Через пять рук, шестому на поруки

— Да, еще в том году таких ветров не было, — голос чуть хриплый, а сам я немного вялый. — Угу, ну ничего, переживем еще десять дней, — Альбус берет «коня» и ставит его рядом со «слоном». Партию мы уже не разыгрываем, а так, лишь перебираем фигуры, да и я иногда пальцем их выбиваю, чтобы посмотреть, как далеко я могу запульнуть. Пешки летят лучше всех. — Десять дней? Почему? — Уезжаем. А, ты не знаешь… — подбрасывает «короля», — мама вчера сказала, что мы едем отдыхать… через десять дней. — Я думал, она на работу выходит? Разве нет? Пожимает плечами и переоценивает ловкость рук — с очередным подбрасыванием «король» ударяет его по колену. — Эм, мама очень хочет уехать, поэтому выбила для себя несколько дней… а с завтрашнего дня уже в Мунго будет работать. А, заменила дни. Хм. — А отец? — Отец? Не знаю… — замолкает, — они вчера ругались сильно, я слышал… пока вроде никакой конкретики. Но мама сказала, что поедет с ним или без него. — Ясно. А… я? — беру черного «слона» и выбиваю им четыре пешки на поле. — Пока ты у нас, ты с нами, — собирает фигуры, чтобы снова расставить на правильные позиции. — А документы? — Не волнуйся, папа за минуту все уладит, он же начальник. Ну да! Как я могу забыть! Крутой мистер Поттер, отъявленный извращенец. Блин, надеюсь, он с нами поедет, без него я потеряю львиную долю эмоций и впечатлений. А главное — я потеряю Его. — А куда? — У мамы спроси. Разговор зашел в тупик, но нельзя допускать тишины со стороны Альбуса. Да и выяснить многое нужно. — У тебя есть школьный лучший друг? — Что? — теряется. — Нет, а зачем? — Как это зачем?! Чтобы было весело. Учиться — это такая скукота, серость, дни блевотные… фу. — Мне нравится учиться… — почесывает затылок ферзем. — А кем ты хочешь стать? — Колдомедиком, я хочу помогать людям, хочу избавлять их от болезней и горестей. Мда, а вот и розовые пони, про которых говорил Джеймс. — Круто, светлая мечта… А Джеймс? Он на кого? — Джеймс? Он аврор, на побегушках у папы. И тренируется. — То есть они вместе в министерстве? — во дела! Везет Джеймсу. — Ну, я бы не сказал, что вместе, но да… пересекаются. А что? — Да нет, ничего… Джеймс, значит, хочет быть похожим на отца? — Это факт, — видно, что слова эти Альбусу даются с натяжкой, будто костью в горле застревают. — А ты? Твой отец достойный пример. — А я не такой. Я не храбрый и не отчаянный. И у меня нет этого природного шарма… — к чему это вообще? — И почему ты всегда говоришь «отец, отец», а не мистер Поттер? — А большая разница? — Просто странно это. — Да что странного, Альбус? Странно, что ты такой замкнутый и в облаках витаешь, — ай, дипломатичность как волной смыло. — Джеймс сказал, что это после той ситуации. — Какой еще ситуации? — глаза округляются, и он с видом очумелой совы смотрит на меня. — Ну, про отца твоего, ухода его из семьи, феромоны, стажерку… — я все запомнил, я вообще все запоминаю относительно мистера Извращенца. Как бы не назвать его извращенцем вслух. — Что-о? Ты его слушай меньше. — То есть не было ничего? — как так?! Мне не нравится это «что-о». — Я не услышал ничего знакомого… Мой отец никогда из семьи не уходил, — говорит с такой же уверенностью, как и Джеймс. Вот только для Альбуса это немного нетипично. Вот блять! Врун, Джеймс, какой же врун. Лжец! Мудак сраный, ну нахрена он мне врет? Нахрена говорит такие вещи?! Сука. Пыхчу от злости и ненависти, ну вот нельзя ему верить! Нельзя! Он только лапшу на уши вешает! Вот появись сегодня ночью, я тебе задам! — А почему ты тогда такой? — прихожу в себя, но, чтобы сделать это, приходится сжать в руке «короля» — до боли и белых пальцев. — Характер. А что Джеймс тебе наговорил еще? — Да ерунду, похоже, всякую. Сначала шутил, что твой от… что мистер Поттер почти педофил, который спит со своими подчиненными, а потом, что твоего отца все время очаровывают и он… — Придурок! А я тебе говорил, что брат у меня не такой уж и замечательный. — Блин, нафига он мне это наплел? Не понимаю… — Я тоже не понимаю, но это Джеймс, если он так делает, значит так удобно ему. Засранец. Переворачиваю шахматное поле, и фигурки разлетаются в разные стороны. Вот же засранец! * * * Короче, в этом доме пора всех вывести на чистую воду. Я окончательно запутался, ничего не понимаю ни рассудком, ни сердцем. А значит, пришло время расследования. Экспедиции. Выяснений. Короче, пора все расставить по своим местам и разобраться в происходящем и, наверное, в себе. Но это потом, о последнем и думать не хочется. В пять вечера, через пару часов после окончания игры в шахматы и через полчаса после разговора о джеймсовой лапше, висящей на моих нежных ушках, у Альбуса назначен визит к колдомедику — проверка какая-то, Альбус, оказывается, шибко мнительный. Мой друг уже утопал, мистер Извращенeц где-то шляется с жеманными и сладкоголосыми недоаврорами, а миссиc Уизли разбирает кухонные салфетки. — О, Скорпиус, как дела? — Отлично, а как у Вас? — сажусь за столик и беру в руки зеленое, наверняка сочное, яблоко из вазы. — Очень даже хорошо… — А как вы с мистером Поттером познакомились? — приступим к расследованию! Откусываю яблоко со смачным звуком. — Ох, — мечтательно прикрывает глаза, — когда он впервые поехал в Хогвартс, а я провожала братьев. — Вам было десять, не так ли? Да, рано она встретила своего «героя», точнее, просто Героя. Для всех. — Да… Хочешь поболтать? Киваю и откусываю еще один кусок. Люблю яблоки, особенно зеленые, спелые, с кислинкой. — Тогда пошли в сад. * * * — Ого, я читал, что он выиграл, но не знал, что такой ценой! — цокаю языком и все-таки откидываюсь на спинку садового стула. — Да, четвертый курс был сложный у него… Как, в общем, и другие — каждый раз испытания. Пятый курс… собрания ОД, ох, много рассказывать! — Вы тщательно следили за его жизнью. Как, видимо, и мой отец тоже. Вот ему повезло! Хотя, насколько я знаю, они не дружили. А вообще, отец ненавидит говорить про Гарри Поттера. Лишь обмолвился пару раз, что он везучая заноза в волшебном мире. А мне он внушает трепет. — Конечно! Я люблю его с первого взгляда! — Ясно… А он был такой же? Ну, в молодости? — Он не так стар, как ты думаешь, — легко смеется. — Он был похожим на Джеймса, только более серьезным, но совершенно точно был таким же непоседливым! Все время во что-нибудь впутывался. Джеймс весь в него. Да уж, Джеймс пошел в него, но ему явно чего-то недостает. Какого-то качества, что является главным «ингредиентом». Это чувствуется, уж я-то разницу вижу. — А вы говорили, что он хотел стать профессиональным игроком в квиддич? — Было дело… но это еще до войны. — До войны? А война? Как прошла война? — С потерями. Тяжело.. Но! Мы победили! Добро восторжествовало, мир залился теплым светом победы. Все хорошо. И этим «все хорошо» она будто поставила точку. Хм. Значит так, что я имею по разным версиям? Первая, Джеймса: мистер Извращенец — извращенец, а еще его уводили из семьи. Вторая, Альбуса: мистер Извращенец — добрый отец семейства, который всегда был верным защитником фамильной чести и геройской доблести. Третья, миссис Уизли: все хорошо. Четвертая, моя: все недоговаривают и скрывают, врут. Или хотят солгать, а может, просто верят лжи. Но тут что-то нечисто, правда, я чувствую. * * * Уже слегка за полночь, я жду Джеймса на диване в гостиной, чтобы устроить ему «разборки». Но, видно, в эту ночь ему не до меня. Они входят вместе. Джеймс, мистер Извращенец и тот ночной «недоаврор» с подхалимской, сияющей, как всегда, улыбкой. Не обращая на меня внимания, не бросая даже мимолетного взгляда, они останавливаются на середине и о чем-то шепчутся, пока «недоаврор» не хохочет и не хлопает мистера Извращенца по плечу. Хлопает… Гладит, скорее. А у меня скулы сводит. — Завтра рано утром, полчаса — и мы на месте, — с обычной громкостью говорит мистер Поттер. — Да, вернется к вечеру? — Джеймс мнется с ноги на ногу и совсем спиной ко мне разворачивается. — Думаю… — мистер Извращенец тоже меня не замечает, может, виной тому темнота? Камин я не разжигал. — Ладно, я, пожалуй, побегу. Джеймс, — подхалим пожимает руку, — мистер Поттер… Они тоже обмениваются рукопожатиями, но я-то вижу, как этот «недоаврор» подмигивает! Он ему подмигивает! — … если послать один отряд к берегу, а второй пустить в ближайшие пролеты… А я не слушаю, что-то это не интересно. Я имею ввиду все эти дела аврорские. А вот сравнить их можно. Джеймс в черном плаще и мистер Поттер — тоже в дорожном плаще, но шире в плечах, выше ростом. У Джеймса живая мимика, он часто взмахивает руками, и речь у него более эмоциональная. Мистер Поттер спокойнее, руки держит в карманах плаща, а сам неотрывно смотрит на сына. Иногда он улыбается, но как-то не по-доброму. С иронией, а может, просто невинная насмешка, или все-таки ядовитая. Немного хищная, как и лицо в целом. И в темноте я могу разглядеть, как Джеймс от сотрясаний воздуха иногда разворачивается ко мне боком, как маниакально горят его глаза. Нет, они все-таки очень разные. Только миссис Уизли и Альбусу кажется, что один — отражение другого. Нет. Один из них лишь тень, даже подобие тени. Они заканчивают разговор и уходят, и я следую их примеру — спать пора. * * * Джеймс и мистер Поттер. Меня тянет к последнему, просто невероятно, но в тоже время Джеймс более доступный. Тот, кто мне «по зубам», тот, кто любит меня, тот, кто не женат, тот, у кого нет детей. Тот, кто лжет мне намеренно, потому что «удобно и выгодно». Мистер Поттер — тот, кто пренебрегает мной, не любит меня, отталкивает меня, у кого есть семья, двое сыновей. Мистер Поттер — темная лошадка, сильная, манящая. И я тянусь к нему. Невероятно, просто невероятно, что со мной происходит. Почему я? Кажется, пора задуматься о моей ориентации. И серьезно так задуматься! Забери меня, отец, пока я не влип окончательно… Или уже поздно?