Солнце, которое не греет.

Реборн всегда знал, что настанет день, когда его старания принесут плоды. Но всё равно оказался застигнутым врасплох. Со стороны совсем не заметно, но впечатления слишком сильные, чтобы их можно было скрыть от кого-то вроде Фонга. - Удивительно чувство, правда? – тихо спросил мастер, не отрывая взгляда от Тсунаёши, бесновавшегося высоко в небе. Оранжевое пламя заливало окрестности, выжигая воображаемых врагов, чьи роли исполняли соломенные чучела. Он то и дело скрывался в облаках, выписывая лихие виражи. С такого расстояния лица не разглядеть, но Фонг мог бы поспорить, что Тсуна улыбается. - Я бы так не сказал. Это ты его научил тактике боя с вооружённым противником? Самбо? Техника маятника? – невозмутимо заметил Реборн, рассматривая, как его ученик пританцовывает, обходя автоматы, расставленные по периметру. На месте приземления осталась небольшая воронка от торможения. Трава по краям обожжена, окаймляя яму чёрным кольцом. - Нет. Он просто прочёл несколько книг, - вздохнул Фонг, борясь с желанием закрыть глаза. Он его такому точно не учил. Этот стиль основывался на скорости и силе удара. Ничего общего с красотой и изяществом у-шу или грацией и смертоносной точностью карате. Пустая трата пламени – непозволительная роскошь, когда тебе предстоит долгий бой. Столько ненужного риска, на который мастер никогда бы не пошёл в такой ситуации. Но они такие разные с Тсуной. Ему некого защищать, незачем рисковать. – А это очень похоже на твои приёмы. Пропустить пламя через перчатки, замкнуть на противнике и расплавить внутренние контакты, избежав взрыва. Необычно. - Кто знает, - неопределённо отозвался Реборн, рассматривая дымящиеся развалины тренировочной базы, которую десятое поколение хранителей взяло штурмом всего за девять с половиной минут. Без единой серьёзной стычки. Без малейшего намёка на ошибку. Не идеально. Но достаточно хорошо для первого стратегического плана, который Тсуна разработал самостоятельно утром, опираясь на помощь Хибари и Гокудеры. За час до начала тренировки Реборн застал ученика в гостиной с кипой бумаг. Рядом в полном молчании сидели Кёя и Хаято. Оба делали пометки на своих копиях планов, иногда негромко вставляя комментарии. Обычная рабочая обстановка любого аналитического отдела. В Вонголе для этого существует целый офис лучших специалистов. Ничего из ряда вон выходящего. Тсуна впервые взял на себя роль босса без единого напоминания или пинка. Просто выполнял свои обязанности. Аркобалено стояли на холме вдали от сражения. Реборн как обычно расположился с комфортом. Чайный столик, фарфоровый сервиз и шезлонг. Но даже его железные нервы не выдержали, когда Тсуна взлетел над полем битвы, чтобы струёй пламени выжечь метровую просеку, резонно предполагая, что таким образом привлечёт внимание врагов. Малышка Хром, сосредоточенная и решительная, прикрывала иллюзией своих напарников, напрягая все свои силы, в то время как Ямамото и Рёохей без помех подобрались к воротам. Но когда Хибари и Гокудера спина к спине ринулись в пролом в стене, синхронно уходя в рассыпную, чтобы зачистить периметр от врагов, Реборн был готов аплодировать стоя. Но вместо этого просто поднялся со своего места и подошёл к Фонгу, напряжённо вглядывавшемуся в происходящее. -Тебе стало лучше? – оценивающе рассматривая застывшего в неподвижности мастера, спросил Реборн. Весь вчерашний день Фонг прятался от Тсуны по кустам. Мальчик же лихорадочно поглощал книги, оставленные без присмотра. Он никак не комментировал пропажу Фонга, но очень уж выразительно косился на Реборна. - О чём ты? – мягко удивился Фонг, неохотно отрываясь от наблюдения за Тсуной и Хибари, которые, кажется, решили устроить тренировку прямо посреди разрушенных декораций, представлявших собой точную копию базы наркодилеров. Ровное пламя облака затопило собой почти всё пространство, ужасая своей силой. Но через мгновение сквозь него ударило пламя неба – чистое и концентрированное. В нём не столько жажда драки и демонстрация силы, как у Кёи, сколько спокойная уверенность в себе и полное осознание собственного превосходства. Тсуна точно знает, что победит. Непривычно видеть его таким. - О твоих срывах. Пустота внутри взбунтовалась, разве нет? Спорю, что у тебя проблемы с самоконтролем только рядом с ним. Это опасно, - заметил Реборн, всматриваясь в кружащихся в драке мальчишек. Хибари настолько опьянён сегодняшней тренировкой, что решил получить свою награду, не дожидаясь окончания операции. Как всегда нетерпелив. Но Тсуна хорош. Сегодня он действительно постарался на все сто. - Ты ошибаешься, Реборн. Со мной всё отлично, - покачал головой Фонг, разворачиваясь спиной к тренировочному полю. Реборн недоверчиво хмыкнул, но спорить не стал. Смысла в этом никакого. Пока Фонг не признается сам себе, что проблема именно в его отношениях с Тсуной, дохлый номер что-то ему втолковывать. Много лет Фонг сохранял в душе состояния безмятежного спокойствия, благодаря которому держал под контролем свои силы. Но теперь-то всё рухнуло окончательно и бесповоротно. Уговорить его уехать можно одним единственным способом – продемонстрировав, что взрыв – это только дело времени. Последний раз, когда Фонг допустил подобное, погибло много людей. Так что сейчас хватит простого намёка на возможное повторение. - Реборн, Тсунаёши сегодня заслужил немного похвалы, - проговорил Фонг, медленно удаляясь в сторону города. – Возьмёшь на себя эту нелёгкую миссию? Скажешь ему, что он всё сделал правильно? Киллер криво ухмыльнулся, давя в себе желание запустить ему в спину походным столиком. Эта его привычка со всеми обращаться как с детьми бесила Реборна с того самого момента, когда они познакомились. Но подрались они всего дважды. И то по очень веским причинам, никак не связанным с личной неприязнью. Хотя неприязнь – это слишком громко сказано. Скорее уж раздражение от фальши, постоянно сквозящей в поведении Фонга. Но сейчас Реборн начал понимать, что причина кроется гораздо глубже. У Фонга просто нет иного выхода, как быть воплощением кучи буддистских притч и монастырских правил. Всё это сплеталось в сложную систему, которая сдерживала бушующий в нём ураган. И главная уязвимость в том, что любое вмешательство извне, достигшее цели, мгновенно заставляет её трещать по швам и расползаться. Клетка сгнила изнутри за долгие годы. Тсуна просто ткнул её пальцем и даже не понял, что натворил своим невинным обожанием и простодушной тягой к теплу и мудрости. - Реборн, пойдём домой? – Тсуна приземлился рядом с ним. На его лице красовалось несколько свежих ссадин и синяков. Но в целом он выглядел бодрым и немного возбуждённым. Адреналин от борьбы ещё не успел выветриться. Реборн быстро поискал глазами Хибари. Он сидел, прислонившись к муляжу здания, и смотрел в небо. Скорее всего настолько выложился, что сил встать и пойти домой не осталось. Но как всегда слишком горд, чтобы принять чью-то помощь или попросить о ней. Не понял ещё, что в семье никто не станет дожидаться просьбы. Просто подлатают, если нужно прикроют спину. А забивать до смерти уже и не захочется. Нет никакого смысла связываться с дураками, которым даже чёрт не страшен. Да и привык вроде немного. Рёохей присел рядом, что-то рассказывая и помогая себе активной жестикуляцией. Ямамото и Гокудера стояли чуть в стороне, но тоже не торопились уйти. Хроме мялась в двух шагах от них, как обычно не встревая в разговоры. Все они ждали, когда Хибари сможет подняться и пойти домой. А Тсуна намеренно ушёл раньше всех, чтобы не раздражать хранителя облака своим присутствием. Кёя ненавидел проигрывать, тем более на глазах у стольких зрителей. - Я попросил ребят присмотреть за Хибари-саном, - спокойно объяснил Тсуна, устало стягивая с рук варежки. – Он просто невероятный. После тренировки сразу предложил спарринг. Откуда у него столько сил. Я немного завидую. Мне бы так! Реборн перевёл взгляд на своего ученика и неожиданно подумал, что в скором времени им придётся расстаться. Уже не за горами тот самый момент, когда Тсуна перерастёт его во всех смыслах и поспешит дальше своей дорогой. И у него не останется ни единого оправдания, чтобы быть рядом. Реборн не является официальным членом семьи. Он не хранитель. Он не друг ему. Он станет никем для Тсуны. В этом плане Фонг поступил более разумно. Когда Тсуне перестанет быть нужен Фонг-учитель, он всё равно будет нуждаться в Фонге-друге. А уж во что выльется их дружба с годами, даже и угадывать не придётся. И так всё ясно. - Знаешь, Тсуна. Ты, - слова давались удивительно трудно, - отлично справился сегодня. Реборн быстро потрепал притихшего мальчишку по шевелюре. Настолько сложно оказалось сделать такую простую вещь. Всего лишь сказать кому-то заслуженную правду. Но ещё немного и у него бы дрогнул голос. Тсуна вышел из ступора неожиданно. У него задрожали губы, а глаза подозрительно блеснули. Он быстро кинулся вперёд, обхватывая мужчину за талию и крепко стискивая в объятиях. Реборн застыл с поднятыми вверх руками, пытаясь понять, что же сейчас делать. На душе скребут кошки. Почему он никогда не говорил ему чего-нибудь подобного? Ведь сейчас Реборн готов буквально расплавиться от нежности. Хотелось обнять его в ответ. Стиснуть его изо всех сил, ощущая руками податливое мальчишеское тело. - Ох, Реборн, мне так не хватало тебя! Ты мне прям как отец. Я только сейчас понял, что ощущал себя брошенным ребёнком. Глупо, да? Родной отец появляется раз в сто лет. Может, поэтому я так к тебе привязался. Не злись. Я всегда, всегда буду тебе благодарен за то, что ты сделал для меня, - выдавил Тсуна, утыкаясь носом куда-то в район груди. Ему действительно хорошо сейчас. Глупая ревность к Хибари улетучилась, оставляя после себя только жгучий стыд и неловкость. Первый раз за всё время Реборн похвалил его! Он так долго ждал хотя бы какого-то знака внимания. Реборн медленно опустил руки ему на плечи, грустно усмехаясь собственным мыслям. Вот теперь всё стало совсем очевидно. Значит, он заменил Тсуне отца. Замечательная новость, ничего не скажешь.! - Не расслабляйся, глупый Тсуна! Впереди месяц адских тренировок. Не задирай нос из-за одной похвалы. И не забывай, что её нужно разделить на всех хранителей, - насмешливо протянул Реборн, отодвигая от себя покрасневшего Тсуну. Тот радостно и с готовностью кивнул, расплываясь в смущённой улыбке. Что ж, возможно это не худший из вариантов. Теперь хотя бы Реборн точно знал, что при любом раскладе останется рядом с Тсуной. Пусть и в качестве не в меру деспотичного, требовательного папаши. Лучше, чем ничего.