Ты можешь мне верить

Я понурила голову, вздохнула и принялась за рассказ: — Мать меня не отпустила сюда, а я очень хотела увидеть Мишу. Ну и я, не долго думая, сняла деньги со своей карточки, купила билет на поезд, написала записку и, пока родители были на работе, убежала. Я подозревала возможность преследования, поэтому Симку оставила под кроватью. Не знаю, когда ее найдут. — Так, ладно. А ты не думала, что твои социальные сети тоже просматривать будут? — это снова был Даня. — Думала. Я позавчера удалила все свои аккаунты с концами. Меня когда-то научили удалять так, чтобы ничего нигде не оставалось. Все молчали, а мне было неловко. Но я так хотела увидеть Мишку! И сейчас, сидя в его объятиях, вижу потерянного парня. — Ребят, все обойдётся. Я же не глупая — сбегать, оставляя следы. — Надо завалить таксиста, — слабо улыбнулся Миша. — Ты думаешь, он нас запомнил? Таких как мы у него сто человек в день. Не думаю. Хотя внутри я сильно волновалась по этому поводу. — Спасибо за ужин. Он реально вкусный. Я пойду, нужно стрим провести, — улыбнулась Лиза, ставя тарелку в мойку. Данька с Мишей поставили тарелки туда же, а я даже к еде не притрагивалась. Да и не хочу я сейчас ничего. Поставив на разделочный стол свою тарелку, мою посуду и смотрю на взволнованных Даньку с Мишей. — Если вдруг завалятся менты, то мы с тобой спрячемся куда-нибудь. Ты здесь не живёшь, а меня и подавно не было. Чего ты переживаешь? Обняв парня за шею, произношу я. — Впервые у меня проблемы с законом, — улыбнулся Миша. Вздохнув, утыкаюсь носом в его шею. Я так соскучилась по его рукам и парфюму… Невозможно находиться всего в четырёх часах езды и не видеться. Придя в его комнату, скидываю вещи в отведённую мне полку шкафа. Сев на большую кровать парня, осматриваю комнату с приятным интерьером. — Я хотел сесть поиграть, — как-то осторожно произнес блогер. — Если на коленочки возьмёшь, хоть порно смотри, — засмеялась я. — Садись, — широко улыбнулся Мишка. Сев к нему на колени, увидела удивленные глаза. — Сколько ты весишь? — Тридцать восемь. Тебе тяжело? — испугалась я. — Совсем дурочка? Ты прямо невесомая. Улыбнувшись, кладу голову ему на плечо. — Я буду болтать в игре. Ты не против? — Нет, конечно. Парень поцеловал меня в макушку и загрузил игру. — О, Миха, — услышала я голос Лизы. — Да, это я. — Ну, значит, застримим с тобой. Через сорок минут игры я пересела на кровать, где достала листы с бумагой и принялась рисовать. Я всегда любила что-нибудь раскрашивать, а благодаря интернету научилась рисовать. Эти знания намного полезнее художественной школы. Хотя и в учебном заведении есть плюс — корочка с привилегиями. Я не пошла в художку только потому, что это скучно. Я рисовала, не замечая времени. В наушниках играла музыка, руки грязные от простого карандаша, а на листе формата А4 уже вырисовывались черты лица Даньки. Его я ещё не рисовала, потому что не видела вживую. Выпив стакан воды на кухне, возвращаюсь на кровать и продолжаю вырисовывать все, как запомнила. В час ночи я посмотрела на лист. Вроде бы похоже. Придя в комнату к Даньке, вручаю с улыбкой портрет. Он берет листок, удивленно смотря на меня. Увидев себя в карандаше, удивляется. — Ого! Как ты это сделала? — Карандашом и руками, — улыбнулась я, — просто карандаш захотел тебя нарисовать. — Но ты же не срисовывала с фотографии, потому что у меня такой нет. — Не срисовывала. Сама — на память. — Это очень круто. Парень повесил портрет к остальным рисункам. Подойдя к стене, рассмотрела все, что там было. — Мне очень нравится вот это, — показываю я пальцем на картинку, — её рисовал человек с открытой доброй душой и лёгкой неуверенной рукой. — Как ты это делаешь? Я пожимаю плечами. — Я так чувствую. Может, я не права, не знаю, — улыбаюсь ему, — спокойной ночи. — Спокойной ночи. Придя в комнату к Мишке, беру вещи и иду в ванную. Вымывшись, делаю высокий хвост, надеваю трусики и футболку, наглым образом забранную с полки молодого человека, после чего ложусь на кровать к стене. Мишка как раз закончил играть и уже выключил компьютер. Улыбнувшись, раздевается и ложится ко мне. Смотря на него, улыбаюсь в ответ. Парень целует меня нежно в губы. — Миш, я люблю тебя. — И я тебя люблю. Спи, маленькая. Поцеловав меня в лоб, прижимает к себе. Улыбнувшись, зарываюсь куда-то носом и вскоре засыпаю. Утром я проснулась от того, что Миша куда-то встает. Открыв глаза, сонно смотрю на него. — Спи, — целует он меня в лоб. — Я уже проснулась, — бубню негромко. — Я вижу, — смеётся парень и уходит в туалет. Поднявшись, потягиваюсь и ухожу в ванную, где чищу зубы и умываюсь. Придя на кухню, готовлю завтрак. На запах блинчиков слетаются все жители квартиры. — Миша, я люблю твою девушку, — положив руку на плечо парня, произнесла Лизка. Я засмеялась, а Миша лишь улыбнулся. — Слушай, ты ешь вообще? — спросила она у меня. — Да. Я нормально питаюсь. — Ну, ладно. Если не секрет. Сколько ты весишь? — Тридцать восемь килограмм. — Сколько? — обреченно произнесла Лиза, — трындец. Я лучше буду мамонтом, чем меня ветром сдувать будет. — Нормальная у тебя фигура, чего ты начинаешь? Просто нужно подходящую одежду искать. У меня вот есть недостатки в фигуре. — Какие? — скептически смотрит на меня девушка. — Видишь эти кости? — поднимаю я футболку, — это жесть как некрасиво, когда надеваешь джинсы с высокой посадкой. — А ты анорексией не болеешь? — Нет. У меня все нормально. Просто вот такая я сама по себе, — улыбаюсь ей. После завтрака блогеры собрались и куда-то уехали, оставив меня одну. Всунув наушники в уши, я принялась за уборку. Не знаю почему, но я обожаю готовить и убираться. Наверное, где-то я бракованная. Закончив со всем к трём часам дня, включила фильм на компьютере Миши и принялась уминать то, что приготовила на обед. Это даже съедобно. — Я голодный, как не знаю кто, — с порога заявил Даня. Поставив фильм на паузу, вышла в коридор. — Мойте руки, я приготовила обед. — Я в раю! — радостно сказала Лизка. Миша улыбнулся и поцеловал меня в губы. — Иди мой руки и за стол садись. Придя на кухню, кладу каждому в тарелку картошку и кусок курицы. — Где ты курицу взяла? — удивленно спросил Даня. — В морозилке была. — Я месяц назад брала. Хотела шаверму сделать. — Улыбнулась Лиза, кусая курицу. — Все, Миша, если вы когда-нибудь вздумаете расстаться или съехать — хрен вам. Мы с Мишкой переглянулись с улыбкой. — Не, я с ней солидарен, — кушая, произнес Данька. — Если кто-нибудь сгоняет в магазин, а заодно выбросит мусор, на ужин будет шаурма. Или шаверма. Тут как кто захочет. Друзья на «камень, ножницы, бумага» скинулись, кто пойдёт. В итоге поход в магазин достался Мишке. Взяв денег, забрал у нас список и ушёл, не забыв про мусор. — Он нихрена не рассказывал, поэтому спрашиваем тебя. Как давно вы вместе? — посмотрел на меня Данька. — Около года точно. Чуть больше. — Как вы познакомились? — Я ему в директ отправила его портрет фотографией. Он поблагодарил, мы разболтались, перешли на личку ВК. Постепенно влюблялись, и вот. — Прикольно. Как ты вообще решилась на побег из дома? — Я знала, что приеду сюда в любом случае: хотят этого родители или нет. Может, конечно, я зря написала прощальную записку, ссылаясь на самоубийство, но я не хотела, чтобы меня искали. — Как ты собираешься жить дальше? — удивленно смотрит на меня Лизка. — Я никогда не загадываю наперёд, потому что это ведёт к плачевным последствиям. Что будет, то будет. До осени ещё нужно дожить. Собрав со стола тарелки, мою и убираю на место. — Слушай, я спросить хотела. Ты так и будешь сидеть в квартире все время? — Ну… Пока да. Правда, я думала о косметике. Не так. О гриме. С помощью одной палетки корректоров можно сделать совершенно другое лицо. Может, я покажу попозже. Они непонимающе на меня уставились. Принеся свои корректоры, сажусь напротив них. Они с интересом наблюдают за мной. Спустя сорок минут, когда и Мишка с интересом на меня уставился, перед ними сидела девушка с узким разрезом глаз, скулами, пухлыми губами и бровями-домиком. — Ну, как-то так. — Страх какой, — произнес Данька, — в смысле, симпатично, но это ж как надо… — Тебя не узнать. Смывай с себя всю эту хрень, — коротко сказал Мишка. Он никогда не любил косметику на мне. Он говорит, что я красивая, а этим всем только порчу себя. Я его покорно слушаюсь и не крашусь вообще. Ближе к вечеру готовлю шаурму по личному заказу каждого. Разнеся тарелки в комнаты, где мои трудяги заняты играми или монтажом, включаю на кухне телевизор и ем, слушая новости. — Нам удалось выяснить у таксиста примерный адрес. — Говорила женщина-полицейский под мой взволнованный взгляд. — Преступники скрывались в однокомнатной квартире… Тут у меня отлегло. Передали про смерть водителя такси в Питере, про наводнение где-то на юге, про смерчи в штатах. Мне стало скучно, поэтому я выключила телевизор, доев свой ужин в тишине. — Я объелась. Ты волшебница, — вползла Лизка в кухню. — Я рада, что тебе понравилось. — Слушай, а у тебя из близких родственников только мама? — Нет. Ещё папа и старший брат. — И что, тебя только мама не отпустила в Питер? — В нашей семье матриархат — как сказала мать, так и будет, — печально улыбнулась я. Лизка ударила меня по носу и велела не унывать. Следом пришли Мишка с Данькой и поблагодарили меня за сытный ужин. Если честно, мне самой приятно готовить для тех, кто это ценит.