Антураж

      «Красивейшие горы, идеальные живописные пейзажи, вежливые экскурсоводы, тысячи фактов о дикой природе, животных и просто замечательный отдых, который вам никогда не забыть!..» - скользила глазами по брошюре раз, наверное, четвертый. И… все не могла понять, почему ректору не сиделось в актовом зале.       Девчонки с нашего, самого ленивого факультета, приготовили несколько выступлений, спели неплохо, станцевали даже, а Инка анекдоты рассказывала… про спаривающихся осину и кролика… я вообще не вникала, но с открытыми ртами, по рассказам ребят, сидели все. Но! Сидеть ректору просто так не захотелось. И кто бы сказал, почему именно наш факультет, вернее ударников и отличников заставили идти в поход?.. В поход!..       Зла не хватает!..       Я, стоило мне услышать «преприятнейшую» новость, грохнулась с дерева, на котором честно сидела, ибо лавочки во дворе были заняты, а мне, во-первых, посидеть хотелось, а во-вторых, Димка предложил на спор залезть. Ну, я и залезла – он мне шоколадку остался должен – а я должна была слезть – благо не на спор – не то проиграла бы. Залезать вообще всегда легче, чем слезать, а оказалось, мне даже к веткам примеряться не пришлось. Дарья подлетела, разбросала по всем листовки с уведомлением, где и во сколько встречаемся, и улетела, а я… ну я тоже улетела. Хотя, кто присматривается к деталям?       И вот, сижу на травке, одна рука в этой самой травке, другая в волосах, листочек на коленях. Читаю.       Про горы читаю, про пейзажи и… понимаю: все, конец подкрался незаметно, хоть виден был издалека.       Повздыхав, под хохот Димки и Киры, пошагала на остановку, дабы собраться к грядущему… ужасу.       Даже одноклеточное творение из социальной сети меня более не волновало. Было просто плевать… Только через час копания в палатках брата и отца, когда я вернулась домой, осознала, что в лесу точно интернета не будет, а вот музыка… без музыки я, словно статуя свободы – решимость, безмятежье и скрытая на все злость, которая рано или поздно вырывается наружу и дело в том, что чаще всего вырывается наружу рано, а не поздно. Так что, забросив пыльные спальные мешки и палатки, погнала грузить музыку. Почему загружала первым делом рок и металл – не знаю, но, в свое оправдание, могу сказать, что Амадей Моцарт и Вивальди мой список тоже пополнили… по композиции скачала.       Когда я, к началу третьего часа ночи собралась – вымоталась, устала, была зла на весь мир, обнаружив, что холодильник пустует, а еще надо делать контрольную, которую сдавать завтра, вопреки тому, что день не учебный, захотела просто умереть… и поесть.       В общем и целом, злая, недовольная, не выспавшаяся я, приплелась в альма-матер тогда, когда все заползали в автобус.       Я же, шикнув ректору «здрасте!» - пронеслась искать преподавателя. Если я не сдам эту контрольную, из-за которой глаза и руки просто уже жжет, то пойду и убьюсь дверью в лаборантскую в кабинете физики.       Благо Мария Викторовна нашлась быстро. Вручив ей одиннадцать листов формата А4 – улыбнулась, как маньяк своей жертве и, думая о предстоящих жаренных сосисках, понеслась в автобус.       Ждали меня и еще нескольких ребят, так что, пришлось дополнительно стоять на стоянке.       Когда автобус отъехал – клянусь – я уже почувствовала, как съем все припасы ребят, стоит нам только приехать в заданное место. Просканировав помещение голодным взглядом, натолкнулась на еще нескольких оголодавших. Посверлили друг друга взглядами. Демонстративно отвернулись, показывая всем и вся, что нас, голодных студентов, едой обделить не получится, мы все съедим и вообще, никому кроме нас не достанется.       Удовлетворившись сим ультиматумом, все развернулись в сторону окон.       Некоторые привычно висли в телефонах. Наслаждались, так сказать, в последний раз. Через пару часов выедем из черты города и помчимся по проселочным дорогам, так что, отлично зная, что бесплатного интернета там майский жук наплакал, все ловили момент. Вот я и решила приобщиться к «ловящим момент».       Зашла в привычную социальную сеть, начала, включив рок, листать ленту новостей групп.       Не я: А я тебя вижу, моя мелкая рокерша.       И смайлик. Опять, блин, смайлик. Смайлик!       Арр…       Я начала крутиться, желая найти этого… недалекого.       Не нашла. Судя по всему, девяносто процентов студентов, а в том числе ректор и декан, глядели в свои гаджеты и что-то клацали по экрану.       Психанув, набрала ответ.       Я: Кто ты?       Не я: Секрет.       Я: Говори!       Не я: Нет, не скажу. Потом узнаешь.       - О да, я узнаю… - прошипела, напугав сопящего на моем хрупком плече Димку. Он, встав, повертев головой, ухнул ее обратно.       - Ну чего ты?.. Мне удобно.       Хмыкнув, посмотрела на стену.       Не я: Шопен уже не катит? Тянет на металл?       Я: Не. Твое. Дело.       Не я: Мое!       Я: А вот и нет!       Не я: А вот и да! Что ты как ребенок?       Я: Я не ребенок!       Не я: А по росту и не скажешь…       Я: Не трогай мой метр пятьдесят девять! Я им горжусь, между прочим!       Остальная беседа проходила примерно в том же ключе. Не могу сказать чего-то конкретно, так как я просто в шоке. В непроходимом и глубоком до умопомрачения шоке, ибо ну как?... Как такое возможно: проболтать со своим врагом полтора часа, а потом даже расстроиться, что выехали за черту города и интернет стал никакой, а там, через еще пару десятков километров, пропал вовсе.       От нечего делать, перечитывала сообщения, почему-то с улыбкой и почему-то с глупой улыбкой. Почему с глупой – так и не поняла. Но, решив не выбивать себе этим мозг, то есть, говоря иным словами, психанув, выключила телефон, предварительно отправив родителям сообщение о походе и моем душевном состоянии. Написала на счет последнего честно «все бесит».       Когда декан сообщил, что можно выкатываться из автобуса – счастью моему предела не было. Ненавижу долгие поездки. Просто ненавижу. Укачивает.       Я вынеслась из автобуса первая, вопреки тому, что сидела на последних сиденьях.       Стоило только вынырнуть из желтого монстра, уставилась на замечательные пейзажи.       Недалеко стоял какой-то поросший мхом гараж или, быть может, сарай, половина леса была вырублена, а вместо водопадов, ради которых я, кстати, и согласилась измываться над собой, я увидела это… лужу.       Просто большую лужу, напоминающую болото в паре шагов от того месте, где я и стояла.       - Стаська! – заорал Димка, вылетая из автобуса и размашистыми громадными шагами направляясь ко мне. – Это что такое?! – вопросила его моська, возвышаясь надо мной сантиметров на сорок при этом держа в руках телефон с социальной сетью и перепиской, на которую мне, ровным счетом, было плевать.       - Э…       - Я, значит, не интересую тебя как парень, да?! – раздраженно играл он бровями.       Э… что он несет?       Каюсь, во всем виновны сосиски… Их просто достали из целлофанового мешочка и Аня с девчонками тоже с нашего потока, начали их чистить..       - Станислава!       - А! – бодренько выкрикнула, обращая внимание на лучшего друга, - что тебе надобно, старче?       - Т-ты… - надрывно потянул он, потом, вроде успокоился и почему-то вперился в меня своими глазами.       Я поморгала.       - Что?       - А… бесишь! – что? Это он мне?!       - Сам бесишь!       - Вот это ты, значит, слышала! – и что он хочет этим буркнуть?       - Стася! – Кира подбежала сбоку, зацепляя меня за локоть и таща к святому… ну сосискам… ой, а там еще хлебушек…       Облизнувшись, я поскакала вперед девушки.       - Я закончу… - предвкушающее потянула, смотря, как они уже дочищают провиант.       - Э, нет, Смерчева, шагай лучше к Давыдычу. Он там того… дрова колет, так что, там помощь нужна больше, чем тут!       Так значит, да?! Вот так значит?!       - Это мне! – выхватив у Дашки булочку, под ее возмущенные вопли, пошла в кустики... дрова помогать рубить, конечно.       - Здравствуйте! – проорала, выбираясь из зарослей елок. Ненавижу мелкие, низкорослые елочки – сквозь них ходить невозможно!..       - Станислава? – икнул какой-то парень, рядом с ним стоящие подавились. Булочками.       Откуда у них булочки?!       Ладно, я потом разберусь с этим.       - Чем помогать-то? – вопросила моя персона, изучая полянку. Сруб дерева, Давыдыч, который декан, парней троих неподалеку видела, дрова, зарание приготовленные. Не разрубленные дрова.       Почему они не разрубленные?       Собственно вопрос озвучила.       Один парень пожал плечами, два другие странно таращились, а декан, сверкнув на солнышке чуть лысоватой головой, возвестил:       - Топора у нас нет, забыл.       Это зря… что забыл, мне бы он пригодился. Ну, топор.       - Ну и ладно, - невозмутимо пожала плечами, - Дим! – крикнула, привлекая внимание друга, - пошли ветки собирать, костер иначе не сделать! Тут Игнат Давыдович топор… забыл! – мстительно смотря в глаза декана, прокричала, наблюдая заметные метаморфозы – голова мужчины покрылась бисеринками пота, а глазки забегали.       - Смерчева… - выдохнул он... душевно так выдохнул, - я так боялся, что это предложишь именно ты…       Я мило улыбнулась. Надо было пару секунд раньше предлагать – самому, а то я что? Я ничего. Просто студент. Голодный. Без стипендии… и так два дня… а сегодня даже кофе кончился.       Димка высунул голову из кустов.       - Пошли, - кивнул он. Ну, мы и пошли. Командой – те парни, Димка, я, Анька, Кира и Дашка.       Идем… потом еще идем…       Ей-Богу, хоть бы палочку найти!...       Ни единой – чистота и порядок.       - Как же Давыдыч вовремя топорик то не взял… - прошипел голоднейший в мире студент. Димка, естественно. Я-то про него все знаю – вместе стипендию на лотерейные билеты спустили. Выиграли девять билетов – по тридцать рублей с копейками – окупилось три билета, остальные… жгли мы их со злости и негодования долго и со вкусом – на Диминой даче. Еле от веника его бабули сбежали – она у него меткая… я это тоже знаю… по себе.       - Очень вовремя, - подхватила Анька, - а зачем топор то?       Я хлопнула ее по голове.       - Комарик! – пожала плечами, шагая дальше. Но, может хоть одну сотую долю мозга вбила?       - И все такие: зачем? – Ясно, понятно, не вбила.       - Что б был! – сварливо буркнул парень, шагающий за мной.       - А…       - Не надо больше вопросов! – Попросил другой.       Нормальные ребята.       - Я – Станислава, - обернулась и зашагала спиной, - вы как?       - Макс, - ухмыльнулся рыжий, - это Денис и… Стас.       - О, тезка почти, - я ухмыльнулась, - почти приятно.       - Почему «почти»? – влезла Дашка, - мне вот очень приятно!       - И нам…       - А мне вот нет, потому что знакомиться с кем-либо в походе – не то, что мне бы хотелось делать когда-либо в жизни.       - Это почему? – философски спросила Кира.       - А потому, Кир, что в походе в последний раз моя светлость была в пять лет с папой и братом, и в тот далекий раз я ночевала в лесу два дня, а не один, как задумывалось, потому что я решила вернуться домой ночью, а оказалось, что заблудилась. Искали меня долго. И брат потом за мной гонялся долго... со шваброй в руках, но он упорно настаивал на том, что это меч. Хотя, ему было шесть… - понесло меня, - поэтому походы и все, что с ними связано – не выношу и…       - Смерчева просто у нас не может жить нормально, - влез Димыч.       Я демонстративно закатила глаза.       - Молчал бы! Кто вчера со мной на счет дерева спорил?!       - Я шоколадку хотел – откуда мне было знать, что ты полезешь? – бурчал он.       - Мне «Аленку» со сгущенкой! – милостиво посвятила парня.       - Да знаю я, - отмахнулся он.       - Давно дружите? – поинтересовался Макс, - или встречаетесь?       Мы с Димой посмотрели друг на друга.       - А мы женаты! – провозгласил он, цепляясь за мою руку.       Я засмеялась над выражениями лиц окружающих. Многие думают, что мы пара. И, когда спрашивают, мы отвечаем одинаково – вот так. У всех шок, у некоторых паралич, а у родителей Димки помнится, был чуть ли не момент «застрелимся или их хлопнем?..». В общем – эффект у разных индивидов разный, но от того только привольней.       Вот я и заливалась… соловьем, пока не начала заваливаться назад…       - Держитесь! – вылетел из ступора Дэн, если не ошибаюсь, и схватил меня за свободную руку.       - Черт! – прошипела, дергая ногами.       Вляпалась знатно…       Внизу обещанный водопад, а я… вишу на руке парня. Мило.       - Стась! – рыкнул Димка, который за мгновение до этого решил отпуститься от меня. Предусмотрительный, гад.       - Держись! – шипит Денис. Я держусь.       Парень не может. Он почти лежит, меня тянуть не сможет.       Лишь бы не отпустил. Ей-Богу, не хочу я искупаться… а там дно еще не весть какое.       - Стаська, держись!       Анька, кажется, завизжала, Дашка кого-то звала, а я уже все…       - Не умею я в походы ходить, - дрогнув голосом, буркнула, пытаясь висеть спокойно…       Димка присел на колено, протянул руку.       - Достанешь?       Сглотнула, постаралась протянуть руку. Чуть не сорвалась, но дотянулась. Дэн привстал, помог.       - Дура! – припечатал Денис, отходя в сторону.       - Если б спорила, - выдохнула, наконец. Чертов стресс. У меня в мои девятнадцать – стресс и восьмидесятипроцентная вероятность того, что я хлопнусь в обморок.       И из всей этой ситуации расстроило больше всего не это. Расстроило то, что я, блин, могла умереть даже не узнав анонима. Глупая до абсурда мысль, но прочно засевшая в моем мозгу покидать меня была не намерена.       Отдышавшись, повертела головой.       Максим суетился над Дашкой, которая в свою очередь махала лопухами перед лицом хнычущей Ани.       Я так и думала: театр абсурда, новые актеры…       - Ребят, пошагали в лагерь, а? – спросила Даша, отрываясь от однокурсницы.       - Согласна! – поддержала я, желая к черту свалить отсюда.       Обратно вернулись быстро.       С Дашкой мы даже как-то разговорились, хоть раньше это не особо прослеживалось. Мы не были в плохих отношениях – она староста, в конце концов – но и не дружили особо. Она упорно считала меня серой мышью, хоть то и проявлялось только в музыкальных предпочтениях, а я мнила ее неразумной барби.       Все люди ошибаются.       По ходу нашего путешествия назад, на поляну, говорили не только мы с Дашей – Денис, Макс и Стас о чем-то спорили, даже Димка выглядел немного… шокировано что ли, но изредка вставлял свое слово. Анька тащилась где-то в пятидесяти метрах впереди нас – ей просто чрезвычайно хотелось доложить обо всем произошедшем Давыдычу, а Кира шла позади нас, но угрюмо молчала.       В любом случае, равнодушным к произошедшему не остался никто.       А Дашка, увлеченная моим рассказом про анонима, важно кивала головой.       - Интересная теория знакомства, - выдала она в конце философское, кидая руку на мое плечо.       - Интересная?! Издеваешься? Моя музыка!..       - Твоя музыка не пострадала, - перебила она меня, - а вот не тупого харека-парня в поклонники ты себе приобрела.       - Бред, - резонно высказалась я.       Она пожала плечами:       - Это в любом случае просто завораживающая история, - интригующе прошептала она, толкая меня вперед.       Я только усмехнулась на ее слова.       Когда мы вернулись, обнаружили злых студентов и Давыдыча, который на пару с ректором мигали своими физиономиями из окон автобуса, который был закрыт.       Видимо, дров не нашли, палок не собрали, студентов не накормили и… получили то, что получили.       Мы с ребятами немного улыбнулись.       Чую стопроцентный шанс на то, что сейчас рванем домой, а, кроме как смыть с себя этот день, мне ничего не хотелось.       Все действительно оказалось так: ребята быстро побросали сумки в автобус, резвенько загрузились и, под Дашкино «гони, водила», автобус под управлением физрука повез нас в родные пенаты.       Димка со мной сесть не пожелал, устроившись с Кирой, а мне пришлось подсесть на свободное место – к Аньке.       Через час дороги появился интернет. Я зашла на страницу, аноним молчал, а мне поговорить хотелось. Пару фраз я написала, но, увидев отсутствие ответов, вышла из сети.       Когда автобус подрулил к зданию университета, я одна из последних взяла сумку, желая выстрелить себе в голову, потому что последний автобус, тот, который мне был нужен, ушел. И перспектива одной шагать девятнадцать остановок не радовала.       - Эй, Смерчева, погоди! – я обернулась, смотря на подходящего спасителя-Дениса.       - Что? – неловко переминаясь с ноги на ногу, спросила.       - Что-что? – передразнил он, улыбаясь и чуть морщась от заходившего, но все же имевшегося солнца, - домой тебя провожу, а то если ты со мной на странице своей переписываться будешь, точно под машину угодишь или овраг какой свалишься... - хмыкнул он, а я…       Слова почему-то пропали. Вот совсем-совсем пропали, а мне совсем-совсем без разницы.       - Я научу тебя слушать классику, - вырвалось вдруг.       - А я был первый! – он усмехнулся, и, видя, некоторое непонимание в моих глазах, пояснил, - слушать рок тебя научил, так что, ты подражаешь, а подражать нельзя!       - И почему это? – топнув ногой, спросила, деланно серьезно спросила, между прочим.       - А потому, мелкая, что так не интересно.       Забрав мою сумку, он пошагал вперед.       - Идешь? – спросил, чуть оборачиваясь.       Я прикусила губу. Иду?       Да, определенно иду.       «А классику все равно слушать научу» - мелькнула злорадная мыслишка напоследок.