Мрачное помешательство для мертвых

Обычно, я приезжаю домой после посиделок в баре полнейшим дерьмом, который, засыпая на ходу, падает в прихожей не имея способности снять ботинки. Там же, кстати, частенько и проваливался в сон. Но этой ночью я спокойно зашел в квартиру. Посмотрел на себя в зеркало и презренно хмыкнул. Где мое опьянение? Я спокойно разделся, без проблем дошел до кухни, даже заварил себе чай. В ожидании сна начинаешь творить безумные вещи. Вот и я, расхаживая по квартире, ждал, пока меня настигнет сонливость или хотя бы усталость в теле, от которой хочется зевать и бесцельно лежать на кровати. Свет в квартире был выключен. Так становилось уютнее, да и глаза не слезились. От чая мне стало дурно. Я вылил его в раковину, ссылаясь на то, что я и так выпил слишком много алкоголя. Все не лезет в глотку, так и не поймешь, либо настроение переросло в грусть, что мешает мне есть и пить, либо я заразился смертельной болезнью. И что самое смешное, я не хочу думать о том, как побороть такое состояние. Мне, вроде, хорошо и, вроде, отвратительно. Погрузившись в мысли, я не заметил, как дошел до ванной, все так же не включая света. Видел я прекрасно. Даже подозрительно прекрасно. Я видел очертания предметов в помещении, мог проходить мимо вещей, не задев их, как это обычно случается со мной. Выдохнув, я сел на бортик ванной. Но тут же скатился вниз. «Раз овечка, два овечка». Время шло. За стеной я слышал хихиканье соседей, видимо, таких же полуночников. Я лежал в ванной и молча смотрел в потолок. В этот момент меня терзал самый важный вопрос, который возник после подсчета двести пятьдесят шестой овечки. Где же мой сон? И не то чтобы я славился бессонницей, создавая со второй личностью сомнительные клубы, я мог совершенно спокойно проводить ночи в обществе книг или девушек, но в то же время спать как младенец до самого обеда; но меня ужасно напрягал тот факт, что при всей моей усталости мозг работал на все сто и не собирался сдавать свои позиции на поле боя под названием сонливость. Овечки тут не помогут. Я все так же лежал в холодной ванной, размышлял о своём здоровье и о жизни в целом. Схожу ли я с ума или Макс был прав, я коснулся дна своей никчемной жизни и испугался. Испугался перемен и ответственности, которые должны лечь мне на плечи, чтобы наконец измениться к лучшему. Я потянулся к стиральной машинке, взял сигарету и пододвинул пепельницу поближе. Если уж сознание не просит отдыха, то я заставлю его отключится. Две пачки сигарет и мысли об овечках. У меня впереди замечательный остаток ночи. Я затянулся и тут же блаженно выдохнул, испустив тихий стон. Для меня оказалось неожиданностью по-новому ощутить вкус табака, я словно влил в себя огромную цистерну с мышьяком, успев при этом умертвить все клетки тела и вновь заставить их работать. Дым застрял глубоко в легких и я мог чувствовать, как он засел там, медленно впитываясь в них. Удивленно глянув на сигарету, я закурил вновь. Все те же острые ощущения поразили меня, оставив неимоверно крепкий привкус каждой гадости, что напичкана в подобных изделиях. Но постепенно с каждой новой сигаретой ощущения притуплялись; мозг работал по-прежнему; в момент, когда закончилась вторая пачка, я полностью пришёл в себя, осознав, что наделал и подскочил к зеркалу, ощущая прилив сил. Где последствия того, как я выкурил сорок сигарет за раз? Мне наоборот, стало настолько легко и весело, что я рассмеялся, глядя на свое отражение в зеркале. Но как только я сделал пару шагов к выходу, как резкая боль в виске разорвала связь с миром и я, оказавшись в полнейшей темноте, стал нервно хлопать глазами. Замечательно. Теперь я ослеп. Включать свет было бессмысленно, я с силой нажимал на выключатель, но не видел изменений. Лучше бы так и лежал и считал овец в надежде на сон. Тогда я вытянул перед собой руки и направился вслепую в гостиную за телефоном, чтобы позвонить хоть кому-нибудь, кто смог помочь мне в этой слегка запутанной ситуации. Однако, на подходе к двери гостиной, я наткнулся на что-то мягкое, оно коснулось моей щеки и я мгновенно отключился, потеряв сознание. *** Огромный черный ворон пролетел над моей головой и опустился на ветку безжизненного иссохшего дерева с давно уже опавшей листвой. Птица грозно каркнула и уставилась на меня. – Это сон или продолжение моих будней? Если что, меня таким не напугать — это мое обычное состояние, – с опаской произнес я, оглядываясь вокруг. Это место было похоже на небольшую поляну посреди леса, окутанную серым туманом. Ноги мои почти до колен скрывала дымка, но я чувствовал, как стою на размокшей от дождя земле, чуть ли не поскальзываясь на ней. На ночном небе была лишь огромная полная луна, неестественно освещая все своим тусклым светом. И пока я осматривался, к ворону подлетел еще один, а потом еще и еще. Они заполоняли лес, окружали меня, садились на деревья и пристально глядели на меня. И вдруг я ощутил всепоглощающий страх, который сковал мое тело и я, как одурманенный чем-то тяжелым, побежал вглубь леса. Я бежал и все яснее замечал какое-то здание вдали, деревья будто расступались передо мной, приглашая в эту мрачную обитель и я бежал все быстрее, пока резкий женский не раздался у меня в голове. Я схватился за голову и закричал. Очнулся я на диване в гостиной. Перед глазами все двоилось и кружилось, потому я в бессилии упал на подушку, пытаясь сосредоточиться. В комнате было еще темно, но я явно ощутил чье-то присутствие. Карусель не унималась, но я вдруг сложил картинку и передо мной возникла изящная фигура женщины, которая медленно подходила ко мне, широко улыбаясь. – Послушай меня, – бархатным голоском пропела она. – Опиум, чтобы уснуть, абсент, чтобы забыться. Ты отдыхай, – она коснулась моего плеча и я заметил, что стоит она в костюме медсестры, явно взятый из секс-шопа. – Извините, а вы кто? – только и смог я сказать, глядя на сие чудо. – Я сплю? – Возможно, – тепло улыбнулась она. Женщина оставила на столике пачку каких-то таблеток и спокойно, помахав мне рукой, вышла из гостиной. Теперь я совсем не удивляюсь своим приходам. Если у меня начались галлюцинации, то это верный признак того, что моя жизнь пошла под откос и пора забивать гвоздь в собственный гроб. Я потянулся к пачке и, взяв оттуда одну таблетку, проглотил ее. Повернулся на другой бок и закрыл глаза. И через мгновение тут же заснул.