Their Wings/Их Крылья

В сумерках раздались шаги, когда маленькая «банда» вошла в зал. Санс придерживал плащ Папайруса, мешая ему идти вперёд. Ты лежала на руках высокого скелета, так как твои ноги болели; ты взглянула на Санса. Его взгляд прожигал тебя. Ты видела, что его разрывало на части. — Эй… — с грустной улыбкой начал он. — Знаешь, у меня есть работа. И одна из моих обязанностей — судить души. Обескураженная, ты промолчала. Он взглянул на своего брата, и тот опустил тебя на землю. Ты села, чтобы дать отдохнуть своим ногам. Санс продолжил объяснять. — Теперь, тебя пора осудить. Ты будешь осуждена за каждое своё действие. За каждое ОП, что получила. Что такое ОП? Это акроним Очки Пыток. Способ измерить количество боли, которую ты причинила другим. Когда ты убиваешь кого-то, твои ОП увеличивается. Сердце бешено колотилось в груди. Смерть Андайн повысила твои ОП, и что тогда? Ты будешь осуждена? — Когда ты наберёшь достаточно опыта, твой УР поднимется. Это тоже акроним, он означает Уровень Резни. Ты молча кивнула, давая понять, что слушаешь его. Папайрус отвёл взгляд, сложив руки на груди. Он, вместе с псом, отошёл к колонне, позволяя своему брату делать свою работу, и поглядывая в окно. Когда Санс закончил объяснения, его глазницы почернели, а в его левой глазнице загорелся красной магией зрачок. Он молчал, ты держала голову высоко, но всё равно чувствовала себя неуютно. Ты ответишь за каждое своё действие. Вскоре, он прикрыл глазницы, улыбнулся и вновь посмотрел на тебя. Красные узкие зрачки вернулись, его взгляд выражал одобрение. (Где-то играет тихая мелодия: https://www.youtube.com/watch?v=xRdDpjUeoAc) — Но ты… Ты не получила ОП. Конечно, это не значит, что ты абсолютно невинна или наивна. Лишь то, что в твоём сердце есть доброта, — сказал он, сев на колени, чтобы быть на одном уровне с тобой. Он погладил пальцами твои руки, и ты опустила на них взгляд, видя в этом жесте нежность. — Несмотря на то, с какими трудностями ты столкнулась… Ты старалась поступать правильно. Ты не смогла не улыбнуться. Ты даже хихикнула. Твоё сердце бешено колотилось, а в животе порхали бабочки. Ты чувствовала облегчение и счастье. Ты была взволнована и польщена такими словами. — Я лишь… думаю, вы все заслужили шанс, — ответила ты. Это правда, ты никогда не делала этого, чтобы показать себя хорошей, или получить похвалу за свои действия. Просто была сама собой. Санс провёл большим пальцем по твоей ладони. — Ты отказалась причинять боль… — прошептал он. — Ну, может быть, не совсем, но в большей мере. Ты кивнула. Он был прав. Ты сделала всё возможное, чтобы всех осчастливить, но были моменты, когда ты теряла контроль. Он не знал, что с тобой происходит, а значит, ты была виновата. Тем не менее, он улыбнулся, словно это не было большой проблемой и ты была прощена. Это произошло в другом таймлайне, не в этом. Все были в целости и сохранности, так что, возможно, это было важно. Он наклонил голову. — Даже когда тебе было больно, ты никогда не думала о мести. Ты прощала… — закрыв глаза, он вздохнул. На его лице отразились угрызения совести, которые он долго держал в себе. — Ты научила меня милосердию. Он опустился на колени, чтобы рассмотреть тебя. Его дыхание было сбивчивым. Ты с удивлением посмотрела на него. — И я… всё ещё не знаю, сможешь ли ты простить меня… Простить нас… За всё, через что ты прошла… За все страдания, потери… Дорогая, я… Мне… так жаль. Он открыл тебе своё сердце. Ты не простила его за убийство Флауи, в отличие от остальных. Ты могла понять его поступки, какими бы ужасными они ни были. Ты улыбнулась. Это успокоило его, судя по слабой ухмылке, появившейся на его лице. — Ты никогда не получила УР, но ты получила любовь, — он усмехнулся. - Имеет ли это смысл? — ты усмехнулась в ответ. — Может, и нет, — ещё один смешок. Серьёзность вернулась на его лицо. — Теперь ты столкнёшься с самой большой проблемой за всё своё путешествие. Твои действия… определят судьбу всего мира, — его выражение лица помрачнело. — Если ты откажешься сражаться… Азгор заберёт твою душу и уничтожит Человечество. Но если ты убьёшь Азгора и уйдёшь домой… монстры окажутся в ловушке под землёй. После этого он замолчал. Он не мог оторвать от тебя взгляда. В уголках его глазниц появились влажные следы. Что?.. — Пожалуйста, милая, не иди туда. Теперь он был ближе. Он пытался сохранить самообладание. Папайрус же не смотрел на тебя. На деле же он прятался, чтобы ты не видела его. Ты готова поклясться, что услышала всхлип. Ты снова взглянула на Санса. Ох, это ужасное чувство. Кажется, прошло так много времени с тех пор, когда вы говорили по душам. — Ты умрёшь… Пожалуйста, не уходи… Ты… Ты можешь остаться с нами. С нами ты будешь в безопасности… Мы можем быть счастливы здесь… Пожалуйста, пожалуйста… Ещё не поздно… Мы можем… мы можем убежать, спрятаться и построить вместе новый дом. Новая жизнь. Останься с нами… Умоляю… Ты нежно улыбнулась. Он словно ребёнок… Ты хотела плакать, но слёз уже не осталось. Ты дотронулась рукой до его лица, пытаясь остановить его мольбы. Он замолчал, широко раскрыв глаза. Всё ещё улыбаясь, ты заговорила шёпотом. — Мы все знаем, что это невозможно, Санс. Другого выбора нет… Посмотри на меня… Я медленно умираю… — эти слова заставили его всхлипнуть. Он положил руку на твою, такую хрупкую. Да… Ты знала… Это был конец. — Я должна это сделать, Санс. Ради всех. Ты кожей чувствовала его слёзы и пальцем стёрла солёные капли. — Это моя цель. И ты знаешь это. Он плакал, согнувшись от рыданий. Он сломлен? Почему?.. Зачем тебе это, Санс? Кто знал, что ты можешь передумать… Ты опустила его голову себе на грудь. Теперь, вместе с плачем Санса ты точно слышала и всхлипы Папайруса. АС сидел рядом с хозяином, повернувшись к тебе спиной. Его голова была опущена в печали. Никто не был счастлив… Никто не улыбался. Никто не был взволнован. Ты станешь свободной. Ты очень хотела, чтобы они все были рядом, но ты не могла двигаться. Ты должна сэкономить силы для битвы с Азгором, хоть ты и знала, что уже проиграла. Когда Санс взял себя в руки, он снова заговорил. — Что ж… Ты бы не зашла так далеко, если бы сдавалась? Хех… Верно. У тебя есть так называемая «решимость». Так что, пока ты держишься, пока ты поступаешь так, как велит твоё сердце… Я знаю… Ты сможешь поступать правильно, — он вновь посмотрел на тебя. — Ты дала нам Надежду. Папайрус вернулся с псом. Он закончил плакать и стёр все следы своей слабости. Он даже снова нахмурился, чтобы убедить тебя, что он справится с этим. Некоторое время он наблюдал за вами, а затем взглянул на брата. — Я поговорю с ней минутку? — спросил он. Он так вежливо это спросил, что его брат не смог отказать, хоть и не хотел тебя отпускать. Он кивнул и встал, ища какого-нибудь случайного монстра, который мог забрести сюда. Лучше всего не нарываться на братьев, когда они в таком состоянии. Папайрус сел рядом с тобой, наблюдая, как его брат бродит. Он выглядел таким встревоженным… Но и было видно, что он раскаивается. Ему было трудно смотреть на тебя с тех пор, как он причинил тебе боль. Через некоторое время он смог заговорить с тобой. (Начала играть другая тихая мелодия: https://www.youtube.com/watch?v=ISGDAXsS8c8) — Человек… — выдохнул он. Его голос стал хриплым. — Теперь, когда мы здесь… мы можем поговорить? — Конечно, Папайрус, — тихо ответила ты. — Мне нравится с тобой разговаривать, — монстр опустил взгляд. — Я… Мне нужно кое-что сказать, — он сделал длинный, глубокий вдох. — Для начала… Я хотел поблагодарить тебя за всё, что ты сделала для нас… Эти чёрные следы… — он указал на твои руки. — Это ведь не человеческое… Это результат того, что мы делали с тобой, не так ли? Ты не уверена в этом. Он ухмыльнулся и отвернулся. — Такое чувство… что ты поглотила нашу ненависть. Наш гнев. И… Не знаю, почему, но… я изменил свой взгляд на вещи с тех пор, как мы стали друзьями. Начал учиться, что не нужно… проклинать всё. Взглянул на жизнь твоими глазами. Папайрус осматривал тебя, смотря на почерневшую кожу, на одежду, которую он тебе дал, и которая уже износилась, открывая шрамы с твоей прошлой жизни. Но из-за черноты он не мог заметить их, только если бы пристально вгляделся. Если бы он не вглядывался в твоё лицо. На нём твоя кожа всё ещё бледная и покрасневшая, живая. Он изменился в лице. — Человек… Всякий раз, когда я закрываю глаза… Я всё ещё вижу тебя на этом стуле… Я всё ещё вижу свои руки… Пожалуй, это первый раз, когда он показывал столько эмоций. Его душа, разрываемая угрызениями совести и ненавистью к себе, билась в такт твоей. Он поднял руку, желая прикоснуться к твоей щеке, но остановил себя. Он понял, что не может сделать такое после того, что сделал. — Папайрус… — позвала ты его, но он был глубоко в своих мыслях. — Я не смогу нормально спать… Крики не прекратятся… Человек, как… как я могу это исправить? Я знаю, это невозможно. Я заслуживаю смерти… — Папайрус, нет! — твой голос вернул его в реальность. Он прикрыл глазницы, когда понял, что ты держала его за руки. Ты поперхнулась воздухом от такой реакции. — Папайрус, нет… Ты пытался помочь… — Но я причинил тебе боль, — он ответил таким слабым голосом, словно готов был разрыдаться. — Я чуть не убил тебя. Я заслуживаю наказания… — ты покачала головой. — Папайрус… Иногда, ради блага, нужно плохо поступить. И… ты был вынужден это сделать. Ты не хотел этого. Ты был жертвой. Мы все были жертвами. И… ничего ужасного не произошло. Я доверилась тебе и выжила. Ты поступил правильно. Теперь ты положила руки ему на лицо, чтобы он не отводил взгляда. В этот момент рубиновый огонёк в его глазницах погас. — И я горжусь тобой. Ты видела, как на его лице появилось искреннее удивление, а затем и печаль. Он обнял тебя. Ты чувствовала печаль в его душе, как она быстро билась, когда он обнимал тебя. Он нежно положил руку тебе на голову, словно желая тебя защитить, тебя, как самое хрупкое существо в этом мире… Которым ты и была в этот момент. — Мне очень жаль… Прости… — За что ты извиняешься? — с тихим смешком спросила ты. — Мне повезло, что у меня такой хранитель, как ты. Верный друг. Я думала, что так долго была одна… Но потом ты нашёл меня, — ты слабо улыбнулась. — Если бы здесь был Флауи… Ты бы тоже полюбил его… — Флауи? — Мой лучший друг. Цветок. Он был самым милым существом, которого я когда-либо знала. — Ну… Если есть… жизнь после смерти… — Папайрус положил голову на твоё маленькое плечо. — То надеюсь, что вы снова встретитесь. Ты кивнула. Да… Ты надеялась, что Азриель останется с тобой навсегда. — Но правда такова, что… Эти слова заставили тебя взглянуть на друга. Ты заметила, как его челюсти дрожат. Он правда старался не плакать. И ему понадобилось недюжинное мужество, чтобы раскрыть тебе свои мысли. Нужно было мужество, чтобы не сломаться… Но на его лице всё-таки появились слёзы. Дрожащим голосом он договорил. — Я больше не хочу вести тебя к Королю. Он всё-таки всхлипнул. Он сделал это. Он раскрылся. Слёзы скатились по его скулам. Он так дрожал… Он был так расстроен, так опустошён, как и все ваши друзья, и это разрывало твою душу. Но ты должна держаться. Ты должна быть сильной для них. Ты снова обхватила его лицо руками, чтобы он взглянул на тебя. — Папайрус… То, что я говорила о хороших вещах… Сейчас другой случай. Прости, Пап… Я должна сделать это. Я не могу больше… Знаешь, у меня не так уж много времени… — он снова всхлипнул, увидев на твоём лице всё такую же нежную улыбку. — Вот почему, мой дорогой друг, ты должен быть сильным. Ты станешь героем для монстров. Для своего брата. Для меня. Другой случай. Но он продолжал слушать, вцепившись в твой свитер. — И, пожалуйста, Папайрус… Если мы друзья, ты никому не навредишь, верно? Вместо этого ты будешь дружелюбным. Будешь следить за семьёй. Будешь владельцем такого ресторана, что каждый шеф-повар захочет работать в нём! Он кивал на каждое твоё предложение. Его руки покоились на твоих. — Но ты моя семья, человек, — пробормотал он, когда сумел контролировать своё дыхание. — Я знаю. Вы тоже. Поэтому я должна идти… Чтобы вы были счастливы, — ты приблизилась к его лицу. — Не забывай жить. Ладно? — Я попробую… В ответ ты поцеловала его в лоб, снова удивив его. Приятно удивив. Кажется, монстру стало легче… Он освободился от гложущих его страданий. Ты взглянула на собаку, ждавшую вас неподалёку. — Иди сюда, АС! — проворковала ты с улыбкой. Он сразу же бросился в твои объятия. Ты ласково чесала его и гладила. — Ты же позаботишься о своих хозяевах, да? Ты будешь самым очаровательным псом! — пёс проскулил в ответ, но затем лизнул тебя в щёку. Ты не смогла не хихикнуть в ответ. — Да, я тоже тебя люблю! Санс вернулся к вам, сунув руки в карманы. Он осмотрел вас. — Как ты? — спросил Папайрус. — Что это? Слёзы? Его брат быстро отвернулся, чтобы вытереть их. Санс не смеялся в момент слабости, как ожидал его брат. Он лишь улыбнулся с облегчением. Словно целую вечность ждал этого момента. Старший брат взглянул на тебя. — Ты готова, дорогая? Ты решила спросить мнение Азриеля. Несмотря на его эмоции, он кивнул. Папайрус хотел взять твоё тело на руки, но Санс остановил его. — Подожди. Вы замерли, и вопреки тому, что ты ожидала, тебя решил подвезти на спине Санс. Это был первый и последний раз для тебя. Нужно ценить каждый момент, особенно когда выходит время. Через несколько минут тебя доставят к Королю.