Ичи-ни-сан

- Дядя Морино, а дядя Морино! А спойте еще раз песенку про ворону! Пожалуйста! - Хорошо. Но последний раз. После этого все спят. Согласны? - Да! - Ну тогда слушайте:

Одну простую сказку А может и не сказку…

Для тех кто не догадался – перед вами был показан отрывок фильма «Усатый нянь 3½». А кроме шуток – Дед выполнил свое обещание и отправил меня на две недели в детский сад, в качестве помощника воспитателя. Для лечения нервов. Или в ссылку, я так и не понял. Но теперь на мне двенадцать карапузов 3-4 лет, которые называют меня «дядька Морино» и с которыми мы играем с восьми утра до шести вечера. Оказывается, в Деревне есть садик для тех, кто не может оставить ребенка дома. А также отдельные группы для тех детей, у кого родители на задании свыше суток. При этом для сирот есть отдельное заведение. Но дело не в этом. Как выяснилось опытным путем, дети действительно благотворно влияют на нервную систему. Надо только их заинтересовать (На бурчание скептиков о неблагодарной работе воспитателя в родном д/с, мы просто не будем обращать внимания). Итак, спустя три дня я уже перестал воспринимать людей как мерзких существ, жизнь расцвела красками и даже начала пахнуть. Приятно. Пахнуть. Я перезнакомился со всем персоналом садика, получил свою долю сочувствующих вздохов, а также поймал несколько заинтересованных взглядов со стороны наиболее молодых воспитательниц, ибо умудрился попасть в группу, которой руководила самая опытная и самая строгая из воспитательниц. Ее звали Кику-сан и у нее в группе всегда был идеальный порядок. Возникало ощущение, что горшки и игрушки самостоятельно занимали свое место, без участия человека, а пыль просто исчезала, перелетая границу группы. Сегодняшний, пятничный день, проходил как обычно и потихонечку подходил к концу. Мы гуляли на площадке, возле садика. Уже начали приходить родители за своими чадами. При этом некоторые дети абсолютно не хотели уходить, что безусловно, вызывало удивление у родителей и наполняло меня тихой гордостью. И только после клятвенного заверения, что за ночь садик никуда не убежит, дети уходили домой. - Ну что, осталось еще пять человек и можно будет пойти домой, - вздохнула Кику-сан. – Морино, если ты хочешь, можешь идти сейчас, я и одна справлюсь. - Да ничего страшного, Кику-сан, меня это не затруднит, - ответил я. - Странно, просто парень в качестве помощника воспитателя… это необычно. И каким ветром тебя к нам занесло? Удивительно, но разговор на эту тему возник только сейчас. - Да абсолютно случайным. Будем считать, что распоряжения начальства не обсуждаются. - Ну, не хочешь говорить, не говори, - пожала плечами старая воспитательница. – Если не трудно, посмотри за ребятками, я сейчас вернусь. Кивнув, я повернулся к оставшимся детям. Они оккупировали песочницу и увлеченно строили замок. Пришло еще четверо родителей, и теперь последний карапуз оказался под моим «чутким руководством». Я присел к нему в песочницу так, чтобы был виден вход на территорию садика. Тут же произошло несколько событий. Из здания вышла Кику-сан и направилась ко мне. Одновременно с этим появился последний родитель и мы, взявшись с ребенком за руки, пошли к нему. Внезапно меня что-то насторожило, при том, что лицо родительницы было абсолютно знакомым. Она подошла к нам, и я внезапно понял, в чем причина. У нее была мужская походка! Твою мать! Я резко переместил карапуза за спину и приготовился к отражению атаки. Это было последнее, что я помнил, потому что удар по затылку заставил меня потерять сознание. *** Очнулся я от дикой боли в голове. Во рту явно ночевала стая барсиков. Приоткрыв глаза, я попытался осмотреться. Нападавшие явно не хотели, чтобы меня кто-то обнаружил и поэтому оттащили меня в кусты, подальше от посторонних глаз. Попытка встать увенчалась успехом с первого раза. Осмотрев себя и ощупав, я остался приятно удивлен. Кроме небольшой шишки на макушке, на мне не было никаких повреждений. Подавив позывы к рвоте, я, шатающейся походкой направился в полицейский участок. Там я провел часа три, рассказав все раз пять, чуть не прибил дежурного, отвечая на его вопросы и прошел медицинское освидетельствование на предмет наличия сотрясения головного мозга. Стойко выдержав эти издевательства, я в приказном порядке был отправлен домой, в сопровождении одного из полицейских-шиноби. Доведя меня до парадной, шиноби молча исчез, а я начал мучительный подъем. На своей площадке я столкнулся с Узуки Уручи, и невнятно пробормотав «здрасте», направился к квартире. - Морино, это что, тебя так дети с воспитателями доконали? – донеслось мне вслед. –Или у тебя просто птичья болезнь под названием «перепИл»? И кто это тебя под енота разукрасил? Я развернулся. Ну конечно, «травматические очки» украшали мою физиономию, но не настолько, чтобы я был рад их появлению. - Скорее это работа воспитателей вместе с полицейскими. И, тетя Уручи, врач мне сказал соблюдать постельный режим два дня, и поменьше болтать. Так что, извините. - Ты в каком участке был? – неожиданно серьезным голосом спросила соседка. - В Южном. - Понятно. Если что, я к тебе зайду. И Узуки Уручи, почтенная дама «слегка за сорок…» сбежала вниз, перепрыгивая через три ступеньки. А я, с трудом вполз в квартиру, и, добравшись до кровати, рухнул, засыпая буквально в падении. Провалившись в сон, будто в омут, я искренне надеялся привести многострадальную голову в порядок, и немного отлежаться. Наивный я. Первое что я ощутил вместо покоя, был дикий крик, который буквально подкинул меня над землей. - Караул, в ружье! – заорал кто-то над моей головой. – Боевая тревога! Мдя, армия, друзья мои, это великая вещь! Мое тело само вскочило на ноги, а руки привычно начали ощупывать пояс, в поисках кобуры. И только потом я открыл глаза. Передо мной находилось белое от ярости лицо деда. - Вы что, молодой человек, охренели? Или просто струсили? Я аж подавился собственной слюной. - Но у меня же сотрясение, тошнит и голова кружится… - Молчать! У тебя перед носом украли ребенка, а ты решил отлежаться? Мол, есть другие, которые за тебя все сделают? Оправдания ищешь? - Нет… - Отставить нюни, старлей. Мне повторить свой вопрос? И куда девался милый дедушка? Передо мной стоял тот, кто штурмовал вражескую крепость, высаживаясь с катеров в ледяную воду под минометно-артиллерийским огнем, тот, кто прошел всю войну от Шауляя до Кенигсберга. - Никак нет, товарищ гвардии полковник! - Тогда ставлю боевую задачу: обнаружить похитителя, выяснить причину похищения, ребенка спасти, а дальше по обстоятельствам. Вопросы? - Никак нет! - Выполнять! - Есть! – гаркнул я … и вылетел из подсознания. Очнулся я на полу, голова болела по-прежнему, но мне уже было на это наплевать. Меня буквально переполнял адреналин, и я уже был готов буквально ко всему. *** Я ввалился в кабинет к Деду, как алкаш в любимую рюмочную. Вот только инстинкт самосохранения удержал меня на пороге. Потому что в кабинете, кроме хозяина, присутствовало еще масса народа. Уже знакомый мне полицейский, из клана Учиха, какой-то хрен в маске АНБУ, белокожий шиноби, с двумя вертикальными полосками на лице и взглядом болотной гадюки и Цунаде Сенджу собственной персоной. Причем стояли они вокруг кого-то, сидящего на стуле. - Итак, я повторяю свой вопрос, где дети? – раздался незнакомый голос и послышался звук, будто мокрой тряпкой ударили по доске. Я подошел ближе. Внезапно доска под моей ногой скрипнула, и на меня уставилось пять пар недружелюбных глаз. - Это что еще за хрен с бугра? А ну, пшел вон отсюда, щенок! – рявкнула Цунаде. - Ибики, какого хрена ты сюда приперся? – практически одновременно с ней проревел Дед. - Отпуск на неделю и информацию по похищению, - ответил я, пытаясь унять шум в ушах. – Это мое дело. Стоящие передо мной заулыбались. Кто с презрением, как Цунаде и Учиха, кто зло, как Дед, а АНБУ даже глазами показал такое, что мне моментально захотелось набить ему морду. Единственный, кто улыбнулся искренне был тот самый белокожий шиноби. - Мальчик, ты не представляешь, как мы тебя ждали! – воскликнул он. – Мы уже два часа бьемся, пытаясь расколоть пленного, но ничего у нас не выходит! Даже знаменитый Учиха, с его неподражаемым Шаринганом бессилен! А уж болевое воздействие и медицинские препараты мы попробовали в первую очередь! Так что вся надежда только на тебя! Спаси нас, о храбрый юноша! Я был слишком зол, чтобы заметить абсолютно неприкрытую издевку в голосе говорившего. Вместо того, чтобы красиво ответить, я повернулся к Деду: - Мне нужна информация. Полностью. - Похищено трое детей, из семей бесклановых шиноби, в течении пятницы и частично субботы. Причина неизвестна. Этого взяли, когда он пытался захватить четвертого, уже после того, как ты пришел в полицию. Отца он нейтрализовал, теперь он в коме. Ребенок в безопасности. - Три минуты. И пожалуйста, не надо вмешиваться. – попросил я. После чего подошел к сидящему. Абсолютно серая личность, пустой взгляд. Одним словом – идеальный шиноби. - Пожалуйста, расскажи, где дети, и тогда я просто уйду – вежливо попросил я. – Иначе будет больно. В ответ мне прилетел плевок в лицо. Ну что, я пытался дать тебе шанс. Взяв его лицо в руки, я посмотрел ему в глаза и привычно рухнул в подсознание. То, что происходило дальше, можно назвать уже привычным допросом. Вот только когда я начал получать информацию, у меня почему-то на ухо сел комар. Отмахнувшись от мелкого кровососа, я продолжил. Через некоторое время я знал ответы на все вопросы. Вынырнув из подсознания, я снова удержался на ногах, за что и похвалил любимого себя. Оглядевшись, я поискал глазами Деда. Странно, но почему-то все смотрят на меня очень настороженно. И куда делось все их презрение? Дед сидит за столом, обхватив голову руками, словно она у него раскалывается, у него за спиной стоит полицейский и заинтересованно меня разглядывает. АНБУ вообще, зачем-то достал вакидзаси, и ковыряет им под ногтями (вообще-то танто это делать гораздо удобнее). А шутник с лицом гадюки почему-то держит за руки Цунаде. - Докладываю, похищено не трое, а четверо детей, потому что для ритуала нужно пятеро. Так что попытаются похитить еще одного. На данный момент они находятся в пещерах, где добывают какой-то синий минерал. Пещеры на третьем уровне горы с раздвоенной верхушкой. Она отсюда в двух днях пути. В банде пятнадцать человек, все нукенины, класса «чунин». Сам ритуал нужен для какого-то выкачивания силы. Все. В ответ повисло молчание. Я удивленно приподнял бровь. Наконец змеерожий отпустил Цунаде и та, фыркая, стала поправлять одежду. А он повернулся ко мне и спросил: - Скажи, а с тобой за время твоего… э… разговора… ничего не происходило? Я наморщил лоб, пытаясь вспомнить. - Да вроде ничего, правда меня комар почему-то укусил за ухо, а так все было как обычно. Шиноби кашлянул, пытаясь спрятать смех, зато остальные изобразили на лицах повальное недоумение. - Да все в порядке, не обращай внимания, просто Цунаде тебя слегка щелкнула по уху. Но это она, видимо, не со зла. - произнес белокожий шиноби. – И кстати, приношу свои извинения, молодой человек, я поражен. - Так я и била не в полную силу. – буркнула Цунаде. - Милочка, обычно того, кто попадает под твое «не в полную силу», хоронят либо в закрытом гробу, либо собирают в мусорный совок то, что смогут найти. – усмехнулся белокожий. Странно, ухо действительно горело, будто меня туда укусил комар. - Ну и чем я заслужил такое поощрение? – удивился я. - Видишь ли в чем дело, - внезапно хмыкнул Дед. – все почему-то очень удивились, когда у допрашиваемого почему-то стали плющиться ногти. А когда они начали стачиваться, словно карандаши, то удивились еще сильнее. - То есть вы бедного дяденьку пожалели? – догадался я. – Так вот он перед вами. Можете погладить его по головке и пожалеть несчастного. Пока он жив. А у меня еще дел по самые гланды. - Стоять! – рявкнул Дед. – значит так. Подыши пока на улице, мне тут надо немножечко поговорить. Тебя вызовут. Свободен. Я мысленно сплюнул и вышел. Стояла пасмурная погода, поэтому понаслаждаться солнышком не получилось. Я сел на скамейку и прикрыл глаза. Удивительно, но минут через пять меня позвали внутрь. Дед по-прежнему сидел за столом, а остальные подпирали стены, видимо боясь, что те упадут. - Ибики, Морино! – рыкнул Дед, когда я приблизился к столу. – Слушай внимательно, два раза повторять не буду. Ты включен в команду шиноби, которой поставлена задача по освобождению похищенных детей, в качестве консультанта по ведению допросов. В боевые действия не лезь, это не твое. И еще. Если не готов беспрекословно подчиняться командиру группы, лучше останься в Деревне. Вопросы? - Вопросов нет. - Тогда свободен, сбор у Южных ворот через три часа.