Призрак прошлого

Слова Фридриха застывают в моих ушах и еще долго отдаются эхом. Точнее, слова Эрика. Я не знаю, кто находится сейчас рядом со мной. Думала, что знала. Всё это время. - Я не понимаю, - честно произношу, смотря, как мне кажется, на лицо мужчины. В нашем временном убежище слишком темно, и мне с трудом удается разглядеть лишь слабые очертания его силуэта. – Скажи, что ты шутишь, прошу. - Это не шутка, Джин, - тон его голоса стал чуть серьезнее и будто тяжелее. Он не хочет говорить об этом. И я не хочу. Не сейчас. Но я обязана знать, что за человек теперь отчаянно пытается спасти мне жизнь. Уже во второй раз. - Ты не пытаешься в панике выбраться наружу, это уже хорошо, - отдаленно произносит он, отвернувшись в сторону, чем еще сильнее ставит меня в тупик. - Почему ты врал всё это время? Кто ты на самом деле? И что за нами охотится?! – глаза в несколько мгновений вновь наполняются слезами, в голове вспыхивают образы погибших друзей, их предсмертные крики и мольбы о пощаде. Не сдержавшись, я громко всхлипываю, но тут же спешу успокоиться и прикрываю лицо ладонями. – Почему он убил всех их, если ему нужен ты? Слова, наполненные душевным криком, злобой и отчаянием звучат чуть более грубо, нежели следовало, будто я хочу его смерти взамен смертей моих друзей, но это не так. Отчего-то это не так. - Потому что в моей жизни всегда так, - с болью в голосе признается мужчина и поворачивается на бок – лицом ко мне. - Я ничего не понимаю, Фридр.. чёрт! Как мне теперь тебя назыв.., - мне не удается договорить, так как рот оказывается прикрытым чужой ладонью. Заставив меня замолчать, мужчина выжидает несколько секунд, после чего осторожно шепчет: - Не вздумай закричать еще раз, Джин. Или ты хочешь сегодня распрощаться с жизнью? – Эрик не отпускает меня, ожидая реакции, и я, пересилив себя, быстро отрицательно качаю головой. – Вот и хорошо. Пойми, я не хочу тебя потерять. И ты не умрешь здесь. И уж тем более не из-за меня. - Прости, - выдавливаю я. – Я не виню тебя. Просто хочу знать правду. - Магнето, - выдает он, понизив тон голоса до шепота. – Думаю, это прозвище ты точно слышала. Я хмурюсь в недоумении, лихорадочно прокручивая в голове моменты прошлого, пытаясь связать слово «Магнетто» с одним из них, но, увы, не могу. - Нет, - наконец, произношу я и тяжело выдыхаю. – О чём это прозвище должно сказать мне? - О том, что я мутант, Джин. Убийца. Я Эрик Леншерр, самый разыскиваемый мутант на земле, - речь мужчины обрушивается на меня точно глыбы камней, отколовшихся от высокого природного возвышения. Я слышала о мутантах, но никогда не видела ни одного из них, никогда не следила за событиями, связанными с ними. Десяток вопросов, глупых и не очень, зарождаются в моей голове, неприятно сдавливая сознание, но главный интересующий ответ приходит на ум сам собой. - Всё это время ты скрывался? – понимаю я, – воспользовавшись мной и моими друзьями. - Я не пользовался тобой, Джин, не неси ерунду. И не пользовался никем из вас. Я всего лишь пытался начать новую жизнь, и судьба свела меня с тобой, с твоим кругом. Только вот всё снова пошло не так, как я хотел. Не так, как хотел Джеймс. - Джеймс? - Не важно, - он отрицательно качает головой. - Всего лишь человек из моего прошлого. А ты мое настоящее, и я не хочу лишиться этого, - признается Эрик. Его пальцы касаются моей ладони и чувственно сжимают ее, заставив мою кожу покрыться мурашками. Нарастающая боль, зародившаяся под ребрами, преумножается во много раз, когда я возвращаюсь в настоящее, вспоминаю о том, почему, собственно, мы прячемся в развалинах под вонючей старой кроватью, заваленной хламом. Остались лишь мы вдвоем. Я боялась потерять Фридриха. Но теперь я боюсь потерять его еще больше. Боюсь потерять Эрика, кем бы он ни был. Отчего-то этот человек, мутант, который называет себя убийцей, всегда был рядом, не ушел после того, как спас мне жизнь, не отправился дальше, но остался здесь, чтобы оберегать меня, присматривать за мной. Кто я без него. Отчего-то тварь, ищущая нас, не торопится настигнуть своих жертв, поэтому я вынуждаю Эрика рассказать о себе, кратко, но без утаек. И он делает это, стараясь особенно не задерживаться ни на одном произнесенном имени. Услышав о том, что произошло с его семьей, я чувствую, как все внутри меня сжимается. Я в очередной раз жалею о том, что не могу прочесть то, что написано в серых глазах мужчины. - Мне жаль, Эрик, - чуть слышно говорю я, понимая, что моя жалость уже не сможет помочь ему, не сможет вернуть его жену и дочь к жизни, не сможет обеспечить ему тихое безопасное существование без прошлого, что настойчиво идет по пятам, забирая все самое дорогое. - Кто за тобой гонится? - Такой же мутант, как и я. Призрак моего прошлого, - с горечью в голосе произносит Леншерр, отвернувшись в сторону. – Я смутно помню его. Он являлся ко мне в детстве, в тот день, когда я лишился матери, когда я еще не понимал, какой силой обладаю. И он хотел мою силу. Хотел забрать меня. Теперь он здесь. Назойливая мысль не хочет оставлять меня, но я съеживаюсь, боясь заговорить о наболевшем. Я чувствую, что мне осталось не долго, чувствую, что стану еще одним человеком, что уйдет из жизни Эрика, человеком, что причинит ему боль. Я не хочу этого. - Почему ты не ушел тогда? В тот день, когда спас меня? Почему остался рядом? – всё же спрашиваю я, подумав, что мне хотелось бы умереть, зная правду. Мужчина не торопится с ответом. Я концентрирую всё внимание на прикосновениях его руки, на тяжелом дыхании, нарушающем мертвенную тишину. - Тогда я и сам не знал этого. Просто подсознательно понял, что мне нужно остаться. Что мое место здесь, - объясняет Эрик. Меня наполняет осознание того, что я знаю этого человека целую вечность. И мне жаль прощаться с ним так скоро. Как это глупо. - Но потом я понял, что не могу уйти и оставить тебя. Ты необыкновенная, Джин, как бы плохо ты ни думала и ни говорила о себе. Такая искренняя, беззащитная, любящая жизнь, несмотря на то, как сильно она отыгрывается на тебе. - Почему ты не говорил этого раньше, - в порыве произношу я, подавленная мирской несправедливостью. – Почему ты говоришь это только теперь, чёрт возьми, когда я вишу на волоске от смерти! - Ты не умрешь, Джин, - рычит он, схватив меня за плечи и сжав их так, чтобы я пришла в себя и перестала истерить. – Я не позволю этому случиться. Разразившись слезами, я в отчаянии прижимаюсь лицом к груди Эрика. Мои пальцы вцепляются в пыльную рубашку мужчины, неистово сжимая ее, чтобы прекратить дрожь в руках. - Ты был так дорог мне, - я не узнаю собственный дрожащий голос, но продолжаю говорить, боясь остановиться. – Я безумно рада, что в эти минуты рядом со мной именно ты, не кто-либо другой. - Джин, ты слышишь? Хватит говорить так, будт.., - голос Эрика прерывается, когда с улицы раздается громкий шорох, а после чьи-то шаги. Мое тело напрягается, я изо всех сил сжимаю челюсти, чтобы не закричать, и едва ли не забываю, как дышать. - Веди себя тихо и ничего не бойся, - шепчет мужчина, прикоснувшись губами к самому моему уху. Мы лежим, затаив дыхание, прислушиваясь к каждому звуку, доносящемуся до нас сквозь опасную тишину. Шаги, размеренные, неторопливые, оказываются все ближе и громче. На секунду мне кажется, что я могу умереть от одного лишь страха. Может, так было бы и лучше. Сильнее прижавшись к груди Эрика, принимаюсь мысленно считать секунды, надеясь, что мой счет не прекратится. Один. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Семь. Чужие тяжелые ботинки останавливаются возле нашего убежища. Руки и лоб покрываются испариной. Восемь. Девять. Десять. Одиннадцать. Двенадцать. Смешок. Злобный и беспощадный. Смешок, благодаря которому я понимаю, что настал мой конец. Грохот, вслед за которым пыль ударяет в ноздри, заставив меня закашляться и прикрыть нос и рот ладонями. Яркий, как теперь кажется, свет луны ударяет в глаза, заставив меня чуть прищуриться. В ушах звенит от громкого голоса Эрика. Он кричит что-то, но я не могу разобрать, что именно, взглядом уцепившись за лицо существа, которое теперь стоит перед нами. Он не похож на человека. Это тень, которая хочет сожрать нас, прожевать и выплюнуть в сторону, оставив гнить среди обломков и мусора. Я вздрагиваю и отвожу глаза, когда валяющиеся вокруг балки и прочие железные обломки вдруг отрываются от пола и резво летят в сторону врага. Только теперь я замечаю, что Леншерр уже давно стоит на ногах, закрывая меня, защищая мою жизнь. - Беги, - хриплым голосом приказывает Эрик, через плечо бросив на меня разъяренный, но вместе с тем напуганный взгляд. – Беги и не возвращайся, Джин! Я найду тебя. Я остаюсь сидеть на месте, боясь уйти, боясь оставить его одного, но вскоре понимаю, что никакие балки, обрушенные с неба, не могут остановить мутанта, желающего нашей смерти. Не выдержав, мужчина хватает меня за плечи и дергает вверх, заставив подняться на ноги. - Прошу, уходи. Я не смогу спасти тебя, если ты не поможешь мне, - наконец, наши глаза встречаются. Едва заметная влага наполняет глаза мужчины, лихорадочно исследующие мое лицо. После чего толчок в живот. И я чувствую раздирающую меня изнутри боль. Тяжелый порывистый вздох срывается с моих губ, ноги подкашиваются, но я продолжаю стоять, удерживаемая сильными мужскими руками. Что-то густое и горячее достигает моего горла, наполняет рот и выбирается наружу, стекая по подбородку. Лишь краем глаза сквозь проступающий туман мне удается заметить удаляющуюся от моего тела полоску тени, тени, что ужалила меня, пожелав лишить жизни. - Джин! – голос Леншерра наполняет мои уши, но я слышу его точно через стекло, отдаленно и тихо. – Нет, нет, нет.. Джина! Не отводя глаз от лица Эрика, я медленно опускаюсь вниз, не в силах более сопротивляться слабости. Одежда в районе живота быстро становится мокрой и теплой. Руки машинально тянутся к ней и в несколько секунд окрашиваются в багровый цвет. Слабые дрожащие руки. - Джин, не смей.., - крупные капли слез стекают по щекам мужчины, спадая на мои глаза и губы. Я хочу сказать, как люблю его, как сожалею, но не могу. Слова застряли в горле вместе с густой остывающей кровью. - Прости, - наконец, срываются с моих губ слова, что причиняют море боли. Отчаянно борясь, я в последний раз взглядываю в глаза Эрика, но после чувствую, как жизнь покидает меня, стремительно и нетерпеливо. Хватка рук мужчины уже не кажется мне столь сильной, голос уносится все дальше, родное лицо бледнеет. Мои веки предательски опускаются, когда я слышу отчаянный яростный крик, переполненный боли, но даже он не способен выдернуть меня на поверхность. Прости, Эрик. Прости.