Кукла

Маленькими шагами Райли идет в сторону палаты. Еще за углом она услышала шум и ускорила шаг. Она уже буквально вбегает в маленький коридорчик к палате и видит своих друзей, которые уже окружили лечащего доктора Майи. Через секунду Райли оказывается около них. — Молодые люди, все в порядке. Сейчас Мисс Харт в полном порядке и ей ничего не угрожает… Но Лукас перебивает его, сорвавшись на крик. — Почему тогда вы не пускаете нас? Доктор медленно выдыхает, пытаясь совладать с собой. У него сегодня была ночка не из легких. Он спасал жизнь одной маленькой блондинки, а сейчас надеялся хоть немного отдохнуть. Джош останавливает Лукаса, который начал сокращать расстояние между ним и доктором. Лукас переводит полный злобы взгляд. Но если приглядеться, то в них за пеленой злобы можно увидеть печаль и беспокойство. И никто не кричит на него. Никто. Потому что все понимают его. Даже Мэйбл, которой не очень нравится этот Лукас. А вот и она подошла. Она обводит всех взглядом и пробивается через всех прямо к доктору и быстро спрашивает: — Где она? Что с ней? С ней все в порядке? Можно к ней зайти? Вопросы слетают с ее языка быстрее, чем она успевает о них подумать. Заплаканные глаза с мольбой смотрят на доктора, и она даже не узнает его. — Ли? На лице доктора неподдельное удивление. Мэйбл несколько раз сильно моргает и сосредотачивается на его лице. И почему-то голос кажется предательски знакомым … В этот момент картинка увиденного передается в мозг, и Мэйбл в шоке отходит на пару шагов назад. Но она кивает. Еле заметно, но он увидел. Он прикрывает глаза и, выжав из себя весь воздух и снова вдохнув, тихо отвечает на общий вопрос: — Вы можете пройти в палату. И все влетают в палату, но Мэйбл не торопится. Она всматривается в лицо доктора, вспоминая события, при которых случилась их первая встреча. На глаза наворачиваются новые слезы, но Мэйбл продолжает держаться и уже, было, собирается зайти в палату, как доктор хватает ее за запястье и, резко притянув к себе, обнимает. Она утыкается лицом в его грудь, и сил не остается, чтобы сдерживать слезы. Она разрешает им вновь пролиться. Парень продолжает сдерживать ее в своих крепких объятьях, гладя ее волосы и вдыхая ее запах, который он запомнил, кажется, навсегда. Тот же запах ванили и корицы, впитавшийся в ее тело при работе в кафе. В это же самое время она чувствовала такой родной и уютный запах, присущий только ему, хотя последняя их встреча была уже давно. Но от него все так же пахло кофе без сахара. И никакого одеколона. Она простояла вот так в его объятьях около трех минут, после чего отошла от него на шаг и посмотрела ему в глаза. В те же самые глаза непонятного цвета. И снова она уходит от него в палату. Уходит от разговора, что не состоялся, и поэтому терзает душу этим двоим.

***

Она все так же лежит на больничной койке. Неестественно белая кожа будто сливается с белыми простынями койки, и сквозь нее видны четко-выраженные вены на локтях. Такая маленькая и хрупкая кукла, вся в проводах и трубочках, поддерживающих ее жизнь. Солнечные лучи пробиваются через большое окно, и ее пшеничные волосы, несмотря на состояние хозяйки, продолжают отливать золотом. Они заходят к ней в палату, и Райли, увидев лучшую подругу, быстро разворачивается и утыкается в плечо Фаркла, пытаясь сдержать слезы, а он просто гладит ее по спине в попытке успокоить ее и … себя. Его лучшая подруга, его сестра лежит в больничной койке, которая кажется невероятно большой для такой маленькой девочки. Она будто стала еще меньше. И сердце от этого больно сжимается. Смакла еле держит себя в руках. Разве Майя не хотела бы, чтоб ее друзья оставались сильными и стойкими? И, кажется, Смакла узнала о Майе больше, чем Харт позволила. Зэй пытался как-то разрядить обстановку. Но как это сделать когда губы дрожат, а руки трясутся. И он не выдерживает. Он не может смотреть на Майю в таком состоянии. Он не может смотреть на ту, что подружилась с ним в его первый день в этом городе. Он не может смотреть на эту блондинку с бойким характером в больничной койке с ранами на лице и болезненно-фарфоровой кожей. Он не выдерживает и выбегает из палаты, наткнувшись на Мэйбл. Пропустив ее и услышав ее тяжелый вздох, он закрывает дверь и садится на скамейку, держась руками за голову. Слишком больно. Она входит в палату на ватных ногах, на пороге столкнувшись с Зэйем. Его лицо не выражало ничего, кроме боли. Хорошо скрытой боли. И от этого ее уверенность летит в тартарары. Она бесшумно заходит в палату и видит Райли, уткнувшуюся Фарклу в плечо, Смаклу, что переплела пальцы с тем же Минкусом. Она увидела Лукаса, сжавшего кулаки, и Джоша, обхватившего свою шею руками, отчего вены проступили через кожу. И она увидела ее. Такую крохотную куколку, марионетку . Жаль, что кукловод этой девочке достался неудачный. Реснички, словно лучики солнца, еле дрожали. Ключицы болезненно выпирали из-под больничной туники. Такая хрупкая и такая невесомая. Наверное, поэтому все боятся к ней подойти, боятся, что, когда они дотронутся до неё, она расколется. И все стояли на месте. В палате стояла мертвая тишина, и лишь писк приборов и звук капельницы отбивался о стены, потолок и пол, эхом разносившись по палате. Послышались резкие шаги. Джош. Ему надоело стоять на месте. На месте, что так далеко от нее. Он хотел быть ближе к ней. Он подвинул стул к койке и сел на него. Дрожащими ладонями он взял ее за руку. По руке словно пробежал ток от ощущения холода ее руки. Он обдал ее горячим дыханием, и лицо Майи еле заметно дрогнуло. Тепло. Она не привыкла к этому чувству. Для нее всегда существовало лишь одно — холод. Джош смотрел на ее лицо, покрытое ссадинами, царапинами и ранками. Но она все равно была прекрасна, как и всегда. Не хватало лишь одного — улыбки. Той улыбки, что согревало сердце, несмотря на привычный холод хозяйки. Этой улыбки не хватало всем. — Вам в школу не пора? Все удивленно посмотрели на Джоша, чей голос от долгого молчания хрипел. Он повернул голову к ним и вопросительно вздернул брови. Ох, как же Лукас был зол в этот момент. И на Джоша, и на себя. Из-за них Харт сейчас в больнице. Никто этого не говорил им, но эти двое знали — это все они. И они винили друг друга и себя любимых. Мэйбл правильно поступила, отчитав их тогда. Она все правильно сказала. Они два идиота, что хотят прибрать счастье себе. И от этого становилось еще совестнее и больнее. Но, несмотря ни на что, он не хотел оставлять Майю с Джошем. Ну, уж нет. Но у Смаклы другие планы. — Майя не хотела бы, чтобы мы так страдали… Она бы сказала, чтобы мы взяли свои унылые задницы в руки и жили, как раньше. Все засмеялись. Даже Райли сквозь слезы. Она отстранилась от плеча Фаркла, посмотрела на секунду в его глаза, и он утвердительно кивнул. Она, натянуто улыбнувшись, повернулась ко всем и, поджав губы, закивала. — Именно так она бы и сказала, — севшим голосом произнесла девушка, в какой-то степени поражаясь тому, насколько сильно Смакла узнала и…поняла Майю. — Пошлите. Мы еще можем успеть на несколько уроков. Посмотрев на лучшую подругу еще один раз, Райли вышла из палаты и быстро села на скамейку рядом с Зэйем. Он одобрительно ей улыбнулся и похлопал девушке по плечу. — Все наладится… — и оба не могли понять, для кого были эти слова, но Райли ответила: — Я знаю. Вслед за Райли вышли и остальные. Остались лишь Мэйбл и Джош. Райли, взглянув на Лукаса, сразу отвела взгляд, поняв, что им предстоит очень сложный разговор. Собравшись с мыслями, она встала со скамейки. — Идем? Все кивнули в ответ.