Creator (Хакс/Рей)
4 мая 2018 г., 11:28
В грязной мусорщице, копающейся в песке, сложно узнать будущего Верховного Лидера Ордена.
Совсем не похожа.
Она медленно и аккуратно загребает ладонями песок и просеивает его сквозь пальцы. Это нудная и тяжелая работа — пыль летит в лицо — но Рей совсем не жалуется.
Зачерпывает снова и раскрывает пальцы, и Хаксу кажется, будто на сухой и безжизненной земле расцветает цветок.
— Ты пришел за мной? — не поднимая головы, спрашивает она. Знает, что он тут. Не бежит, не прячется, просто продолжает сыпать песок себе под ноги в поисках чего-то.
— Да, — кивает Хакс и морщится. Соленый пот выедает глаза, а к лицу словно поднесли лезвие светового меча — ужасно жарко. — Ты должна, Рей.
— Я знаю. Я помню, — внезапно останавливается она. Песок шуршит, льется сквозь пальцы, стекает вниз, образуя горку, которую тут же сносит порывом ветра. В этой пустыне ничто не живет дольше пары секунд. — Я помню, как ты привез меня сюда. Красные как огонь волосы. И взгляд, который я надеялась никогда больше не увидеть.
— Я дал тебе время, Рей. Столько, сколько смог. Ты была свободна.
— Свободна? Я? Ты, наверное, шутишь, — когда Рей поднимается с колен, стряхивает с себя пыль и становится рядом с ним, Хакс видит, что она не очень-то изменилась. Почти не выросла — все та же хрупкая тоненькая девочка с глазами, полными печали. Разве что губы обкусаны до крови, а руки все в ссадинах, царапинах.
— У тебя было время. А теперь нам пора, — Хакс протягивает ей руку и слегка пожимает, в глупом жесте ободрения, потому что больше не знает, чем помочь.
Все делается к лучшему.
Даже если завтра Рей уже не станет, а ее тело заберет себе Верховный Лидер Сноук.
***
Она приходит к нему ночью. От ее тела и волос все еще пахнет песками пустыни, а губы шершавые и горячие. — Рей, как ты смогла… Ты не должна быть тут, — пытается выпутаться из покрывал Хакс. Если кто-нибудь узнает, что она была тут, его казнят за измену. Ее не убьют, Рей бесценна, но и ей достанется — Сноук умеет пытать. — Я же мусорщица, а все корабли одинаковы. Увидишь один — считай, побывал во всех остальных, — улыбается Рей, и ее горячие руки скользят по его телу, царапают кожу, притягивая к себе. — А еще я знала, что найду тебя тут. И знала, что ты этого тоже хочешь. Они катаются по кровати, запутываясь в многочисленных покрывалах. Сплетают тела в невыносимо крепкий и запутанный клубок. Теряют дыхание между поцелуями. И Хакс заново узнает ее — ту самую, которой было предначертано подняться из пыли и песка и стать божеством.***
Когда она лежит на прозрачном постаменте, то кажется не человеком. Статуей. Ее глаза закрыты, а на обветренных губах легкая улыбка. — А что вы здесь делаете, генерал? — раздается позади недовольный голос Сноука. Верховный Лидер, больше всего похожий на костлявого паука, тощего и оголодавшего за годы спячки, взбирается на свой постамент, чтобы лечь рядом с Рей. А затем покинуть свою оболочку и проснуться в новом теле. — Я пришел… удостовериться. Что вся процедура пройдет без осложнений, — лжет Хакс, надеясь, что сейчас Верховному не до того, чтобы читать его мысли. — Мы все волнуемся. — Не стоит, генерал, — уродливое лицо кривится в том, что должно быть улыбкой. — Это займет немного времени. — А… девушка? — Девушка? Ее жизнь — небольшая цена за новый сосуд. И я могу себе позволить это, — Сноук вытягивается на своем постаменте и закрывает единственный уцелевший глаз, а искаженное гримасой лицо слегка разглаживается, напоминая старую маску. Сброшенную кожу. — Уходите, генерал. Увидимся позже, — приказывает Сноук, словно не сомневается, что вся процедура пройдет идеально. Стайки меддроидов окружают пьедесталы, опутывают два тела прозрачными трубками, проводками, и те вспыхивают, напоминая сок`карские праздничные украшения. А Хакс все еще не может двинуться с места. Он смотрит на Рей и ее неподвижное тело, распростертое на прозрачной плите, она еще теплая. Еще живая. Правда, ненадолго. — Вам запрещено касаться тел, — к нему тут же подлетает один из меддроидов, недовольно жужжит и старается оттеснить его к выходу. — Вам запрещено находиться тут. Покиньте помещение. — Но я… — и не думает убираться отсюда Хакс. Он так и не попрощался с Рей вчера. Она ушла задолго до рассвета, пока он все еще спал. — Вы не сможете поговорить с ними. Они в состоянии глубокой комы. Сейчас начнется процедура пересадки сознания, так что покиньте помещение, — дроидам эмоции чужды, и он не умеет гневаться, хотя жужжит и вибрирует заметно громче. — Сейчас, — Хакс смотрит на Рей и только на нее. Увитая бесчисленными светящимися трубками, спящая беспробудным сном, она все равно не похожа на того, кто совсем скоро будет их новым Верховным. Она улыбается так, словно знает что-то. Что-то очень важное. И, кажется, Хакс понимает, что именно. Он достает бластер и направляет на дроида. Зарядов хватит на них всех. И на изуродованную голову, осклабившуюся в последней жуткой усмешке. Из песка пустынь и пустоты он сотворит новое божество. А сам, если понадобится, станет ничем.
