Сумрачный Дозор: В конце времён.

Как только я ушёл, я сначала открыл портал в дом в Санкт Петербурге, а затем уже оказался вновь на жарких берегах Египта. Прошло около часа, и здесь ничего не изменилось. Всё та же музыка, всё те же пьяные люди. Улыбнувшись, я пошёл к морю. Вдоволь наплававшись, я пошёл в номер. Я принимал душ, и услышал, как дверь в мой номер открылась. Снова у меня гости. Когда я вошёл в номер, то увидел там Костю. Он сидел на кровати, на шестом слое Сумрака и был очень молчалив. Скорлупа, что я на себя навесил не могла дать меня обнаружить. Поэтому я сделал вид, что ничего не заметил. Я улёгся на кровать, и мы сидели в тишине. Я и мой друг кровосос. — Эх, как там поживает моя Ариша, — постаравшись сделать как можно более влюблённый голос, сказал я. — Как я хочу сказать её, как я её люблю… Господи, ну я и размазня, — я даже слезу пустил, а Костя всё так и сидел в одном положении, закинув ногу на ногу. Весело…

***

Всю оставшуюся часть отдыха Костя так и следил за мной. И я понял, что кажется меня в чём-то подозревают. Но, разрушая все мои догадки, в последний день Костя просто ушёл. Я проверял всё вокруг, но Кости рядом не было. Видимо, что-то произошло, или ему просто надоело. Хотя, надо сказать, его рожа успела мне изрядно поднадоесть. — Дом, милый дом, — сказал я, входя в квартиру в Москве. Тут же раздался стук в дверь. Не нужно было смотреть линии вероятности, или сквозь Сумрак, чтобы догадаться кто это был. Костя. — Костя, — сказал я, открыв дверь. — Здоров, дружище. Я тут решил, что нет ничего лучше родной, пусть и ненавистной Москвы, — он был бледным, видимо, давно крови не сосал. Оно к лучшему. — Что-то случилось? Ты сам не свой? Костя, я же вижу. Выкладывай, я хочу помочь! — я начал играть роль заботливого старшего брата. — Арина…. Погибла, — сказал Саушкин. — Антон, она умерла у меня на руках! — Костя вдруг разрыдался. — Я не смог спасти её. Она пыталась до тебя дозвониться, но ты был вне зоны доступа! Она позвонила мне, но я приехал, когда было уже поздно. Она… Она сказала, что тебя любит. — Шутишь? — саркастично сказал я. — Арина умерла, — издаю нервозный смешок. — Костя, это же не может быть правдой. — посмотрел ему в глаза, видя в них боль и тоску. Не знаю даже, как тут заплакать можно, когда от Костиной рожи меня в хохот бросает. Не выдерживаю и смеюсь. — Неет. Арина, — получилось так, будто бы я свихнулся. Клёво. — Арина не могла умереть. Я же любил её! Она же…. Мы же столького не сделали! — я упал на диван, схватившись за голову. — Почему? Как?! — взглянул на Костю, надеюсь, мне удалось передать отчаяние. — Авария. Пьяный водитель уснул и врезался в её машину. Без шансов, Тох, — Костя положил мне руку на плечо, и я уткнулся в его живот головой. — Кость. Что мне делать? — спрашиваю Саушкина, хотя сам я себе уже целый план составил. — Не знаю, Антон. Последнее, что она сказала это то, как она тебя любит, — Костя сел на диван. В дверь позвонили. — Я открою… — Нет, я. В конце концов, кто хозяин этой квартиры? — грустно улыбаюсь, и иду к двери. — Антоха, — за дверью стоял улыбавшийся Лас с двумя бутылками хорошего, крепкого коньяка. — Я тут…. — глядя на меня, он сразу же остановился, и улыбка с его лица исчезла. — Не вовремя? — Лас… Проходи, — вытер слёзы рукавом. — Просто… Ариша… Умерла, — сказав это, ухожу к Косте, прыгая на диван. — Привет, Костя, — глухо сказал Лас. — Лас, подай-ка мне одну. Мне можно без стакана, — сказал я, глядя на бутылку коньяка. — Уверен? — По мне не видно? — ловлю бутылку коньяка, срываю с неё крышку и заливаю себе порцию жгучего пойла в горло. — Кстати… Я думал друга своего позвать одного, — сказал вдруг Лас. — Но я, наверное, позвоню ему и попрошу не приезжать, раз уж тут такое… — Да ладно, — усмехнувшись, останавливаю Ласа. — Думаю, твоему другу не будет важно веселиться, или просто пить, — сказал я. — Позвони и спроси, где он, — говорю ему, а сам размышляю, кого же позвал Лас. Или, вернее, кого к нему приставили. Семён, наверное. Лас поспешно набирает телефон «своего друга», поставив бутылку коньяка. Костя резко хватает, сдирает крышку и пьёт с горла. — Аааа, — зарычал он. Вот тут, надо сказать, я просто охренел. Для вампиров, так уж заведено, алкоголь — сущая гадость, отрава, но он выпил. — Поэтому я и не могу пить, — сквозь слёзы говорит Костя. — Ну и гадость же этот коньяк. — Если знаешь, что алкоголь не твоё — не пей.- положив руку на плечо Кости, сказал я. — Лас, что за друг-то хоть? — А, Артуром звать. Хороший мужик, надо сказать. Несмотря на то, что ему лет пятьдесят, у него хорошее чувство юмора и вкуса. А ещё он сказал, что кальян привезёт. Курил я как-то кальян, здоровская штука. — А это не опасно, — спросил я, глядя на Костю, попутно догадываясь, какой именно Артур к нам приедет. — Чёрт, алкоголь — точно не моё, — прохрипел Костя, всё пытаясь прокашляться. В дверь позвонили. Здравствуй, дедуля. — Я открою, — сказал Лас. — Это, наверное, Артур. Они вошли в комнату. — Добрый день. Не помешает вам, молодым, такой старик как я сегодня? — усмехнулся «Артур». Рядом с Завулоном стоял Лас, держа чашу от кальяна в руках. Вернее вазу. А, хрен его знает. — Какая встреча, — моё лицо расплылось в улыбке. — Здравствуйте, Артур. — Антон? — удивился Завулон. — Конечно, Александр говорил мне, что его хорошего знакомого зовут Антоном Городецким, что нам нужно обязательно встретиться, но чтобы это было совпадением, — дед усмехнулся. Старый гад умеет красиво говорить, ничего не скажешь. — Э. А как кальян сделать-то? — для меня - человека - этот вопрос должен быть таким же непонятным, как и вопрос жены мужу: "Когда починишь дверную ручку на балконе?!" — Не беспокойтесь, я всё сейчас сделаю. Скажите, пожалуйста, есть ли у вас плита, Антон, — спросил Завулон. — Вызываюсь добровольцем, провожу вас, Артур, — сказал Лас.

***

И вот, мы курили кальян у меня в моей квартире. Надо сказать, кальян — штука приятная, как оказалось. Получше сигарет, которые я, кстати, всё забываю купить. Пожалуй, теперь уже не буду курить сигареты. Я сидел напротив Ласа и мало что соображал. В голове была невероятная тяжесть. Передаю трубу от кальяна Косте. В квартире было настолько много дыма, такое ощущение, что если бы сюда зашёл пожарник, он по привычке бросился бы спасать людей. — Антон, чем вы занимаетесь? — Завулон сидел, развалившись, закинув ногу на ногу. Всё-таки, я был на него похож, отчасти. Только моложе и красивее, как я думаю. — В свободное от работы время? Или вы про работу, Артур? Если про работу, то я занимаюсь программированием. Кодировка и шифрование, защита Баз данных. Наёмный работник, — улыбаюсь в надежде, что проканает. В принципе, тут-то я особо и не врал. — Хм. Это хорошо. Компьютеры… Хорошо, — сказал Завулон. — В наше время нечасто встретишь молодых людей, знающих толк в компьютерах и программировании. Даже ваше поколение ныне можно считать потерянным, я уже не говорю о молодёжи, — Костя передаёт трубку от кальяна обратно мне. — Ну, не скажите, Артур, — ухмыляюсь. — У моего брата и его жены растёт дочь, они назвали её Надеждой. Умница, а красавица какая! Правда, отношения у них со Светой почему-то напряжённые, — втягиваю в себя дым, и выдыхаю. — Каждое новое поколение будет потерянным для предыдущих, давайте без демагогии, — улыбаюсь, оглядывая присутствующих.

***

И вот, кальян уже закончился, в который раз. Выпивка уже закончилась, и я был весьма пьян. Впрочем, Завулон и остальные были также пьяны. Я сидел и смотрел на них с видом шулера, будто бы сейчас играем в покер. На деле же так и было. Ещё ни разу никто не додумался применить на мне заклинание, попытаться просмотреть мою ауру. Если бы кто-то попробовал сделать это, то я тут же был бы раскрыт. Весело, не так ли? Лас уже закинул голову назад, развалившись на диване рядом с Завулоном, но я был не лучше, развалившись рядом с Костей. — Кто-нибудь, поможет мне собрать кальян? — с хрипотцой в голосе спросил мой дальний родственник. — Думаю, мне уже пора. — Я помогу, — говорю ему. Встаю. Через пять минут Завулон уже ушёл. Я его проводил, поблагодарив за вечер. — Спасибо, Артур. Заходите как-нибудь ещё. Поговорим за кружкой чая, или чего покрепче, — улыбаюсь ему. — Спасибо, Антон. Ну, до встречи, — смотрю на главу Дневного Дозора. Он спускался по лестнице вниз, к выходу из подъезда. Костя стоял в коридоре, поправляя причёску, смотрясь в зеркало. Он был весь вспотевший, весь вечер его бросало в жар. — Не нужно тебе пить, Костик, — смеюсь я. — Бледный, как вампир, — говорю в шутку, а затем ловлю на себе его странный взгляд. — Ты чего, Костя? — он вдруг отводит взгляд. — Спасибо за то, что пришёл. Знаешь, я даже смирился с потерей Арины и мне не так больно, — я обнял его и хлопнул по спине. — Спасибо, Костя. Ты настоящий друг. — Здорово посидели, Антох. Пожалуй, ты прав. Пить мне точно не стоит, — сказал он. — Я пойду. Вызовешь Ласу Такси? — Да, наверное. Но он может и у меня отоспаться. Квартира-то не маленькая, а ему завтра, вроде как, никуда не нужно, — улыбаюсь. — Чего зря тревожить бедолагу? — Как знаешь, — сказал Высший Вампир и вышел из квартиры. — Отдаю своё приглашение тебе, Антон, — сказал Костя, кажется, заученную наизусть как дважды два фразу. — Эй, Кость. Всё хотел спросить, зачем ты говоришь эту фразу всегда? Если я вдруг не разрешу входить? — ухмыляясь, спрашиваю Саушкина. — Тогда я не войду, — невозмутимо сказал он. — Спокойной ночи, Антон. — Спокойной, — сказал я. Ох уж и врун, Саушкин. Ты же не спишь… Я захожу и смотрю на всё так же сидящего, уснувшего Ласа. Он уже храпел. Уложив его нормально, я нашёл в этой квартире вторую подушку и даже не пожалел плед, который я купил не так давно. Сам же я пошёл в спальню и улёгся на кровать. Я быстро уснул, а на утро, когда я проснулся, в голове была невероятная ясность, чувствовал себя так здорово, будто бы начал жизнь с чистого листа. Подождите-ка…. Так ведь оно и есть! Ну, это было тогда, когда я вернул себе память, но не важно! Иду на кухню, и вижу там Ласа. — Здоровья, — поднял руку в знак приветствия. — Давно чайник… — Только что, — страдальчески промычал мой «Светлый дружок». — Выглядишь удивительно бодрым, несмотря на то, сколько мы выпили. — Многолетний опыт, — говорю Ласу. — Знаешь, мне вчера понравился кальян. Думаю, может быть, стоит и себе такую гадость приобрести? -взглядом спрашиваю Ласа, что он думает на этот счёт. — Идея не плохая. Одобряю, мой раб, — скорчив злую рожу и изменив голос, сказал Лас. — Тогда через пару часиков поедем, — сказав это, принимаюсь за готовку. Нужно что-нибудь съесть и перекус здесь не подойдёт; я зверски голоден!

***

Целый день мы страдали всякой хренью, мы купили кальян и сейчас, вечером, сидели и потягивали его, смотря телевизор. —Хорошо, — говорю я, поглядывая на Ласа. Интересно, как он ещё не догадался. А может и понял уже все, он меня, в конце концов, знает. Да уж, весь мир — театр, а люди в нём актёры. Лас сказал, что ему нужно ехать, а я решил поработать. В конце концов, нужно же поддерживать своё Инкогнито. Не просидев за работой и часа, я решил улечься спать. Утро вечера мудренее. Проснувшись, я съездил в офис, где не задержался и двух часов. Поехал на тренировку, устал как чёрт. Тело не двигалось, мышцы ужасно болели. Будучи столь сильным магом, я могу поднять и триста кило, но зачем? Я тренирую своё тело, а без магических способностей и сил, я не настолько крут. Я поехал в культурную столицу, в очередной раз. Мне было нечего делать, я не зависел от графика работы. Лас, в общем-то, тоже, но ему нужно поддерживать легенду. А мне можно делать что хочу, ведь я и есть Легенда. Добравшись до Санкт-Петербурга, я остановился возле одного из мостов. Была ночь, глубокая ночь. Я вышел, чтобы подышать свежим воздухом. Взглядом случайно поймал девушку. И всё бы ничего, если бы она не была красивой. Даже во тьме ночной я разглядел её красоту. Рыжие волосы, стройная, модельная фигура. Впрочем, термин модельная тут не совсем подойдёт, ведь модели… К чёрту других, она, эта рыжая девушка, сейчас была для меня важна. Длинные ноги, и всё бы хорошо, и может быть я бы и внимания на неё не обратил, если бы она не пыталась покончить жизнь самоубийством. Прыгаю сразу на шестой слой, бегу в её сторону. Время у меня медленнее, намного медленнее, чем у неё, но она, увидев меня, появившегося вблизи, испугалась и отправилась в полёт. Прыгаю за ней прямо с моста. — Дура! — громко кричу, догоняя её и обхватывая, подминая под себя и принимая удар о воду своей спиной. Впрочем, успел поставить небольшую защиту, поэтому я не умер. Обычный человек бы враз помер, но не Абсолютный Иной, к тому же ещё и тёмный. Моя хватка не позволила ей вырваться. — Дура, — всхрипывая, кричу я, вынырнув вместе с ней из-под воды. — Зачем с собой покончить хотела?! — кричу на неё, такая реакция была бы у каждого человека. — Неужели жизнь настолько плоха?! — Я не знаю! Простите! — взревела девушка. — Простите! Из-за меня вы… Вы так рисковали, из-за дуры, — громко зарыдала она. Невский канал — не лучшее место для самоубийства. Если бы я решился на такое, то минимум прыгнул бы в жерло вулкана, либо бросил вызов Гесеру и Завулону одновременно. — Не важно! — командую. — Плывём на берег. Нам нужно выйти на сушу! — тащу её за собой.

***

— Меня Викой зовут, — улыбаясь, представилась мне, наконец, ныряльщица. — А вас? — Антон, — иду рядом с ней, оба мокрые, уже некоторое время ходим по мосту взад-вперёд, гуляем. — Вика, давай на ты? — Вы… Ты меня старше, Антон. Мне неудобно, — смутилась она. А с моста ей прыгать удобно было, блин. — Да брось ты! — возмущаюсь я. — Я не думал никогда, что я выгляжу стариком. Мне многие списывают пять лет, а ты на вы предлагаешь. Тебе самой-то сколько? — Двадцать два, — снова смутившись, отвечает она. — Простите, из-за меня вы… Вы наверное куда-то торопились? — Нет, — улыбаясь, отвечаю ей. — Я вообще случайно в Питер приехал, просто решил заехать, погулять, отдохнуть. Работа позволяет мне много путешествовать, — говорю ей. — Расскажи, почему ты пришла к решению покончить жизнь самоубийством? — спрашиваю у неё. — Даже очень серьёзные проблемы — не повод. — Знаете… Знаешь, Антон, — сказала Виктория. — Причина очень дурацкая и вы… ты… будешь ругаться. — Да говори уже, чего уж там. — Парень, — опустив взгляд и остановившись, — сказала она. — Парень меня бросил, его отец уволил меня с работы, хотя раньше обращался со мной очень вежливо. Парень сказал, что я дура и не достойна его, а я просто не люблю такую жизнь, как у него. Он любит вечеринки и клубы, и пока он готовится идти в клуб, я только возвращаюсь с работы. Я не жалуюсь, но… — Да уж, ну и парни нынче пошли, — говорю я. — С такой девушкой, я бы. Я бы… — Что бы вы сделали, Антон? — смотря мне в глаза с надеждой, она улыбается и ждёт ответа. — Я бы старался сделать такой красивой девушке как ты очень приятно. Старался бы облегчить тебе жизнь, был бы готов всегда выслушать, — она перебила. — Да бросьте вы! — она засмеялась. — Таких парней давно нет. — Ну, почему же, — я остановился. — Вот если бы ты согласилась быть моей девушкой, я бы с радостью всё для тебя делал. Ты же такая красивая, скромная и добрая, — сказал я. — Твой парень просто кретин, Вика. — Антон… Ты… правда так считаешь? — я увидел в её взгляде благодарность. — Наверное, я и правда дура, — сказала она. — Жизнь ведь дороже всего на свете. — Подвезти тебя до дома? — спрашиваю я Вику. Улыбаюсь, ещё даже не подозревая, как влюбляюсь. Её мокрые волосы, отсутствие косметики, природная красота. И зелёные глаза. — Я буду вам очень признательна… — отвечает она мне, и я замечаю, что у неё красивый голос. Глупо говорить такое, но, кажется, она мне нравится.