Сумрачный Дозор: В конце времён.

Я и сам не знаю, почему, но я задержался в Питере. Я забыл о Москве, забыл о Гесере, о Завулоне. Для меня всё было второстепенным, я был полностью поглощён Викторией. Эти рыжие волосы, её глаза. Они манили, привлекали, не позволяли отвести и взгляда. Я постоянно приглашал её в кино, театры, мы гуляли по разным паркам. Когда она была на занятиях, я работал. Но работа не клеилась, конечно, всё я выполнял регулярно, но голова была занята ней. Я ведь ещё ей не признался. Прошёл уже почти месяц. Сегодня мы в очередной раз гуляли по набережной, было уже темно. Сегодня был последний день её учёбы, а завтра — выходной. Она сказала, мы можем погулять подольше. — И всё-таки, Антон, разве тебе не нужно работать? — спросила девушка. — Всё-таки, мне неудобно… — Вика, я работаю каждый день, пока ты в Университете. Перестань, шеф меня хвалит, а значит — всё хорошо, — улыбаюсь я, легонько толкнув её плечо своим. — Ой, Антон! — вдруг заверещала она. — Гляди, мосты разведены! Я давно хотела сфотографироваться на их фоне! — воскликнула девушка. — Антон, сфотографируешь? — Конечно, — она протянула мне телефон, хотя я полез в карман за своим. — Только, возможно, нам придётся не раз и не два переснимать, — усмехнулся я. — Я в тебя верю, — улыбнувшись, сказала Вика. Она опёрлась на перила, была в полуобороте, смотря не на сами мосты, а просто вперёд, перед собой. У меня захватило дыхание. Снова. Она была такой красивой. Вспомнив, как дышать, я сфотографировал её, после долгой паузы. — Чего так медлил? — она подбежала. — Дай посмотрю, — смеялась Вика. — Ух ты, мне нравится. Твоя пауза стоила того, — одобрительно мне кивает… — Дай и я уж посмотрю, — смеюсь. Она протягивает мне телефон. — Красавица, — протянул я, рассматривая фотографию. Почему же я не могу ей признаться? Это же так просто. Закрываю глаза, всматриваюсь в Сумрак, встряхиваю себя, хочу сказать что-то, вдруг, я замираю. Я смотрю прямо на неё и не могу поверить своему чуду. Она…. Она — Иная! Потенциальная! Очень слабый уровень, наверное, седьмой, но долголетие ей это обеспечит! — Антон! Ну чего ты застыл? Что с тобой?! — слышу её возмущённый голос. Встряхиваю головой. — Да… Так… Вика, — я пошёл, она пошла вместе со мной. — Ты никогда не замечала за собой везение, с тобой никогда не происходили странные вещи? — спрашиваю её, как бы невзначай. — Ну, вообще, — задумалась. — Бывало разное. А что? — вижу цветок, растоптанная ромашка. Подбираю с асфальта, Вика удивлённо на меня смотрит. — Зачем он тебе? — спрашивает у меня. — Смотри, — вкладываю крупицу магических сил, цвет оживает и восстаёт из мёртвых, если это можно так назвать. — А… Антон! Что это за чудеса! Это… Это какой-то фокус? — Вика изумлённо смотрела то на цветок, то на меня. — Это совсем не фокус, — улыбаюсь. — В другой руке у меня появился светящийся шарик. — Ты многого не знаешь об этом мире, обо мне, — говорю ей. — Всё не так просто, я выгляжу молодым только потому, что я волшебник, — ухмыляюсь, понимая, как глупо это звучит. Но за мной остаётся право раскрыть свою личность, я же не делаю этого публично. — И не такой, как Гарри Поттер, — ухмыляюсь, вспоминая эту серию книг. Джоан Роулинг довольно сильная волшебница первого уровня, придумала же такое… — П-правда?! — её восторгу, кажется, нет предела. — Да. И, ты тоже можешь стать волшебницей. Тёмной… — Тёмной? — удивилась она. Кажется, мне долго придётся ей объяснять, что к чему…

***

Мы просидели на мосту больше четырёх часов. Мы сидели прямо на краю, свесив ноги. Смеялись, она иногда меня прерывала, вставляя реплики, сообщая мне своё мнение. После моего рассказа о своём прошлом, она долгое время смотрела на меня. Этот взгляд… сочувствие, забота, но не жалость. — И давно тебе около тридцати, Антон? — спросила Вика. — Уже больше восемнадцати лет назад, — смеюсь. — Знаешь, это не важно. Я видел и таких стариков, которым больше тысячи. И ничего, живут. — Скажи, почему ты не хочешь вернуться? К семье, родным, друзьям? — Ну, я и так их вижу. Мне больно видеть свою бывшую жену, больно видеть Надю, друга Костю. Он страдает, когда мы рядом. Его гложет чувство вины. Высшего вампира, Абсолютного Иного, — я засмеялся. — Да и… Я долго откладывал этот разговор, но сейчас закончу. Мне кажется, я тебя люблю, Вика. Нет… Я люблю тебя, — повысив голос, заявляю ей, не отводя от неё взгляд. — А… Антон, — Вика застыла. — Ты правда… — Хочешь верь, хочешь нет, — перебиваю её. — Но, мне кажется, что я влюбился в тебя ещё как только увидел. Когда прижал к себе, падая. — Антон… Я рада, — она заплакала. — Я… Я боялась, что ты уедешь. Все эти дни я просила бога, чтобы ты остался. Задержался по работе. Даже хотела, чтобы с тобой что-нибудь случилось, а я бы за тобой ухаживала. Глупая дура, — расплакалась она. — Я ведь полная дура, да? — спрашивает у меня.  — Не важно. Главное, что мы оба чувствуем одно и то же, — улыбаюсь. — Скажи, — беру её за руку. — Ты хочешь стать волшебницей? Ты не будешь сильной, но тебе и не нужно. Я защищу тебя от любой опасности… — Конечно, хочу! — воскликнула она. — Кто же не хочет, — сказала она надувшись. — Но больше всего я хочу быть рядом с тобой. А если я стану волшебницей, то мне, наверное, придётся ходить во всякие школы… — Я научу тебя. Всему… — вовлекаю её в поцелуй…

***

Уже утро. Мы садимся в машину. В тишине я везу Вику к её дому. Она, оказывается, уснула. Я остановился возле её дома. Выключил двигатель, вышел из машины. Открыв дверь, я взял её на руки. Она говорила мне, где живёт. И номер квартиры. В руках уже есть ключи от её квартиры. Она лёгкая, как пушинка. Несу её, поднимаюсь на третий этаж. Ключом открываю дверь, а затем вхожу в квартиру. Здесь так уютно. Хоть она живёт и одна, кажется, будто здесь кипит жизнь. Я сразу же понял, где её спальня. Положив её на кровать, убрал волосы с лица. Снял с неё ботинки. Как ребёнок, ещё раз восхитился её красоте, а затем ушёл. Спать мне совсем не хотелось. Я ехал и улыбался, как глупый школьник, впервые поцеловавшийся. Решил просто поездить по городу. Понимаю, насколько всё серьёзно. Никто не должен даже догадываться о Вике. Её жизнь будет в абсолютной безопасности. Вскоре, я устаю и решаю поехать домой. Приехав, не успел я прилечь на кровать, как сразу же заснул. Всё-таки, я не спал целую ночь… Днём меня разбудил её звонок. — Антон, прошу, скажи, что мне это не приснилось, — говорит она. До сих пор не верит в произошедшее. — Это правда, — отвечаю я. — встретимся сегодня? — Не могу. Ко мне сегодня приезжают родители, — я слышал грусть в её голосе. — Ничего. Завтра уже на занятия? — Да, — кажется, она расплачется сейчас. Я знаю выход…

***

Я вошёл в здание Университета. Надо сказать, эта мысль мне в голову пришла совсем случайно. Сейчас семь часов утра, почти восемь, занятия ещё не начались. Я увидел Вику, она шла со своей подругой. Не поздоровался, просто молча проследовал за ней. Сегодня, как она мне говорила, у них одни лекции. Скучно, но нужно сидеть, так она сказала. Захожу в аудиторию. Большая. Тут, наверное, человек сто, а может и двести. Ищу место недалеко от неё, сажусь. Чтобы наблюдать за ней. Хорошо, что я перед «парами» подошёл к преподавателю, который будет вести лекцию, и выяснил, какой из студентов чаще всех прогуливает пары, или же просто — отсутствует. Приняв его внешность, я проверил университет на наличие иных. Есть, но немного. И не там, куда я направляюсь. За исключением одной… Я сел через две парты, или через два ряда. Для всех, насколько я увидел, я был парнем с дредами. Похоже, наркоманом каким-то. Хмыкнул, прямо во время лекции. Что за глупый стереотип возник в моей голове. Если есть дреды, то значит… А, не важно. Кажется, я слишком засмотрелся на Вику, она вдруг резко повернулась, а затем… «Привет» — посылаю ей пасс, она улыбается. Становится словно живее.

***

— Антон! — воскликнула Вика, встав передо мной после лекции. — Ты что тут делаешь! — её радости не было предела. — К тебе пришёл, — виновато улыбаюсь. — Всё равно никто не заметил, — ухмыльнулся, приобняв её. — Не надо! — воскликнула она. — Не при людях. Мы сели за одну парту. И как было объяснить другим, что тот парень, которым я прикинулся — её друг. Мы сидели и разговаривали, пока в аудитории никого не было. На этот раз была лишь группа Вики. Здоровые лбы, даже есть повод приревновать. Всё-таки, когда кто-то говорит, что нынешняя молодёжь — потерянное поколение, я с ним не соглашусь. По-крайней мере, на примере группы моей любимой, я готов подписаться за каждого. Ребята были умны. Не все красивые, но у Вики на удивление дружная группа. Худые ребята компенсируют мозговую деятельность в группе, прикрывая «здоровых лбов». «Здоровые лбы» же всегда и во всём всем стараются помочь. — Так, ребята, Иннокентий Валерьевич заболел, поэтому сегодня я с вами проведу семинар! — в аудиторию вошла женщина с бордового цвета волосами. Ребята сразу охнули, никто не был доволен. — Не возникать! — обрезала вздохи и ахи преподаватель. Я ухмыльнулся. — Шурсов, тебе смешно? — меня, кажется, услышали. — Ты был лишь на одном занятии в этом семестре, смешно тебе? Причём, ты был на лекции. А ну, к доске. Сейчас буду тебе оценку ставить, за твои знания. Мы с Викой переглянулись. Делать нечего, я встал. — А какой это предмет? — с ухмылкой спрашиваю я, и все в аудитории, не исключая Вики, засмеялись. — Шутник. В камеди клаб этот ваш решил податься. Высшая математика это тебе не шутки шутить! А ну к доске, сейчас будем решать пример.

***

 — Молодец какой! Знаешь, я ведь дала тебе одну из сложнейших задач. Но ты справился, что, если честно, очень странно, — с подозрением глядела на меня эта женщина. Усевшись за парту, я начал хохотать. Хорошо быть высшим магом. — Как ты это сделал! Антооон! — ткнула в бок меня Вика. — Это… Это было здорово. Ты это сам знал или с помощью магии узнал? — Скорее, только лишь чудеса магии, — улыбаюсь. — Куда сегодня пойдём?

***

Я стою и дрожу от волнения. Ещё одна неделя прошла, а сегодня Вика решила познакомить меня со своими родителями. Я очень волнуюсь, ведь я даже с родителями Светы знакомился не так. Там было задание, затем бытовуха, в общем, не так. А тут — культурная столица России, люди интеллигентные, даже местные гопники, наверное, грабя людей и наставляя пистолет, вежливо просят отдать всё ценное, а потом, извиняясь, уходят. Хотя, какая к чёрту разница? Мы держим друг друга за руки. Стоим перед входной дверью. Мы встретились взглядами, и она нажала на дверной звонок. Дверь нам открыл довольно пожилой мужчина в очках. На нём был свитер и брюки, он строго посмотрел на нас, а затем улыбнулся. — Пришли, — сказал он, и Вика накинулась на него…. — Папа! — обнимая мужчину, говорила она. — Как я рада, давно к вам не заходила, а тут ещё и повод удачный есть! Постараюсь к вам приезжать почаще! — Вот-Вот. Маме совсем скучно, одной. Говорит, давай второго, давай второго. А я-то, боюсь, не выдержу. Это маме твоей всё нипочём, а у меня нервы не железные… — мужчина посмотрел на меня. — Антон. Антон Городецкий, — я протянул ему свою руку, и мы обменялись рукопожатиями. — Виктор. Виктор Бунин, — он смерил меня оценивающим взглядом. — Ты старше моей дочери. Это видно невооружённым взглядом, — сказал он. — Ну, да ладно, — он смягчился. — Давайте пройдём внутрь…

***

— Антон, скажите, кем работаете? — спросил у меня Виктор. — Я работаю в одной из компании известного бизнесмена, Равенбаха Тимура Борисовича. Отвечаю за контроль системы безопасности, имею возможность свободно передвигаться по стране. Имею прямой доступ и в любой момент могу исправить неполадки, — отвечаю я. — Учитывая мою зарплату, меня всё устраивает, — говорю я. — Хотел повидать мир, дорога меня привела в Санкт-Петербург, и случайно, но очень кстати, я встретил Вику, — улыбнувшись, я посмотрел на неё. — Вот как. Значит, вы самодостаточный, — сказал Виктор. Его жена пока что крутилась у плиты, готовя еду. — Это хорошо. Скажите, как же вы познакомились? — спросил Викин отец. — О, это целая история, — начала говорить Вика. — Я шла с Олесей домой, после учебной недели мы решили пойти в ночной клуб, развеяться. Мы шли домой, нам же по пути, как вдруг перед нами возник Антон. Он выбежал из-за угла и врезался в меня. Когда мы спросили, что произошло, он вдруг сказал… — я уже знаю, что она скажет… — Привет, не ждали? — сказали мы в унисон. Оба засмеялись. — Антон, оказывается, боится собак. И затем, из-за угла выбежало четыре лабрадора, а вскоре прибежал и их хозяин. — Да, не знаю, почему… Хотя после этих лабрадоров, я думаю, мне нужно полюбить собак. Ведь именно благодаря ним я встретил вашу дочь, — улыбаюсь. — Антон, а что вы делали ночью во дворах? — спросила мать Вики, её звали Анастасией. — Понимаете, несмотря на то, что у меня есть машина, больше я привык ходить пешком. Нравится мне это, можно увидеть много интересного. Я возвращался в гостиницу, решил пройти через дворы, и тут… такое, — я засмеялся. — Но, видимо, случайности не случайны… — Не случайны, — подтвердил мужчина, отпивая чай.

***

Вика вместе с матерью мыли посуду. Я держал в руках бокал вина, посматривая на ту, которую люблю. — Антон, не курите? — спросил мужчина. — Не курю, — ответил я, кивнув головой. — Бросил. — Выйдем на балкон? Я покурю, а вы постоите… — повторять дважды Виктору Сергеевичу не пришлось. Мы незаметно, под шумок воды из крана смылись на балкон. — Антон, — делая затяжку, начал мужчина. — Никогда не было и не будет мужчины, которому я полностью доверю свою дочь. Нет ни одного достойного её человека на этой планете. Но, как мне кажется, — он посмотрел на меня. — Ты чуточку ближе всех остальных. Я хочу открыть тебе тайну, о которой ещё никто не знает. Я болен. Это не простуда, не какая-нибудь ерунда. Я вскоре умру, врач говорит, осталось недолго. Год — лучшее, на что я могу рассчитывать. — Ви… — Дослушай, — не дал он мне перебить. — Я уже пытался излечить эту дрянь, я сделал всё, что мог, — мужчина положил мне руку на плечо. — Не получится, — кажется, он дрожит. Конечно, никто не хочет умирать… Возможно, если он обратиться к лекарю, то… Но какие к чёрту лекари. Я не могу раскрыться и отвести его к магам. — Я хочу, чтобы ты заботился о моей дочери, как о самом главном сокровище в твоей жизни. И помогал жене после моей смерти…. — Конечно, — настроение было ни к чёрту…. Не лучшее знакомство с родителями, хоть всё и прошло гладко. — Пойдём. Нам нужно к девочкам возвращаться, — он уже давно докурил. — А не то, они могут что-то заподозрить.

***

Оставшуюся часть вечера я был менее активен, молчалив. Всё смотрел на Вику, пока она вела разговор, шутила. Возможно, мне вообще не стоило появляться в её жизни. Просто бы спас её, а затем исчез. Я вряд ли смогу сделать её счастливой. Но я, хотя бы, попытаюсь. Мы вышли, когда было уже темно, а на часах — за полночь. — Мама и Папа сказали, что одобряют наши с тобой отношения. Папа и сам старше мамы, он сказал, что ты серьёзный молодой человек, по тебе это видно невооружённым глазом. — Ага, рожа уголовная, — хихикнул я. — Ну, давай, мне интересно же. Неужели они говорили обо мне все десять минут, пока я ждал тебя? — приобнимаю её, прижимая к себе. — Нет. Папа высоко о тебе отозвался. Сказал даже, что ты надёжный… — Охх, — протянул я. — Это… так мило, — мы засмеялись. — Как насчёт того, чтобы слетать куда-нибудь, отдохнуть? — Я не против…. И вот, мы летим в самолёте на Кипр. Вика уснула, когда ей надоело смотреть в иллюминатор. Я же не мог уснуть. Что-то меня беспокоило… Но… Что?