Красавица и Чудовище

Строение поражало своим мрачным великолепием. Пол из чёрного камня устилала длинная ковровая дорожка, ведущая к подножию широкой лестницы, которая вела на высокую площадку, откуда лестница раздваивалась и уходила в разные стороны. Грубые каменные перила вились рядом с ней, покрытые пылью и паутиной. Сводчатый потолок уходил куда-то ввысь, в темноту. Вдоль прохода к лестнице стояло несколько колонн. Луна заглянула в одно из окон, и мутный свет озарил страшный оскал каменного существа, что сидел наверху одной из колонн, руками-лапами держа её продолжение, уходящее вверх. Приглядевшись, Бекхён понял, что все колоны выполнены так же. Жуткие существа, будто только и ждали момента, чтобы спрыгнуть вниз и напасть на незваного гостя. Поёжившись, парень плотнее закутался в плащ и сделал несколько неуверенных шагов вперёд. Стены вокруг были украшены фресками, но все они потемнели и потрескались со временем. Окна, которые находились почти под потолком, заросли грязью, и лишь кое-где оставались относительно чистые участки, через которые сюда и попадал свет. На стенах висели факелы, но, конечно, они не горели, и, как и всё вокруг, были покрыты пылью времени. Где-то раздался шорох, и Бекхён резко развернулся. Чуть в стороне была арка, ведущая в тёмный коридор. Её наполовину закрывала портьера, которая сейчас слегка шевелилась. Настороженно следя за ней, Бекхён сделал пару шагов назад и громко вскрикнул, когда над ухом раздался тяжёлый вздох. Резко развернувшись, парень начал судорожно осматриваться. Но рядом никого не было. Лишь у похожей арки напротив тоже трепетала портьера. — Эй… Здесь есть кто-нибудь? — тихо позвал Бекхён, но ответом ему был лишь тихий шорох тяжёлой ткани. На всякий случай, отойдя подальше, Бекхён тряхнул головой и потёр уставшие от темноты глаза. — Это лишь моё воображение. Здесь никого нет, иначе это поместье не было бы столь запущенным. Наверное, это просто ветер. Ветер и моя фантазия. Тяжело вздохнув, парень сел прямо около входной двери, подпирая спиной стену и притягивая к груди колени. Обхватив их руками, Бён посильнее закутался в свой грязный мокрый плащ и, дрожа от холода, закрыл глаза. Он просто посидит тут до утра, а после вернётся домой. Идти сейчас в лес, где рыщут голодные волки, равносильно самоубийству. В голове всплыла картина уютного кресла около печи и дремлющего пса рядом. — Баф, — прошептал парень, зажмуривая слезящиеся глаза и почти сразу проваливаясь в сон. Как только дыхание его выровнялось, и стало ясно, что парень глубоко уснул, из-за портьеры неожиданно вышел человек. Или не совсем человек. Суеверные бы в один голос закричали, что это призрак, и бросились бы наутёк. Но это был не призрак. Точнее — не совсем он. Высокий стройный юноша с очень бледной кожей и красивыми глазами, со светлой шевелюрой и в обычной одежде, состоящей из чёрных штанов и простой белой рубахи. Необычным было то, что вся его фигура была полупрозрачная. Подлетев к неожиданному гостю, парень завис перед ним в позе, будто сидел на полу, подобрав под себя ноги. Поставив на колени локти, он подпёр ими подбородок, внимательно рассматривая новоприбывшего. — Надо же, гость. Так необычно. Давненько сюда никто не заходил, — прошептал он, и будто сквозняком потянуло, отчего спящий парнишка поёжился во сне. — Сехун-а? Где ты? — раздался негромкий голос, и Сехун широко улыбнулся, оборачиваясь. — Я здесь, Лу. У нас гости, — прошептал он, чувствуя в воздухе аромат роз. — Это плохо, Сехун-а. Хозяин будет очень зол. Этому мальчику здесь не место, — раздалось прямо над ухом О, и тот прикрыл глаза, слушая любимый голос. — Но мы не можем выгнать его, он погибнет. Пусть останется здесь до утра. Хозяин сейчас в башне, он не узнает. Тем более этот парень изрядно напуган. Не думаю, что он захочет здесь задержаться. — Я всё равно считаю это плохой идей. Аромат роз постепенно исчез, и Сехун перестал улыбаться, с грустью смотря на спящего паренька. Лухан прав, если хозяин узнает, то будет в ярости. Но что же делать? Выгнать парня — смерть в лесу, оставить — смерть в этом особняке. Выпрямившись в полный рост, Сехун взлетел выше, осматриваясь. Возможно, если спрятать этого парня, то хозяин ничего и не узнает. Точно! Хозяин ведь никогда не ходит в западную башню. Можно разместить гостя там. Сехун уже довольно потёр ладони и думал над тем, как бы перетащить этого парня в комнату в башне, как в глубине особняка раздался глухой рык. Очень громкий рык. Кажется, хозяин уже в курсе. Паренёк тут же проснулся от этого звука. Подскочив, он судорожно начал осматриваться, и Сехун порадовался, что парит над головой гостя. Медленно растворившись в воздухе, он ветром подлетел к парню, ероша его волосы. Бекхён тут же вскинул голову, чувствуя прикосновение, но никого не увидел. — Кто здесь? — истерично спросил он и всхлипнул, слыша где-то в глубине дома рычание. — На объяснения нет времени. Скорее за мной! — раздался тихий шёпот над ухом, а после Бекхён увидел около одной из арок высокого молодого человека, который судорожно махал ему рукой. Но вдруг где-то снаружи раздался громкий лай, и Бекхён резко остановился, разворачиваясь. — Баф! — крикнул он и бросился к выходу. — Нет же, стой! — позвал его Сехун, но было поздно. Бекхён резко дёрнул дверь, выбегая во тьму. И в это же время на вершине одной из лестниц показалось животное. Громадный чёрный волк с горящими глазами жадно втягивал воздух и вдруг громко завыл. Сехун почувствовал, как его несуществующая сейчас кровь стынет в жилах. Зверь перепрыгнул одним прыжком лестничный пролёт и замер посреди залы, скаля огромные клыки. Его глаза сверкнули, и он выбежал вслед за Бекхёном. Сехун в ужасе закрыл лицо руками. Чёрт, не нужно было пускать этого парня в дом, это ведь он открыл тому дверь! В это время Бекхён приближался к решётке. Прямо около калитки жался его пёс, скаля зубы и смотря на свору волков, что кровожадно скалились, медленно приближаясь к нему. — Баф! — взвизгнул Бекхён, подлетая к калитке и сдвигая валун, который подпирал её. Пёс, услышав голос хозяина, тут же радостно залаял и рванул к нему. Госпожа Удача, видно, действительно сегодня была в хорошем настроении, раз Бекхён успел впустить пса и захлопнуть железную дверь прямо перед оголодалой сворой. Пёс тут же подбежал к нему и упёрся лапами чуть выше живота, вылизывая чужие руки, которые судорожно гладили его, где только могли дотянуться. — Баф, ты живой! Я так волновался, я искал тебя по всему лесу, — шептал Бекхён, размазывая слёзы радости по щекам, а после падая на колени и крепко обнимая пса. И всё вроде бы утряслось, но тут в стороне что-то хрустнуло, и Бекхён резко обернулся. Его пёс тут же оскалился и зарычал. Из тумана вышел огромный скалящийся волк. И он был действительно огромен. Бён с ужасом подумал, что этот зверь чуть ли не с него ростом. В два раза огромнее обычного волка, с безумными красными глазами и острыми белыми клыками. Хищник глухо зарычал, чуть приседая к земле и явно готовясь к прыжку. И в этот же момент Бекхён вдруг перестал бояться. Он перебрался через лес, чуть не свернул шею в овраге, жутко устал, весь промок и полностью обвалялся в грязи. Он пробрался сквозь небольшое, но опасное болото, убежал от стаи волков, не умер от жуткого страха и наконец-то нашёл своего пса. И какой-то волк, пусть и в два раза больше, его не напугает. Подняв с земли небольшую, но тяжёлую ветку, Бекхён со страхом, но и с воинственностью уставился на почему-то замершего зверя. — Только попробуй напасть! Я не для того прошёл весь чёртов лес, чтобы под конец умереть в каком-то захудалом, богом забытом месте! — прокричал парень, но всё же отступил на пару шагов, когда зверь глухо зарычал. Настороженно смотря на волка, который медленно двинулся по дуге вокруг него, не сводя горящих кровавых глаз, Бекхён не заметил сзади ветку и споткнулся об неё. Волк тут же подался вперёд. Последнее, что увидел Бекхён, перед тем как удариться головой о каменную ограду, был отлетевший от удара огромной лапой Баф, который тихо скуля, свалился в заросли колючих кустов.

***

Пробуждение оказалось не из приятных. Голова жутко раскалывалась, а тело ломило. Кажется, был сильный жар. Яркое солнце светило в окно, из-за чего неприятно резало глаза. Бён болезненно выдохнул и перевернулся на другой бок, утыкаясь лицом в мягкую подушку. С каких пор с их стороны деревни такое яркое солнце? «Ах, ну да, я же не дома, ведь вчера я заблудился в лесу и набрёл на пустующий особняк», — пронеслось в голове, и Бекхён резко сел, отчего голова закружилась, и его чуть не вырвало. Справившись с порывом организма, Бекхён осмотрелся. Он был явно не у себя дома. Огромная комната и окно во всю стену. Оно было грязное, но не настолько, чтобы не пропускать солнечный свет. Пожалуй, единственным, что было чистым, так это кровать, в которой и находился Бекхён. Мягкая перина, взбитые подушки, тёплое одеяло и балдахин из голубого атласа. Удивительно, но он был чист. Сам Бекхён был переодет в чистую сорочку, доходившую до самого пола, но грязь, в которой он извалялся за ночь, никуда не делась. Скривившись, парень сел на край, спуская ноги на пол. И тут же отдёрнул их. Пол был грязным, и к тому же жутко холодным. — Ты уже очнулся, это хорошо. Мы боялись, как бы ты не умер от такой раны на голове. Прости, здесь немного не прибрано, но мы давно не убираемся в замке, это требует слишком много сил и всё равно никому не нужно. Я лишь очистил постель, не класть же тебя в сеть из паутины. Хотя пауки, несомненно, были бы рады. Бекхён обернулся и увидел на входе парня. Тот опирался о закрытую дверь, скрестив руки на груди. Пристально осмотрев незнакомца, Бекхён сделал два вывода. Во-первых, это тот самый парень, который вчера звал его за собой. Во-вторых, Бён всё же сильно ударился головой, раз ему казалось, что этот парень полупрозрачный и не стоит на полу, а словно парит над ним. От жалости к себе и своему потерянному рассудку Бекхёна отвлекла открывшаяся дверь. В комнату вплыл поднос с чайником и чашками, и ещё огромной глубокой чашкой, от которой поднимался пар. Бекхён не мигая, смотрел на опустившийся рядом с постелью на покорёженную временем тумбочку поднос, которая скрипнула от его тяжести. Его лицо становилось всё бледнее, пока парень не почувствовал, что его мозг просто не выдерживает таких потрясений. — Тише, тише, не нужно так нервничать. Ты не сошёл с ума, — раздался совсем рядом ласковый голос, и из чайника в чашку полился горячий чай. — Меня зовут Лухан, когда-то я был садовником в этом доме, ухаживая за прекрасным розовым садом. Извини, но после заклятия сад погиб, и я теперь просто бестелесный дух. А это О Сехун, он был дворецким. Но сейчас он просто витающий, словно ветер, вольный призрак. Ну, а нашего хозяина ты уже знаешь, — раздался тихий смех, и Бекхён вдруг почувствовал в затхлости воздуха нотки роз. — Я сошёл с ума, — прошептал парень, тем не менее, беря в руки парящую перед лицом чашку и делая глоток ароматного напитка, отчего всё внутри постепенно начало согреваться. — Мне мерещатся призраки и летающие тарелки. Ночью меня чуть не съел огромный волк. И мой пёс… О Боже, где Баф?! — Тише ты, — шикнул Сехун, подходя ближе. — На кухне твой Баф, Сюмин пытается отмыть пса. Кстати, тебе тоже не помешало бы умыться. — Кто такой Сюмин? — переспросил Бекхён, смотря с лёгким любопытством. — Наш повар. Самый лучший на свете, — отозвался голос рядом с ухом. — Эм… Ладно, хорошо… Я… Я хотел бы умыться. Здесь есть вода? — За той дверью ванная. Я уже приготовил чистые полотенца и халат. Там же и чистая одежда для тебя. Возможно, она будет несколько великовата, но выбирать не приходится. Когда умоешься, обязательно выпей вот этот настой, он поможет твоему организму восстановиться. А потом Лу проводит тебя на кухню, тебе нужно поесть. Сехун растворился в воздухе, а после исчез и аромат роз. Бекхён же посидев какое-то время и пытаясь осознать, что вообще творится вокруг, переборол отвращение и прошлёпал по грязному полу к ванной. Там тоже царили бардак и грязь, и только большая чугунная ванна была чистой. Вздохнув, Бекхён начал осматриваться в поисках воды. Нигде никаких вёдер или тазов, как у него в бане рядом с домом не было. И тут парень заметил два странных вентиля и загнутую узкую трубу в краю ванны. С трудом, но он смог прокрутить резной вентиль крана и с удивлением увидел, что побежала вода, от которой поднимался пар. Счастливо улыбнувшись, парень быстро стянул с себя рубашку и залез в тёплую воду. На то, чтобы отмыться, ушло довольно много времени. Здорово помогли мягкая мочалка, и огромный кусок душистого мыла. После Бекхён насухо вытерся и надел подготовленную для него одежду. Сехун был прав, штаны были слишком длинными, а рубашка на пару размеров больше, чем надо. Но это лучше, чем ничего. Подвернув штаны и закатав рукава рубахи, Бекхён осмотрелся на предмет обуви. В стороне стояла пара, чем-то напоминающая сапоги, только сделаны они были из мягкого меха и намного короче, чем те, что обычно обувал Бекхён по мокрой погоде. Но выбирать-то не приходилось. Осмотрев себя и оставшись довольным результатом, Бекхён вернулся в комнату и выпил ещё горячий отвар, как ему и было сказано. А после сел на кровать и принялся ждать. Но время шло, и к нему так никто и не пришёл. Начав замерзать, Бекхён-таки решился и открыл двери шкафа, что находился напротив кровати. Откопав под залежами белья и сорочек плед, парень как следует встряхнул его, а после накинул на плечи. Вскоре стало теплее, но пришла новая беда. В животе громко заурчало, и Бён тяжело выдохнул. Да, не ел он довольно давно. Собравшись с духом, он подошёл к двери и осторожно открыл её. Выглянув, Бекхён не увидел ничего, кроме мрачного коридора, уходящего в две стороны. Решив, что раз ему было сказано идти на кухню, то ничего страшного случиться не должно, Бекхён вышел из комнаты и как можно тише пошёл вперёд по коридору. Вскоре показалась лестница, и Бекхён спустился вниз, оказавшись в главном холе. В глаза бросилась входная дверь. Здесь он впервые увидел Сехуна, и тот манил его в левую арку. Зная из многочисленных прочитанных рассказов, что комнаты господ всегда находились наверху дома, а кухни, котельные и комнаты прислуг — внизу, Бекхён уверенно направился в эту арку. Вскоре ему на пути попалась дверь, а за ней — лестница, ведущая вниз. Осмотрев ступени, скрывающиеся в темноте, парень хотел было повернуть назад, как где-то внизу раздался лай пса. — Баф! — крикнул Бекхён и тут же помчался вниз. Ещё один длинный коридор, деревянная дверь, и Бекхён уже обнимает счастливого пса, который наконец-то был намыт и согрет, а ещё накормлен. — Ох, а вот и наш гость. Добро пожаловать. Садись за стол, а то всё остынет, — раздался жизнерадостный голос, и Бекхён увидел сидящего за столом парня с румяными щеками и забавным колпаком на голове. — Здравствуйте. Меня зовут Бён Бекхён, — поздоровался парень и сел за стол, с удовольствием начиная поглощать горячий суп. — А меня зовут Ким Минсок, но ты можешь называть меня Сюмином. Я местный повар, и эта кухня — моё маленькое царство, — отозвался парень, подпирая щёку ладонью и с улыбкой наблюдая за парнем. — Вкусно? — Очень! Спасибо большое, — отозвался Бекхён, вскоре отодвигая пустую тарелку. Посуда тут же была убрана, и в руки парня впихнули большую глиняную чашку, наполненную ромашковым чаем. Сделав маленький глоток, Бекхён потрепал дремавшего рядом пса по холке и перевёл взгляд на улыбающегося Минсока. — Я хотел бы спросить… Почему здесь… Так мрачно? И… Почему вокруг творятся странные вещи? — робко спросил Бекхён. — Я сошёл с ума? — Ты решил так, потому что видишь призраков? Ничего подобного, дорогой, — рассмеялся Сюмин. — Просто ты веришь в нас, а потому и видишь. Боюсь, если бы не твоя вера, ты бы никогда не нашёл дорогу сюда. Лухан рассказал, что увидел тебя, когда ты ломился в калитку, а за тобой гнались волки. Он впустил тебя, помог отворить этот кусок заржавелого железа. Но если бы ты не верил в призраков и потусторонние силы, то просто… Как будто бы прошёл сквозь этот особняк. Ты бы видел просто лес вокруг, и волки бы тебя достали. Знаешь, мы уже и сами не помним, как стали такими. Но почему-то все уверены, что этот дом и все, кто жил в нём, были прокляты когда-то очень давно. И теперь мы навсегда застряли здесь, между мирами, и для нас нет выхода. Чондэ, правда, верит, что однажды появится тот, кто сможет спасти всех нас. Но я думаю, это сказки. Хотя я хотел бы вновь почувствовать себя живым, — тяжко вздохнул парень и принялся мыть посуду. — Прокляты? Но почему вас прокляли? Это же так жестоко! Если бы я только мог помочь вам… — прошептал Бекхён, и Минсок вдруг почувствовал, как в груди что-то кольнуло. Обернувшись, он посмотрел на парня, который с грустью взирал на чашку в своих руках. Его тоска была так явна взору, а слова шли от самого сердца. Неужели… Может ли быть, что россказни Чена — правда? Может ли Бекхён, единственный, кто попал сюда за последние сто лет, спасти их? За дверью раздался еле слышный шорох, и Минсок перевёл взгляд на щель меж косяком и неплотно закрытой дверью. Два алых глаза сверлили Бекхёна пристальным взглядом. По спине Мина пробежали мурашки от этого взора. В этих глазах горела неутолимая жажда крови. Но зверь не напал. Тихо рыкнув, он скрылся в темноте коридора. Шумно выдохнув, Минсок перевёл свой взгляд на Бекхёна. — Я рад, что у тебя такое доброе сердце. Думаю, ты немного, но можешь помочь нам, — улыбнулся он. — Знаешь, все мы привязаны к каким-то местам. Я — к кухне, Лухан — к своему саду, Сехун — к своему кабинету, Чондэ — к своей башне. Есть здесь и другие, но вряд ли они захотят общаться с тобой. Возможно, даже будут делать пакости, ведь время озлобило всех нас. Лишь немногие сохранили рассудок. Так вот. Думаю, если ты наведёшь здесь немного порядка, то нам станет лучше. И, возможно, мы даже вновь сможем увидеть Лухана. — Я с радостью! — воскликнул парень, а после вдруг призадумался. — Минсок, а где ваш хозяин? Ведь все вы для кого-то работали, верно? — спросил Бекхён, и Мин тут же шикнул на него. — Тебе не следует этого знать. Хозяин не такой, как мы. Если он увидит тебя, то тут же убьёт. В нём не осталось ничего человеческого. Поэтому даже не думай о нём, беду накличешь. Никогда не ходи в восточную часть дома, и всё будет хорошо. А сейчас тебе пора вернуться в свою комнату. Чтобы тебе не было одиноко, возьми с собой пса. — Спасибо за вкусную еду и за рассказ. Не подскажешь, где я смогу найти вёдра, тряпки и веники? Думаю, что раз уж я задержусь здесь, то начну наводить порядок со своей комнаты, — радостно улыбнулся Бекхён, и лицо Минсока на секунду омрачила мученическая гримаса, но вскоре он вновь улыбнулся. — Я попрошу Сехуна, он проводит тебя, — сказал он, и Бекхён, позвав пса за собой, тут же покинул кухню. Дверь за ним закрылась, и с лица Мина сползла добрая улыбка. Он провёл кончиками пальцев по затупившемуся ножу, а после сбросил оставленную Бекхёном кружку на пол, отчего она разлетелась на осколки. — Маленький лицемерный лис, — раздался хриплый голос из угла комнаты, и из тени вышла фигура, закутанная в плащ с капюшоном. — Ты соврал ему. «Ох, Бекхённи, ты можешь помочь нам», - передразнил новоприбывший. Минсок поднял взгляд равнодушных глаз на фигуру, а после вновь перевёл взгляд на затупившиеся ножи. — Я просто не хочу отпугнуть его. Что, если он действительно может спасти нас? — О да, как и те многочисленные другие, из чьих черепов я построил себе забавный шкаф для книг, — отозвалась фигура, и в широком рукаве показалась кисть с длинными тонкими пальцами, сжимающая небольшие золотые часы на цепочке. — Отпугнёшь ты его или нет, не важно. Его жизнь теперь принадлежит этому месту, и старый мир больше не примет его. Он может уйти и идти на все четыре стороны, но всё равно вернётся сюда. Особняк уже высасывает из него силы, чтобы поддержать всех нас. Вскоре он умрёт. — И тебе не жаль его? — равнодушно спросил Сюмин, теряя чёткие очертания и постепенно растворяясь в воздухе. — Жаль? Нет. Мне жаль себя и своё потраченное время, — часы исчезли в складках плаща. — Я проклинаю тот день, когда решил работать здесь. И россказни Чена — чистый бред. Наше спасение зависит только от нашего хозяина. Он должен был побороть зверя внутри себя, но он поддался ему. Теперь он просто глупый дикий хищник, жаждущий крови. И пусть каким-то образом ему удалось сдержаться и не порвать этого мальчишку на куски аппетитного мяса, долго он не протянет. Он никогда не выдерживает долго, и вскоре моя коллекция черепов пополнится. Минсок исчез окончательно, и пламя в печи погасло. Фигура в плаще вновь отступила в тень, растворяясь в ней. Где-то в глубине дома раздался полный отчаяния и дикой жажды убийства вой.

To be continued...