Призрак прошлого

То был совершенно обычный дождливый день. Один из тех, когда людям стоит сидеть дома, попивая горячий чай вприкуску с молочным шоколадом или ванильной пастилой. Впрочем, именно так я обычно и поступаю, но именно тот вечер стал исключением, изменившим всю мою жизнь. Я часто вспоминаю события, связавшие меня с Фридрихом, пытаюсь понять, почему судьба свела жалкого переводчика-самоучку именно с ним. Несмотря на всю свою неприступность, Боде стал незаменимой частью моей жизни, той частью, что оберегает мое жалкое существование, не давая угаснуть среди пороков, лжи и предательства. Чудо, да и только. Жаль только, что чудеса не всегда оканчиваются хорошо. Звонок мобильного заставляет меня выйти из забытья. Я уже несколько минут завороженно рассматриваю свое отражение в зеркале, окунувшись в закрома дальних воспоминаний. Прикрыв глаза и глубоко вздохнув, тянусь к телефону. - Алло, - уставшим голосом отвечаю я и прочищаю горло. - Джин? Ну ты где? Тебя одну ждем, между прочим, - набрасывается Герда. Уверена, именно сейчас блондинка показательно закатывает глаза, смотря на собравшуюся группу друзей. Упомянутый жест – ее визитная карточка. - Уже одной ногой на крыльце. Ждите через 5 минут, - уверяю я и, улыбнувшись, снова взглядом пробегаюсь по внешнему виду зеркального двойника. Я никогда не отличалась броской красотой. Скорее, меня можно описать не очень приятным прилагательным: «неприметная»: худощавое телосложение, прямые каштановые волосы, постриженные под каре до плеч, слишком крупные карие глаза, и все это приправлено тонкими блеклыми покусанными губами. Хотя Герда всё-таки уверяет, что я куда симпатичнее многих немок в нашем районе. Но, она ведь моя подруга, она обязана так говорить. Оправив легкое горчичное платье, спешу покинуть дом, потому что всегда опаздываю. И сегодня не исключение. Как и ожидалось, ребята уже давно собрались на назначенном месте. Мой круг состоит из совершенно разносортных людей любого возраста: от 17 до 35 лет. Да, это странно, но чертовски интересно, потому что все мы нашли друг друга во время тематических вечеринок, посвященных киноманам, что так часто устраиваются в малых районах Дюссельдорфа. И теперь мы не разлей вода. И самым запоздалым членом нашей группы стал Фридрих Боде – полтора года назад, когда совершенно случайно оказался в нужном месте в нужное время. - Привет, ребята, - с широкой улыбкой приветствую я, приобняв всех присутствующих – 13 девушек и парней, мужчин и женщин, каждый из которых имеет свою жизнь, свои взгляды на жизнь, свои цели и мечты. - Ты могла бы хоть раз не заставлять нас ждать, - нарочито недовольным голосом бормочет Герда, ущипнув меня за руку, но в следующую секунду игриво подмигивает, давая понять, что совсем не злится. Еще бы, я за квартал отсюда слышала их громкий смех - им явно не приходилось скучать. Последним в моих скромных неуверенных объятиях оказывается Боде. Заглянув в его серо-голубые глаза, прижимаюсь щекой к рыжеватой щетине, но затем быстро отстраняюсь. Мы никогда не были близки. Но он всегда находится рядом, чуть ближе ко мне, нежели ко всем остальным, что по-своему мучает и угнетает меня. - Эй, хорошо выглядишь, Джин, - громко говорит Дензел – невысокий паренек с черными чуть отрощенными густыми кудрями – пытаясь перекричать образовавшийся гул. - Не лучше, чем ты, Ден, - сквозь смешок говорю я. Не люблю комплименты, потому что не умею их принимать. Они заставляют меня чувствовать смущение, а вместе с этим я начинаю вести себя как кретинка. Кажется, Фридрих быстро заметил это. Опустив глаза, он неприметно улыбается уголком губ. Большой шумной компанией мы быстро достигаем обширной поляны на окраине города. Местность здесь щедро усеяна шелковой травой и мелкими разноцветными цветами, щекочущими щиколотки. Сегодня достаточно теплая летняя ночь, поэтому я позволяю себе снять сандалии и продолжаю путь, держа легкую обувь в руках. Примерно за полчаса мужская половина компании устанавливает средних размеров полотно, проектор, колонки и небольшой генератор, а женская половина в это время занимается едой, принесенными пледами и подушками. - Эй, Август, - кричит Герда, когда всё оказывается готовым к просмотру, - что смотрим сегодня? - Дракулу. С Гари Олдманом, - самодовольно отвечает мужчина, после чего тишина нарушается довольными смешками и восклицаниями. Выбрав себе место – подальше от экрана – сажусь на траву, скрестив ноги по-турецки, укрываю спину легким одеялом и обнимаю любимую подушку в форме спящей совы. - Все улеглись и уселись? – спрашивает Август и, получив в ответ положительные кивки и возгласы, объявляет, - тогда врубаю! На экране показывается первая заставка. Улыбнувшись самой себе, я, было, уже окунулась в атмосферу кино, забыв об окружающем мире, но неожиданно рядом со мной на траву опускается большое ведро с попкорном. Вздрогнув, я поднимаю глаза и встречаюсь взглядом с Фридрихом. - Ты же не возражаешь? – равнодушно спрашивает он, присаживаясь рядом. Я хочу ответить мужчине что-то достойное, но на деле могу выдавить из себя лишь чуть слышное «нет». Мы оказываемся достаточно близко, чтобы я уловила запах его парфюма. Наши руки и плечи почти соприкасаются, и отчего-то я никак не могу заставить себя сосредоточиться на действии, происходящем на экране. Суть фильма то и дело ускользает от меня. Я слишком много думаю. Примерно через 20 минут прямо перед моим лицом показывается упаковка с шоколадными круассанами – моими любимыми. Я не могу не улыбнуться. Приняв сладости из рук Боде, заостряю на шатене вопросительный взгляд. Не знаю, чего я жду, но небольшое пространство в груди приятно согревается от мысли, что человек, сидящий рядом, всегда безошибочно знает, чего бы мне хотелось. Фридрих слишком хорошо изучил меня за время нашего знакомства, хотя я никогда не могла бы назвать его своим лучшим другом. Скорее - ангелом хранителем. Вскинув брови, мужчина внимательно сморит на меня, видимо, не понимая, что я от него хочу, и я отворачиваюсь, почувствовав себя из рук вон глупо. Трудно передать, насколько медленно летит для меня время, и я не могу не заметить, насколько это странно. Фридрих всегда старался быть рядом, но, тем не менее, я не понимаю, почему теперь его присутствие вызывает во мне такой сильный трепет. Мне удается сосредоточиться на работе Фрэнсиса Копполы ближе к концу картины, затем происходит нечто. Вместе с криками главной героини воздух наполняется неожиданным криком Саманты. Все присутствующие, и я в том числе, удивленно поворачиваемся к девушке. На экране не произошло ничего такого, что могло бы вызвать подобную бурную реакцию. Но девушка, не обращая на нас внимания, резко встает на ноги и принимается топтаться на месте, смотря куда-то в сторону – чуть левее полотна. - Саманта? – осторожно спрашивает Тилло, поднявшись и попытавшись взять жену за руку, - что случилось? - Выключите фильм, - заворожено просит рыжая, после чего повторяет уже громче и несдержаннее, - быстро выключите! Там кто-то есть! - Что? – истерически усмехнувшись, Дензел неуверенно ползет к проектору. В следующий миг на нас обрушивается тишина. - Эй, ну что за шутки. Саманта, да кто там может быть? - недовольно выкрикивает Герда и подходит к испуганной женщине. – Прошел, наверное, какой-то бездомный, ну? Я и Фридрих непонимающе переглядываемся. Мужчина продолжает наблюдать за происходящим, сильно нахмурившись, и на секунду мне становится страшно. - Нет, - Саманта принимается быстро отрицательно трясти головой. – Там кто-то был. Не бездомный. Это что-то… Чёрт, ребята, пойдемте отсюда, прошу! - рыжая, всхлипнув, примыкает к груди Тилло, крепко обвив того дрожащими руками. - Может, сходить посмотреть? – Герда уже собирается направиться в сторону начинающегося леса, но Дензел успевает поймать ее за запястье. - Лучше парни. Кто со мной? Фридрих подается вперед, чтобы подняться и отправиться вместе с Дэном, но я машинально хватаю мужчину за рукав рубашки и тяну на себя. Благо, этого никто не замечает, потому что в этот самый момент вызывается Эрнест – коренастый холостяк с довольно грубыми чертами лица. Оба добровольца довольно быстро скрываются за полотном для просмотра фильмов, и я замечаю на себе пристальный взгляд Боде. Я не знаю, почему повела себя так жалко и трусливо, но мне вдруг стало страшно за него. Я никогда не видела Саманту такой напуганной, потому что она никак не относится к пугливому типу женщин, но сейчас… Сама эта напряженная ситуация заставляет стыть кровь в моих жилах. - Прости, - принимаюсь я оправдываться и честно признаюсь, – просто не хочу, чтобы ты ходил туда. Выждав несколько секунд, продолжая буравить меня тяжелым взглядом, мужчина хочет что-то сказать, но не успевает: из леса доносятся душераздирающие крики. Крики, которые могут говорить только об одном – они были предсмертными.