Never say never

Я уже четвёртый раз одёргивал свой фрак: то бабочку поправлю, то одёрну пиджак. Я был слишком взволнован, чтобы стоять спокойно. Ко мне подошёл Нино в таком же костюме и подмигнул. Значит, скоро всё начнётся. Мы с Маринетт женимся. Из тайных источников по имени Нино я узнал, что Маринетт буквально клевала носом, пока Алья суетилась, красила, мазала и что только с ней не делала. Свойственно, ведь мы решили устроить бурную ДО брачную ночь. Ал утащила мою невесту, наверное, в шесть утра, а мне удалось поспать до десяти. Мои сборы заняли не больше получаса, а девушки пропали на несколько часов. Представляю, как бедняжка там мучилась. Вздохнув от ожидания, я снова оглядел зал. Тематика у нас была красно-чёрная, в окрас наших костюмов… банально, да? Согласен, но получилось потрясающе. Красные занавески украшали зал с угольно-чёрными стенами. А кое-где висели букеты белых роз, чтобы расправить контраст. Изучая гостей, я видел, как они разделились на три группы: первая — которую пригласил мой отец; вторая — дальние родственники и знакомые Маринетт; третья — наши придурковатые однокласснички. Некоторые лорды и важные шишки иногда присматривались к кузинам и тётям, местами даже разговаривая с ними. И только группа нашего класса тихо стояла в углу, откуда изредка издавались звуки ржания Кима и восхищённые всхлипы Роуз. В толпе я увидел отца. Заметив, что я смотрю, он улыбнулся и слегка поднял свой бокал с шампанским, подбадривая. Мы очень хорошо начали общаться с того момента, как я попал в больницу. Он заботился обо мне, что очень радовало. Но больше всего мне нравилось, что к Маринетт он относится так же, может, местами даже лучше! Я был очень рад, что он изменился. И мама была бы рада… кстати, Мари бы понравилась ей. Гости расселись по лавочкам, и, спустя несколько минут, заиграла музыка. Поняв, что я витаю в облаках, Нино пнул меня. Все встали, и заиграла музыка, как вдруг тут же прекратилась. Алья, как ошпаренная, пробежала по ряду и встала рядом с Нино. Засмеявшись, он поцеловал её в макушку, а она, извиняясь, улыбнулась. Пианист снова заиграл, а в конце прохода показалась Маринетт под руку со своим отцом. Лица я не видел из-за фаты, но пышное платье на её изящной талии наводило меня на мысль о предстоящей брачной ночи. Изящно шагая ко мне, она заметно нервничала. Но, как только Мари оказалась у алтаря, а её рука была в моей — она выдохнула. Поднявшись к священнику и, повернувшись, мы оставили руки сцепленными. — Молодые, повторяйте за мной. Вторя слова священника, мы в унисон произнесли клятву. — Клянусь быть с тобой в радости и печали, болезни и здравии, в богатстве и бедности, любить тебя и оберегать наш союз до конца жизни. — Клянусь. Нам поднесли кольца и, одев их друг другу, мы улыбнулись. Я подарил Мари обручальное кольцо и сделал предложение как подобает на следующий же день после происшествия в больнице. Оно было простое — с драгоценным камнем в цвет её глаз. Своё же я получил от невесты чуть позже. Оно тоже обычное, но внутри была выгравирована надпись: «Моему единственному. Твоя Леди-Мари.» Оно будто согревало мне палец. — Объявляю вас мужем и женой. Жених, можете поцеловать возлюбленную. Убрав фату, я обалдел. Глаза Маринетт горели, а лицо сияло. И дело не в многочисленной косметике, нанесённой Альей. Она была счастлива. Волосы были распущенны и слегка доставали до плеч. — Жених?.. — снова позвал меня священник. Зал затих в изумлении от того, что я застыл. У Маринетт в глаза загорелся страх. — Маринетт, ты самая красивая девушка на свете. Я тебя люблю. Не дав ей ответить, я наклонился и подарил ей поцелуй, вложив в него свои чувства, ведь всё передать словами — было невозможно. Бурные овации зашумели вокруг нас. Оторвавшись, мы улыбнулись друг другу. Встав спиной к залу, Маринетт приготовилась бросить букет. Девицы сбежались в центр зала, истошно визжа, и только Алья спокойно обняла Нино и улыбнулась. Букет поймала какая-то девушка, к которой сразу подбежал парень. Что-то тихонько произнеся ей на ухо, он встал на одно колено и громко произнёс: — Лекси, ты выйдешь за меня? По залу послышались восхищённые ахи. Один из них принадлежал моей жене. — Кто это? — спросил я. — Моя двоюродная сестра… — выдохнула она, улыбаясь. Ухмыльнувшись, я услышал отчётливое «Да», и толпа снова загудела. — Помнишь, как ты делал мне предложение? — улыбнулась Маринетт. — Конечно! Как такое забудешь, ведь пришлось делать это целых два раза! — засмеялся я в ответ. На банкете мой отец с отцом Маринетт изрядно набрались и нашли общий язык. Как и остальные гости. Из-за обильного количества алкоголя в крови важным гостям было уже всё-равно, кого щипать за зад — важных Леди или простых городских женщин. Да и драки тоже завязывались — куда же без них, — между городскими и богатыми. Некоторые подходили и поздравляли нас, отдавая подарки прямо в руки, а швейцар относил их в отдельную комнату. Гостей было много, подарков — тоже. Погуляли мы на славу, а что было дальше — Вам знать не обязательно. Главное, что мы будем жить долго и счастливо… Обещаем!