Soothing the Savage Beast

      Стайлз втайне надеялся, что это никогда не произойдет.       Довольно глупо, он знает. На сегодняшний день аукцион является самым распространенным способом найти партнера для омеги, достигшей совершеннолетия. Стайлз в течение длительного времени знал, что этот день настанет. Тем не менее, от этого не легче.       Он также знает, что его отец старался изо всех сил обеспечить ему частного покупателя, чтобы убедиться, что Стайлз будет принадлежать кому-то надежному и адекватному. Не получилось. Отец просил поменять или снизить цену Стайлза вплоть до законодательно установленного минимума, но каждый нормальный покупатель не хотел или был не в состоянии купить новую омегу. Они даже пытались разместить объявление в интернете, чтобы, даже если бы омега была продана незнакомцу, он мог бы сначала пройти обследование. Но ни один из альф, откликнувшихся на объявление, не был готов к тщательному отбору бетой-родителем, который хотел уберечь своего сына.       Стайлз думает о том, что не сделал себе никакого одолжения, когда вырос таким болтливым и своенравным. Он хочет быть покладистым ребенком ради папы, потому что за послушных платят больше. Но время истекло, тело Стайлза достигло зрелости, и отцу больше не разрешено выступать в качестве его законного опекуна. По закону, Стайлз должен быть продан.       Всё не так уж плохо, он понимает. Это ведь известный факт – омеги, проданные на аукционе, получают больше, чем от частной продажи, и большинству семей с детьми омегами нужен дополнительный доход. Но отдать омегу на аукцион – значит потерять контроль над выбором альфы. Омега просто продается по самой высокой цене, безо всяких вопросов. Обычно это означает, что незнакомец не заинтересован в том, чтобы омега сохранил контакты с прежней жизнью, людьми.       Стайлз против такой системы, которая позволяет держать омег в руках жадных и богатых альф. В детстве его друг Скотт копил деньги, чтобы в будущем выкупить Стайлза. Скотт был отличным альфой, любая омега была бы счастлива стать его. Но в детстве они не понимали, что никакого количества копеек, вырученных на пособиях, а позже подработках, не хватит Скотту, чтобы выкупить омегу. Альфа плакал, когда они, наконец, признали это. Стайлз тоже хотел, но вместо этого обнял друга, сказав ему, что уверен в том, что достанется хорошему альфе, и тот позволит им общаться как прежде. Это была ложь, они оба знали это, но это позволяло им чувствовать себя немного лучше.       Утро аукциона. Отец суетится, вытаскивает самую лучшую одежду Стайлза, старается привести его волосы в порядок и пытается не допустить, чтобы сын увидел, как он еле сдерживает слезы, прежде чем люди с аукциона не забирают омегу. Стайлз сидит в задней части транспортного фургона с другими омегами, которые сегодня продаются. У всех одинаковое выражение лица – смесь ужаса, уныния и отстраненности.       Как выяснилось, зря отец столько сил потратил на его внешний вид. Как только они добираются до рынка, их разводят по кабинетам, там омег заставляют раздеться и выдают им ярлыки с номерами. Беты-осмотрщики ходят с блокнотами и изучают их как скот.       Стайлза сгибают для совершенно унизительного осмотра. Молчаливый бета в перчатках с холодными руками проникает в него с помощью пластиковых инструментов, и в то же время Стайлз чувствует укол в правой руке.        一 Ауч! Какого черта? – восклицает он.       Бета перед ним выглядит слегка извиняющейся.       一 Прости. Нам просто нужно немного крови для анализов, чтобы убедить покупателя в твоем физическом здоровье, – говорит она ему.       一 У меня есть медицинская карта, вообще-то.       一 Боюсь, мы не можем полагаться на записи личных врачей, – она дарит ему натянутую улыбку.       Стайлз держит язык за зубами. Отец нуждается в деньгах от его продажи, а если осмотрщики поймут, что он строптивый, то первоначальная цена тут же упадет.       Бета вкладывает пробирку с его кровью в какой-то аппарат.       一 Поздравляю, – улыбается она, — Ваши баллы рождаемости очень высоки и будут еще выше, как только вы выйдете в пик своего цикла. Многие альфы дорого заплатят за такую племенную омегу. Ты очень везучий.       Стайлз чувствует, что его начинает тошнить от упоминания аукциона. Он будет не только принадлежать альфе, но и трахаться с ним, и, вероятно, это случится уже сегодня вечером.       Он морщится, когда бета позади него вытаскивает расширитель, объявив, что визуальный экзамен пройден успешно, и его девственность не тронута. Стайлз быстро встаёт и натягивает выданный халат. Он подходит к окну. Аукцион уже начался. Парень видит, как омег выводят на сцену друг за другом, затем обратно для окончательной обработки, пока их новые владельцы завершают оплату.       Стайлз наблюдает за лицами проданных омег, надеясь найти хотя бы намек на то, чего ожидать. Большинство выглядят откровенно напугано и беспокойно, только изредка омеги возвращаются в хорошем расположении духа. Стайлз предполагает, что они были проданы за высокую цену или были куплены особо привлекательными альфами.       Раньше, чем хотелось бы Стайлзу, его выталкивают из кабинета, лишают халата и ведут на ярко освещенную сцену.       一 И сейчас мы с вами видим лот номер 47, омегу Стилински, – громко объявляет ведущий. Стайлз задумывается, всех ли омег объявляют по фамилии, или это только его имя поставило в тупик ведущего. 一 Он созрел и готов к размножению, и, как вы видите, выглядит очень аппетитно, – продолжает мужчина.       Публика посмеивается, а Стайлз борется с желанием прикрыться.       一 Давай, покрутись для нас, чтобы господа начали предлагать цену.       Стайлз стискивает зубы и пытается быть просто благодарным за то, что аукцион открыт только для альф, так что его отец не будет свидетелем его унижения. Тем не менее, у Стайлза нет выбора, и он начинает медленно поворачиваться. Он пытается пропускать мимо ушей слова ведущего о том, как он отлично будет смотреться натянутым на узел, как настоящий альфа сможет быстро обрюхатить его щенком. В какой-то момент, ведущий делает непристойный комментарий и щипает парня за сосок. Стайлз держится из последних сил, чтобы не ударить его.       Альфы в зале смеются и свистят, Стайлз чувствует их похотливые взгляды на коже. Стилински знал, что аукцион не будет самой лучшей вещью в его жизни, но он не мог даже представить, что это будет так ужасно. Стайлз любит думать, что он храбрый, сильный, современный омега, который не запуган альфа-влиянием. Но вот он стоит абсолютно голый на сцене под голодными взглядами толпы альф, один из которых собирается купить его трахаться, и ему так чертовски страшно, что он из последних сил держится, чтобы не расплакаться.       Торги начинаются, и Стайлз отчаянно пытается не смотреть на альф, чьи номера поднимаются. Он старается думать о чем-то еще, но мысли возвращаются к страхам о том, что новоявленный альфа запретит общаться с отцом и Скоттом. Стайлз думает о первом сексе. Будет чудесно, если альфа сделает все, чтобы ему было легче пережить это, а, может, боль Стайлза принесет ему наслаждение.       Ведущий продолжает дразнить альф пошлыми комментариями, пытаясь завысить цену. Он вызывает румянец на щеках Стайлза, рассказывая альфам, как они могут оставлять очаровательные следы на бледной коже омеги. Ведущий заставляет повернуться его спиной к зрителям, начиная петь оды заднице Стайлза, а затем опускает свою руку на правую ягодицу омеги и сильно сжимает, оставляя красный след от ладони. Стайлз считает вдохи, отчаянно пытаясь не паниковать.       Торги, кажется, длятся вечно, как и унижения Стайлза, пока аукционист, наконец, не стучит молотком, завершая аукцион.       一 Продано альфе Хейлу за 17 миллионов долларов!       Стайлза шокирует цена. Это очень большие деньги. Достаточно для того, чтобы сделать его отца богатым. Только недавно мысль о том, что за него могут заплатить миллион, казалась абсурдной, а он только что был продан за семнадцать. Тот, кто купил его, очевидно, очень богат, раз позволяет себе тратить безумное количество денег для того, чтобы купить плодовитую омегу. Стайлз не может определиться, пугает его это или возбуждает.       Когда он возвращается в комнату ожидания, ему маркером на всю грудь пишут «ХЕЙЛ» и сажают к другим проданным омегам.       一 И сколько за тебя заплатили? – спрашивает бета рядом с ним более веселым голосом, чем требует ситуация.       一 Эм, я не слушал, – лжёт Стайлз, он знает среднюю цену аукциона за одну омегу, это около 750-ти тысяч долларов, в зависимости от нескольких факторов, в том числе и плодовитости. Конечно, половину суммы от его продажи отцу придется отдать на налоги, но даже половина этой суммы намного больше, чем обычно стоят омеги. Знание этого давит на парня, и он не уверен, как на это отреагируют остальные омеги.       一 Держу пари, что это огромная сумма, – встревает омега напротив него. Он указывает на его грудь, 一 Хейлы при деньгах.       一 Ох, – выдыхает Стайлз, 一 Вы знаете еще что-нибудь о них?       一 Только то, что их дом несколько лет назад подожгли, почти вся семья умерла, а те, кто выжили, говорят, тронулись немного.       一 Да, не завидую тебе, приятель, – подаёт голос омега рядом со Стайлзом, 一 Я лучше буду довольствоваться своим средним классом, чем бояться миллиардера каждый день.       一 Спасибо, – пытается сдержать сарказм Стайлз, 一 Теперь мне стало гораздо легче.       一 Да кого заботит, что они двинутые, верно? Я имею в виду, они же богаты. Ты будешь жить в роскоши, чувак, – пожимает плечами другой омега.       Так или иначе, Стайлза это не успокаивает.       Дверь в зоне ожидания открывается, и входит один из бет-надзирателей.       一 Лот номер 47, для Хейла!       Стайлз какое-то мгновение не реагирует, а затем омега рядом с ним пинает его и говорит:       一 Это ты, придурок! Иди, пока не разозлил его!       Стайлз встает и на трясущихся ногах подходит к бете, тот даже не смотрит в его сторону, только придерживает дверь. Надзиратель вручает ему халат, толще и длиннее, чем был на нем за кулисами. Его ведут к альфе, который наблюдает за Стайлзом пронзительным взглядом.       一 Ты отлично созрел, – говорит он омеге, 一 Кажется, я отхватил лакомый кусочек сегодня.       Стайлз отшатывается и альфа неприятно ухмыляется.       一 Не волнуйся, малыш, я не буду с тобой совокупляться, как бы я, возможно, ни пожалел об этом, 一 его глаза с жадностью смотрят на тело Стайлза. И это неприятно. Неприятно стоять перед этим альфой больше, чем перед аудиторией альф, 一 Ты, так скажем, подарок для моего племянника. Хотя, может, я и развлекусь с тобой, как только он закончит. Бойд! – зовет он бету, стоящую позади него, 一 Отведи его к машине и сохрани его запах таким же чистым, насколько это возможно, никаких альф поблизости.       Бойд кивает головой, показывая Стайлзу следовать за ним. Омега забирается на заднее сиденье дорогого автомобиля и видит бету блондинку за рулем.       一 Так что, это новая игрушка для Дерека, да? – спрашивает она Бойда, на что тот лишь пожимает плечами, 一 Ты думаешь, он пометит его?       一 Мы можем только надеяться, – отвечает Бойд, усаживаясь на переднее пассажирское сиденье.       Стайлз смеривает их нервным взглядом.       一 Мой новый альфа, он э-э, – откашливается и пробует снова, 一 Он действительно настолько придирчив или что?       Блондинка фыркает.       一 Да, это так, – говорит она, прежде чем переключить передачу и тронуться с места.       一 Но разве тот альфа, который купил меня, не был уверен, что я подхожу? 一 озадаченно интересуется Стайлз.       Бойд качает головой.       一 Ты слышал Питера. Никаких альфа-контактов. Мы не можем рисковать. Дерек может отвергнуть тебя из-за малейшего подозрения, что ты уже был с кем-то.       一 Мы должны помыть его, как только вернемся домой, 一 говорит блондинка Бойду так, будто Стайлза нет рядом с ними, 一 Знаю, то, что он пахнет бетами и другими омегами, не должно быть проблемой, но мы не хотим рисковать, верно?       Бойд кивает в знак согласия, в то время как Стайлза колотит на заднем сидении.       一 Так кому я теперь принадлежу, черт возьми?! – требует он ответа.       一 Тому, кто, я надеюсь, сможет закрыть твой чертов рот, омега! – огрызается блондинка.       一 Эрика! – предупреждает Бойд.       Блондинка медленно выдыхает, пытаясь успокоиться.       一 Ладно, пусть Питер сам разбирается, это он выбрал маленькую болтливую омегу, – ворчит она, возвращая свое внимание на дорогу.       Стайлз захлопывает рот и молчит весь оставшийся путь.