Лента для волос

Мне никогда не нравились контрольные и тесты. Одни скучные конкретизированные вопросы, одни формулировки. Никакой свободы творчества! Ладно, признаю, мною управляет лишь желание великой «халявы», но сами подумайте. Всё, чему мы учимся – магия. Для магии нужна концентрация. Для концентрации – свобода разума. Для свободы разума – отсутствие ограничений! А нас тут вместо практики заставляют черт те знает что делать. Вот откуда я знаю, в каком году была собрана седьмая Магическая конференция, ставшая известной благодаря принятию поправки о Неграниченности? Чем мне это поможет при встрече с плохими магами? Разве что отправление на тот свет приблизит, если я начну рассуждать о «плюсах и минусах отмены закона об объединении». Чертова ненужная теория. С горьким вздохом я облокотился на парту, окидывая взглядом класс. У всех в голове – пу-усто… Ха, по крайней мере, не один я страдаю. Стало интересно прочитать мысли парня, сидящего передо мной и справа, с отсутствующим взглядом – всегда интересно, о чем думают люди, уставившиеся бесцельно в пространство. И… едва не рассмеялся, когда в голове эхом раздалось… какое-то гудение, смешанное с неизвестной мне музыкой, годной разве что для вальса. Интересные мысли, однако. Скучно. Заваливать работу не хочется. Блин, знал бы – свалил бы всё на больную голову и ушел бы досыпать, а мне бы вслед неслись сочувственные взгляды… а профессор Мэримель ведь раза три спрашивала, точно ли я готов! Вот черт. В голову пришла еще одна идея. Сначала отмахнулся от неё, как от прокаженной, но потом задумался – почему бы и нет? Других вариантов при себе не имеется, вместо знаний – чистый энтузиазм, а новый дар тоже надо отрабатывать. Ладно, терять мне всё равно нечего. Вроде. Пока. Надо попробовать осторо-ожненько… - Профессор, разве у нас было на уроках что-то про Латьенскую конференцию? Тут вопрос, в каком году она впервые собиралась, но я что-то подзабыл, видимо. Или правда не было? – усомнился я, внимательно глядя на преподавательницу. Та нахмурилась. - Было. Мы посвятили этому целую лекцию. «- В 1749, я говорила три раза, неужели трудно запомнить хотя бы важные даты?» Есть! Я, конечно, жульничаю, но… черт, этот дар мне начинает нравиться. - Извините, профессор Мэримель, - я невинно улыбнулся и под подозрительным взглядом преподавательницы склонил голову, изображая тяжкие мысленные потуги над работой. Та, по-видимому, успокоившись, продолжила медленно прогуливаться по классу. И чего им на месте не сидится… Впрочем, мне теперь никакая шпаргалка не нужна. Но не спрашивать же подобным образом каждый вопрос? Дело снова зашло в тупик. Один вопрос меня не спасет. Черт, ладно, попробую сделать всё, что помню, а остальное останется на совести великого и беспощадного «наугад»… С последним вопросом мне повезло: «Расскажите о взаимодействии каждой из Шести стихий друг с другом». Расписывать, конечно, много, но… Это из разряда того, что мы учили с первого же года обучения, ибо это правило составляло фактически суть всего того, чему мы обучались, и знать о взаимодействии стихий – обязанность даже самого последнего бездаря (но к таким я себя, к счастью, не отношу). Итак, что у нас имеется… Для облегчения задачи я начертил небольшую схему – благо, в этом задании это разрешилось. Стихии обозначил простейшими знаками, коими их отмечали в учебных пособиях: огонь – три волнистые вертикальные линии, вода – горизонтальные; воздух – одна закрученная линия, напоминающая своей формой взметнувшийся вихрь, земля – горизонтальная линия, согнутая тремя простыми треугольниками; жизнь – круг, в центре которого точка, смерть – пустой треугольник. Задумчиво осмотрел результат «работы». Вроде бы всё и просто, но запомнить все схемы были сложноваты… Просто запомнить, что огонь и вода, воздух и земля, жизнь и смерть – стихии-противоположности, и заклинания этих стихий совмещать категорически запрещалось – результат всегда был непредсказуемым. Противоположности сосуществовали, но никак не могли контактировать друг с другом. Далее. Одна из этих противоположностей по определению имеет преимущество над другой. Я провёл три стрелки – от воды к огню, от воздуха к земле, от жизни к смерти. Вода, воздух и жизнь имеют незначительное, но превосходство над другой стихией, ибо по законам магического мироздания противоположности не могут быть одинаковы ни в чем, даже по силе. Но и на них есть управа – так, огонь может «осушать» жизнь, земля впитывает силы воды, а смерть может сковать воздух. Что еще… воздух может усиливать силы огня, вода с воздухом – родственные стихии и при взаимодействии могут создавать «подстихию» льда, жизнь прекрасно контактирует с землей, в то время как смерть черпает силы от неё, огонь способен «выиграть раунд» у смерти. Наверняка что-то забыл. Вроде бы и просто, но, черт, запомнить и нарисовать все эти стрелки, что с чем и как… О-ох. С урока я уже вышел порядком помятый. Помчался было на обед, но… вспомнил, что впереди еще нейтральная магия. Досаде не было предела – как и злости на свой склероз. Горестно вздохнув, я повернул в соседний коридор – класс нейтральной магии был в другом конце. Чем интересна Нейтральная магия? Она включает в себя заклинания, которые могут использовать представители каждой стихии. Проще говоря, они доступны всем. Это простецкие заклинания вроде увеличения-уменьшения предметов, телепортации на совсем небольшие расстояния, изменение структуры предметов и жидкостей (превращение воды в сок, например), и прочие житейские мелочи. В нейтральной магии нет боевых заклинаний, поединки – удел стихий. Но нынешние именитые маги вовсю стараются придумывать новые заклинания, надеясь задействовать и Нейтральную магию в бою, кто-то всерьез считает и разрабатывает теории, что Нейтральная магия способна на Всеразрушение – то, что неподвластно ни одной из стихий, каждая из которых имеет свои слабости. К царившему теперь вокруг Нейтральной магии ажиотажу я отношусь весьма скептично. Впрочем, я не ученый маг, чтобы с ними спорить – мне мои нервы дороги. Но на уроках по нейтральной магии я внимал с особой жадностью, несмотря на то, что профессором был как раз один из тех фанатиков, кто считал этот вид магии особенным, и, брызжа слюной, весь урок готов был доказывать концепции и признаки уникальности Нейтральной магии. Чаще всего на это я морщил нос и утыкался взглядом в учебник – к сожалению, давно уже уяснил для себя, что в данном случае в нем куда больше полезного, чем в лекциях профессора. К Нейтральной магии, несмотря ни на что, я испытывал неоднозначный интерес – и владело этим интересом лишь жадное желание силы; больше буду знать – больше буду уметь, а значит, буду сильнее. Авось когда-нибудь и с некромантом справлюсь – ходят среди нашего факультета глупые легенды, что магу Воздуха еще никогда не удавалось победить мага Смерти. «Счастливцы», кто проходил через поединок с некромантом, все как один рассказывали о непонятном ощущении, появляющемся, едва начинался бой; будто их сковывал неведомый холод, да так, что кровь стыла в жилах, и даже руку невозможно было поднять – не то что заклинание использовать. Всю их магию будто «замораживало» - такова была сила Смерти против Воздуха. К этим рассказам я, как и многие мои собратья по стихии, не прошедшие через подобный поединок, относились едва ли не презрительно, но я всё же задумался – неужели власть Смерти над Воздухом и вправду настолько сильна? Не может быть, чтобы не существовало иных способов победить некромантов! Тогда-то я и решил сосредоточиться на изучении Нейтральной магии – не забывая, конечно, и про свою стихию. Ошибка многих моих сокурсников в том, что почти каждый не принимал Нейтральную магию всерьез, называя её пренебрежительно «бытовой» магией, однако не стоит забывать и о том, что жизнь преподносит порой странные сюрпризы… и заклинание поднятия мелких предметов может однажды спасти жизнь. Видимо, в мире магической науки что-то произошло, потому как профессор, едва появившись на пороге, начал взахлеб доказывать что-то явно удивленным ученикам. Как только я понял, что ничего полезного из этого словесного потока не вынесу, весь оставшийся урок я потратил на то, что пытался преобразовать квадратную бронзовую пуговку на своей мантии на круглую золотую. Хотя, поняв, что золото не подойдет к моей мантии, я изменил решение, и стал дергать пуговицу с двойным усердием, пытаясь добиться её видоизменения в сапфир. Получилось в итоге плохо – пуговица лишь едва заметно посинела и, кажется, стала немного круглее. С урока я вылетел одним из первых и уже с чистой душой поспешил на обед, надеясь перехватить у входа в обеденный зал Сандри. Учеников снова стало немереное количество, и весь путь я старательно возводил глаза к потолку. Выглядел, наверное, как идиот. Но что еще прикажете делать, если лезть просто так в головы кому попало меня совершенно не вдохновляло? Наслушался уже, понял, что подавляющее большинство ничего, кроме их проблем, меня не интересующих, не волнует. А на что я, впрочем, надеялся? Что найду в первой же голове формулу абсолютной силы? Как показала практика, в головах прохожих обычно не содержится ничего интересного, нежели ты со стороны о них думаешь. Да и после этого насыщенного утра я только сейчас стал ощущать болезненную потерю энергии, заставившую меня теперь насторожиться. Дурак, не стоило быть настолько фривольным!.. И ребенку ясно, что любому дару требуется энергия для осуществления – магические силы человека. Вот и дар, «присосавшись» ко мне, неспешно питался моей энергией, а я это заметил только сейчас. Это вызывало серьезную проблему. Если я не хочу тратить бесценную энергию попусту, чтобы весь день ходить как высушенная вобла (что, безусловно, заметят преподаватели и поднимут тревогу), мне предстоит или как-то совладать с новым даром, или носить эту дурацкую черную повязку на глаза при первой же возможности. Второе меня совершенно не вдохновляло. Но первое казалось неосуществимым. Хотя… в библиотеке можно попробовать что-нибудь поискать. Черт, придется теперь ковылять в библиотеку… Нахлынувшие проблемы стали для меня тяжким грузом. Сандри-Сандри-Сандри-Сандри… где же он? Всякий раз, когда я оказывался в не самых радостных ситуациях, он поддерживал меня, где-то помогал, а пару раз даже спасал. Правда, всё, что было, по сравнению с этой ситуацией – детский лепет… И поэтому Сандри сейчас был необходим как никогда. Но в холле его не оказалось. Оглядевшись и не увидев знакомой фигуры, я заглянул в обеденный зал – и там его не было. Поднялся по лестнице и стал осматривать холл сверху, надеясь увидеть приближающуюся фигуру. Но сквозь толпу мелькающих учеников друга не было видно. Внутри стали закрадываться смутные подозрения. Нет на обеде, хотя время уже обеденное, и обычно он их не пропускает… если только… если только в его больную голову не пришла очередная бредовая идея. Как я и говорил выше, я не из тех, кто закрывает глаза на правду и придумывает отговорки. Поэтому, едва подозрения укрепились, я молнией бросился наверх, на пятый этаж, в жилую часть замка. Через два пролета понял, что геройствовать – неблагодарное дело, и сменил бег на медленную ходьбу, пытаясь отдышаться. В итоге в нужный коридор я попал только минут через десять. Быстрым шагом пройдя несколько дверей, я резко постучал в одну из них. - Сандри, я знаю, что ты здесь, открывай! Тишина. Пожав плечами, я резко толкнул дверь, прошептав отпирающее заклинание (не срабатывает против заговоренных замков и дверей с очерченной магической защитой). Открывшееся передо мной зрелище удивило настолько, что я застыл на пороге. И нет, челюсть не упала на пол, как приличествует в подобных ситуациях – захотелось лишь закрыть лицо рукой. Сандри сидел посреди комнаты, в окружении невесть откуда взявшихся камней различных форм и размеров. Когда я вошел, некоторые из них висели в воздухе прямо над ним. Видимо, я отвлек его своим появлением, и камни резко обрушились на многострадальную голову друга, вызвав болезненный вскрик, после чего исчезли с негромким хлопком, сразу отвечая на мой вопрос о том, откуда они были взяты – сотворены магически, не иначе. Сандри – маг Земли, у них подобные штуки на раз-два делаются. - Ты что творишь? – задал я логичный вопрос, наблюдая за потирающим затылок другом, который болезненно морщился и тихо шипел себе что-то под нос – и, судя по его мыслям, он костерил проклятые камни по чем свет, и их предков до десятого колена. Мда-а. Больше тут сказать и нечего. Я всё-таки закрыл глаза рукой, но лишь затем, чтобы избавить себя от чтения мыслей друга хотя бы на пару минут. Наконец, Сандри поднял на меня хмурый взгляд. И в этот момент я с удивлением увидел в его глазах какое-то странное оживление. - Подумай о чем-нибудь, - потребовал он. Я лишь воззрился на него, как на обремененного некоторыми умственными необходимыми для жизнедеятельности функциями человека. В общем, как на идиота. Что он опять задумал? - Ну? – снова воззвал ко мне он. - Я уже сто раз подумал и один раз озвучил, - ответил я, скептически осматривая оставшиеся лежать вокруг него камни. - Черт, - обреченно выдал Сандри. И с грустным вздохом дематериализовал оставшиеся камни. – не сработало. - А что ты хотел сделать-то? - Ну, я тщательно проанализировал произошедший с тобой случай и пришел к выводу, что, может, приблизительное повторение той ситуации станет открытием, способом получения чтения мыслей… - Стоп, - прервал я его с нескрываемым изумлением, - То есть, ты считаешь, что если хорошенько треснуться головой об камень, то получишь дар? - Ну, с тобой же это как-то сработало, - Сандри, кажется, смутился. А мне в третий раз захотелось закрыть лицо рукой, которую я как-то незаметно опустил. - И-ди-от, - одним словом прокомментировал я. Ну, теперь можно начинать меня жалеть. Как обладателя такого… просто такого друга. - А между прочим, эта теория имеет смысл, - бодро возвестил он меж тем, поднимаясь с пола и подходя ко мне. – Просто её надо доработать, я наверняка не учел некоторых моментов. - Ага, ты всего лишь не подорвал себе комнату, - скептично отозвался я. - Не думаю, что стоит прибегать к таким крайностям, но некоторые детали взрыва… хм… - он замолчал. « - Если соединить пару заклинаний и вызвать имитацию взрыва – тут мне понадобится магия огня и, желательно, воздуха – и воссоздать точную копию тех осколков, то воссоздавшаяся картина позволит мне…» - его мысли бежали настолько бодро, что я отвел глаза, решив, что оставлю «прополку» мозгов друга на потом. - Пойдем, мы на обед уже опаздываем, - окликнул его я, дернув друга за рукав. Тот вздрогнул, очнувшись от своих безумно важных размышлений, и посмотрел на меня слегка мутным взглядом. - А, да. Пошли, чего стоишь! И бодро погнал вперед, потянув меня за собой. Мне оставалось лишь мысленно задать вопрос, кто из нас тут до этого стоял. До холла первого этажа мы дошли бодрым шагом – настолько, что я к концу уже заметно запыхался, проклиная друга всеми цензурными словами. То с места его не сдвинешь, то не остановишь… Эх, и кому мне пожаловаться на свою тягостную судьбу и на этого балбеса? « - … здесь… Давно хочу подойти, но боюсь как-то… черт, надо хотя бы сказать, а то не дело это – каждый день со стороны пялиться, не зная даже имени…» Удивленно моргнув, я снова посмотрел на Сандри. Э-э, это точно его мысли? Да, похоже, его. Ему, похоже, кто-то сильно нравится. Стоп. Сандри влюблен? Сандри-то?! Во мне немедленно загорелось желание узнать, кто же этот «счастливчик»… или и вправду счастливый человек – я уже видел Сандри в отношениях и, признаться, тогда даже почувствовал зависть к объекту симпатий друга. К своей половинке он относился бережно и трепетно, при этом соблюдая границы и пределы – подарки дарил, но не осыпал ими, приглашал на свидания, но не по сто раз за день, посылал записки, но не тоннами на квадратный метр, на переменах подходил, но не был назойлив. В общем, для многих был идеалом. И в такие моменты становится всё равно, насколько человек больной на голову. Так что я прекрасно понимал бывших пассий Сандри, мгновенно терявших от него голову. Однако, проследив за направлением пылкого взгляда Сандри, я едва не упал на месте: прямо в нескольких метрах перед нами, у большой колонны, которая возвышалась прямо у входа в зал, стоял тот самый «знакомец»-некромант, с которым я столкнулся сегодня утром. Он находился у самих дверей, слегка загораживая проход – впрочем, никто и не возражал, аккуратно (скорее, опасливо) обходя мага Смерти. Он беседовал с каким-то рыжеволосым с факультета Земли и не обращал на окружение никакого внимания. Я снова проследил за направлением взгляда Сандри, надеясь обнаружить собственную ошибку – а вдруг он на того рыжего уставился, не на некроманта? Но надежда умерла последней – взгляд друга был именно в том направлении, в котором находился лишь маг Смерти. Тут я тяжко задумался. Обычно Сандри со своими объектами воздыханий прекрасно справлялся сам, но тут почему-то тормозил, и теперь я понимаю, почему. Влюбиться в некроманта – это вам не девочку-«водичку» охмурять. Это ж надо было ему так умудриться… Так, а мне что делать? Сандри столько раз меня выручал, а теперь, когда сам оказался в тяжелом положении, я что, опять в стороне останусь? Нет уж, свинья неблагодарная, думай! Надо как-то помочь, что-то сделать… но что можно сделать? В голове что-то щелкнуло. Точно. Мы же с этим типом сталкивались не раз. Ну, как, сталкивались… я чуть-чуть себе льщу. Я даже не уверен, что этот меня помнит. Но, допустим, помнит. Тогда я могу подойти… и как-то напомнить о себе… и подтащить Сандри. А дальше он сам как-то сориентируется – у него проблем с коммуникацией куда меньше, чем у меня. Точно! И почему мне ещё никто не говорил, что я гениален? - Эй, пошли, - воодушевившись, я решительно взял Сандри за локоть и, воспользовавшись его заторможенным состоянием и тем, что тот не успел понять, чего я от него хочу, потащил в сторону той парочки. Будь что будет, и, если что случится, пострадаю только я – Смерть-то Воздух на раз-два скрутит. Небольшое POV Сандри. … И стоял я, и никто меня, слава Всевышнему, не трогал, и наблюдал я не без восхищения за девицей с Огненного факультета, стоявшей в зале у самых дверей. В руке она держала расческу и торопливо проводила ею по растрепанным рыжим волосам. Мантия её факультета её невероятно шла, а красные рубиновые глаза дополняли картину, делая вид ещё более потрясающим. Эх, и откуда такие девушки берутся? Обычно я всегда подходил к понравившимся объектам, но тут… уже вторую неделю бездействую. Да и смысла не вижу – наверняка такая прелесть уже занята кем-то более проворным. Черт, а какие у неё волосы… -… Эй, пошли, - кто-то нагло и грубо выдернул меня из задумчивого состояния – хотя таковым его назвать тяжело, учитывая то, что в голове было удивительно пусто; глянул влево и увидел Кая, тянувшего меня вперед и целеустремленно направляющегося ко входу в зал, вперив куда-то взгляд, который не предвещал ничего хорошего. Эй, что он опять задумал, интересно? Жаль, что уж кто-кто, а я читать мысли не умею.