Пиная юность

      Bastille – Pompeii       — Коста. Мальчик с фамилией Коста, не помню, как там его звать. — Женщина в строгом наряде уверенно шагала по ровному полу.       Окно было открыто, ветерок спокойно проникал в душный кабинет, дурманя приятной свежестью уходящего лета. Женщина остановилась у края стола из тёмного дерева и начала постукивать кулачком по ровной поверхности. Нос её подёргивался, а взгляд то и дело нервно бегал по разноцветным постерам, развешанным вдоль всей стены. Она пыталась сконцентрироваться, не так активно нападать на собеседника по телефону, но тот не оставлял ей выбора. В конце концов, мужчина с хриплым голоском на том конце смирился с неумолкаемой персоной и, тяжело вздыхая, сказал:       — Чёрт с вами, мисс Форд, но я бы на вашем месте…       Не успел он закончить, как женщина рассвирепела пуще прежнего и ещё раз напомнила о своих полномочиях.       — Ладно. Я же уже согласился.       — И, пожалуйста, не забывайте, кто я.       На этой ноте Елена Форд положила трубку. Нет, она не была бизнес-леди или нервной феминисткой, даже не чокнутой невестой, которая взрывалась, как пороховая бочка, когда ей говорили о свинине, которую перепутали с курицей. Это была простая женщина, возглавлявшая Юридический факультет в Стэнфорде. Преподавать, как ей казалось, она умела, но, к сожалению, Елена абсолютно не понимала большинство подростков, лишь знала, что им нужно в будущем. Самые элементарные вещи, вроде работы.       Своим непомерным вниманием она не обделила единственного племянника и постаралась всеми силами добиться его высокой успеваемости.       Не прошло и минуты, как женщина позвонила на новый номер, но была уже более любезна с ответами, а форма и тон были слишком просты и непредвзяты, чтобы признать это за деловитый разговор.       — В общем, Коул, я надеюсь, что твой сын хоть немного одумается и сможет пойти по верному пути.       — Не думаю, что у Ленца могут возникнуть комплексы, — c сомнением ответил Коул. Он знал, на что способен этот гадёныш, даже немного гордился тем, что Ленц не пользовался его громким именем, но уважения, к сожалению, ни к кому не испытывал.       — Небольшое соперничество живёт в каждом мальчишке, прошу тебя. — Она хотела вcплеснуть руками, но поняла, что этот жест абсолютно никак не впишется в разговор по телефону, где собеседники не видят друг друга.       — Только не в нём. Это странный парень, c котором бог знает, что творится. Сегодня он улыбается до ушей, а завтра уже смотрит на весь мир, будто его обидели.       — Может, так и есть, — заметила она, облизнув губы.       Елена считала Коула слишком занятым и не способным следить за прытким ребёнком, коим этот юноша уже не являлся и прекрасно это осознавал. Что ж, но мисс Форд во многом ошибалась насчёт Коула, он-то много времени посвящал своему чаду, единственному в своём роде, но мальчишка сам стал агрессивным и упёртым, как баран. В этом сынулька и отец ничем не отличались.       — Елена, я просто говорю, что из этого ничего не выйдет, но дай знать, если ветер переменится.       — Конечно. Удачи, Коул.