На грани

Ответный матч на «Камп Ноу» после поражения на «Сантьяго Бернабеу» оказался чертовски важным для королевского клуба. Им нужна была разгромная победа, чтобы выйти в финал Лиги Чемпионов и там расправиться с английским «Манчестер Юнайтед». Реал, яростно атакуя, пытался вырвать победу у Барсы, но ничего не получалось. Время было на исходе, страсти накалялись не только между игроками: после задержки времени от сфолившего Педро, который прервал атаку мадридцев, Моуриньо разозлился не на шутку. Особенный, сорвавшись со своего места, начал эмоционально жестикулировать и что-то кричать арбитру с края бровки поля. Из-за безумного рёва болельщиков тренерскому штабу Барселоны ничего не было слышно, поэтому Гвардиола, не раздумывая ни секунды, рванул к ограничивающей белой линии, за границы которой запрещалось выходить. Как бы ни старался Пеп понять, чем конкретно недоволен Моуриньо, у него не выходило: всё равно слишком далеко стоял португалец, да и его извечный ассистент Фариа подоспел, дабы успокоить того, отвести в сторону и усадить на скамейку. Гвардиола уперся руками в бока, опустил взгляд и покачал головой, так и оставшись стоять на месте. Игра на поле продолжилась, но атаки Реала не приносили результата, так как их соперники засели в обороне. Дополнительное время истекло. Просвистел свисток. На экране счёт так и остался 1:1. Язвительные шутки в сторону Гвардиолы от тренера Реала Мадрид на пресс-конференции были ожидаемы. Конечно, ничья его не устроила. Ему всегда требовались победы. Особенный жил победами. Пеп же, в свою очередь, старался быть сдержанным в своих выражениях, на все вопросы журналистов отвечал как можно кратче, ему даже почти удалось сойти за тренера-дипломата. На следующий день в газетной прессе в основном мелькали цитаты любимчика СМИ Жозе Моуриньо, все заголовки снова пестрили обрывками его фраз, брошенных, словно камень, не в сторону игроков Барселоны, а того, кто их тренирует. У каталонца порой складывалось такое ощущение, что португалец наслаждался публичным принижением заслуг Пепа. Он насмехался над его достижениями, критиковал его тактику, расстановку игроков, делал акцент на единичные случаи ужасных отношений с игроками. Одним словом, утро Гвардиолы можно было назвать паршивым, потому что началось оно с его любимой старой головной боли — Моуриньо. Шанс на то, что к обеду или же к вечеру настроение может улучшиться, ещё был, но нещадно растоптал его неожиданный звонок от Педро. Швырнув выпуски «La Vanguardia» и «Marca» на журнальный столик, Пеп автоматически провёл пальцем по светящемуся дисплею и ответил на входящий вызов: — Родригес, на часах половина девятого, я ведь мог спать. — Но вы не спите — это раз, вы до сих пор не сбросили — это два, и я звоню, чтобы сообщить, что сегодня командная вечеринка в честь выхода в финал Лиги Чемпионов — это три. — Так и быть, вы заслужили поход в клуб, встреча с Юнайтед ещё не скоро, так что отдыхайте. И дайте день-другой отдохнуть мне, — голос Пепа стал наигранно раздражённым. — Нет-нет-нет, стойте. Я совсем забыл про четвёртый пункт. — И о чём же в нём говорится? — каталонец зажал телефон между плечом и ухом и одной рукой убрал сковородку с накалённой плиты, другой открывая холодильник и доставая упаковку с молоком. — Вы должны присутствовать, босс. В обязательном порядке, — на другом конце послышался усталый вздох. — Пеп, будет весело, давай же, все наши будут тебя ждать, не разочаровывай. На протяжении тридцати секунд тренер Барселоны старался не выронить телефон и аккуратно выложить яичницу с беконом на тарелку, не разбив желток. — Босс? — Да-да, хорошо, я буду, — опомнился Пеп. — «Opium Mar», можете подъезжать ближе к одиннадцати, мы приготовили небольшой сюрприз. До вечера. — Какой ещё сю… — но договорить Родригес мужчине не дал, подло сбросив вызов. — Не сладко тебе придётся на следующей тренировке, Педро.