similar but different

Пьетро весь день нервно ходит по камере. Иногда смотрит на друзей, что попадают в поле его зрения, но те спокойны. Либо лежат на твёрдой койке, закрыв глаза, либо же сидят и пальцами отстукивают какую-нибудь мелодию, при этом их стеклянный взгляд направлен в пустоту. Никто не беспокоится так, как Максимофф. Как будто лишь он один знает про предполагаемый побег, не имея возможности рассказать другим. Парень, в надежде успокоиться, ложится на кровать. Так, по мнению тюремщиков, называется большая полка, прикрепленная к стене. Она очень неудобная и жесткая. Одеяло не греет, а металлические стены камеры обжигают холодом. Но несмотря на всё это, Пьетро засыпает. Он слишком утомлен несколькими бессонными ночами и эмоциями, что терзают его душу, словно волки разрывают плоть. Он выдохся из сил морально. Для него это пытка - испытывать столько в одной голове. Он просто не может нести в себе эту ношу, будто мешок в несколько тонн. Нет, он не такой сильный, как все думают. Это только "побочный эффект" мутации. На деле же он обычный человек, которому жизненно необходим сон. Хотя бы пару часов. Пусть и в столь важный и волнительный момент. Он спит с чуть приоткрытым ртом. Губы немного шевелятся, будто что-то говоря, грудь ритмично поднимается и опускается. Под голову подложена, как подушка, ладонь, вторая же рука лежит вдоль тела. Колени согнуты из-за недостаточной длины койки. Синяя одежда заключенного его не согревает, поэтому он съёживается, походя на котика, свернувшегося в клубок. Ещё чуть-чуть, и замурчит. Наверное, от хорошего сна, которого долго не было, ведь постоянным спутником ночью были кошмары. Они заполняли все восемь часов темного времени суток, заставляли просыпаться в холодном поту с учащенным сердцебиением. Его дыхание прерывистое, словно парень пробежал много километров. Он считает, что двух часов хватит для сна, что он проснётся где-то в полчетвёртого. Но он ошибается. Проходит около семи часов, когда звенит сирена, будя своим режущим звоном заключенных и охранников. Пьетро быстро соскакивает с постели, протирая глаза от остатков сна. Не успевает он полностью вникнуть в ситуацию, как металлическая дверь открывается: что-то вихрем врывается в его камеру и с почти невидимой голубой вспышкой переносит в неширокий коридор. На мгновение - всего лишь ничтожные доли секунды - он думает, что способности вернулись. Что сейчас он снова побежит со скоростью, невозможной для обычного человека, сбежит с сестрой далеко-далеко, чтобы никто не смог найти их. Но сознание отрезвляет неприятное ощущение тяжести браслета на шее. Прикосновение чьей-то руки к затылку заставляет Пьетро обернуться, но тот видит только слабый след, тянущийся назад к тюремным камерам. Дальше рядом с ним появляются остальные заключенные - один за другим, пока все они не оказываются освобождёнными. Парень видит Ванду, хочет подойти к ней, но ему мешают. Браслет дергают назад, чуть ли не душа его, но внезапно удушье прекращается, открывая шею, - теперь уже бесполезная железка со звоном падает вниз. Пьетро чувствует, как по телу проливается волна энергии, беспомощность исчезает, оставляя после себя лишь горстку воспоминаний. Рядом стоит сестра. Не колеблясь ни минуты, он обнимает её, крепко-крепко. Будто сейчас она словно призрак испарится, а Пьетро проснётся в том сером безжизненном мешке с решётками. Девушка с растрепанными волосами слабо улыбается, на шее слабой фиолетовой полоской обвивается след от такого же браслета. - Ты как? - спрашивает, хоть и знает ответ. - Всё в порядке, - Ванда шепчет, хрипя, то ли от простуды, то ли от того, что всё время совершенно не говорила. Её взгляд упирается во что-то позади него - Пьетро оборачивается. Там стоит та охранница, только уже не в форме, а в обыкновенных джинсах и толстовке с капюшоном. Он накинут на голову, а волосы под ним заплетены всё в ту же косу. Она внимательно смотрит на часы, отсчитывая время, будто ждёт чего-то. Через пару секунд они пиликают, и свет выключается, но глаза Пьетро быстро привыкают к темноте. Выключаются и двигатели. Максимофф чувствует ногами, как подводная тюрьма движется, - наверное, вверх, а может и вниз. "Не успел выйти из тюрьмы, как сразу же умру," - столь пессимистичная мысль пролетает в голове мутанта, прежде чем силуэт незнакомки исчезает, а следом и другие, пока не остаётся лишь он один. Ненадолго, потому что девушка хватает его за ладонь и громко кричит: "Бежим. Сейчас запасные генераторы включатся." Дальше всё помнится смазанной картинкой. Девушка со скоростью, слишком большой для обычного человека, немой возглас удивления и ворчание на медлительность парня. Где-то через несколько мгновений им всё же удаётся пробраться сквозь стену людей и достичь крыши, где стоит квинджет. Там около него отбивается команда в полном составе. Как только Максимофф с девушкой быстро добегают до ребят, джет с громким шумом исчезает в тучах. Они летят, наверное, час или больше. Все переоделись из тюремной одежды тёмно-синего цвета в свою старую. Роджерс обнимает товарищей, но ничего не говорит о странной незнакомке, хотя взгляд часто мечется к ней. Некоторые, успевшие задремать, прислоняются к железу, укутавшись в тёплые пледы. Среди них была и Ванда. Девушка, что вызволила их из «Рафта», сидит, напряжённо уставившись в экран ноутбука. Перебирая пальцами по клавиатуре, она быстро печатает в такт еле уловимой музыки из её наушников. Пьетро подсаживается рядом. Он глядит на её лицо, нахмуренные брови, светлую косу, завязанную чёрной резинкой. - Что? – спрашивает она, не глядя на парня, затем выдергивает один наушник из уха и продолжает печатать. Стук клавиш перемешивается со звуком двигателей, но всё равно кажется слишком громким, способным разбудить всех своим нервным быстрым бряканьем. - У тебя такие же способности, что и у меня, - Пьетро хмурится, желая узнать правду, но получает лишь измученный вздох. Девушка мрачнеет, игнорируя реплику. - Как? Она ничего не говорит, только сжимает губы в тонкую полоску. Одной рукой она теребит кончик косы, а другой сворачивает программу. Тёмный экран с зелёными буквами исчезает, и на его месте появляется фотография. Девушка выключает ноутбук и закрывает его, убирая в рюкзак. Она сильнее укутывается в синий плед и ложится на скамейку. Незнакомка вытягивает ноги, чем заставляет Максимофф подвинуться. - Может, хоть имя скажешь? – в голосе мутанта звучат насмешливые нотки. Его немного забавляет поведение девушки, то, как она кладёт ладони под голову, по-детски сжимает плечи и сутулится. Пьетро вздыхает и поднимается. Но тихий шёпот заставляет его слегка улыбнуться. Чуть шевелящиеся губы произносят «Кларк». Максимофф подходит к Стиву, который сидит в кресле пилота. Его руки спокойно лежат на пульте управления, на нём нет костюма, который он носил на всех миссиях, и щита, как ни странно, тоже нет. Роджерс выглядит помятым, - если не боями, то жизнью. - Тебя заменить? – мутант немного наклоняет голову, глядя в тёмную пустоту за стеклом. Следом взгляд падает на небольшой экран, светящийся так ярко, что режет глаза, привыкшие к слабому свету внутри джета. На нём чёрными буквами написан город, являющийся их конечной точкой назначения. - Нью-Йорк? – парень удивлённо поднимает бровь. – Разве они сразу не подумают, что мы там прячемся? - Нет. Квартирка находится почти на самой окраине города, в самой глуши, - кэп поднимается с кресла, и Пьетро садится, кладя руки на пульт управления. За передним стеклом проплывают серые облака, закрывающие собой ночное небо. – А потом Бартон улетит на джете и спрячет его, чтобы никто не проследил, куда мы летим. Пьетро кивает, слыша краем уха звуки отдаленных шагов Роджерса. Парень смотрит на навигатор. Путь красной пунктирной линией обвивается вокруг большого города и прерывается в северной части Нью-Йорка - до него осталось немного. Вдали, на самом горизонте, уже начинает светлеть полоса неба, где выделяются черные силуэты небоскрёбов.