8. Kings and Queens (Бен Соло/Рэй/Хакс)
12 августа 2018 г., 02:21
— Рэ-э-эй... — мягкий шепот донесся до нее сквозь сон. Монотонность раскатистого Р толкнулась в ухо, а следом ее щеки коснулось что-то мягкое, жаркое, почти невесомое.
— М-м-м, — она вздохнула и заморгала ресницами, старательно сгоняя с себя это видение. Неясная темнота дрогнула и превратилась в кисть, на которой покоилась ее щека. — Что... — это было Бен Соло.
Он аккуратно держал ее в объятиях, прижавшись позади всем телом, и лениво водил пальцем по ее щеке, вычерчивая извилистую линию до самой скулы и обратно, к яремной вене, прячущейся под подбородком.
— Тш-ш-ш, — он лениво пожурил ее, когда Рэй судорожно дернулась, пытаясь оказаться как можно подальше от жаркого тела. Черт, она же была в халате!
Была в данном случае считалось ключевым словом — на данный момент ее обнаженные плечи и грудь слегка прикрывало мягкое одеяло, а что там дальше, Рэй боялась думать. Или заглядывать.
— Я сказал, не шевелись, — снова предупредил Соло, и его пальцы слегка сдавили горло. Несильно, без вреда, но довольно однозначно. — Я оценил твою смелость, прийти ко мне в постель без приглашения... — да он издевался над нею. — Я не предполагал, что ты решишься так быстро.
— Я... — Рэй запнулась, кое-как вздохнула под властной хваткой на горле. Кажется, его ладони, да и остальное тело превратились в огонь.
Запылала она и одеяло, укрывающее плечи.
— Я просто слежу за тем, чтобы ты не сбежал, — она просипела, понимая, что от следующего вдоха скорее всего просто задохнется. Нет, воздуха ей хватит. Только вот рука Бена Соло, припечатавшая ее к постели, спустилась ниже, и палец надавил на впадинку между ключицами.
— Я не сбежал, — согласился он и придвинулся еще ближе. Его нос мазнул по затылку, и послышался довольный вздох. Он что, ее обнюхал? — Ты воспользовалась моим шампунем. М-м-м, теперь-то ты пахнешь так, как надо.
Как надо?! Рэй округлила глаза и дернула ногой. Голая, черт, конечно же, голая, ощущения от простыней по коже были словно вода и огонь вместе взятые. Прохлада, но там, где ее касался Соло, все превращалось в самый настоящий пожар.
Ступня ее немедленно попала по его колену, и он хмыкнул. Вдавил палец между ключицами, и Рэй стало совсем не до сражений.
— Ты пахнешь так, словно принадлежишь мне, — Соло принялся оглаживать ее шею, а потом пальцы аккуратно поползли ниже. Очень близко к груди, а Рэй ничего не могла с этим поделать.
Беги, или бей, вопил инстинкт самосохранения с одной стороны, давай же, ударь изо всех сил! Но воздуха все еще не хватало, и голова кружилась. Более того, Соло словно мысли ее читать мог, так что вернул ладонь на горло.
— Нужно заняться твоим воспитанием, Рэй, — он сжимал ритмично, управляя ее дыханием. — Потому что оно ни к черту. А теперь закрой глаза. Будь послушной, сделай, как я сказал.
Одновременно с этим палец надавил на болевую точку.
— Будешь сопротивляться, и я сделаю тебе больно. А я не хочу делать тебе больно, — его голос скользил по обнаженной шее жаром. Низкий, мягкий, мурлыкающий. О, Бен Соло наслаждался ее беспомощностью. — И ты все еще не закрыла глаза. Зря, — он снова сдавил, и Рэй застонала от боли.
Ее собственный стон был тихим и жалким, и еще таким умоляющим, что где-то на самой границе сознания мелькнуло осознание — она ничего не сможет сделать против него.
Храбрись сколько влезет, огрызайся или задирай нос, стоило только Бену-чертовому-Соло положить на нее руку, как все.
— Теперь молодец. Не шевелись, — предупредил он. Она и замерла. Тянула воздух через нос, перебивая колотящееся сердце. Двигался он. Вжимаясь в нее всем телом, терся носом о плечо, и пару раз Рэй всхлипнула, ощущая прикосновение языка к коже.
Его член толкался ей в спину, и от звука его сбившегося дыхания ее повело. Все смазалось, потерялось, остатки звуков пропали. Темнота набухла влажностью, покрыла лицо, слиплась на ресницах, и вошла в ритм с сжимающейся на горле ладонью.
Наконец Соло захрипел, отодвинувшись, и лег на лопатки. Одна его рука все еще лежала под ее щекой, другая отпустила горло, дав Рэй вздохнуть.
— В следующий раз ты так легко не отделаешься, — и он зашевелился, сев, поправил одеяло, укутывая Рэй по самый нос. — Отдыхай.
Она не смотрела на него, только слышала, как заскрипела от движения кровать и по полу зашлепали босые ступни.
В горле стоял ком, а щеки были мокрые. В голове же ничего не осталось. Совсем ничего.
***
— Хэй, — чьи-то пальцы снова коснулись ее щеки, и в этот раз Рэй дернулась так, словно ее током ударило. Больше она не хотела ни видеть, ни слышать ее. Ни вообще знать, что Соло существует. Но нет, от того, что она зажмурилась, никуда он не делся. — Мне пора, — теперь Бен Соло выглядел иначе. Черный костюм-тройка, идеально посаженный по фигуре, напоминающий о послевоенной итальянской мафии, и перчатки, плотно облегавшие ладони. Темно-красные, словно залитые венозной кровью. — Нет, — он мог поиздеваться над нею. Снова и снова, но свое слово она давала Лее. Позаботиться о нем. Любой ценой. Даже... даже такой. — Я тоже пойду. — Я думал, ты усвоила этот урок, — Соло нахмурился и по его лицу пробежало недовольство. Пальцы в перчатках сжались с громким скрипом. — Ты понятия не имеешь, что там будет. — Я иду с тобой, — повторила Рэй и села в кровати, прижав к себе край одеяла. Сколько она продремала после того, как ударилась в слезы? Казалось, минут десять, и в глаза словно песка насыпали. — Мне все равно, что будет. — Ты будешь делать все, как я скажу и когда я скажу. Это ясно? Единственный вариант, при котором он согласился бы взять ее с собой. — Да. — Не слышу, — в его голосе было предупреждение. Ровно такое же, когда он шепнул Рэй — замри. А затем прижался к ней. — Да! — она повысила голос. — Я сделаю все, что ты хочешь. — Оу, — Соло улыбнулся, и улыбка полностью преобразила его лицо. Парой секунд тому он, зависший над нею, казалось, был готов приковать ее к этой кровати, ну или ноги сломать. А теперь смотрел так довольно. — Я запомню это, — это обещание заставило ее вздрогнуть. — И все же мне придется что-то сделать с тобой. Иначе они поймут, кто ты. Ладно, — Соло выпрямился и поманил пальцами. — Надевай свои отвратительные тряпки, хотя была бы моя воля, я бы их сжег. Как и это одеяло. Тебе лучше без него. Рэй вспыхнула, но сдержалась. Он снова дразнил ее. — Над этим кошмаром надо серьезно поработать, — и он махнул на ее волосы, после сна всклокоченные, ставшие дыбом. Она же еще сразу после горячей ванны заснула, высушить их не успела. — Ничего с ними не надо делать! — Рэй кое-как пригладила копну и принялась подниматься, все еще старательно прижимая к себе одеяло. — Я не дам себя... — Ох, Рэй, я видел тебя без одежды. Ты сама пришла ко мне. Оставь его в покое и одевайся. Времени у нас... — и Соло отвлекся на часы на запястье, что позволило Рэй сделать спасительный марш-бросок мимо него к диванчику, на котором лежали сваленные в кучу тряпки. О черт, помятые, пропахшие потом за долгое время полета, они действительно ни на что не годились. По сравнению с Соло, вырядившимся в дорогущий костюм, явно шитый на заказ, она бы смотрелась... скорее уж, какой-нибудь попрошайкой с улицы, чем телохранителем. — ... непозволительно мало, — он закончил и все оставшееся время смотрел на нее, не отрываясь. Всей спиной это чувствовала. — Готова? Рэй, пунцовая, запыхавшаяся, даже толком пуговицы не застегнувшая, развернулась и заскакала на одной ноге, натягивая ботинок. — Я всегда готова, — отрезала она, готовая идти даже босой, если потребуется. — Отлично, тогда идем. Он предложил Рэй руку. Протянул багровую ладонь и ожидающе наклонил голову. Чуть помедлив, она вложила пальцы в его. — Куда теперь? — Увидишь.***
После разговора с Леей Рэй много чего ожидала. Наемных убийц, погони, но уж точно не магазина женской одежды. — Серьезно? — она оглянулась на Соло, который вполне себе спокойно шел, рассматривая витрины с дорогущими платьями, подходящими для Оскара или приема у английской королевы. — Что мы здесь делаем? — возможно он снова издевался над нею. По крайней мере, вид у него был именно такой. — Вот это, — наконец решил он. По ту сторону витрины, за стеклом красовалось невероятно-красивое платье из черных кружев. Словно из фильма с Бондом, только вот Соло не тянул на спасителя мира. Скорее уж, на злобного его двойника, садиста, с трагическим детством и жаждой контролировать все и всех. Ее в том числе. — Тебе нужно это. Идем. Ценник на подставке заставил ее прикусить язык. — Да, оба размера. И туфли. Нет, я сам выберу. Нет, не эти... Покажите те... — голос Соло Рэй слышала словно сквозь воду. Нет, серьезно, нулей было чуть ли не больше, чем дырок в кружевах. Две девушки-консультанта смотрели только на Соло, улыбаясь ему так, что лица чуть не трескались. И готовы были на колени упасть, только бы он одобрил их предложение. Ее они совершенно игнорировали. И это при том, что Рэй выглядела совсем чужеродно в окружении этой красоты. — Что еще... — он повернулся к ней, задумчиво наклонив голову. — Белье. Черное. Что-нибудь изящное, прозрачное. — Эй, я сама буду... — Принесите к кабинке. А ты иди за мной, — и Соло пошел в сторону проема, за которым алела табличка женских примерочных. — Рэй! Она поплелась следом. — Ты не смеешь указывать мне, какое белье я буду... — Я буду делать то, что захочу. А ты в свою очередь не скажешь и слова. И прекрати так смотреть на меня, — здесь, в одиночестве и тишине он положил руку на плечо. Угрожающе близко от горла. — Улыбнись, Рэй. Я хочу, чтобы ты улыбалась. — Я не... — она охнула, получив болезненный щипок. — Улыбнись. И опусти глаза, — и снова этот голос, ровный, резкий, словно наотмашь по лицу. — На тебя будут смотреть, сегодня тебя будут оценивать. Если я захочу, ты пойдешь голая, на шпильках, а в зубах понесешь мои перчатки. И ты стерпишь. А потом вернешься к моей матери и скажешь, что ничего особенного не произошло. Представив себя без одежды перед толпой, Рэй вздрогнула и, стиснув руки в кулаки, все же опустила глаза в пол. Его идеальные ботинки, начищенные до блеска, черно-белые, против ее стоптанной обуви. А чего она ожидала? Что сможет играть наравне, будучи для Соло чем-то вроде игрушки? Не так, не сегодня, не сейчас. — Я пойду с тобой. — Что... Хорошо, — ей пришлось прикусить язык. И стерпеть новое прикосновение — он потрепал ее по голове как послушную девочку. Выдержать тесноту и ощущение царапучих кружев, чернее ночи, туго охвативших тело. Нижний слой был из шелка, холодного, такого блеклого, что его цвет моментально слился с цветом ее кожи, создав впечатление, что она почти обнажена. Наверное, именно этого он и добивался. — Отлично, — Соло собственноручно опустился на колени, как вчера вечером, только в этот раз он сменил одну обувь на другую. Блестящие черные остроносые туфельки взамен стоптанных ботинок. — В следующий раз наденешь алые. А пока обойдемся этими. Он неспешно поднялся, отряхнув невидимые пылинки с брюк, и поглядел на Рэй снова, в этот раз задумчиво разглаживая спутанные прядки, выбившиеся из-за уха. Ему нравились ее волосы, но сейчас он явно думал, что бы с ними сделать. — Парик, — наконец решил Соло и развернул ее к здоровенному зеркалу. — Что-нибудь, что отвлечет внимание от твоего лица, мы же не хотим, чтобы тебя запомнили, а, офицер Веспер? — его отражение застыло рядом с ее собственным, уже совершенно незнакомым, слишком уж красивым. — Розовые. Да, пусть будут розовые, — он мечтательно улыбнулся. — У меня будет лучшая игрушка из всех, что они когда-нибудь видели.***
Он угомонился только перед их выходом. Рэй, слегка покачивавшаяся на невозможно высоких каблуках, следила за его появлением из гардеробной с коробочкой в руках. Маленькая, обитая белым бархатом, она казалась еще изящнее в алых ладонях. В ней могло быть дорогое ожерелье, под стать платью, заработать которое Рэй не смогла бы даже за всю свою жизнь. Но нет, внутри, в углублении покоилось тонкое кольцо ошейника, тоже бархатного, черного, с каким-то синим отливом. — Ты должна надеть его, — Соло не предлагал, просто поставил перед фактом. — Все мои игрушки носят такие же. К тому же с этим платьем он будет смотреться довольно сносно. Он сам застегнул его у Рэй на шее, а затем поправил короткие пряди нежно-розового каре. Ее нынешние волосы выглядели совсем как настоящие, наверное, еще и потому, что отвалили за них кучу денег. Впрочем, для Соло проблем с покупкой желанных вещей вообще не стояло. — Мне нравится, какая ты сегодня. Изменившаяся до неузнаваемости, но все же оставшаяся собой. Я с удовольствием поиграл бы с тобой сейчас, Рэй, но... мы и без того выбились из графика, — он с сожалением вздохнул и покачал головой. — А теперь слушай. Ты не должна говорить ни с кем, только со мной. Если я спрошу тебя. Если нет, опускай глаза и молчи. Обращаться ко мне будешь — Сэр. Это понятно? — Да, — ответила Рэй. — Да, Сэр, — добавила она. — Так хорошо? Сэр, — в этот раз не смогла удержаться от шпильки. А что, он все еще насмехался над нею. — И последнее, — Соло поколебался прежде, чем заговорить снова. — Что бы ни случилось, ни за что и ни при каких обстоятельствах не спасай меня. — Что?! — о нет, так они не договаривались. Она стерпела все эти пытки только ради одного, и уж явно не безумной дрочки в одной постели с садистом. — Ты слышала. Я их босс. А ты моя маленькая саба, которую я взял с собой, чтобы развлечься в перерыве. Даже не вздумай открывать свой рот, чтобы вступиться за меня. Ты поняла? Рэй насупилась. — Ты поняла?! — Да. Да, Сэр. — Вот и славно, — и Соло галантно махнул рукой, указывая на выход к личному лифту. — Не подведи меня, Рэй. Я рассчитываю на тебя. В конце концов, у меня на тебя большие планы, будет жаль все рушить. Личины, которые он носил постоянно, сменяли одна другую с невыносимой быстротой. Только что Соло смотрел на нее с голодом, жаждой изнывающего в пустыне, а затем это выражение пропало, оставив вместо себя бесстрастную маску. Возможно, одна из них была его настоящим лицом. Возможно, но Рэй не знала, какая. Можно было только надеяться, что не эта, потому что выглядел он так, словно собирался пытать. И убивать.
