Ичи-ни-сан

После моего последнего разговора с Дедом и компанией в милом заведении АНБУ прошли сутки. За это время я получил промывку мозгов унитазным ершиком от Деда, благодарность от Хокаге и официальное приглашение от главы клана Инузуки на чаепитие на вечер следующего дня. С Дедом оказалось одновременно проще и сложнее. К полудню завтрашнего дня я должен подготовиться к возможному захвату вражеского шиноби. На вопрос, а на хрена нужно АНБУ, было заявлено, что вражеский резидент – это наша разработка и все «плюшки» за это должны получить именно мы. Кроме того, взять эту редиску мы должны исключительно живым. Именно поэтому я сидел на кухне и судорожно ломал голову. Внезапно в дверь постучали. Обматерив непрошенного гостя, я пошел открывать дверь. На пороге стояла Узуки Уручи с подносом пирожков. - Ну, и долго я тут буду стоять? – улыбаясь спросила куноичи. – Или мне зайти попозже? У меня в желудке предательски квакнуло. - Тетя Уручи, я вас так рад видеть! – воскликнул я. - Меня, или мои пирожки? - Вас, конечно. Но пирожки пусть тоже заходят. – засмеялся я и распахнул дверь. Мы пошли на кухню. Узуки Уручи поставила поднос на стол и мельком взглянула на лежащие листки с рисунками. - Что, Морино, велосипед изобретаешь? - Не велосипед, а комплект амуниции, подогнанный непосредственно под мои возможности, - немного обиделся я. - Я хотела сказать только то, что я сказала. Ладно, издеваться не буду. Судя по твоим рисункам, ты будешь работать своей лопаткой? И чем еще? Это цепь? - Нет, это кнут, только немного покороче, чем у вас. - Понятно. Тогда намек. Чакру проводит исключительно металл. Я хлопнул себя по лбу. - Точно. Тогда лопатку делаем цельнометаллическую, с накладками из дерева. А у кнута в ремень вплетаем металлическую проволоку, а на конец – грузик. - Ну что же, молодец. Осталось только потренироваться, и можно идти в рейд. Кстати, забыла тебя спросить? Как ты? - Встречный вопрос? Это ваша личная забота, или вы получили информацию от кого-то? - Да вот с подругой недавно встретилась, она и упомянула про тебя. Мол, выглядишь не очень, нервный стал. - Вы случайно не Оми-сан имеете в виду, говоря о подруге? И кстати, как правильно, «от подруги» или «от боевой подруги»? На мгновение закаменевшее лицо было красноречивее любого ответа. Но в следующий миг передо мной снова сидела моя милая старушка-соседка, учительница младших классов и вообще милая женщина. - Тетя Уручи, может хватит со мной играть? Вы меня обкладываете так, что я даже двинуться не могу без вашего контроля. Давайте честно? Нет, я верю в то, что вы учительница младших классов Академии, как и в то, что ваша подруга на сегодняшний день домохозяйка. Вот только мо…й нос говорит о том, что бывших членов АНБУ не бывают. Бывают в режиме консервации, в резерве, называйте как хотите, но бывших не бывает. Так что докладываю, совесть не мучает, мальчики кровавые не снятся, руки не дрожат. Женщина с грустью посмотрела на меня. - То есть ты считаешь, что я пришла тебя проверить? Не как соседка и бывшая учительница, а как член АНБУ? Обидел ты меня, Ибики Мрино, до глубины души обидел! И в глазах женщины заблестели слезы. Блин! А ведь она права! Какой же я негодяй! Мысленно дав себе по голове, я принялся извиняться. Спустя полчаса непрерывных извинений и посыпания головы пеплом мне удалось получить прощение. Еще спустя десять минут мы сидели за столом и мило болтали. - Кстати, тетя Уручи, как примерно ведут себя те, кого пытаются пленить? - Не поняла вопроса? – подняла бровь куноичи. - Ну к примеру, вы захватываете шиноби. Он отбивается, но вот вы его схватили и связали. Как он себя ведет в этом случае? Пытается сбежать или предпочитает самоликвидироваться? - Самоликвидироваться? Нет, о таком я не слышала. Вот сбежать, да, некоторые пытаются. И у некоторых получается. - Ну, от меня хрен сбежишь, - усмехнулся я. - Ты уверен? – улыбнулась женщина. - Абсолютно. Если, конечно, это будет не девушка. - А почему? – удивилась Узуки. - Потому же, почему изнасилование теоретически невозможно. Невозможно бежать со спущенными штанами быстрее, чем с задранной юбкой. Куноичи сначала возмущенно фыркнула, услышав этот довольно фривольный анекдот, потом засмеялась, а потом внимательно посмотрела на меня. - А ведь ты прав! Ибики, пусть ты и пошляк, но ты прав! - А то, тетя Уручи. И руки не надо связывать. Спустя час, когда все пирожки были съедены, а чайник опустошен два раза, мы распрощались. Я начал готовится ко сну, а Узуки Уручи…Узуки Уручи совершила один телефонный звонок, и, сказав пару слов, вышла на улицу. Прогулочным шагом она дошла до парка и села на скамейку, наблюдая закат. Через пять минут к ней подсел непонятно откуда появившийся Дед. - И что за спешка? – спросил шиноби, вместо приветствия. - Чоро, похоже парнишка умеет не только махать руками. Он еще и меня определил как АНБУ. Дед судорожно втянул ноздрями воздух. - М-да, обрадовала ты меня. И где ты прокололась? - Я только сказала, что говорила с Оми Яманака. На что он ответил, что я, как и она, АНБУ, а АНБУ бывшими не бывают. - Весело, нечего сказать. Ладно, я с ним разберусь. Можешь не беспокоиться. И кстати, как ты думаешь, может его тоже включить в список кандидатов в АНБУ? Глядишь, и проблемы частично уйдут? - А что, мысль сама по себе неплоха. Вот только мы его еще ни разу в деле не видели. Так что сначала посмотрим в работе, а потом уже вернемся к этому вопросу. - Согласен. Тогда до связи. *** Я проснулся от того, что в глаз немилосердно било солнце. Обматерив гнусное светило, я поднялся с кровати. Это же надо, опять забыл шторы задернуть! Бурча под нос частушку про подъем в шесть часов, я собрался и отправился к уже знакомому кузнецу. Спустя еще три часа я был оснащен нужными «изделиями» (хотел написать «девайсами», но в данном случае это неуместно). А потом вспомнив наставления тети Уручи, двинулся на полигон. На удивление, ни с лопаткой, ни с кнутом проблем не возникло. При направлении чакры в штык лопатки, тот начинался светиться голубоватым свечением. А при попытке бросить ее в мишень, случился маленький конфуз. Мало того, что лопатка пробила мишень насквозь, так еще она наполовину вошла в валун, который находился за мишенью. Ох, и намучился я, вытаскивая ее! Наконец, я сообразил снова направить чакру в штык лопатки, и, дернув что есть мочи, потерял равновесие и плюхнулся на спину. Обматерив валун, лопатку и самого себя, я подошел к устройству, которое кидалось в заданном направлении различными предметами. Видимо, это было сделано для тренировки уклонения от метательных предметов. Зарядив с десяток резиновых шариков, я встал напротив прибора. Очередь из трех выстрелов была отбита успешно. Зато следующая пара достаточно болезненно шандарахнула в ногу. Откуда я знал, что в мячике резиновая была только оболочка, а середина – металлический шарик? Получив подобный стимул, тренировка пошла значительно активнее. Кувырки, повороты и прочая ерунда, пока заряд не кончился, вымотали меня основательно. Смахнув пот со лба, я засунул ее в чехол на спине, между лопатками. Затем настал черед кнута. Ох, и оттянулся же я! Разбив вдрызг несколько мишеней и отколов пару приличных кусков от валуна, я подошел к манекену. В отличии от мишеней, он мог двигаться, и размахивать конечностями. Поставив перед собой задачу, попадать кнутом по движущейся мишени я увлекся настолько, что чуть не пропустил звонок будильника. Собрав свои пожитки, я ломанулся в раздевалку. Умывшись и переодевшись, я направился на встречу с Дедом.