Красавица и Чудовище

— Фууух, вот это я устал, — выдохнул Бекхён, падая на кровать и счастливо улыбаясь. Парень всегда любил убираться или помогать другим. Старушка, с которой он жил, воспитала в нём самые лучшие качества. Бён никогда не отказывал ей в просьбах, с радостью помогал соседям и не чурался тяжёлой работы на лесопильне, где местные мужики, обучавшие его мастерству, всегда рады были видеть хоть и не шибко сильного, но смышлёного и трудолюбивого парня. Помогая кому-то, делая что-то хорошее, Бекхён всегда заряжался оптимизмом и хорошим настроением. А ещё ему было приятно видеть результат своих трудов. Вот и сейчас, оглядывая комнату, Бекхён не мог сдержать широкой улыбки. Минсок не обманул его и действительно прислал Сехуна. Тот проводил парня в подсобные помещения и помог найти в кромешной темноте нужные вещи в виде вёдер и тряпок. Начать Бекхён решил с окна. Когда стекло засверкало кристальной чистотой и начало пропускать яркий солнечный свет, то комната сразу перестала казаться мрачной. Да, грязно, да, пыльно, но ощущение тоски и запертости как в склепе сразу исчезло. После Бекхён начал отмывать подоконники, тумбы и шкаф. После засверкали чистотой большое настенное зеркало и подсвечники. Последним на очереди был пол, который сейчас сох, обдуваемый сквозняком из распахнутого окна. Перевернувшись на бок, Бекхён посмотрел на виднеющееся в окне синее небо. Наверное, в деревне сейчас стоит шум и гам, все работают, общаются. А он как раз в саду прибраться планировал, готовиться к сбору яблочного урожая собирался. А теперь вот здесь, в этом особняке застрял. С тем, что видит призраков и словно попал в одну из прочитанных сказок, Бекхён уже смирился. Во-первых, не чувствовал он себя сошедшим с ума, а во-вторых, он действительно верил в чудовищ и потусторонние силы. Потому к встрече с призраками, как оказалось, он давно морально подготовлен. Да и не казались они ему страшными. Добродушный и улыбчивый Минсок покорил его с первой широкой улыбки. Сосредоточенный и ответственный Сехун, который был скуп на эмоции, но расцветал, когда слышал голос Лухана, тоже был довольно мил, когда проявлял заботу о нём. И сам Лухан, которого даже не было видно, очень понравился Бёну. Голос его всегда звучал жизнерадостно, и Бекхён даже представить не мог, чтобы человек с таким голосом, с искренностью в нём оказался дурным. И пусть он общался с ними совсем недолго, но уже проникся симпатией. А ещё ему было действительно жаль этих людей, бестелесными сгустками энергии зависшими здесь. Дома его никто не ждал, пёс был рядом, а потому Бекхён решил остаться на какое-то время в этом особняке. Ничего плохого не случится, если он будет отсутствовать в деревне, ведь некому о нём беспокоиться. А здесь он может быть полезен. Поднявшись с постели, Бекхён подошёл к окну. Из его комнаты, находящейся в башне, открывался очень красивый вид на горы вдали, на лес и реку. Опустив взгляд, Бекхён поражённо ахнул. Внизу раскинулся огромный сад. Множество статуй, пустые сейчас фонтаны, много арок, некогда увитых плющом, каменные дорожки, образующие причудливый узор. Правда картину портили голые скорчившиеся деревья, не подстриженные кусты и залежи старых прелых листьев. Но Бекхён мог себе представить, как красив был этот сад когда-то. А ещё он смог разглядеть в глубине зарослей беседку. Кажется, к ней вела невысокая лестница, но с такого расстояния Бекхён не мог нормально рассмотреть её. Зато он заметил фигуру в чёрном плаще, тенью скользящую меж деревьев. В нём тут же взыграло любопытство, и парень поспешил к выходу из комнаты. Помня о предупреждениях Сехуна, что необходимо соблюдать максимальную тишину, он быстро сбежал по ступеням и замер в холле, осматриваясь. В холле помимо двух арок было ещё несколько ходов и коридоров. Бекхён понятия не имел о том, куда ему идти. Положившись на госпожу удачу, он спешно направился в один из коридоров, который по его представлению должен был вывести его на другую сторону замка. Но в конце коридора его ждала лестница, ведущая наверх. Возвращаться — плохая примета, а посему Бекхён решил идти вперёд. Лестница вывела его в коридор, в конце которого была широкая арка с портьерой. Ткань держалась на честном слове и была изрядно подрана чьими-то когтями. Очень большими и острыми, судя по всему. — Бекхён, что ты здесь делаешь? — раздался суровый голос Сехуна над ухом, и парень отпрыгнул в сторону, громко взвизгнув. Тут же в глубине комнат раздался звук чего-то разбившегося и глухое рычание. Бён почувствовал, как по спине скатилась капля ледяного пота, а Сехун словно стал ещё белее. Он только хотел сказать что-то, как налетевший порыв ветра просто снёс эфемерную фигуру, и Бён остался в коридоре один. Замерев от страха и слыша бешеный стук сердца в ушах, парень очень медленно двинулся вперёд. «Что ты делаешь? Беги отсюда!» — вопил внутренний голос, но Бекхён упорно шёл вперёд. Завернув за угол, он прошёл ещё один коридор и увидел новую арку. За ней было светлее, тусклый свет из окон проникал внутрь, озаряя всё мутными лучами. Замерев на пороге, Бекхён начал осматриваться. Это была большая комната, больше похожая на залу. Впрочем, наличие кровати говорило о том, что это чьи-то покои. И если до этого Бекхён думал, что в особняке царит хаос, то теперь убедился, что настоящий хаос сейчас перед ним. Куча перевёрнутой покорёженной мебели, оборванный балдахин на постели и разодранные в клочья портьеры и шторы. Стены были покрыты глубокими царапинами, какие кошка оставляет, когда точит когти. Одно из окон было разбито, впуская ледяной ветер. Осколки ваз и зеркал, разодранные полотна картин. Сделав шаг вперёд, Бён услышал хруст под ногой и замер. В глубине комнаты раздалось глухое рычание. Вскинув голову, Бён осмотрелся, но никого не увидел. Замерев и успокоив бешено бьющееся сердце, он посмотрел под ноги. Осколок вазы и ещё одно подранное полотно. Присев на корточки, Бекхён смахнул с него осколки. Там были изображены люди. Красивая женщина в богатом платье, рядом статный мужчина и ещё один мужчина. Скорее даже молодой парень. Бекхён улыбнулся, рассматривая красивое лицо юноши. Наверное, это семья, что жила здесь. Рассматривая полотно, Бекхён потерял бдительность и не увидел, как с балкона, загороженного покорёженным шкафом, вышел волк. Всё такой же огромный, с черной, как сама тьма, шерстью и огромными клыками. Зверь замер, притаившись и не сводя глаз с человека. Вот только глаза его не пылали красным огнём ярости и жажды убийства. Красивые глаза янтарного цвета с зелёными вкраплениями, такие живые, умные, человеческие взирали на юношу. Бекхён сразу почувствовал, что на него смотрят. Вскинув голову, Бён замер. Ему показалось, что он физически ощутил, как леденеет кровь в жилах. Так они и замерли. Волк смотрел на Бекхёна, а сам парень думал о том, как спасти свою шкуру. Наверное, об этом и хотел предупредить Сехун. Видимо, Бён не заметил и поднялся в чужую башню. Куда Минсок ему строго-настрого запретил заходить. Не разрывая зрительного контакта, Бекхён положил полотно на пол и осторожно выпрямился. Зверь не двинулся с места, лишь уши его шевельнулись. Парень же судорожно соображал, что ему делать. Спиной поворачиваться нельзя. Глаз спускать нельзя. Показывать страх и просто сбегать нельзя. Рядом нет ни одной двери, которую можно захлопнуть перед диким зверем. Но волк сам разрешил метания Бекхёна. Коротко рыкнув, он запрыгнул на развороченную постель, сворачиваясь на ней клубком. Улёгшись, он ещё пару секунд сверлил Бекхёна взглядом, а после закрыл глаза. Медленно выдохнув, Бекхён пятясь, отступил к арке, а потом очень тихо вышел прочь. И тут же кинулся бежать. Но звуков погони он не услышал. Видимо, зверь не хотел нападать на него по каким-то причинам. Вылетев на лестницу, Бекхён спешно спустился по ней, свернул в первый попавшийся коридор, пробежал через небольшой зал, свернул ещё в один коридор и с разбегу врезался в запертую дверь. Но под напором чужого веса она поддалась и отворилась, выпуская юношу на небольшую веранду, широкая лестница которой спускалась к саду. Только сейчас Бекхён дал волю эмоциям и истерично рассмеялся, обхватывая себя руками. Его тут же заколотило, и он сел на ступеньки, прижимая ноги к груди и тяжело дыша, пытаясь успокоиться. — Господи, спасибо тебе. Говорили же мне не ходить туда, говорили! Ну почему я вечно влипаю в неприятности? Хорошо, что он не напал. Наверное, сытый был. Или я не так уж вкусно пахну, — сам себе сказал парень, вспоминая, как только недавно после уборки натирал себя мылом. От разговоров с самим собой парня отвлёк налетевший ветер, взъерошивший волосы. Глубоко вдохнув сырой воздух, Бекхён вскинул голову, осматривая сад. Сверху он казался намного таинственнее и привлекательнее, нежели сейчас. С реки наползал туман, стелясь по каменным дорожкам и вызывая мурашки по телу. Рассматривая каменные клумбы, Бекхён немного расслабился и задумался о том, как же оживить этот сад. Глупо начинать какие-то работы осенью, но можно хотя бы просто прибраться. Уловив краем глаза движение в стороне, Бекхён повернулся, всматриваясь в тени деревьев. Секунда, и оттуда выпрыгивает чёрный кот. Зелёные глаза животного слегка мерцают, и Бекхён сглатывает. Кот смотрит на него как на добычу, и это нервирует. Животное негромко мяукает и спрыгивает на землю с каменных перил, а после скрывается в тумане, застилающем дорожку. Бекхёну любопытно, настоящий это кот или очередной призрак, а потому он следует за животным. «Да, правильно. Вместо того чтобы вернуться в комнату, ты идёшь в огромный запутанный сад-лабиринт, следуя за диким котом. Только что ты чудом спасся от смерти, и намеренно идёшь навстречу новым неприятностям». Игнорируя голос разума, Бекхён спешно идёт по тропинке. — Кис-кис-кис, — зовёт он и дёргается, когда слышит презрительный смешок. — Вообще-то у него есть имя, — раздаётся голос в стороне, и Бекхён сворачивает с тропинки, вскоре выходя к той самой беседке. Строение в два раза больше, чем ему казалось. Красивые резные перила, широкая лестница, покатая крыша. Вокруг стоят статуи, изображающие амуров и девушек с сосудами в руках. Но взгляд Бекхёна прикован к незнакомцу в чёрных одеяниях. Кот трётся о ноги того, и клубы чёрного не то тумана, не то дыма расходятся в разные стороны от плаща незнакомца. Лица не видно, капюшон скрывает его, но Бёну кажется, что взгляд этого человека пронзает его насквозь. Секунда, и в полах одежды мелькает рука с часами. Стрелки на них не движутся, как мельком может увидеть Бекхён, и потому он переводит недоумённый взгляд на мужчину. — Ваши часы сломаны, но вы всё равно смотрите в них. Почему? — спрашивает он, подходя чуть ближе и замирая, когда кот шипит на него. — То, что стрелки не движутся, не значит, что время остановилось. Река жизни всё так же движется в своём направлении, и ничто не в силах изменить это, — отвечает незнакомец. — А я, как связанный с ней, вижу намного больше, чем просто застывшие стрелки в циферблате. Крышка часов со щелчком закрылась, и те затерялись в складках одежды. Кот, до этого момента крутившийся у ног незнакомца, затерялся в складках его плаща и исчез. Но после того как Бекхён пообщался с прочими обитателями дома, факт исчезновения животного его не так уж сильно шокировал. Парень вообще довольно быстро адаптировался и принял всё происходящее как нечто обычное. С одной стороны деревни темно, с другой — светло, на лесопильне работают с деревом, на каменоломне — с камнем. А в огромном особняке в глубине чащи живут призраки. — Мы не призраки. Мы — пережиток прошлого. Этот дом стоит здесь очень давно, и только я, связанный со временем, помню, с чего всё началось, — сказала фигура, словно читая мысли парня. — Скоро и ты станешь пережитком прошлого и присоединишься к нам. Или умрёшь. Тут уж как тебе повезёт. Хотя везение тоже понятие относительное. Быть может, лучше тебе умереть, чем жить в этом Аду. Хотя опять же, возможно для тебя это и не будет Адом. Время покажет. — Что значит — присоединюсь к вам? — дрожащим голосом переспросил Бекхён, которого отстранённый спокойный голос с загробными интонациями заставлял нервничать. — То и значит. Не стоит тешить себя пустыми иллюзиями. Все здесь преследуют свои интересы. Кто-то хочет вновь ожить, кто-то ждёт оживления любимого. А кому-то просто нравится питаться чужой жизнью. И та показушная радость и доброжелательность, что все вокруг показывают тебе — всего лишь иллюзия. Единственное, что является настоящим — течение времени и наше желание не исчезнуть с лица земли. О, и голод нашего хозяина. Я удивлён, как же он сдерживается и почему не загрыз тебя. А ведь у него было столько возможностей, — с явной издёвкой произнесла фигура. Бекхён непонимающе смотрел на человека перед собой, и тот фыркнул, видя явное непонимание в чужих глазах. — Слова Минсока — ложь. Ты далеко не первый, кто попал в этот дом. Но все они давно мертвы. Именно мертвы, а не стали подобны нам. Но со временем люди перестали верить в призраков, и наше время на исходе. И вот к нам вновь попал человек — не иначе, как подарок судьбы. И чтобы не спугнуть тебя, все надели красивые маски любезности и вежливости. Но я не собираюсь лгать тебе или притворяться. Ты — наш ключ к спасению, цена которому — твоя жизнь. И, что самое главное, даже зная теперь правду, ты ничего не изменишь. Этот особняк стал твоей клеткой в тот миг, когда ты ступил на его земли. Обратно для тебя дороги нет. Фигура в плаще просто растворилась в воздухе, смешиваясь с туманом. Бекхён, который только что с ужасом смотрел на зловещую фигуру, остался совсем один. Где-то в башне раздался вой его пса, которому вторил ещё один вой, и Бён точно знал, кому тот принадлежит. Поёжившись, парень пошёл сквозь сад, за которым по памяти после осмотра местности из своего окна нашёл аллею, ведущую к расчищенной площадке перед домом, в центре которой когда-то была большая клумба с фонтаном. Выйдя в нужное место, Бекхён остановился. Сначала он долго рассматривал особняк, а после перевёл взгляд на лес. В дневное время тот уже не казался таким страшным. А ещё Бекхён помнил, что никуда не сворачивал после оврага. Значит, если идти прямо, то он выйдет к каменоломне, а там и к своему дому. Если он поспешит, то к вечеру уже доберётся. У него ушло пятнадцать минут на то, чтобы подняться в комнату, забрать пса и тихо вернуться на улицу. Баф не слушался, всё прыгал вокруг него, хотел поиграть и даже пару раз залаял, из-за чего Бёну пришлось ускориться — вдруг услышали? Калитка громко и протяжно заскрипела, когда парень приоткрыл её, пропуская пса вперёд и протискиваясь в щель. В последний раз, оглянувшись на мрачный особняк, Бекхён почувствовал, как на него кто-то смотрит. На каменном балконе второй башни стоял огромный волк. Бекхён не был уверен, но ему казалось, что тот смотрел на него. Развернувшись, парень направился в лес, вскоре скрываясь в чаще. Над лесом пролетел протяжный вой.

***

— Что он делает? — раздался еле слышный шёпот. — Не знаю… Кажется, моет посуду… — раздался неуверенный ответ. — Минут десять назад он чистил столовое серебро, — раздался третий голос. Бекхён на голоса внимания не обращал, тихо напевая что-то под нос и продолжая намывать тарелку. У него не получилось уйти домой. Он шёл целый день, и даже когда сумерки спустились на землю, дом так и не показался вдали. Вскоре на небе взошла луна, освещая его путь. Вокруг царила неестественная тишина, и скрашивал одиночество уставшего путника только его пёс. Но вот вдали загорелся огонёк. Обрадованный, Бекхён перешёл на бег, стараясь как можно быстрее добраться до мерещащегося очага. Но вскоре огонёк пропал, а перед ним выросла уже знакомая кованая ограда. Тяжело вздохнув, парень пошёл вдоль её и зашёл прямиком в сад. Конечно, пришлось повозиться с очередной упёртой калиткой, но та под конец всё же сжалилась над парнем. Ступив на дорожку, Бён спешно направился к входу в дом. Проходя мимо беседки, он увидел два зелёных светящихся глаза. — С возвращение, Бекхённи, — раздался голос над ухом, а после кот исчез. — Ты пропустил ужин. Обернувшись, Бекхён лицом к лицу столкнулся с фигурой, закутанной в чёрный плащ. — Я же говорил, ты не сможешь уйти. Тебе остаётся лишь смириться. Мужчина начинает смеяться, и Бекхён резко разворачивается и бежит в дом. Открыть дверь, пробежать по коридору, налево, ещё один коридор, направо, лестница вверх, длинный коридор и дверь. Ворвавшись внутрь, Бекхён захлопнул дверь сразу же, как только пёс забежал следом. Переведя дыхание, он развернулся. Лицо его вытянулось в удивление, а после искривилось в гримасе. Весь порядок, который он навёл с таким трудом, был уничтожен. Всё было перевёрнуто, разбито, разворошено. Вещи валялись на полу, от и без того хлипкой тумбочки остались одни щепки, постель разнесена, подушки вспороты. Вокруг везде перья. Бекхён сам не понимает, что чувствует. Он всё ещё прокручивает в голове слова того незнакомца, он всё ещё жутко напуган, он всё ещё надеется, что сможет сбежать. Ему обидно, что все его труды насмарку, он злится на того, кто это сделал. Взгляд цепляется за чёрный клок мягкой шерсти, торчащий с одного из обломков шкафа. Почему-то все чувства отступают назад, и ярость вперемешку с адреналином, страхом и чувством безысходности затопляет сознание. Бекхён думает, что сошёл с ума, когда вылетает из комнаты, с грохотом захлопывая дверь и направляясь к лестнице. Эхо ещё долго гуляет по дому, но Бекхёну наплевать. Он преодолевает длинный путаный путь до второй башни и взлетает вверх. — Где ты? — кричит он во весь голос. — Где?! Он вбегает в ту комнату, где встретил гигантского волка. Но там никого нет. Он судорожно обшаривает взглядом помещение, заглядывает за шкаф, выбегает на балкон, сдёргивает ворох тканей и подранных подушек с постели, надеясь откопать там спящего хищника. Но комната пуста, а эмоции требуют выхода, и Бекхён кричит во всё горло, чувствуя текущие по щекам слёзы. Он засыпает, свернувшись клубком в огромной кровати, и не видит, как через пару минут в комнату входит волк. Он подходит к постели и тычется носом в чужую щёку, но Бён слишком устал, чтобы реагировать на что-либо. Карие глаза волка смотрят на него с глубокой печалью и чувством сожаления. На секунду в них вспыхивает красное пламя, но зверь скулит и трясёт головой, а позже покидает некогда свою спальню. А потом настало утро, и Бекхён, открыв глаза, решает, что если он не может уйти, то в последние дни своей жизни сделает всё, чтобы помочь тем, кто обитает здесь. Раз за разом Бекхён прокручивает в голове слова той зловещей фигуры в голове. Если он всё равно не сможет уйти отсюда, а жизнь его уже по крупице покидает, то есть только два варианта. Или он просто умрёт или перед смертью попытается помочь тем, кто застрял здесь. Парень не злится на призраков, что утаили от него правду. Он с трудом, но представил себя на их месте и невольно почувствовал тоску. А потому он решил последовать совету Минсока. Сначала он заново навёл порядок в своей комнате. После немного убрался в комнате зверя, который так ни разу и не попался ему на глаза. На самом деле Бекхён рассматривал третий вариант — хищник загрызёт его. Но за прошедшую неделю волк ни разу не показался на глаза, а сам Бекхён случайно услышал разговор Сехуна и Лухана о том, что хозяин ушёл в лес. Решив для себя, что этот волк и есть хозяин дома, Бён успокоился и принялся за другие комнаты. Да и смерть его больше не страшила. Коли суждено жить — будет жить. Суждено умереть — умрёт. День за днём, час за часом он намывал, вытирал, прибирал, протирал, вытряхивал, стирал и снова намывал всё, что попадалось у него на пути. Так засияли чистотой кабинет и личные комнаты Сехуна, после преобразилась и комната Лухана, что находилась рядом. После парень принялся за комнату Минсока. Рядом с комнатой Мина, а точнее напротив, была ещё одна комната, которая очень понравилась Бекхёну. Странные карты созвездий, множество каких-то увеличительных стёкол, пыльные свитки и многочисленные книги, а так же диковинные приборы привлекли любопытного юношу. Но помня о том, что обитатели дома ещё в нём, Бекхён не рискнул что-либо читать или трогать без особой надобности. Вдруг это не понравится хозяину вещей. Закончив с комнатами на своём этаже, Бекхён долго удивлялся, почему особняк кажется таким большим, а комнат так мало. Но после он нашёл много запертых дверей. Да и многие комнаты были смежными, а потому не имели несколько входов, ограничиваясь одним в главной комнате. После настала очередь кухни. Бекхён всё думал, как бы ему убраться там так, чтобы не пересекаться с Сюмином. Не то чтобы он не хотел вновь увидеть этого улыбчивого парня, но после выяснения всех причин ему было неприятно думать о том, что доброта и искренность повара всего лишь маска. Впрочем, выбирать не приходилось, ведь Бекхён дал себе слово, что поможет. Да и за минувшую неделю он так никого и не увидел в коридорах дома, или в каком бы то ни было помещении. Он не знал, откуда берётся еда в этом доме, но на завтрак, обед и ужин пёс упорно тащил его за край штанины на кухню, где уже был накрыт стол. Но Бекхёну не нравилось находиться там, среди потускневшего серебра и паучьих сетей. А потому эту небольшую часть дома он намывал с особым усердием. Ему оставалось совсем чуть-чуть, чтобы закончить, поэтому парень с лёгкой улыбкой на губах уже думал о том, как вернётся к себе в комнату и ляжет спать. Помимо уборки ему больше нечем было заняться, а она отнимала много сил, поэтому все дни так и проходили: проснуться, покушать, убраться, покушать, убраться, покушать, убраться, спать. Но Бекхёна всё устраивало. Он действительно радовался как ребёнок, видя, как всё вокруг преображается. Изредка он ещё гулял в саду с псом, но в последнее время старался туда не выходить. На одной из прогулок Баф погнался за чёрным котом и чуть не утонул. Бён мог поклясться, что морда кота выражала всю степень его разочарования. Потому сада парень старался избегать. Последняя тарелка оказалась на своём месте, и Бекхён выдохнул, вытирая руки и разворачиваясь. Он успел заметить, как мелькнули тени около двери, но лишь пожал плечами. Он чувствовал, что за ним постоянно наблюдают, а потому давно перестал шугаться каждого шороха. Да и Сюмин никогда не покинул бы своё царство, если вспомнить его рассказы. Сейчас на кухне царили чистота и порядок. В печи ярко горел огонь, и потрескивали поленья. Через намытые окна лился свет заходящего солнца. Все вещи наконец-то были очищены от грязи и заняли своё место. Пауки были изгнаны, паутины убраны. Стол был накрыт теперь белой скатертью, расшитой узорами по краям. В центр Бекхён поставил кувшин с чистой водой и стаканы. Теперь это место приобрело какой-то особенный уют. Развесив полотенце рядом с огнём сохнуть, парень улыбнулся. — Теперь тебе не нужно будет самому зажигать огонь и тратить силы на его поддержку, — тихо сказал он, зная, что Минсок услышит его. — Я буду разжигать его сам каждый день. И я не злюсь, что ты обманул меня. Вы просто хотели свободы, и так уж вышло, что для этого я должен потерять свою. Минсок и Лухан, что затаились за дверью и слышали каждое его слово, хотели было выйти, но тут раздался дикий грохот и громкий вой пронзил тишину. Бекхён тут же вздрогнул, чувствуя, как испуганное сердце бешено забилось. Бросив всё, он выбежал из кухни, даже не замечая, что пронёсся сквозь Минсока. Пробежав по коридору и скоро поднявшись по лестнице, Бекхён выбежал из арки, осматривая холл. Входная дверь была приоткрыта и тихо поскрипывала на ветру. От неё тянулись мокрые отпечатки лап, теряющиеся где-то наверху. Снова раздался вой, переходящий в скулёж. Медленно и стараясь ступать как можно тише, Бекхён поднялся по лестнице. Зверя он увидел сразу. Тот медленно брёл по коридору, поджав под себя одну лапу. Выглядел хищник так, будто его изваляли в луже, а после — в грязи. К тому же Бекхён заметил следы крови, тянущиеся за ним. Судя по всему, зверь поранил лапу. Волк не почувствовал его присутствия или просто не был в состоянии нападать сейчас. Так они и двигались. Волк медленно впереди, а Бекхён крадучись сзади. Медленно, очень медленно они поднялись в башню, где обитал зверь. Когда показалась комната волка, Бекхён порадовался, что всё же осмелился прибраться там. Куча битого стекла и осколков ваз сейчас могли только ухудшить положение. На пороге зверь замер. Он шумно втянул воздух, ноздри раздулись, а позже уши прижались к голове. В комнате царили чистота и порядок. Удивительно, как только Бекхён не надорвался, вынося и выбрасывая на задний двор кучу покорёженной мебели. Один шкаф чего стоил. Сейчас в комнате не было ничего, кроме постели. Конечно, балдахин был снят и выкинут, как непригодный, но в остальном на кровати спать было можно. Животному так точно не на что было бы жаловаться. Единственное, чего Бекхён не смог исправить, так это разбитое окно, дыру в котором он заткнул какой-то тряпкой. Помявшись, зверь всё же двинулся вперёд, взбираясь на кровать и тут же сворачиваясь клубком, скуля от боли и вылизывая раненую лапу. Бекхён, выглядывающий из-за угла, почувствовал, как его сознание тонет в жалости к этому существу. Он помнил, как этот волк чуть не убил его несколько раз, помнил горящие безумным огнём красные глаза, помнил громкий рык и дикий оскал. Но сейчас глаза этого зверя были не такими. Они были живыми, красивого янтарного цвета и… Наполненные болью. Набрав в лёгкие побольше воздуха, Бекхён смело шагнул в комнату. И тут же замер, когда услышал грозное рычание и увидел, как ощерился хищник. Замерев, он пристально посмотрел зверю в глаза. Тот взгляда тоже не отвёл, всё ещё низко рыча. Воображаемые часы в голове Бекхёна натикали больше минуты, когда зверь позволил себе немного расслабиться. Но первый же шаг в его сторону вызвал новое рычание. — Тише, тише. Я ничего не сделаю тебе. Я просто хочу помочь, — дрожащим голосом произнёс Бекхён, делая ещё один шаг навстречу и чувствуя, как колени трясутся от страха. — Бекхён, не надо! — вдруг раздался за спиной испуганный вскрик, и парень ощутил такой приятный и немного позабытый аромат роз. — Он убьёт тебя, убьёт! Он животное, не человек! Не подходи к нему, не надо! — умолял Лухан, крутясь вокруг Бекхёна и жалея, что не может схватить его за руку и увести из этой проклятой комнаты. Зверь, услышав причитания Лухана, резко вскинулся и дико завыл. Бекхён увидел, как глаза зверя вспыхнули красным. Тот оскалился и, несмотря на рану, резко соскочил с кровати. В кроваво-красных глазах горела жажда убийства, Лухан истерично взвизгнул и крикнул Бекхёну, чтобы тот бежал прочь. Но Бекхён не двинулся с места. Он только сейчас осознал, кто перед ним. Этот волк — хозяин дома. Это именно из-за него было наложено какое-то проклятье, если верить рассказу Минсока. Этот зверь… Этот зверь когда-то был человеком! Волк приближался всё ближе, но медлил, потому что добыча вела себя странно. Она не убегала, острый нюх не улавливал терпкого аромата страха. Лишь лёгкий испуг, выброс адреналина в кровь. Хищник чувствует, как чужое сердце заходится в бешеном ритме, но жалкий человек не двигается. Он лишь… Опускается на колени, не отводя взгляда. Неожиданно протягивает руки и… Улыбается. — Я не причиню тебе вреда. Я дал слово себе, дал слово этому дому, что помогу всем, кто застрял здесь. Помогу Минсоку, помогу Сехуну, помогу Лухану… И я готов помочь тебе. Зверь глухо рычит, но не торопится нападать. Уши дёргаются, улавливая интонации чужого голоса. Мягкие ноты и дрожащие интонации ласкают слух. Голос не угрожает, голос напуган и трепещет в священном ужасе. Так и должно быть. Волк даже может различить нотки восхищения, и сам того не осознавая на инстинктивном уровне расслабляется. Бекхён выдыхает, когда пламя в глазах зверя исчезает, и алый цвет сменяется на янтарный. Хищник успокоился и медленно подошёл к нему. Бекхён и сам не понял, что собирался делать. Но когда волк оказался рядом, парень медленно подался вперёд, касаясь мягкого уха. Он слышит рык и отдёргивает руку, но после уже с большей уверенностью касается тёплой шерсти, слегка поглаживая. Зверь прикрывает глаза. Где-то глубоко под землёй в одной из тёмных комнат раздаётся зловещий смех. Тонкие пальцы сжимают часы в ладони до лёгкого скрежета ногтей по металлу, а губы кривятся в ухмылке. Секундная стрелка медленно, но верно начала двигаться в обратную сторону.

To be continued...