Чего не ждать, когда не ждешь ребенка

Чарльз просыпается, и первое, что он видит, это лицо Рейчел в шести дюймах от него. "Хм", — пока все, что он в состоянии вымолвить. С тех пор, как Рейвен стала его сестрой, она не воспринимает это все всерьез. Она прекрасно знает, каков он при первых лучах солнца, поэтому мутантка просто ждет, рассматривая хорошенько его лицо. "Доброе утро", — говорит Чарльз. Он чувствует себя ужасно плохо: по всему телу разносится боль, одежда невыносимо грязная. И о чем он только думал, когда ложился спать в летном костюме. "Тебя сейчас стошнит?" — Рейвен спрашивает заботливо. "Определенно после этого вопроса", — произносит Чарльз и, как никогда вовремя, добирается до ванной. Рейвен подает ему стакан воды, когда весь процесс более или менее прекращается. Он полоскает водой рот, все еще сидя на коленках перед туалетом. "Ты мог бы все рассказать мне", — говорит Рейвен. Она выглядит немного задетой, немного печальной. "Я не думал, что тебе был нужен повод отвлечься от важного дела", — Чарльз говорит, и когда смотрит в зеркало, Рейвен выглядит рассерженной. "Ты не можешь…ты не можешь продолжать делать это, Чарльз. Ты не можешь больше принимать решения за меня", — ее тело приобретает естественный синий цвет. "Мне жаль, — говорит так мягко, как надо. — Я собирался тебе рассказать. Я имею в виду, как только я разузнал, как все это произошло. Это не совсем, ты знаешь…" "Нормально? — она приседает на один уровень с Чарльзом, обнимая одной рукой его плечи. — Мы никогда не были нормальными, Чарльз". Он вздыхает и награждает ее слабой улыбкой: "Одной мутацией больше, одной — меньше, не правда ли?" Она поглаживает его волосы пальцами. "Приведи себя в порядок и спускайся вниз. Там ждет тебя завтрак, а Эрик уже сделал две чашки кофе". Чарльз стонет и направляет свою голову опять в унитаз. "Я не могу спокойно болеть?" "Двадцать минут", — уверенно говорит Рейчел и закрывает дверь от ванной за собой. Он опять вздыхает и начинает снимать свой летный костюм. *** Когда он входит в комнату, Эрик резко встает и передвигает стул ближе к нему, выглядя нетерпеливо. Чарльз искренне желает развернуться и уйти обратно наверх, но Рейвен уже спешит с тарелкой еды, так что… Уже нет смысла создавать более неловкую ситуацию, чем есть сейчас. Он садится и разрешает Эрику помочь пододвинуть ему стул, но так ничего и не может поделать с пылающими от стеснения ушами. И потом Эрик подходит и наливает ему в чашку такое количество молока, в котором нуждается Чарльз, когда чувствует себя не очень хорошо, и садится перед Чарльзом, не проронив ни слова. Все направляют свои взгляды на них. Чарльз все еще не может с этим смириться и решает просто кушать какой-то тост с надеждой, что он усмирит его живот. "Тебе понадобится доктор, — Хэнк проговаривает на другом конце стола. — Я имею в виду акушера. Я не достаточно квалифицирован для…" "Хэнк, я с уверенностью могу заявить, что никто на этой планете достаточно квалифицирован для этого, — говорит Чарльз, его тон немного резче, чем задумывалось". "Тогда мы сделаем все возможное, и они будут учиться быстро, — Эрик произносит решительно. Он устремляет свой взгляд на тарелку Чарльза. — Ешь это". Чарльз хмурит брови, потому что ничего не надо было ему подсказывать, а еще Эрик никогда не был таким заботливым, на публике или где-либо еще. Он не может сказать, что винит детей в том, что они так удивлены его беременностью — не только частью, где именно про беременность, а вот той частью, где он и Эрик чем-то занимались летом, что могло привести к беременности. В том, что они были отличными друзьями, никто не сомневался — Эрик забирался в спальню Чарльза поздно ночью в меньшей степени по своему желанию. "Я чет не понимаю в чем проблема, — Алекс говорит Хэнку с забитым ртом. — Ты не можешь просто прочитать доктора Спока (1) и покончить с этим?" Все за столом поворачиваются к нему. "Ты читаешь доктора Спока?" — Шон спрашивает недоверчиво. "Слушай, не так чтобы у тебя много вариантов в тюрьме, что можно почитать. В любом случае, доктор Спок считает, что женщины знают намного больше о детях и всеми вещами, что с ними связаны, чем наука. Так что не переживай по этому поводу". "Женщины, — говорит Чарльз, его головная боль начинает возвращаться. — Не я, Алекс". Алекс заглатывает еще больше еды в рот. "Дети же чувствуют перед тем, как рождаются, не так ли? Ты просто не можешь проверить разок как там, убедиться, что все в порядке?" Чарльз открывает свой рот и тут же его закрывает. "Было бы безопаснее ограничить контакт к людьми, — произносит Эрик. Он протягивает Чарльзу еще одну чашку чая". "Эрик", — Чарльз шипит. Эрик смотрит на него ласковым взглядом, но в тоже время и нераскаянным. Хэнк пожимает плечами и выглядит больше, чем просто напуганным, но все же произносит: "Я сделаю это. Я имею в виду, пока вы не будете возражать". Чарльз сейчас где-то между переубеждением Хэнка и испытанием панической атаки. У самого Хэнка страх понемногу уходит, и Чарльз решает посмотреть украдкой на Хэнка, чтобы убедиться, что он не переоценивает свою возможность выучить основы акушерства за короткое время. Шокирующий смешок слетает с его губ. "Хэнк, не будь глупым — конечно, ты можешь провести физическую проверку, почему ты думаешь что…" Он переводит взгляд на Эрика, который смотрит на Хэнка сверху вниз в мертвой тишине. "Эрик, серьезно, — Чарльз закатывает глаза. — Ну что ж, Хэнк, я уверен, что мы оба…многому научимся". Он награждает Хэнка самой подбадривающей улыбкой, на которую только способен, но Хэнк только лишь напряженно глотает и кивает. Эрик все свое внимание возвращает обратно к Чарльзу, наблюдает за тем, как он ест с таким отвлекающим количеством интереса, что Чарльз однозначно бы закричал на него, он действительно так сделал бы, но тут неожиданно выясняется, что по-настоящему голоден.