Он снова здесь

      Кристофера Уокена всегда волновало, как он выглядит.       На съёмках он всякий раз переживал, что камера его полнит, волосы не так стоят, рубашка мятая, да и вообще он выглядит так, будто не спал с восемнадцатого века. Перед выходом из дома Кристофер старательно вылизывался: выбирал наиболее выглаженную одежду, причёсывался, если надо, пользовался воском для волос.       Кристофер Уокен знал, что нравится женщинам.       Несмотря на свой возраст, он привлекал к себе внимание и вызывал симпатию, и он это знал. Но это отнюдь не значило, что ему было плевать на то, во что он одет, плевать на то, как причёсан и так далее. И уж конечно, он порой боялся в кадре выглядеть глупо и нелепо, если, конечно, фильм этого не требовал. Поэтому Крис иногда отвлекался и задумывался над тем, как он сейчас выглядит, уверял себя, что он выглядит обалденно, и продолжал работать. Его убеждения подтверждались женскими улыбками и хихиканьем, так что самооценка Криса восстанавливалась, если шла трещинами. Её, в общем-то, ничего особенного не пошатывало, и он всегда гордился тем, что не столько красивый, сколько уверенный в себе. Просто эту уверенность нужно было подкреплять, а чтобы подкреплять, он должен был выглядеть с иголочки. (Случаи, когда Крис отправлялся на пробежку или в магазин в спортивном костюме, что был старше Криса по возрасту и выглядел, как обноски бомжа, не в счёт).       Однако уверенность Кристофера вчерашним гэнским заявлением сильно поколебалась, и Крис нервничал и бегал переодеваться по нескольку раз, рискуя опоздать на съёмки.       Он в очередной раз собрался бежать наверх, потому что ему показалось, что пиджак с рубашкой плохо сочетается, но тут из своего логова медленно вышел засыпанный Гэн, потирая лохматую голову. Он был уже в джинсах и рубашке, правда, первые на нём были чуть приспущены, обнажив треугольный участок гладкой кожи на животе, и Крис недовольно покосился на этот торчащий край. Он хотел было сделать Гэну замечание, но вместо этого вдруг спросил, прикладывая галстук к шее:       — Слушай, Гэн… — он замялся, смущаясь и пытаясь подобрать слова. — Ты вчера… это… ну… Ты сказал, что я красивый. Ты это серьёзно или прикалывался? Ты правда так считаешь, что я…ну…симпатичный?       Крис замер, ожидая ответа. Он почему-то ждал, что Гэн сейчас кинется ему в ноги со стоном: «Я без ума от тебя!» или каким-то подобным восхвалением, или просто выдаст, положа руку на сердце: «О, тебе не передать, как я тебя обожаю!» Крис ждал и боялся этого. Но Гэн, фыркнув, довольно оскалился, как обожравшийся гремлин:       — Зависит от освещения.       Крис понадеялся, что Гэн не услышал, как он шумно выдохнул с облегчением.       — Оправься, чё как алкаш, — буркнул он, чтобы сгладить неловкость.       — На себя посмотри, бомжара подворотный, — привычно огрызнулся гессенец, и у Криса живо улучшилось настроение: раз Гэн препирается, значит, с ним всё в порядке.       А вот с ним самим, похоже, не всё в порядке. Ему опять снилось прошлое Гэна: пару минут, наверное, сначала маленький, а потом взрослый Гэн кружился в танце сначала с девочкой, а потом и с девушкой с чёрными кудрями, и в следующий же миг Крис увидел её глазами Гэна на плахе.       — Нет! Не смейте!— голос Гэна, уже охрипший, но ещё пронзительный, пронёсся над толпой. Крис чувствовал, как в его — их?— руки вцепились чьи-то безжалостные пальцы и пребольно сжали. Спина и бровь ужасно горели.       — Гэн, я люблю те…       — Не надо! — орал Крис голосом Гэна, но лезвие меча всё равно опустилось на шею девушки. Отрубленная голова упала с плахи.       Крис заорал и проснулся в холодном поту. Чтобы отдышаться и прийти в себя, он побрёл в ванную, где уже тусовался Гэн. Тот стоял, опираясь руками на раковину, и Крис в полумраке видел только его изуродованную спину. Шрамы шли по ней страшными полосами, будто спину ему изодрал гигантский кот.       — Эй, братан, ты как? — Кристофер похлопал Гэна по плечу.       — Я-то это уже пережил, — тот мрачно посмотрел на Криса. — А вот ты, возможно, хрупковат для такого.       — Но тебе придётся переживать это заново.       Гэн молча мрачно посмотрел на него. Его нереально синие глаза зловеще горели в темноте, как у кошки — казалось, что это просто лампы, без зрачков. Голубые холодные лампы.       — Тебе больно, я знаю, — Крис погладил его по плечу, а тот слабо улыбнулся.       — Если знаешь, зачем тогда говоришь? — прохрипел он.       — Глупо, да, — Крис неловко рассмеялся. — Но я просто хочу… поддержать тебя.       Гэн отлип от раковины, распрямился и, после недолгой паузы сказал:       — Ты мне уже ничем не поможешь.       Он как-то сгорбился, вышел из ванны и направился к себе. Крис боялся заснуть и ворочался в постели до утра, а после звонка будильника, который сжёг последние мосты, он с неохотой встал и направился на кухню, где залил в себя литр кофе. Завтрак прошёл как-то сумбурно, и они, оба какие-то недовольные и невыспавшиеся, ушли к себе за одеждой. Потом - перепалка у зеркала, после которой Гэн и Крис погрузились в машину. Гэн был какой-то унылый и мрачный. Крис поглядел на его убитое лицо в зеркало заднего вида и тихо спросил:       — Ты из-за воспоминаний, да?       — Нет, — еле слышно ответил тот. — Просто устал и не выспался.       — Хочешь, заедем за кофе?       — Опоздаем, — Гэн поморщился.       Дорога к площадке прошла в молчании. Крис включил Элвиса Пресли, чтобы взбодрить Гэна (да и себя заодно), но тот не отреагировал. Крис подёргал головой какое-то время и снова поник. Они припарковались у площадки и какое-то время посидели в машине. Оба чувствовали, что надо поговорить, но не знали, как начать.       — Крис, я не хочу.       — Не хочешь видеть людей? — понимающе кивнул Крис.       — Я не про это… — Гэн опять стушевался. Крис вывернулся на сидении:       — А про что? Почему ты в последнее время так странно себя ведёшь? То есть… я уже спрашивал… Но ты стал вести себя ещё более странно, и я… я переживаю, вообще-то!       — Переживаешь? — Гэн на миг смущённо улыбнулся, но тут же опять поник. — Не стоит из-за меня.       Они на минуту смолкли, а потом Гэн вдруг неуверенно начал:       — Ты спрашивал, что меня беспокоит, да?       Крис, не оборачиваясь, кивнул.       — Меня тревожит хотя бы то, что ты видишь мои воспоминания, —тихо сказал он. — Я бы не хотел, чтобы ты их видел.       — Почему?       — Потому что они тебя пугают, — просто сказал Гэн, поведя плечами. — И ещё потому, что это моя жизнь, а не твоя. Тебе необязательно в неё входить. Хотя нет, — он поморщился. — Тебе лучше вообще не касаться её. Слишком ужасная история, не для тебя.       — Знаешь, мне иногда кажется, что у нас одна жизнь на двоих, — негромко заметил Крис.       — Раньше так и было, — твёрдо сказал Гэн. — Но потом ты решил раскрыться.       — Как будто ты не хотел этого, — пожал плечами Крис.       Гэн помолчал какое-то время, глядя на Криса большими, нереально синими глазами, и ему показалось, что в них отражалась не только боль, но и что-то похожее на испуг. Крис смотрел на него через зеркало, и потому не видел, как Гэн бережно взял его за руку, но, почувствовав прикосновение, он резко обернулся. Гэн отдёрнул руку, как от огня.       — Пошли, — хрипло сказал он и быстро вышел из машины, хотя Крис явственнее всего ощущал, что он хочет остаться подольше.       — Ты, главное, не нервничай, — Крис взял его за локоть, заблокировал двери чёрного «Кадиллака» и первый двинулся на съёмочную площадку.       — А чё, тут нервничает, что ли, кто-то? — Гэн агрессивно оскалился и высвободил руку. Он ускорился и быстро прошёл вперёд.       — Погоди ты! — Крис опять поймал его за локоть. Гэн недовольно обернулся. — Ты не можешь идти туда первый один, ещё и в таком настроении!       — А то что?       — Гэн, пожалуйста, успокойся, — Крис в волнении взял его за локти и слегка встряхнул. Гессенец перестал кривиться и скалиться, но всё ещё хмурился. Крис попытался пригладить его волосы: — И причешись, лохматый.       Гэн снова вырвался и резко отвернулся, но Крис всё равно видел, как у него порозовели уши.       — Ладно, причешусь, — глухо сказал он. — Если получится.       Крис молча вынул из кармашка расчёску и протянул Гэну. Тот раздражённо сделал пару взмахов и вернул её хозяину.       — Лучше стало? — у Гэна опять сел голос.       — Честно? Нет, — заржал Крис. — Ты всё такой же лохматый.       — Сам ты лохматый, — Гэн улыбнулся, но улыбка получилась какой-то кривой и грустной. Он поднял руку, чтобы взъерошить волосы Криса, на миг дрогнул, но потом вдруг обрёл уверенность, улыбнулся уже смелее и всё-таки потеребил крискину шевелюру.       — Глянь, нагадил и рад, да?       — Звучит, как эта… как её… реклама средства от запора. «Нагадил — и рад!», — фыркнул Гэн.       — Идиот, — прыснул Крис.       — Сам идиот, я чё, зря с тобой телевизор смотрю? — Крис обрадовался, что Гэн уже, кажется, совсем не сердится и не смущается. Они привычно обменялись тычками, как и всякий раз, когда шутка удавалась или когда хотелось сказать ещё что-то, но они не знали что. Бурча, они прошли контроль и направились в свой трейлер.       — Так, ну-ка иди сюда, — Крис подозвал Гэна, который уже успел плюхнуться на диван и стал искоса что-то высматривать под столом. Крис попытался проследить за направлением его взгляда, но Гэн поспешно вскочил, отвлекая его внимание на себя.       — Слушай меня, зубастый. Давай сегодня без твоей импровизации, окей?       — Да чё я тебе, а?       — А то, — разозлился Крис и слегка пихнул его в грудь. — Никаких спасённых из огня девушек, никаких набитых морд из-за меня, ясно тебе? И никаких подкатов к кому-то, ты понял?       — А к тебе можно подкатывать? — заржал Гэн и схватил Криса за зад.       Звук подзатыльника.       — Ты совсем дебил, или да?       — Да ладно тебе, — ржал Гэн. — Ну подумаешь, потрогал по-дружески за попу, чё тут такого…       Он опять потянулся, смеясь над тем, как Крис нервничает и злится.       — Ну-ка! Пошёл вон! — Крис шлёпнул его по руке. — Ты чё позволяешь-то себе, а?       — Подкатывать нельзя, подкалывать тоже нельзя… Гляньте, какой злой, какая цаца!       — Я тебе сейчас дам «цацу», — огрызнулся Крис, поправляя на Гэне одежду.       — Давай, накажи меня, — заржал тот и повернулся к нему задницей.       Ворча, Крис его шлёпнул, но тому, казалось, только этого и надо было. Он снова развернулся и, игнорируя ворчание: «Ну вот, опять вся рубашка растрепалась», взял Криса за лицо:       — Ну что, мы уже вышли на новый уровень отношений?       Крис дал ему мощную пощёчину прежде, чем сообразил, что же творит.       — Ай! — оба поморщились, потирая розовый отпечаток ладони на лице. Гэн отошёл от боли быстрее и тут же начал задираться опять:       — А ты горячий и недоступный, люблю таких!       — Ты сейчас договоришься, и я тебя урою, — пообещал Кристофер.       — Грубый секс совсем не подходит для первого раза, — нарочито спокойно заметил Гэн.       — Ты специально меня бесишь, да? — Крис уже еле сдерживался, чтобы снова не огреть Гэна, но уже чем-то тяжёлым. Останавливало его только то, что пощёчина ему живо напомнила — удар в сторону Гэна прилетит и ему самому.       — Ага, — тот опять уселся на диван, но Крис дёрнул его за шкирку:       — Пошли, нам пора.       Они побрели по съёмочной площадке, ловя на себе изумлённые взгляды актёров и персонала.       — Э-э-э, а это… — их попытался остановить молодой актёр.       — Потом объясню, — обрубил Крис. — Мне нужен Тим, он у себя?       — В павильоне, там, где…       Крис молча кивнул и, вцепившись в рукав гэниной куртки, быстро запетлял мимо трейлеров и павильонов. Режиссёр уже носился взад-вперёд, раздавая указания. Крис громко поздоровался, привлекая к себе внимания.       — О, ты здесь, — мужчина среднего роста, с выбивающимися чёрными с проседью кудрями из-под шапки ухмыльнулся и поправил очки. — А это кто с тобой? Я не помню такого дублёра… Хотя постой-ка… — он прищурился. — Я определённо видел этого парня… Но, постой, ты о чём-то хотел поговорить?       — Вот о нём я и хотел поговорить, — Крис кивнул в сторону Гэна, который изображал коварное подобие улыбки. — Можешь всех позвать?       — На обеде, — Тим пожал плечами. — Но сначала я хочу объяснений.       — Хочешь объяснений — позови всех сейчас, — Крис улыбнулся точно такой же улыбкой, как у Гэна. — Пока сцену не начали снимать.       Режиссёр проворчал что-то и опять стал бродить по павильону, жестами подзывая к себе то персонал, то кого-то из актёров.       — Нда, я надеюсь, Тим с твоим разоблачением быстро управится.       — Не знаю, — Гэн поморщился. — Чё-то я очкую…       — Ну так сожми очко и успокойся уже, — огрызнулся Крис, глядя, как съёмочная группа потихоньку стекается к Тиму.       — Я-то сожму, а ты расслабить сможешь? — шепнул Гэн ему на ухо, и рассерженный Крис сделал в его сторону яростный выпад, намереваясь отвесить подзатыльник. Гэн отскочил и, довольный, заржал. Они, тихо переругиваясь, прошли вглубь павильона и уселись на свободные стулья. Крис весь подобрался и сжался, но Гэн с каждой минутой расходился всё больше и больше. Он крутился на стуле, паясничал и отпускал непристойные шутки, издеваясь над Крисом.       Расплата пришла, откуда не ждали. В тот момент, когда большая часть съёмочной группы уже прибыла — кто подошёл, кто подъехал на гольф-карах, стул окончательно решил, что выносить верченье ста двадцати всадниковых килограмм уже невозможно, и попросту треснул.       Гессенец, фыркая, грохнулся на пол в тот момент, когда взгляды всех собравшихся были устремлены на него.       Немая сцена.       — Этот придурок — мой брат, — сказал Кристофер Уокен в полной тишине, поднимаясь со стула. — Простите, что какое-то время приходилось вам врать, — он старался не смотреть на Гэна, который поднялся с пола и отряхнулся. — Гэн будет дублировать меня какое-то время, потому что я потянул связки и боевые сцены теперь какое-то время не осилю, — Крис робко улыбнулся. — Пожалуйста, потерпите его, если будет бесить. А вообще-то, он прикольный, да…       — Привет, — Гэн неуверенно улыбнулся. Он всматривался в толпу, изучая реакцию. Увидев среди собравшихся Кейт Уинтер, он нагловато улыбнулся ей и вдруг, словно спохватившись, обратил внимание на Криса:       — Если кто-то вздумает его обидеть, на клочья раздеру, — Гэн положил Крису руку на плечо и оскалился.       — Да как мы можем Криса-то обидеть, — вперёд вышел высокий худой парень, хрупкий и темноволосый.       — Не знаю, Джонни, — осклабился Крис. — Но я бы на твоём месте теперь десять раз подумал прежде, чем кидать подколы в мой адрес. Да, Гэн?       Гэн хехекнул и встряхнул головой, после чего чихнул. Актёры сочли, что на этом знакомство можно считать состоявшимся и разбрелись кто куда. Кто-то отправился в гримёрную, кто-то пошёл в свой павильон или трейлер, а кто-то приблизился к Гэну и Крису, чтобы с ними пообщаться. Среди последних была и Кейт Уинтер.       — Привет, брат Уокена.       — Перестань, — он как-то кокетливо оскалился. Крис недовольно уставился на него. Этого не хватало!       — Значит, это брат твой ко мне подкатывал? Или всё-таки ты? — оттеснив Кейт плечом, вперёд вышла та самая блондинка, которую Гэн уже однажды попытался куда-то позвать.       — О, я смотрю, красивых женщин прибыло, — Гэн ухмыльнулся. — А то красивых мужчин тут много…       — Это он, Мира, — Крис отвесил Гэну подзатыльник. — Не обращай внимания, он у меня отстал в развитии, сейчас у него как раз пубертатный период.       Крис и сам не знал, почему гэнино поведение его так бесит, но факт оставался фактом — оно бесило так, что тот был готов бесконтрольно говорить гадости.       — Я тогда заберу твоего слабоумного на пару минут, может, успеем развить какой-нибудь примитивный навык, — засмеялась Кейт и взяла Гэна за руку.       — Только недолго, а то его ещё надо на горшок сводить, — съязвил он ей в спину.       — Ты же сказал «пубертатный период», — напомнила Уинтер, удаляясь прочь с хихикающим Гэном.       — А он деградирует каждые пять минут! — рявкнул Крис в бессильной ярости. Гессенец молча показал ему средний палец.       — Козёл, — прокомментировал Крис.       — Да ладно тебе, оставь его в покое, что ты, как ревнивый папашка, контролировать его пытаешься, — спокойно сказала Мира. — Пошли за сценарием, а то скоро дубль начнётся, надо бы повторить.       — Будут боевые сцены — мне понадобится этот идиот, — обиженно проворчал Крис. Но делать нечего — Гэн бросил его и умотал крутить шашни, и у него было два варианта — либо злиться на него, либо забить и действительно готовиться к сцене. Крис совместил оба: он уселся со сценарием, но то и дело отвлекался от него и бормотал: «Ну вообще! Нет, ну вы видели? Кошмар!»       — Ты на Криса не подумай, он не всегда такой злой, — говорил Гэн, устроившись на стуле рядом с Кейт. — Просто… не знаю, ревнует, наверное, — он засмеялся и смутился, будто польщённый комплиментом.       — Да ладно, — Кейт неопределённо пожала плечами.       — Знаю, он бывает несносным занудой, но вообще-то, он милый, — неуверенно сказал Гэн.       — Да хватит про Криса, лучше расскажи о себе.       Всадник помолчал минуту и сказал:       — О себе могу сказать только, что лучший способ меня заткнуть — попросить рассказать о себе.       Кейт засмеялась. Гэн, однако, погрустнел.       — Ты разочаруешься во мне, когда что-то про меня узнаешь.       — Ты сейчас скажешь, что ты гей? — она явно веселилась за его счёт.       — Крис иногда так думает, — гессенец коварно оскалился.       — А на самом деле?       — О, его так круто подкалывать, — улыбка Гэн стала всё больше походить на ухмылку акулы. — Он так смешно злится…       — Опять ты про Криса, — Кейт пихнула его локтем.       — Ах, ну да, — он помрачнел и поднялся. — Как я посмел-то!       — Не злись! Я просто хотела узнать тебя получше. Криса-то я давно знаю, — крикнула Кейт в спину Гэну. Он замер, помедлил какое-то время, а потом с усмешкой сказал:       — Хочешь узнать меня получше — сходи со мной в кафе. Завтра, в шесть. Я заберу тебя со съёмок, идёт?       Она фыркнула и проворчала что-то утвердительное вроде: «Ну давай-давай, брат Уокена». Внезапно со всех сторон раздался усиленный динамиками голос режиссёра:       — Кадр пятнадцать, дубль один! Всем разойтись по своим местам! Полная готовность через пять минут!       Гэн рефлекторно побежал в ту сторону, откуда пришёл. Крис, уже весь в гриме, и как две капли воды похожий на него, рявкнул:       — Ты где ходишь? Боевая сцена сейчас, твоя!       — Куда мне идти?       Крис молча вцепился в его рубашку и толкнул в то гримёрное складное кресло, что располагалось на улице.       — Натали, прошу, быстро! Гэн, снимай одежду!       Гэн послушно стащил рубашку, джинсы и кеды и уселся. Кисточка гримёрши тут же запорхала над его лицом.       — Тебя что, кто-то гримировал уже? — мимоходом спросила Натали.       — Нет.       — Странно, а выглядит так, будто уже и шрамы наложили, — она пожала плечами.       — А он всегда так выглядит, будто с бульдозером поцеловался, — не выдержал Крис.       — А ты заткнись и неси костюмы!       Кристофер фыркнул и скрылся на пару минут, после чего вернулся с брюками.       — Боюсь, эти будут малы, ты же здоровый, как лось, — прокомментировал он.       — Предупреждать надо было, прежде чем брата приводить, да ещё и такого… ух, сильного мужчину! — прокомментировал режиссёр, круживший возле них в этот момент, а потому слышавший часть разговора. — Гэн знает, что он должен делать?       — Нет, ты что, он же вместо чтения сценария к бабам ушёл, — сварливо сказал Кристофер.       — Хорошо, тогда вкратце — Гэн будет драться. Чуть подробнее: ты в баре. Тебе нахамил вот этот парень, — Тим поправил шапочку и махнул в сторону каскадёра. — Ты замахиваешься, одному бьёшь апперкотом, второго берёшь за грудки и швыряешь сюда на маты. При этом рычишь, скалишься, все атрибуты Всадника без головы. Понял?       — Только по-настоящему не бей, — предупредил Крис.       Режиссёр кивнул и продолжил быстро объяснять Гэну, что нужно делать.       — Готов? — спросил он и тут же рявкнул в мегафон: — Время! По местам! На исходную позицию!       Актёры быстро заняли нужные точки. Гэн, встав на своё место, нервно оглянулся. Крис, поддавшись неведомому порыву, показал ему большой палец. Гэн сразу приободрился, заулыбался.       — Представь, что меня бьют, — крикнул он за секунду до хлопушки. — Но бей понарошку!       Всадник, словно озверевший, бросился в бой. Он не столько следовал указаниям режиссёра, сколько импровизировал. Каскадёрам, которые попадали под его несильные удары, пришлось подхватывать, подстраиваться под него. Он рявкал, скалился, швырял людей на маты и автоматически уворачивался от ударов. Если смотреть на сцену с нужного ракурса, то как раз создавалось впечатление реального, настоящего боя.       — Он что, всю жизнь в боевиках снимался? — подошла Натали, помешивая кофе. Она говорила, как и полагалось на съёмках, вполголоса, чтобы можно было потом без проблем переписать озвучку.       — Да, потрясающе играет, — Тим кивнул.       — В этом-то вся и фишка, — Кристофер неприятно ухмыльнулся, словно злодей из кинофильма. — Он не играет.