По золоту мелом

— То есть теперь ты будешь жить здесь вместо Сони? — первым тишину нарушил Джек, когда, нагнувшись, поднял с пола пустой бумажный стакан и бросил его в мусорный пакет за спиной. Они с Грейс остались в квартире одни. Девушка смогла вымести из студии противную Уайт и наконец заняться уборкой, правда, сейчас ей мешал Уайлдер, который донимал её разговорами. — Ага, так захотела Соня. Но ты не подумай, я тебя соблазнять не хочу и не буду, потому что мне это не надо. Я просто буду спокойно жить с тобой в одной квартире, — Грейс подошла к иллюзионисту и снова протянула ему руку, улыбнувшись во все тридцать два зуба, — друзья? — Друзья, — также улыбнулся карманник и пожал руку девушке. Да, Грейс была очень приветливой, доброй, искренней и улыбчивой. Порою она казалась людям какой-то другой, слишком светлой и доброй. Она буквально светилась изнутри. Эта девушка никогда не делала кому-то зла, всегда всем улыбалась и вежливо со всеми разговаривала. Она была такой. Она была Грейс. Отойдя в сторону, подняв правой рукой с пола очередную пустую упаковку от чипсов, брюнетка бросила её в мусорный мешок, который волочила за собой в левой руке. Заметив, что Джек снова замолк, девушка произнесла: — Джек, если я доставляю тебе дискомфорт или достаю тебя, то ты скажи мне, и я уйду. Я всё пойму и не буду обижаться. А Соне я буду говорить, что я живу с тобой. — Грейс, все нормально. Просто сейчас моя голова забита несколько иными мыслями. — Какими? — девушка нахмурилась и выпрямившись, обеспокоенно посмотрела на Всадника. Джек присел, чтоб подобрать с пола окурки. Несмотря на то, что брюнет не любил доверять другим людям и плакаться им в грудь, Джек всё-таки решил рассказать Грейс правду. Она вызывала у него доверие. — Я думаю, ты знаешь, кто такие Всадники и кто я. Насколько известно всему миру, я встречаюсь с Лулой Мэй и мы действительно мы любим друг друга. Но когда я приехал сюда, чтобы спасти Соню от похитителей, она познакомила меня с Кэтрин Уайт. А она вызвала у меня просто дикое отвращение. И сегодня утром я проснулся с ней в одной постели, причём она была полностью голой, а я был в трусах. Я изменил Луле, ты понимаешь? Я переспал по пьяне с этой тварью. — Ты с ней не спал, — усмехнулась Грейс и бросив мусорный мешок на пол, прошла на кухню. Джек поднялся на ноги и прошёл за ней. — Что ты сейчас сказала? — он поднял вверх брови, когда девушка включила чайник и достала из кухонного шкафа две кружки. — Ты. С. Ней. Не. Спал, — медленно и чётко проговорила Грейс и указала на стулья возле барной стойки, — садись. Немного передохнем и снова за работу. Я пока заварю чай. — Почему ты так уверена в этом? — иллюзионист прошёл через кухню и сел на высокий стул. — Потому что благодаря мне ты с ней не переспал, —улыбнулась Грейс и посмотрела на Всадника. — Что? — ошарашенно спросил Джек. — Да. Я ударила Кейт по голове сковородкой, когда она хотела тебя вновь поцеловать. А тебе я подсыпала снотворного в виски. Поэтому вы оба отрубились, — Грейс налила в кружки горячего травяного чая и поставила кружки на столешницу барной стойки. — Подожди, но почему тогда я проснулся в трусах, а на Кейт не было ничего вообще? — нахмурил брови иллюзионист, всё ещё не веря девушке. — Джек, ну ты же Всадник, соображай быстрее, — добродушно улыбнулась Грейс, — мы с Соней вас раздели для того, чтобы Кейт действительно подумала, что вы переспали и цель повержена. И потом к тебе не приставала. — О, Господи. Подожди, то есть вы с Соней раздели нас, меня напоили, а Кэтрин огрели сковородой по голове лишь для того, чтобы мы не переспали и я сохранил верность Луле? — Ага. Считай ,что я твой оберег от других девушек, —посмеялась Грейс и Джек тоже улыбнулся. — Оберег, — посмеялся Джек, сделав глоток чая. — Пей давай, — девушка кивнула на кружку Всадника и усмехнулась, — тем более, ты должен показать мне пару фокусов с картами. — Должен? — театрально изогнул бровь Уайлдер, снова сделав глоток вкусного чая. — Должен-должен. Это как благодарность за то, что я тебя спасла, — брюнетка прищурилась и хитро улыбнулась. — Хорошо, я понял. Кстати, спасибо, — произнес Джек и встав, понёс пустую кружку в раковину. — Не за что, — пробормотала Грейс и слезла со стула. В следующую секунду в Джека прилетела подушка с дивана, — ты помогать мне будешь? — Буду, — улыбнулся Всадник и последовал за танцовщицей.

Прошла неделя.

— Джек, вставай, хватит дрыхнуть, — брюнетка сорвала с парня одеяло и пошла наливать холодную воду в графин, чтоб облить ею лицо иллюзиониста, потому что тот никак не хотел просыпаться, — Джек! Парень потянулся на кровати и блаженно улыбнулся, но не прошло и минуты, как ему пришлось открыть глаза и резко сесть на кровати. — Грейс? Ты что? — Всадник вскочил с кровати и посмотрел на девушку, которая стояла с графином холодной воды. — Джек, ну наконец-то ты встал, — брюнетка облегченно выдохнула и села на кровать рядом с Джеком. Она взяла его лицо в свои ладони, после чего продолжила, — ты помнишь, что сегодня мы должны навестить Соню? Джек сонно кивнул. — А что потом? — лениво спросил Всадник, потянувшись за джинсами к спинке стула. — Суп с котом, — посмеялась Грейс и встала с кровати друга, — собирайся давай, умывайся, завтрак и кофе на столе. — Грейс, — мягко произнес Джек, чтобы девушка обернулась, но этого не произошло, — Грейс! — брюнетка вышла из спальни, не обратив никакого внимания. Обиделась ли она? Нет. Просто иногда танцовщицу бесило то, что Всаднику все нужно повторять по несколько раз. Но она не злилась. Они с Джеком не ссорились. Они ладили и жили душа в душу. Как настоящие друзья.

***

— О Боже, это было действительно классно, — пытаясь выровнять дыхание проговорила Грейс, когда она с Джеком вышли с очередного аттракциона. После посещения Сони, наши друзья отправились в парк развлечений, чтоб хоть как-то скрасить эти выходные. Американские горки, большой качающийся во все стороны корабль, та же самая "Ромашка" — Грейс с Джеком не прошли ни одного аттракциона. — Ага, особенно когда ты едешь вниз головой, — усмехнулся Уайлдер и сел на ближайшую лавочку. Девушка уселась рядом и посмотрела на Всадника. — О чем ты снова думаешь? — Ты уже должна догадаться. О Луле, конечно, — иллюзионист посмотрел на свои пальцы. Грейс подобрала правую ногу под себя, а левую свесила на асфальт. Повернувшись к Уайлдеру, она закинула правую руку на спинку лавочки. — Ты очень сильно скучаешь по ней, верно? — кивок, — Джек, поверь, я знаю, что это такое. И я понимаю, насколько хреново ты себя сейчас чувствуешь. Но поверь, Луле тоже сейчас весьма тяжко. Вы любите друг друга, скучаете друг по другу, поэтому такое состояние должно быть привычно для тебя. — Просто понимаешь, каждый день мои мысли только о Луле. Как она там, что она чувствует там, я могу слышать только из рассказов остальных Всадников. Но самое ужасное даже не это. Самое ужасное это то, Грейс, что я даже ей позвонить не могу. — Я понимаю, Джек. Я знаю, насколько это тяжело, — девушка кивнула и слегка подперла рукой свою щеку. — Я рад, что у меня есть человек, который понимает меня, — Джек слабо улыбнулся и посмотрел на Грейс. — Ты действительно так сильно её любишь? — Да. Понимаешь, тогда, когда Лула только-только появилась с нами, я подумал: "Господи, да она же сумасшедшая!" Перед тем как заняться Октой, мы собрались в заброшенном здании, где я впервые её увидел. Я посмотрел на неё и знаешь, она будто бы святилась каким-то позитивом и бешеной внутренней энергией. Тогда она назвала меня "милой мордашкой" и внутри я пообещал себе, что никогда не свяжусь с этой сумасшедшей. Но потом все как-то очень быстро закрутилось и мы оказались в Макао. Макао, — усмехнулся Джек, после чего на его лице расцвела улыбка от тёплых воспоминаний, — магазин всяких разных штучек. Тогда Лула заявила, что не такая как все. И я это понял. Потому что именно там я и влюбился в неё. И если признаться честно, то я до сих пор понятия не имею, как она смогла стащить орехи, мой ремень и кошелёк. — М-да уж, — усмехнулась Грейс, — ты влюблён в неё. Причём очень сильно. — Это так видно? — Джек повернулся к девушке, когда та сняла со спины рюкзак и достала оттуда два сэндвича с курицей и протянула Всаднику один. Уайлдер взял его и тут же достав его из бумаги, откусил. — Это очевидно, — посмеялась девушка и тоже откусила небольшой кусок от сэндвича, — но ты знаешь, я думаю чувства Лулы к тебе настолько же сильны, как и твои. — Я знаю, но... — Ты чертовски скучаешь по ней, — продолжила за иллюзиониста Грейс. — Да. — Всё образуется, Джек, поверь. Просто нужно время.

POV Лула

Лос-Анджелес. 15:39 — Вирджиния? — прокричала я, оперевшись об перила на втором этаже, — завари мне, пожалуйста, чай. Шрайк тут же выглянула из гостиной и посмотрела на меня. — Хорошо. О Боже, Лула, ты смотри, будь осторожней, — мягко проговорила подруга и направилась на кухню заваривать мне горячий напиток. Мой взгляд невзначай упал направо. Окно. Большое панорамное окно из которого открывался шикарнейший вид на город, как и на первом этаже. Я медленно подошла к нему и обняла свои руки. Лос-Анджелес. Как же он красив днём. Как же мне тебя сейчас не хватает, Джек. Ты просто себе представить не можешь. Куда ты уехал, что теперь мы тебя даже найти не можем. Да и зачем? В том письме ты толком не объяснил причину своего уезда. Тогда что заставило тебя оставить меня? Я не могла себе позволить мыслить, что он сейчас может обнимать и целовать другую девушку. Но этот сон... Это определённо что-то значит. Может быть... Нет, Лула, просто не думай об этом. Остановись. Просто не думай. Моя рука уже почти рефлекторно потянулась к животу и накрыла его. Я улыбнулась, представляя как малыш родится. Но из размышлений меня вытянул голос Всадницы: — Лула, я заварила чай. — Да, хорошо, я иду. Я улыбнулась и повернувшись медленно направилась к лестнице. Ступив на первую ступеньку, я перевела взгляд на окно и снова улыбнулась, представляя как Джек приедет. Моя левая нога старается нащупать следующую ступеньку, и вроде бы я это сделала. Но спустя секунду я тут же поняла, что оступилась и кубарём полетела вниз по лестнице, больно ударяясь конечностями об трёхметровое железное строение. Голова, спина, живот, колени, ступни — все эти части тела получили по несколько ушибов. Но через некоторое время, я оказалась на полу в позе зародыша. — О Боже, Лула, — голос Вирджинии. И звон разбившейся кружки. Она подбежала ко мне, я перевернулась на спину и открыла глаза. Оперевшись руками об пол, я привстала и посмотрела на неё, — Лула, у тебя кровь. Я тут же посмотрела на свои ноги, по которым стекала кровь. Нет-нет-нет. Только не ребёнок! Я резко почувствовала слабость во всем теле и мои глаза погрузились в темноту. Последнее, что я услышала, было крик Шрайк: "Мерритт!"

POV Автор. Спустя три часа.

— Всё, хватит с меня, звоните Джеку, пусть он сюда приезжает. А то я так чувствую, мы Лулу не убережем от всяких происшествий. Шею себе ещё свернёт, — проворчала Всадница, продолжая ходить из стороны в сторону. Всадники вызвали скорую помощь сразу же после того, как Мэй отключилась. Ведь на их совести оставалось самочувствие Лулы, пока Джека нет. И сейчас они все сидели в коридоре дорогой частной клиники и ждали, пока из палаты выйдет врач. — Вирджиния, успокойся и сядь, — Мерритт посмотрел на свою девушку из под полей своей чёрной шляпы. Рядом с ним сидели Дэнни и Хенли в обнимку. — Мерритт, да как можно просто спокойно сидеть и ждать, когда за соседней дверью в непонятно каком состоянии находится Лула. — От того, что ты здесь истеришь, ничего не изменится, — усмехнулся Атлас, сильнее прижав Хенли к себе. — Ох, надо же, Баффи соизволил открыть свой ротик. — Заткнись. Ты сама знаешь, что Джек не может приехать. — Почему? Соня теперь в безопасности, что ещё надо? — Соня наркоманка. Он сдал её в клинику, — тихо проговорил Дэнни и посмотрел вниз. Сейчас наш Атлас был на себя вовсе не похож. Как никогда спокоен. Неужели в нем проснулась сочувствие и сострадание? Или же это и есть настоящий Атлас, без самодовольной маски безразличия. У Вирджинии тут же округлились глаза, а брови взлетели вверх. — Что ты сказал? — удивленный взгляд, направленный на Дэнни, — Мерритт, это правда? — МакКинни кивнул, все также не отрывая ладоней от лица. Его руки упирались в колени. В следующее мгновение из палаты Мэй вышел мужчина в белом халате и Всадники тут же подошли к нему. — Что с ней? — Вирджиния кивнула на палату и перевела взгляд на доктора. Мужчина снял очки с переносицы и и устало посмотрел на брюнетку, стоящую перед ним. — Легкое сотрясение мозга, ушибы во всем теле. Но сейчас состояние Лулы стабильное. — Ребёнок? — обеспокоено спросила Хенли. Врач посмотрел вниз. — Нет, к сожалению ребёнка нам спасти не удалось. Когда она поступила к нам, плод уже был мертв. Хенли тут же посмотрела на Вирджинию, а та на неё. Они обе не могли понять, как они объяснят это Луле. А предугадать реакцию Мэй с точностью до десятых было просто невозможно. Дэнни снова приобнял Ривз и прижал её ближе к себе, благодаря Око за то, что с ней всё в порядке, в то время как рыжеволосая бестия закрыла рот рукой от шокирующей всех новости. — Ну и что мы будем делать? — тихо спросила Вирджиния, когда Всадники зашли в палату спящей Лулы. Дэнни смотрел на Мэй, сложив руки на груди и оперевшись о высокую тумбочку. Мерритт сел на стул, стоящий рядом с койкой Лулы, Хенли сидела в ногах Всадницы, А Шрайк-младшая ставила в вазу небольшой букет цветов. — Снимать штаны и бегать, — съязвил Атлас, на что в ответ получил недовольный взгляд Ривз. — Расскажем ей правду, что мы еще можем сделать? — рыжеволосая взяла руку Лулы в свою и с теплотой посмотрела на подругу. Неожиданно дверь палаты открылась и туда влетел Дилан. Четыре пары глаз тут же уставились на него, мол: "Где ты был?" И Всадник это понял. — Подписывал приказ о депортации Дональда Тернера из страны. Иллюзионисты отвели глаза от Дилана и снова посмотрели на Лулу. Она была прекрасна даже когда спала. Её волосы были аккуратно разбросаны по подушке, мышцы лица были расслаблены, грудь то вздымалась, то отпускалась, а тело недвижимо лежало под белоснежным одеялом, на котором сидела Хенли. Через полчаса веки Мэй вдруг затрепетали и она открыла свои голубо-серые глаза. Ещё не до конца придя в себя, иллюзионистка осмотрела всё вокруг и поняла, что с ней рядом находятся самые близкие ей люди. — Где я? — сонно спросила Лула, еле шевеля языком. Она приподняла голову и оперевшись на локтях, вопросительно посмотрела на Ривз. — Лула, только не вставай, — Хенли потянулась к подруге и аккуратно положила Мэй обратно. Та резко схватилась за голову и застонала. — Вызвать врача? — обеспокоено спросил Дилан, на что Лула повела рукой, как бы говоря "нет". Когда головная боль стихла, Всадница начала осматривать свои руки. — Руки в синяках. Больно, — но потом произошло то, чего боялись фокусники. Лула посмотрела на свой живот, потом резко накрыла его рукой и посмотрела на Хенли, а затем на Вирджинию, — ребёнок? Шрайк переглянулась с Ривз, а затем они обе опустили глаза. Мэй перевела взгляд на Дэнни, который вздохнул и посмотрел в окно. Не хотел он попадать под горячую руку Лулы. Да и в принципе никто не хотел. — Его спасти не удалось, — тихо проговорил Мерритт не отрывая ладоней, закрывающих лицо Всадника. Лулу как будто ударили по лицу. Будто бы дали такую сильную пощечину, что красный след от неё пройдёт ещё не скоро. На глаза навернулись слезы, которые брюнетка тут же попыталась сдержать, но ничего не вышло.

Прошёл месяц.

POV Лула.

Ветер. Колющий морозный ветер встретился со мною лицом к лицу, когда я вышла из стеклянного и большого небоскреба, где мы живём. Застегнув заклепки на черных кожаных перчатках без пальцев, спускаюсь по ступенькам вниз. Осмотрев вокруг высоченные здания и разнообразные магазинчики, я улыбнулась и вдохнула как можно больше кислорода этого просто волшебного города, полностью заполнив мои лёгкие. Спустившись по ступенькам вниз, я повернула налево, на длинный проспект, в конце которого находится "Starbucks". Именно там я провожу большинство своего свободного времени, сидя в мягком кресле и смотря на прохожих людей за окном. Кто-то куда-то спешит, пытаясь успеть по своим делам; кто-то просто гуляет и наслаждается красотой Лос-Анджелеса; кто-то поникшим взглядом смотрит вниз, думая о чем-то своём. Все люди разные. И ни один не похож на другого. И каждый из нас существует для того, чтобы выполнить свою самую важную цель в этой жизни. Но никто из нас не знает какая она, эта цель... Забавно. Джек. Которого, черт возьми, нет рядом. Господи, какой я была дурой, что поверила ему, когда он сказал, что никогда не бросит меня. Какой я была мать твою, дурой, что залетела от него. Какой я была дурой, когда убивалась, что его нет. Чем я думала тогда? Чем я думала тогда, когда влюблялась в него без памяти? Сильно так любить, что слетать с орбит... Я слетела. Конкретно слетела. Слетела с первой же секунды, когда увидела его. И кажется, было невозможно не влюбится в него. Но я совершила эту ошибку. Я влюбилась. А я ждала Джека. Терпеливо и долго. Умирала, копалась в себе, искала причину ухода. Дура! Представляла себе, что "сегодня" он вернётся и обнимет меня. Он поцелует меня и так крепко обнимет меня, как никто ещё меня не обнимал. И я прощу ему всё. Любила. Да, любила. Так сильно, что ещё не любила так никого. Ребёнок. Конечно же я хотела от Джека ребёнка, но я не ожидала, что забеременею сейчас. Раньше я думала, что годика через два-три, у нас будет малыш. Или малышка. И Джек будет всегда рядом со мной. Он будет беречь меня, любить, успокаивать, целовать, благодарить... Наш комочек будет расти во мне, слыша и маму, и папу. И Джек будет просто плясать от счастья, узнав, что у нас будет ребёнок. Но я обозналась. Джек не такой. Он лишь притворялся. Красивая и пушистая внешняя оболочка всего лишь маскировка. А под ней сковывается совершенно другой человек. Увы. Выкидыш. А я думала, что ребёнок родится и тогда Джек приедет и всё будет хорошо. Но за мыслями о Джеке я упала на лестнице. Я потеряла последнее, что нас связывало. Я потеряла нашего малыша. Рука неосознанно потянулась в карман за сигаретами и зажигалкой. Нервы. Сунув ментоловую палочку в рот, я начала шаркать по колёсику зажигалки дрожащим первым пальцем правой руки. Наконец огонь появился и поднеся кончик сигареты к нему, я вдохнула в себя ментоловый дым, пряча зажигалку в правый карман. Говорят, что от ненависти до любви один шаг. Так вот, тому человеку, который сказал это, надо памятник поставить. Пора забыть тебя, Джек. Просто начать новую жизнь. Ты лишь неудачное воспоминание в моей голове. И кроме ненависти к тебе, во мне не осталось больше ничего. Я ненавижу тебя. Не заметив, как пришла к Starbucks'у, я выкинула сигарету в мусорку и зашла в кофейню. Народу было немного, что было просто отлично. Парочка справа, девушка за дальним столиком. Два парня слева у окна, три подруги. Подойдя к кассе, девушка-кассир подошла ко мне. — Здравствуйте, что вы будете? — девушка приветливо улыбнулась, мигом вооружившись стаканом и черным маркером. Она как-то странно на меня посмотрела. Определённо, она уже догадалась кто я такая. Обычно, у людей бывает не совсем адекватная реакция. Но похоже, что эта блондинка старается держаться с рамках нормальности. — Здравствуйте, большой горячий шоколад с кокосовым сиропом и корицей, — я тоже улыбнулась девушке и приготовила кошелёк. Она посмотрела на меня из под своих густых бровей и я нагнулась, — я надеюсь, имя мне называть не стоит? Я подмигнула ей и снова улыбнулась. Она тихонько засмеялась и тут же написала маркером "Лула". Да ещё и красивым почерком. Спасибо! Девушка передала бармену мой стакан, пока я оплачивала заказ. Вставив кредитку в терминал, я подождала пару секунд, после чего ввела пин-код. Девушка кивнула, как бы говоря "Всё прошло". Вытащив карточку, она вручила чек и я прошла к стойке, на которой выдают готовые заказы. Взяв свой горячий шоколад, я направилась искать свободный столик. М-да, когда мы с Джеком здесь пили кофе и болтали часами напролёт. Смеялись, обсуждали новые идеи для шоу. Куда это всё ушло? Да в никуда. — Воу, — откуда послышался мужской вопль, но спустя секунду я тут же поняла, что раздался он рядом. А если ещё точнее, то прямо передо мной. Оказывается я врезалась в чью-то спину и облила её своим напитком. Ты мастер, Лула. МАСТЕР. Мужчина повернулся ко мне. Брюнет, на вид лет 25-27, глаза цвета океана и у него отличное телосложение. На голову выше меня, кстати. Он наконец перевёл взгляд на меня. — О Боже, простите меня. Господи, я такая неуклюжая, — я посмотрела в сторону, прикрыв ладонью лицо, проклиная свою невнимательность и мечтательность. — Ничего страшного, — улыбнулся он. Должна признать, за такую улыбку передрались бы сотня стоматологических компаний, — я скажу своему водителю, чтоб он отвёз пиджак в химчистку. После своих слов он снял черный пиджак со своих плеч, оставшись в сером легком свитере. Он отдал стоящему рядом мужчине в темно-синем костюме. Я немного опешила, подняв брови и вытянув губы вперёд, собираясь подобрать хоть какие-то слова. Мужчина рассмеялся и протянул мне руку. — Райан Андерсон, — произнес он, всё также улыбаясь. — Лула Мэй, — взяв стакан левой рукой я пожала предложенную мне руку и посмотрела в эти прекрасные глаза, понимая что вот она. Моя новая жизнь!