Maladie (Люк/Лея)
13 сентября 2018 г., 14:54
Примечания:
Взахлеб и бессвязно, во всем вина Maiarme, потому что нельзя так просто кидаться такими охрененными коллажами!
The Spine - Darren Korb
Их двое. Всегда двое. Куда один, туда и вторая.
Он по ее следам, не то наощупь, как слепой, не то на слух, к манкому, мягкому голосу, к шороху платья, к звону цепочек, к шлепкам босых ступней по гулкому камню.
Как луна за солнцем тянется, зная, что кругом обойдет, и снова встретятся, на пороге, ладонью к ладони.
— Привет.
— Привет.
И хватит. Слово к слову. Сестра к брату. Губы к губам — клятвой и обещанием.
— Будешь? — не молоко, яд с ее ладоней готов пить, каждый палец облизать. Не сладкие кружевные блинчики, даже горсть иголок проглотит и даже не подавится. Если не любовь это, то что?
— Буду, — и мимоходом ладонь захватывает, целует, водит щекой по белой коже — не только ей ласка, но и себе.
Не ночной поцелуй это, утренний, и истомой полно тело. Даже сердце бьется неровно, слабо.
— На, послушай, — тук-тук по ребрам, скоро треснут, слабые кости. Что тогда, не соберет он в ладонях крови, сердце обратно не вернет, да и шить не умеет, чтобы обратно стежками, как в детстве.
Брат к сестре.
— Слышу, — улыбается она. — Так лучше? — касается губами, измазанными медом, лба, отводит завиток. — Лучше, Люк? — целует висок, другой. Мажет сладким дыханием по векам.
— Нет, — ему и дышать тяжело, а сердце снова ворочается под ребрами. Совсем как живое, раненой птицей. — Так больнее. Я не целый. Видишь? — и задирает штанину до колена. Старая полоска, вся потемнела, набухла жгутом, змеей, петлей вокруг ступни. У нее такая же есть, своя, только светлая совсем.
Шрам к шраму, мясо к мясу, брат к сестре.
— Погоди, — и она скрипит столом, сдвигая в сторону. Звенит стаканами, тарелками, шелестит платьем, усаживаясь поверх его колен.
Вся маленькая, мягкая, теплая.
— Вот так, — и сцепляет руки в замок за шеей его. Нос к носу, жмурится от непослушных завитков, щекочущих ее лоб. — Так лучше? — обхватывает бедрами и скользит еще ближе. Вся замок без цепи, выброшенный за порог ключ. — Лучше, Люк?
Совсем, как раньше, когда они были единым целым.
— Лучше, — лжет он, выдыхая, а сердце, помноженное на двое, забившееся в унисон цельной песней, вот-вот разорвется. Только бы не закрыть глаза, только бы смотреть на нее неотрывно. До последнего вздоха. — Лучш...
