Миллениум

Раскаты грома яростно оглушали с небосвода, сопровождая многочисленные вспышки молнии. Они освещали своим светом землю, безумный звук грозы слышался за километры, распространяясь дальше по пространству. Буйный ураган, кружась в вихре, гнал из-за горизонта тучи, могучие и тёмные, к своему эпицентру. Природа не унималась, неистовствовала; она будто показывала свою силу всем. Пока внизу за многочисленными слоями атмосферы на вершине одного из великих гор континента эхом разносился бешеный рев. Фурия гора-гигант, по размером и высоте она была выше, больше и опаснее всех остальных вместе взятых в Фурианской горной Цепи, но не это её делало особенной на данный момент, а то, что у её подножия к массивной скале был прикован молодой блондин. Тело его было окровавлено, его прежние золотистые волосы имели грязно-алый цвет из-за пролитой крови. Со стороны на нем не было видно ни одного живого места: кожа была изуродована многочисленными глубокими порезами, гематомами; ушибы и переломы заставляли его тело выгибаться в неестественной позе. Одновременно с этим раны его быстро затягивались из-за нечеловеческой регенерации.  — Есть что-то успокаивающие в горящем огне, словно нет прошлого и нет будущего, — проговорил молодой мужчина, единственный возможный собеседник прикованного Наруто на многие километры. Кожа незнакомца была бледной, цвета серебра, и многочисленные шрамы и порезы украшали её. Он сидел перед костром и грелся в эту неясную погоду. Они находились под непреступным барьером, укрывавших их от дождя и ветра. Наруто не придал значения сказанному, так как пропустил это мимо ушей. Что совершенно не понравилось его оппоненту. И поэтому бывший Узумаки удостоился быть облитым в лицо водой из чашки. — Отродье! Как ты смеешь! — вырвался гневный голос Бахамута из его уст. После попадания на него холодной воды он поднял голову, чтобы увидеть незнакомца, что незаконно проник в его владения и осмелился напасть. — Ничтожество! Ты совсем страх потерял?! — Оуу! Я что перестарался? — проговорил собеседник Бахамута. — Но и ты не дал мне выбора, Наруто! — Смерд! Одно лишь произнесенное тобой мое имя без дозволения обрекает тебя на вечные муки. Ты сам подписал себе смертный приговор! — горели огнем ярости Ринне-Шаринган и Тенсейган Бахамута. — Ты сделал роковую ошибку! — Я могу себе позволить это… мне нечего терять — проговорил устало мужчина, не отводя взгляд от полыхающего огня в костре. — Кто ты такой?! Пес! — взыграла не лучшая черта богоподобного дракона — его гордыня. Ему не нравилось то положение, в котором он оказался, и его бесил тот факт, что он был прикован к скале. По правде говоря, Наруто был наполнен злобой больше, чем когда-либо. — И от твоего ответа зависит, как ты сдохнешь в будущем: легко и быстро или мучительно! Отродье! — Не в твоем положении угрожать мне. — проговорил он, приближаясь к Наруто и смотря на блондина своими странными глазами с черным белком и синей радужкой, лицо было скрыто под безликой белой маской. Он оставил позади раскаляться на огне два наточенных куная. — Мудрость нашего времени такова, Наруто: мы знаем лишь то, что мы не знаем. Не знаем, что мы потеряли, не знаем, почему мы отринули свет, не знаем, что ждет нас теперь среди звезд… — Что за ересь ты несешь! Если ты не трус, отродье, освободи меня, и я тебе покажу, какова ярость Бога-Дракона! — огонь ненависти бушевал внутри Наруто, готовый вырваться наружу. У него тряслись руки от злости и презрения к собеседнику. Был бы шанс, он бы его разорвал на месте. — Нет! Я еще раз не хочу руку терять. — положив свободную ладонь на плечо блондину, вымолвил тот. — И не старайся, тебе не освободиться от этих цепей! — Неужели ты, выродок, думаешь, что эта убогая цепь устоит и не рассыплется, славно жалкая горстка сухих листьев! — Наруто, не моргая, говорил и смотрел прямо в глаза тому, кто его приковал. — Ты думаешь, что тебя это спасет?! — Ну как-то она тебя сдерживает! — усмехнулся он под маской. — Есть легенда о прежнем носителе этих цепей. Его звали Прометей, он обладал божественной силой, как и ты. Он пошел против воли древних и был наказан. Его приковали к горе, но не это было его наказанием, а то, что прикованный Прометей был обречен на непрекращающееся мучение: вновь и вновь прилетающий орел, слуга богов, выклевывал его внутренние органы, которые у него, бессмертного, снова отрастали.  А блондин тем временем с гневным лицом размышлял, что перед ним стоит могущественное существо, как и он сам. Тридцать три дня непрерывного сражения были этому доказательством. И его крайне интересовал его враг.  — Наруто! Я вижу перед глазами настоящего предателя. Ты наглядный пример того, как пороки могут искалечить судьбу. Ты стал предателем своего мира ради своего собственного удовлетворения. Жажда силы — это загубило тебя. Стремясь к величию, ты стал высокомерен! Относишься с презрением ко всем, кроме себя! Ты стал духом, расточительным и безжалостным! — Аха-ха-ха-ха-ха! — пронзительно и протяжно смеялся Наруто над словами собеседника. — Нет, ну ты сам-то слышишь, что несет твой язык без костей, жалкий плут! Ха-ха-ха. — Что в этом смешного, скажи-ка?! — Я орудие жестокости. Я неуязвимость во плоти. Я Бог-Дракон. Я есть Пустота, Бог главной беды этого мира и всех остальных! На миг я подумал, что ты не такой уж и мусор! — унял свой смех блондин, посмотрев на него сверху вниз. — Довольно, смерд, давай рассудим вместе, ибо я добр. Представь, каким безумием, какой достойной сожаления потерей стала бы твоя погибель, а ведь я бы мог обогатить тебя и твой род… — Ты больше месяца обогащал меня своими техниками, чтобы убить. Я тебя знаю! — До чего ты удивительный, отродье! Моё превосходство невозможно отрицать! А ты ведешь себя вызывающе, а ведь смотришь в глаза смерти! В присутствии Бога! — проговорил красноречиво Наруто. — Идти против меня не разумно, пес! — Наруто! Я тебе не простой смертный или раб в глазах твоих! Мне неведом страх при виде тебя, что испытывали остальные, — стоя перед блондином проговорил он, все ещё скрывая лицо под маской. — Да не меня они боятся, — усмехнулся Наруто, — а моей божественной силы! Но я щедрый Бог, я могу сделать тебя безмерно богатым. Хочешь власти, я поставлю тебя надо всеми, ты получишь все, ибо я добр. Я дам тебе все, что пожелаешь, любое наслаждения, которое ты вообразишь, любых женщин — все, что угодно, если приклонишь колени… — Твоя щедрость божественна, Бог-Дракон! Как и твой лик! — повернулся спиной к Бахамуту собеседник и скрестил руки у себя на груди, при этом о чем-то думая. — Таким предложениям может пренебречь только безумец, — медленно повернул голову он к Наруто. — Но видишь ли сама мысль о том, чтобы приклонить колени… Хмм, пока мы сражались все эти сутки, у меня страшно затекла нога и теперь болит, так что колени мне преклонять трудно! — Дворняга! Несмотря на оскорбления и дерзость! — с каждым словом Наруто пьянел от ненависти, — На твое чудовищное кощунство, отродье! — собеседник почувствовал подвох и отпрыгнул от Наруто назад к костру. Он ловким движением руки схватил раскалённые в огне кунаи и был наготове. Человек в маске чувствовал, что вокруг него воздух буквально трещал от напряжения. Он наблюдал, как Наруто меняется: кожа его было похожа на темную чешую, ногти превратились в острые когти, глаза его полыхали красным огнем, словно алые камни в преисподней, позади блондина появился хвост и бил по скале, оставляя на ней трещины, а из спины выросли крылья. Его форма не была законченной — ему мешали злосчастные цепи.  — ЭТУ ИГРУ ПОРА КОНЧАТЬ!!! ТАК СКАЖИ МНЕ, УБЛЮДОК! КАК ТЫ ЖЕЛАЕШЬ УМЕРЕТЬ?! — из ноздрей и рта Наруто начал выходить дым, грудь его начала светиться алым цветом. И человек в маске за мгновения приблизился к богу-дракону, пока он не изверг пламя, и вонзил раскаленное оружие ему в глаза. Наруто испустил ужасающий рев, что отозвался самым страшным и громким из звучащих когда-либо в этом мире эхом. Горы затряслись, земля содрогнулась, скалы треснули и разошлись. *** Фиор — Говоришь, тебя Мира зовут, так? — что-то поедая по дороге, проговорила Магами. — Эти печенки просто изумительные! Прохладный легкий ветер проносился по пути, по которой шли три девушки, выходя из границ леса. — Да, спасибо, так ты и вправду получеловек? — рассматривая ушки девушки, с удивлением и интересом проговорила Штраусс. Ей не довелось ещё встречать полулюдей. — Да, если точнее, я была создана, чтобы служить высшим Существам. Можно сказать, я магическая сущность, — с нотками достоинства вымолвила Магами. — Высшим Существам? — ничего не понимая, переспросила демонесса. — Я о-ошиблась! Не то хотела сказать! — судорожно ответила Магами, подумав, что ляпнула не то. Она чувствовала сильную, холодную и сжатую чакру, что выпускала из своего тела Кагуя. — Я хотела сказать высшему Сословию. Людям, которые отличаются по своему правовому положению от массы. — Эээ?! Ты про королей с лордами и принцесс с принцами? — с наивной улыбкой сказала Мира, после сладко потягиваясь от усталости. — Да! Можно и так сказать! — Тогда почему ты с Кагуей? И что делала в лесу одна? — задавала интересующие ее вопросы новоиспеченному члену команды Штраусс. Магами повернула голову в сторону Ооцуцуки и взглянула на нее, после опять на Миру, не зная, что ответить девушке. — Ну как бы то ни было, она мне приглянулась при встрече, и я приняла ее на работу в качестве горничной, — решила вступить в разговор Кагуя, спасая Ёкая от неловкой ситуации. — Что?! — шокировано воскликнула волчица. — Произвол! — Разве не так, Магами? — безобидно улыбаясь, проговорила Богиня, но от этой улыбки Ёкаю стало не по себе. — Да-да-да! — Мира, остальное и недочеты миссии я тебе в гостинице объясню. — Ладно! *** Ранее утро в городе выдалось солнечным, и горожане уже начали свои обыденные будни: они открывали свои магазинчики, кафе и закусочные. — Ммм…а там чем-то вкусненьким пахнет… — проговорила завороженная дивным запахом еды, что готовилась на открытом воздухе, Магами. Почувствовав это, она направилась в ту сторону. Кагуя тяжело вздохнула и жестом руки показала Мире не беспокоиться и отпустить их знакомую погулять одну. — Ну и куда мы сейчас отправимся? — поинтересовалась Штраусс у Богини, идя по оживленной улице с ней. — Так как теперь у нас полно денег, мы обязаны использовать их, чтобы увеличить наши шансы на выживания в следующих миссиях, — присматривая за Магами одним глазом, проговорила Ооцуцуки. — Как?! Мы же еще не получили деньги за миссию, Кагуя! — Не беспокойся, Мира, у меня есть деньги, поэтому мы пойдем закупать самое лучшее снаряжение, какое только возможно найти в этом городе, — с воодушевлениям проговорила богиня. — Если что-то понравится тебе, ни в чем не отказывай себе, Мира. — Погоди, Кагуя! Не трать много, мы еще не заплатили за новый месяц. — Не волнуйся на этот счет! — ответила богиня. — Оставь еду на потом, Магами, — окликнула и обратила на себя внимания ёкая Ооцуцуки. Волчица, которая уже успела затариться гамбургерами и бутербродами с сочным мясом, приготовленным на огне. — Объедение! Конечно, до печенек Миры не дотягивает, но тоже ничего, — с едой во рту и что-то бормоча, Магами направилась к девушкам. Тем временем Кагуя искала лавку или магазин антиквариата. — Мира, пошли туда! — проговорила Ооцуцуки, увидев вывеску магазина, что был похож на оружейную, и направилась туда, заранее оповестив Штраусс и Ёкая, чтобы они шли следом. *** — Добро пожаловать. — приветливо встретил девушек работник магазина, что стоял у высоких деревянно-бронзовых дверей с двумя охранниками по бокам. — Мы бы хотели купить снаряжение, — первой обратилась к нему Ооцуцуки. — Вас кто-то сюда направил? — Нет. — Вы ведь берете плату с тех, кто впервые сюда пришел, не так ли? — с досадой проговорила Мира. В прошлом она встречала подобные магазины для состоятельных магов. — Да, сейчас цена входа составляет шесть тысяч драгоценных, — в поклоне проговорил работник. Он был мужниной средних лет в своей рабочей форме. — Этого будет достаточно? — Ооцуцуки, вытащив из печати пачку купюр, протянула её работнику. — Б-безусловно, — проговорил тот, открывая дверь, — проходите! Прошу вас! Перед девушками предстал вид большего зала с высокими потолками и темными шторами, что препятствовали проникновению солнечного света внутрь помещения. Сама комната освещалась магическими лампами. В витринах красовались товары: мечи, доспехи, щиты, обереги, волшебные палочки и многое другое из атрибутики воинов и магов. Можно было даже услышать звуки рабочих, что занимались своим делом в кузне. — Добро пожаловать в мой магазин, — приветливо и с легкой улыбкой на лице встретил девушек Хвоста Феи хозяин, — меня зовут Феспа, рад с вами познакомиться. — Это был старый мужичок, повидавший многое в своем профессии. — О, выглядит как работа Мераниса — смотря на ближайшие доспехи, вымолвила Магами. — Да! А вы знаток, — удивился и расцвел пожилой хозяин магазина. — Это был величайший мастер магических изделий столетия назад. — Ну, не так уж он был крут, — вспоминая прошлое, с умным видом проговорила Магами. — Так-то Меранис был довольно нахальным малым. — Хах…вы знали его, госпожа? — Было дело, встречались в прошлом. — Феспа-сан, у вас есть этот артефакт или вы встречали ранее его? — достала Кагуя бумажку с рисунком и надписями, что вырвала из атласа, и передала его старику — Палантир, Король Тенрю! Адептусс-Мерви, — рассматривая рисунок, проговорил удивлённо старик-мастер. — Но, госпожа, оно же затонуло в море! — Наслышана, — с нотками огорчения вымолвила Кагуя. Ей было не впервой это слышать. Она искала этот артефакт в Магнолии, но результата так и не добилась. — А для чего тебе это, Кагуя? — спросила у богини Мира. — Хочу одного человека найти. По слухам оно обладает способностью указывать на то, чего б-больше вс… х-хочет о-обладате… — не успела Кагуя договорить, как ее ноги затряслись и более не могли ее держать, прекрасные бьякуганы потускнели, и она упала в обморок из-за сильного головокружения. — К-КАГУЯ!