Через пять рук, шестому на поруки

* * * Дом первый. * * * — Доброе утро, Дем, твоя жена дома? — голос моего отца совершенно не выдает волнения. Знали бы в этом доме, как второпях собирал важные вещи мой отец, бегая в одних пижамных штанах по мэнору. Наверное, хорошо бы посмеялись — не каждый день холеный аристократ такое устраивает. Вот к чему ведут облавы в бизнесе. — Дома, дома… А чем мы обязаны в столь ранний час? — заспанный Дем Корр, приятель моего отца (через миссис Корр) потягивается. Не люблю этого козла, но выбора не остается. Отец не может меня забрать с собой. Приходится спихивать меня кому-нибудь из тех, кому фамилия Малфой может хоть сколько-нибудь доверять (а таких немного). — Да так, у нас небольшая просьба, — отец хитро улыбнулся. — А, ну раз так, — он потер глаза. — Ой, а чего это вы на пороге до сих пор? А ну, заходите-заходите. Мистер Дем пропускает нас в узкий коридорчик. Мерлин, за что мне здесь придется жить?! Что такого плохого я сделал?! — Панси! Панси! — хрипло зовет свою жену, потуже затягивая халат в цветочек. — Панси-и-и-и! — Да? Что случилось? — доносится сверху. — К тебе Драко Малфой! После небольшой заминки последовал усталый крик «сейчас спущусь», а после этого, видно, произнесенное шепотом, но донесшееся до нас «Да что у него случилось? Опять шило в жопе?» весьма прозаично. Нам и так втроем в коридоре было немного неуютно, после шепота стало совсем неудобно. Миссис Корр, в девичестве мисс Паркинсон — давнишняя подруга моего отца (были даже слухи, что они встречались — фууу). Спускается, как королева, в цветочном халате. Видимо, это у них семейное. — Утро доброе, Драко. Что случилось? В ответ на ее вопрос отец просто кивает в сторону гостиной, и они уединяются, оставив меня с мистером Корром наедине. Дем Корр бросает на меня хмурый взгляд. — Кофе? Завтрак? — скорее из вежливости. — Нет, спасибо. — А я, пожалуй, поем… — бубнит он и исчезает за боковой дверью. Я остаюсь один — очень тактично, ничего не скажешь. Обои в свете персикового маразма и фарфоровые фигурки на маленьких столиках. В меня закрадывается сомнение, что здесь обитает домовик. Я всего лишь второй раз в этом доме, и тут странная тишина. Замечательно. «Ты с ума сошел?!» — доносится из-за закрытых дверей гостиной. Я подхожу ближе и начинаю улавливать больше фраз: — … «…надо уехать… опасно брать… подозрения…» — … «…. Идиот! … говорила… Поттер узнает!…» — … «… пожалуйста!... вернусь… безопасно…» Хм-м-м, не имеет смысла слушать, я и так знаю, что происходит — спасибо папочкиной жажде к наживе. У него нелегальные поставки самоуничтожающихся портключей. И сегодня ночью, папин «коллега» навестил нас, запыхавшийся и с потным лбом, сказал, что министерство, аврорат, в лице мистера Поттера, начало копать это дело. Отец испугался — чуть удар не хватил — и отправил мою mama в тот же час, с парой кофточек в виде багажа, отдыхать во Францию через один из злополучных портключей. Немного погодя, присев и подумав, он решил, что покидать со мной страну нельзя — чтобы вывезти детей младше восемнадцати (я уже не ребенок!) нужно разрешение министерства, получаемое за срок в неделю. А если отец, воспользовавшись своим портключем, поспешно увезет меня — это будет расцениваться не то, как побег, не то, как кража. И это привлечет излишнее внимание. Отцу с матерью (на нее оформлены некоторые договора на деньги в банке — мой папа хитрый жук, не хотел привлекать внимание гоблинов своим отчего-то большим заработком)оставаться в Лондоне никак нельзя по причине безопасности — если и накроют, то их уже нет в стране. В общем, после тяжелых раздумий папа пришел к выводу, что меня надо оставить в Лондоне у друзей; если станет не безопасно, меня в ту же минуту заберут к себе родители под охрану законом Франции. Дверь открылась и на пороге предстает бледная Панси Паркинсон и румяный Драко Малфой. — Скорпиус, — отец хватает меня за плечи и извиняющимся тоном говорит: — Я уезжаю, ненадолго, ты остаешься здесь. Слышишь меня? Мы вернемся и заберем тебя. Да уж, хорошо летние каникулы начинаются! Сегодня только шестое июня, а от меня уже устали — шучу, конечно. — Да я все понимаю, пап. Не маленький уже. — Закатываю глаза. — Обещаю вести себя хорошо. Он отпускает мои плечи и вместо этого уже ерошит мои волосы — прическу портит своей пятерней -пытаюсь увернуться, бесполезно. — Симми! Наш домовик появляется по одному папиному слову. — Да, сэр, — раскланивается, он у нас знает свое место. — Вещи Скорпиуса, сюда — живо! Исчезает, и через секунду раздается уже третий хлопок — Симми с двумя большими чемоданами. — Всё тут, сэр. — Хорошо. Знай, на тебе остается весь Мэнор до нашего возвращения. Понял? — ненавижу этот взгляд отца — строго-поучительный. — Конечно, сэр. Буду следить. — Домовик поспешно кивает. — Иди. Симми на прощание кивает и с щелчком пальцев исчезает — удивительная у них магия. — Скорпи… — Он снова хватает меня за плечи уже более фиксированной хваткой — Ты понима… — Пап, не начинай, а? — Все будет хорошо. Он хотел было что-то сказать, уже даже рот открыл, чтобы начать причитать, но в последний момент лишь улыбнулся и сжал меня в крепких объятиях. О, мои ребра! — Мы вернемся, это ненадолго. — Шепчет и отпускает меня, наконец. И повернувшись к Панси Корр добавляет: — Спасибо. А дальше сказка малого ребенка начинает оживать — папа достает из кармана зажигалку — портключ, он не курит — и с извиняющимся взглядом, адресованным скорее мне, чем его подруге, исчезает, как домовик пятью минутами ранее. Мой отец очень привязан ко мне, и чего греха таить — я тоже к нему привязан. Но я уже взрослый, справлюсь. Ну, вот так утром я и остаюсь в тесном коридоре, с двумя сумками рядом перед кислой на вид Панси Паркинсон. Эх, ничего, бывают и хуже ситуации. * * * Выпив кофе на светлой, но вовсе не просторной кухне, и уже полностью смирившись со свой участью, я пошел в комнату, которую чета Корр выделила мне сразу после расставания с моим отцом. Идя через злополучную гостиную, вижу, как миссис Панси с кем-то возбужденно разговаривает по каминной сети. Останавливаюсь и прислушиваюсь к оживленному диалогу. — Нет, ну представляешь? Что теперь делать? — Кудахчет миссис Корр. — А ведь мы с Демом завтра на отдых улетаем. — Куда это? — удивляется собеседница. — Ой, ну я тебе говорила, что мы собираемся в Бразилию, — звучит радостно, а после ощутимо грустнее: — Так мы и делали заказ на завтра, уже все документы оформлены. Что теперь будет? Ну не отменять же, в самом деле. — Перенеси или оформи бумаги на него. — Да ты что! — взбудораживается. — Без отца и матери? Кто за него поручится? — А что ты сразу Драко не сказала-то? Он бы дал… — Да он торопился! — произносит с досадой. — И я бы не смогла его уговорить оформить бумаги. Беда-беда. — Не знаю, подруга, влипла ты, конечно… — Слушай, может, возьмешь его себе? — в голосе столько мольбы. Похоже, в этом доме я — обуза. — К нам? Ну. Право, не знаю, Билли в последнее время стал злющим, не думаю, что ему понравится эта идея. — Ну, пожалуйста! Не к кому больше обратиться! Ты же знаешь, как я хотела поехать отдыхать! — миссис Корр падает на колени перед камином и делает вид, что молится. — По-жа-луй-ста. — Ладно-ладно… с тебя маска, как вернешься… Меня только что обменяли на сувенир. * * * Дом второй. * * * С багажом этим же утром меня сплавляют к семейству Беггеров. Ладно, хоть у Корров позавтракал, а у этих дом большой. И даже домовик есть! Меррил Беггер (та самая собеседница) приятная женщина, не старше тридцати лет, со строгим каре из каштановых волос и красивыми щиколотками. Муж — Билли Беггер — колючий на вид, не добрый на первый взгляд мужчина средних лет. Увидав меня, он лишь хмуро поджал губы. Меня отправили в свою на время комнату и наказали дождаться обеда. С безразличным видом я уже начал вытаскивать разные фигни, помогающие скоротать время, как снизу начали доноситься крики и ор. Постоянные обрывки фраз, кто козел, а кто дура. Хлопок. И с силой моя дверь открывается — на пороге красный мистер Билли, а позади него заплаканная миссис Меррил. — Ты поживешь у Инингоффов, — произносит зло Билли Беггер. И для них я обуза. * * * Дом третий. * * * В обеденное время меня, как безродного щенка, подкидывают к так называемым Инингоффам. Три стука в железную дверь, один взгляд на прощание. Дверь открывается, и меня с тяжелым багажом приглашает в дом уж совсем молодой парень. Не старше двадцати пяти, такого «мистером» язык не повернется назвать. — Скорпиус? — Ага. — Я Рик, так и зови, — мы пожимаем руки. — Кто же твой отец, Скорпиус? И где он? — голос грудной, как у сытого кота. Глаза насмешливые, волосы рыжие — ну точно кот. — Драко Малфой, — с гордостью говорю. — Он сей… Лицо Рика перекашивается, и он, перебивая меня, орет: — Дорогая, свяжись с Гарольдом Бином! Он не добро на меня поглядывает, пока из-за соседней двери слышатся обрывки разговора — видимо, и здесь я ни к месту. Спасибо, папочка. * * * Дом четвертый. * * * Дом Гарольда Бина — дом нашего домовика под лестницей. Темно и сыро. Стены обветшали и так грозно поскрипывают, будто скоро все обвалится. Меня начало мутить от запахов в первую же секунду пребывания здесь. Самое богатое в этом доме — я и мои вещи. Сам же Гарольд Бин — старый хрыч со скупыми замашками. Он приютил меня, брызжа слюной во все стороны от негодования. Будто я действительно мешок с дерьмом в его саду. По крайней мере, он не стал меня выгонять с порога, выделил мне хилую комнатушку (метр на метр), в которой только чемоданы на кровати смогли разместиться. Он покормил меня горькой вареной картошкой и напоил сильно заваренным чаем — один вкус заварки чего стоит. По углам этой хибары паутина, а кресло в странных пятнах. Мрак. Меня передергивает от всего здесь, и от мистера Бина тоже. У старика проблемы с памятью (он три раза мне представлялся), и с деньгами. Когда вечером мы разместились возле камина (больше в доме ничего не греет), он начал вслух считать убыток от меня. И, конечно же, пришел к выводу, что я слишком дорог. Мои слова, что я могу заплатить за проживание он то ли пропустил мимо ушей, то ли еще и глухой ко всему. Так или иначе, прям в кресле он за подсчетом денег так рассвирепел на меня, что начал кричать своим гнусавым голосом: — Ах ты, маленькая пакость! Обанкротить меня решил! А ну вали домой! От этого я пришел просто в ужас. И начал оправдываться. На что он — видимо, забыв, как я здесь оказался, — начал выпихивать меня за дверь. Я боялся к нему прикасаться, к тому же он оказался невероятно крепким, в общем, после небольшого конфликта я оказался под дверью этого жуткого дома. Без багажа. Начал стучать в дверь, старый маразматик открыл и видимо все вспомнил, потому что впустил меня обратно. Но недолго мне пришлось испытывать облегчение: он впихнул меня без моих вещей в камин и дал скупую щепотку летучего пороха. — Повторяй за мной щенок: Улица Брауса. — Улица Брауса, — забубнил я, понимая, что меня снова, как обузу, перекидывают на чужие плечи. — Дом 32. — Дом 32. — Семейство Уизли. — Семейство Уизли. ЧТО?! НЕТ! Но поздно — перед глазами уже летят выходы из каминов. * * * Дом пятый. * * * Я вываливаюсь весь в саже на милый лиловый коврик. Женщина в кресле с вьющимися каштановыми волосами с испугом смотрит на меня. — Ты кто, мальчик? — Я… я от мистера Гарольда Бина… — Я в очень плохой ситуации. Па-апа-а! — Что случилось? Ему нужно в больницу?! — она еще больше пугается. — Нет, нет! — Размахиваю руками. — Просто мои отец уехал, а меня оставил мистеру и миссис Корр, но они, в общем, я оказался у мистера Бина, а он, видимо, забыл это и отправил меня вам. Мне нужно пожить где-нибудь, пока мой отец не вернется… просто… — Подожди-ка, — лицо выражает муку — силится что-то вспомнить. — Ты же сын Драко Малфоя. Скорпиус? — Да! — Это же хорошо, что она меня узнала? Враждебности, вроде, нет. Может, и к лучшему, что я оказался здесь. Да, очень близко к Главе Авроотата, но не под самым же носом. Не думаю, что мы пересечемся. — Хм-м-м, — она начинает хмурить брови. — А где отец? — Он… он решил отдохнуть… ну… там второй медовый месяц… На мой бред она еще больше начинает хмуриться. Наконец, что-то решив для себя, говорит: — Я Гермиона… Уизли — Очень приятно, — говорю вежливо словно мы пересеклись на официальном приеме. — Ага… Рон! Рон! В маленькую гостиную входит долговязый рыжий мужчина и, когда его взгляд находит меня, он останавливается в шоке. Мистер Рон Уизли — заместитель начальника Аврората. Чудесно, знал бы папочка, где я. — Что он тут делает? — немного на повышенных тонах. — Рон, ему негде жить, Малфои уехали… а его оставили… я тебе потом расскажу. — Всегда знал, что из хорька хреновый родитель будет, — подойдя ближе. — Он не будет тут жить. Что? Хорька? Почему не буду? — Мистер Уизли… — Помолчи, — бросает мне, — Гермиона, зачем он нам? — Но, Рон, ему некуда пойти! — Я не буду у себя оставлять его сына! К тому же у нас просто нет места для него! У нас очень маленький дом ,и ты, кажется, забыла — ТРИ! — Он начинает трясти перед носом жены тремя оттопыренными пальцами. — ТРИ ребенка! Тут и без него сумасшедший дом. Миссис Уизли задумалась. — Давай отдадим его Гарри, у него дом большой, да и Альбусу тоже пятнадцать, ровесники. Что?! Нет, нет, нет! — Пожалуйста, только не туда. Они не обращают на меня внимания. — Не хочется гадить Гарри, но и оставлять его нельзя у нас. Ладно, я свяжусь по камину с Джинни, а ты иди, уложи Хьюго, он спать не хочет. Миссис Уизли кивнула и вышла. — Подождите, пожалуйста, мистер Уизли, только не к ним! Я прошу… — Не волнуйся Малфой, там ты будешь в безопасности, а то ишь чего удумал хорек. Сына бросить! — он отвел меня от камина, и уже через пару секунд там парила голова жены начальника Авроотата. — Джинни, привет! — машет ей будто бы поздравлять с чем собрался, а не меня подкидывать. — Что-то случилось, Рон? — а ее не проведешь, сразу к делу. — Ты представляешь — Драко Малфой сына бросил одного в Лондоне! — Да?! — она начинает лупиться на меня. — Какой кошмар! Бедный мальчик! Ужас-ужас. — Короче, он тут к нам попал, но ты же понимаешь, у нас дети маленькие да и дом крошечный. Может, заберете его себе? — и тон такой заискивающий… родная сестра не сможет отказать. — Ой, ну я не знаю, как Гарри… — Да ладно, все хорошо будет. Тебе пятнадцать? — он внезапно поворачивается ко мне. Я киваю. — Он ровесник Ала, подружатся. Мерлин, хоть бы она все-таки не согласилась. — Узнаешь, каково когда у тебя трое детей. — Продолжает умоляюще. — Ну, Джинни, ты же моя сестра — выручай. — Ладно-ладно, все равно в доме как-то пусто. Джеймс пропадает постоянно куда-то, а Ал стал замкнутым. Ладно, отправляй его к нам. — Спасибо, сестрица, век не забуду, — на радостях восклицает мистер Уизли. — Не забудь, не забудь, — говорит и пропадает. Мистер Уизли подходит ко мне все еще с дурацкой улыбочкой. — Ну, все, я договорился, поживешь у моего лучшего друга. Везунчик. Везунчик… совсем нет! Мерлин! Пожалуйста Мерлин, папочка или мамочка, да кто угодно! Помогите кто-нибудь! Меня же отправляют в пасть ко льву! К охотнику на моего отца!