого зависит жизнь твоих людей. — Аслауг всегда умела эффектно появиться там, где её не ждут. Она была закутана в серое ворсистое полотно и выглядела просто ужасно, как какая-то дранная кошка, едва вылезшая из мусорного бака. Я не думала, что сказанное ею моментально подействует на ярла. Он схватил меня за запястье, резко дёрнув на себя. С моей стороны машинально последовало сопротивление. Я согнула руку в локте и уперлась ногами в землю. Усилия были тщетны, но я хотя бы не врезалась в него и смогла остаться на своих двух. — Уж лучше бы тебе оказаться посланницей Одина, ибо в противном случае я отдам тебя мужикам на потеху. — Ткнув в мою грудь какой-то деревянной трубкой, он ухмыльнулся. — Хотя вряд ли ты их потешишь вот этими. — Среди следящих за происходящим у воды женщин послышался одобрительный смешок. Хельга же нахмурилась и скрестила руки. Очевидно ей тоже похвастаться было нечем. На этом все и закончилось. Меня отвели обратно в жилище Флоки, я так и не поняла зачем. Конечно, я не ожидала, что меня отпустят разгуливать по посёлку, но и возвращаться в хижину, где я провела большую часть своего здесь пребывания, я как-то тоже не особенно стремилась. На улице уже стемнело, Хельга все ещё копошилась у некого подобия печи, а Флоки раздражительно дул в кривую дудку, которая аж визжала от страдания, хотя, возможно, так было задумано. — Хельга, — я сидела на огрызке потертого ковра у неё в ногах и пытались согреться, подпирая спиной печь. — Почему Рагнар меня не забрал? Мне показалось, что он это имел ввиду днём на лобном месте. — Я говорила почти шёпотом, не хотелось, чтобы дудящий псих в углу вспомнил о моем существовании. Он казался мне жутким, чем-то схожим с Джокером. — Не все так просто. Он не может... Но правда в том, что Рагнар не в своём уме. — Да ну что ты? Я чуть было не залилась смехом, но вовремя опомнилась. — Он забыл старых богов во имя нового, с тех пор как с ним прибыл туземный шаман. — О, теперь мне стало ясно, о чем речь. — Флоки верит, что ты спасёшь нашего ярла от этой напасти, прежде чем она его погубит. — Хельга выпрямилась в полный рост, чтобы размять суставы. А я продолжила разглядывать свои ступни, боясь встретиться с нею взглядом. О каком спасении идёт речь? Мне бы себя из этого дерьма вытянуть. Было печально. На меня никогда ещё не полагали столько надежд, потому что у меня была привычка их не оправдывать. — Или я окончательно сведу его с ума…— зачем-то я озвучила столь опасную мысль в слух. Флоки прекратил играть и быстрым шагом направился в нашу сторону. — Ну так иди же! Ступай! — Мужчина небрежно выставил меня за двери, не обращая ни малейшего внимания на Хельгу, которая пыталась его образумить. На дворе шёл мокрый снег, а я была в одной нижней сорочке и носках. Как всегда никому не нужна. Куда мне было идти? Проходящие мимо люди не отличались дружелюбностью, один хромой викинг даже умудрился в меня плюнуть. Вот так северный народ относился к чужакам. У меня начали замерзать конечности. Нужно было двигаться. Блуждая в полутьме, я старалась не попадаться никому на глаза. Склонив голову, я петляла между хижинами, молясь о приглашении внутрь, как бы опасно это не было, но всюду меня провожали угрозами и непристойными комментариями. Так я и дошла до открытой двери в самом сердце Каттегата. Было сразу понятно, что в этом доме жил как минимум Ролло, ибо избушка выглядела намного лучше и больше других. Не затягивая с размышлениями по поводу своих последующих действий, я перевалилась через порог и присела у стенки. Внутри было спокойно и тепло. Через некоторое время я настолько осмелела, что прикрыла входную дверь и направилась к столу с ломтиком хлеба. Он был жёстким, но съедобным. Хруст корочки во рту и отдаленный привкус пшеницы – это было чудесно. Не оставив за собой ни крошки, я опять почувствовала себя живой. И все же силы были на исходе, ведь я не полностью оправилась от болезни, да ещё и наверняка простыла этим вечером, поэтому я слегка пошатнулась и, чтобы не упасть, опёрлась обеими руками на дубовый стол. Я бы сейчас съела даже живого поросёнка. Голод не отпустил, а стал ещё более настойчиво бурлить в поем желудке. Но шум, который я услышала сзади исходил точно не из моего живота. У меня за спиной послышался скрип и громкий хлопок. Кто-то двигался по комнате. — Может тебя ещё чем-нибудь угостить? — ехидно поинтересовался Рагнар. Да, это был его дом, его хлеб. — Я…я…— мне было не суждено договорить, викинг опередил меня. Он быстро оказался совсем рядом. Я слышала, как глубоко он вдыхал и каким обжигающим был воздух, который он выдыхал мне практически в затылок. Резко развернув меня к себе лицом, ярл Каттегата зашипел словно змей, тем самым напомнив мне его супругу. — Откуда ты взялась? Ведёшь себя как Этельстан, выдаёшь себя за посланницу Одина, говоришь на нашем языке, но выглядишь как чужеземка. Почему у тебя огненно красные волосы и зачем кольцо в носу, если ты не животное? — Пальцы Рагнара с силой сжали моё лицо, заставив шею вытянутся до предела вверх, глядя ему в глаза. — Зачем тебе хлеб? Ты же жаждущий крови демон. —  Он искал объяснение на моей помятой физиономии, но увидел лишь выступающие слезы. Хватка немного ослабилась, его рука скользнула мне на шею. Она сдерживала, но уже не душила. — Я видел таких как ты в книге христиан, но ты…что-то не сходится. — Мне хотелось много чего сказать в свою защиту, но, кажется, он вывихнул мне челюсть. Я не могла открыть рот, а он всё сверлил и сверлил меня взглядом. — Как мне решить, что с тобой делать, если ты молчишь? — Ярость накрывала его волнами. Моментами я боялась, что он прикончит меня на месте, но потом я видела, как он остывает и делается человечнее, доступнее для переговоров, к которым я все равно была не готова. Моё тело швырнуло на тюфяк. Я уже плакала во всю. Боль в области челюсти постепенно проходила, но жалость к себе брала верх. — Ты никто…ничто. Жалкое потерянное создание из неоткуда. — Рагнар склонился надо мной, стягивая пояс со своих бёдер. Не знаю, что он намеривался сделать, но я изменила его планы. — Ты умрешь в яме полной змей. Они искусают твоё прекрасное лицо, наполняла ядом твою плоть. Ты не попадёшь ни в Вальхаллу, ни в рай. Не увидеть тебе золотых врат. — Все было сказано настолько театрально и драматично, что даже брызги моих слюней отошли на задний план. Слёзы и сопли, все смешалось воедино. Вот это отчаянье! Это было убедительно. Даже пресловутый оракул Каттегата вряд ли смог бы настолько впечатлить Лодброка, как это сделала я в тот момент. Он замер ни то в ожидании продолжения, ни то в оцепенении. — В Париже вы найдёте лишь смерть. Все твои люди умрут. — Видя результат на лицо, я продолжала давить на него. — Ты врешь, — сквозь зубы выдавил Рагнар. — Но я не хочу, чтобы ты умирал. — Это было чистейшей правдой. Ощущая прилив какой-то неведомой энергии, я дала волю своим рукам, нежно прикоснувшись к бороде нависавшего надо мной вояки. Дурость овладела мною полностью. Я обожала Рагнара, вымышленного персонажа из сериала, путалась в мыслях, терялась в чувствах. Страх не отпускал, но то, что он остановился и больше не пытался что-либо со мной сотворить, заставило меня поверить в лучшее. Нужно было растушевать скопившуюся агрессию чем-то неожиданным и успокаивающим. — Я хочу тебя защитить. — Касание длилось недолго, но мне показалось, что это мгновение изменило все. Как в фильмах.