Ичи-ни-сан

*** Мы оказались напротив неприметной серой пятиэтажки, стоявшей на небольшой улочке. - Ну-с, пригласишь в гости, или сейчас простимся? – ехидно хмыкнул Дед. Я задумался. Подобный тон всегда настораживает. - Извини, Дед, но я не знаю, какой свиньей я был до амнезии. Поэтому я сначала посмотрю сам. Мужчина засмеялся. - И правильно, потому что свиньей, уж ты меня извини, ты был крупной. Ладно, мешать тебе не буду, только не забудь открыть краны на стояке. А то замучаешься стоять у открытого крана в ожидании воды. Ладно, я тебя завтра навещу, я же все-таки твой лечащий врач. - И махнув на прощание рукой, быстро исчез за ближайшим поворотом. А я, поднявшись на четвертый этаж, вошел в дверь с облупившейся краской и остановился. Судя по всему, я был не просто свиньей. За подобный бардак меня следовало бы бить ногами часа два. Такое ощущение, что раньше здесь жили непросыхающие студенты. Бутылки пустые и полные, гора немытой посуды, грязные вещи. - Уй, мля, - вырвалось у меня от удивления. – Да здесь работы как негру на плантации. Итак, начинаем уборку. Не найдя ни одного мешка в доме, в качестве тары пришлось использовать наиболее драную одежду. Попутно выяснилось несколько нужных вещей. Однокомнатная квартира была на удивление просторной. Окна выходили во внутренний двор, а не на улицу, как я боялся. Ванны не было, зато был душ, на удивление не засранный. Из бытовой техники в квартире был холодильник на кухне и телевизор. Книг не было. Кстати, кровати тоже. Сначала я очень удивился, а потом вспомнил про идиотскую привычку японцев спать на матрасах. Или как они их там называют – футонах. Минуточку, но тогда у меня под ногами должно быть татами?? Гм, пока из-под слоя грязи ничего не видно. Да и на ощупь, пол обыкновенный. Разобрав эти авгиевы конюшни, на это ушло целых пять футболок и одни штаны, я наконец смог добраться до шкафа. Там, среди груды белья, я обнаружил сложенную раскладушку. Судя по цвету когда-то белой простыни, грустно зажатой между металлическими элементами, постельное белье меняли полгода назад. При более тщательном осмотре оказалось, что ни утюга, ни стиральной машины в квартире нет. Внезапно раздался стук в дверь. Чертыхнувшись, я вышел в прихожую. М-да. Ни тебе дверного глазка, ни цепочки. Ну хоть дверь вроде деревянная, а не из жеванной бумаги. Открыв дверь я уставился на стоящую на пороге. Передо мной стояла дама лет сорока пяти, подтянутая, в идеально-белом фартуке. Я не успел произнести ни слова, как на меня обрушился водопад эмоций. - Морино, ты где пропадал? А мы уж за тебя все переволновались! А правда, что у тебя амнезия? А… - Простите пожалуйста! – попытался я прервать этот фонтан. – У меня действительно амнезия, поэтому я никого и ничего не помню. Даже вас, хотя это свинство с моей стороны не запомнить такую даму. У женщины приподнялась бровь. - Гм, сильно же тебя стукнули парень. Если бы я тебя не знала с начального класса Академии, я бы решила, что передо мной другой человек. Тот Морино, которого я знала даже слово «комплимент» не знал. А тут сходу такое… - А может я готовился? - Заранее и к моему приходу? Может ты будешь галантен до конца и пригласишь меня к себе на чай? Кстати, напоминаю, я Уручи, твоя соседка и бывшая учительница в Академии. - Уручи-сан, если вы меня знаете уже лет десять, то знаете, какой бардак у меня в квартире. Поэтому простите, но на чай приглашаю только завтра. Кстати, а у вас нет, случайно стиральной машины и утюга до завтра? И самое главное, где находится помойка? Женщина удивленно хмыкнула. - Нет, точно амнезия. Твоя стиральная машина в подвале. Там же сушилка и гладильная доска. Помойка… А впрочем, подготовишь вещи – зайди за мной, я тебе помогу. Я живу в восемьдесят пятой. Кстати, ты живешь в восемьдесят третьей. У тебя на двери никогда номер не висел, так что сейчас советую повесить. И еще. Знаю я тебя уже давно, так что согласна на старое обращение «тетя Уручи». До встречи. Дверь захлопнулась, и я остался один, пытаясь собрать расползшиеся мысли. Это ж сколько этой «тете» лет? *** Окончательно рассортировав по футболкам хлам, я вздохнул. У меня столько мусора не было даже после ремонта, который я устраивал… в прошлой жизни. Подготовив все к выносу, я отправился к соседке. Тетя Уручи схватив один из моих мешков, бодрым шагом отправилась по лестнице. А я, глядя на ее прямую спину, замер в удивлении. Мешочек, который она схватила одной рукой, весил килограмм двадцать, а она даже походку не поменяла. Опомнившись, я схватил два мешка и помчался за ней. На первом этаже я начал проклинать себя. То, что раньше мне было легко поднять, сейчас у меня вызвало обильное потоотделение. Пообещав себе все немыслимые тренажи, я выполз во внутренний двор. Уручи стояла, прикрыв глаза и запрокинув голову к солнцу. Услышав мой надсадный хрип, она повернулась ко мне. - Да, слабовата нынешняя молодежь! – резюмировала она, и недовольно скривилась. - Ничего, тетя Уручи, - возразил я, пытаясь одновременно восстановить дыхание. – разберемся. - Ну-ну, - усмехнулась женщина. – посмотрим. Пройдя немного в сторону, мы очутились возле мусорных баков. Вокруг было на удивление чисто и самое удивительное – никакого сопутствующего запаха. - Напоминаю, - повернулась ко мне женщина, - отходы сортируем, на каждом контейнере нарисовано, что куда. Надеюсь, твои пакеты проверять не надо. Я подошел к контейнерам. Слава Богу, я интуитивно все сложил правильно. - Да, тетя Уручи, все сложено правильно. Спасибо вам огромное. Я к вам еще вечером загляну, по поводу стиральной машины. - Хорошо, Морино, тогда до вечера. Совершив еще три ходки до мусорных баков, я осмотрел заметно опустевшую квартиру. В принципе, отделению духов здесь работы часа на три, но вот одному… Помянув неприличным словом старого себя, я, выбрав наиболее чистую из грязных футболок в качестве половой тряпки, принялся за уборку. Спустя пять часов я наконец смог смотреть на окружающую действительность без рвотных позывов и желания набить морду собственному отражению. Сложив все грязное белье в три объемных тюка, я собрался к соседке. Но, случайно брошенный взгляд на часы, стоящие на тумбочке, показали всю ошибочность моих действий. Ни один приличный человек не пойдет к соседке в полпервого ночи, узнавать где находится стиральная машина. Но, поскольку я нормальным не был уже давно, то на всякий случай вышел в коридор, послушать, не раздаются ли звуки из-за соседской двери. К моему глубочайшему удивлению, из-за двери с номером «85», раздавалась музыка. Перебрав вероятность получить по морде за поздний визит, я постучал в дверь. Музыка смолкла и буквально через минуту дверь открылась. - М-да, молодой человек, понятие «вечер» у вас слегка отличается от общепринятого, - усмехнулась моя бывшая учительница. – Хотя, у меня тоже. Неужели ты все убрал? - Так точно, Уручи-сан! – попытался схохмить я. – На данном этапе выдано задание имеющимся в наличии тараканам привести кухню в порядок! - Не ври, не обладаешь ты дзюцу работой с насекомыми. – на полном серьезе ответила женщина. У меня поползли брови вверх. - Тетя Уручи, я вообще-то пытался пошутить! - Я так и поняла. А то я не помню, кто у нас в Деревне может работать с насекомыми. - А что, с ними как-то можно работать? Женщина вздохнула. - Повезло тебе, парень, что я на пенсии. Ладно, завтра с утра будем ликвидировать твои пробелы. А сейчас бегом за мной к стиральной машине. И не забудь переодеться – больничная пижама тебе не идет. Я в удивлении опустил глаза. Маму вашу… арестовали! Это во что же превратилась пижама? Покраснев как вареный рак, я схватил все три тюка и ломанулся по лестнице за женщиной, от смущения цокая пятками. Получив ЦУ о расположении стиральной машины и утюга, а также разрешение пользоваться ее стиральной машиной и порошком, я остался, а женщина, пожелав мне удачной работы, ушла к себе. Странно, но после стирки белье даже не требовалось сушить. В результате, через четыре часа я поднялся к себе с грудой наглаженного чистого белья. Зайдя в квартиру, я смог только помыться и лечь. «Хорошо, что не мимо раскладушки!» - подумал я, засыпая в падении.