Письмо от маленького мальчика

― Завтра я покончу с тобой раз и навсегда, Довакин, ― грубо кинул Алдуин и, отойдя от Довакина, лёг на траву, пачкая её чужой кровью. Было бы неплохо слетать до ближайшего водоёма и смыть с себя всю грязь, но усталость была сильней. Этот серый дракон перевернул его планы, мешая уничтожению людей. А теперь ещё и такая правда всплыла. Алдуину конечно же показалось странным то, что «Лаудерк» появился тогда, когда исчез драконорождённый, но делать поспешные выводы он не стал – боялся, что ошибётся и этим же обидит «возлюбленного». Нет, на самом деле «Пожиратель мира» не собирался убивать того, кто смог разбудить в нём такие давно забытые чувства. Просто, иногда злость берёт вверх и за это время Алдуин может натворить много чего нехорошего. Последняя вспышка злости была очень давно, и он уже почти забыл её причину. Ему было бы неплохо поразмыслить о всём сейчас происходящем, но мысли так и путались, роились в его голове, пока он не уснул. Алдуин проснулся из-за нехорошего предчувствия. Он поднялся с мягкой травы и осмотрел чуть освещённую пещеру, но никого не нашёл. Чёрный дракон попробовал «почувствовать» Акитамга, но того и близка не было. Он поднялся на самую вершину горы и осмотрелся – никого не было, только первые лучи солнца согревали всё ещё холодную землю. Алдуин уже хотел отправиться и попытаться найти драконорождённого, отдав приказ другим драконам, но до него вдруг дошло, что тому просто некуда было лететь – люди враги, а здешние драконы не особо любят, когда их тревожат. И нетрудно догадаться, что выходов у него было не особо-то и много. Кинув взгляд на Глотку мира, он взлетел с твёрдой земли и направился к ней, в душе надеясь, что «Лау» именно там, а не где-то в лесу. Находясь уже близко к высокой горе, Алдуина охватило неприятное ощущение, что что-то сейчас не так, совсем не так. Когда он уже был близок к цели, то это липкое ощущение только начало усиливаться с каждым взмахом крыла, но с другой стороны он теперь был спокоен, ведь Акитамг был живым и почти невредимым. Хорошие мысли затмевали предупреждающею дракона интуицию, которая уже разыгралась не на шутку. «Пожиратель мира», не обращая внимания на странное предчувствие, что было на него очень непохоже, приземлился недалеко от серого дракона, который явно до этого момента был погружён в крайне важные мысли. Он пробежался быстрым взглядом по белой местности и заметил Партурнакса, также, как обычно, сидящего на стене. Довакин в свою очередь, заметив врага, которого он никак так быстро не ожидал, следил враждебным взглядом полным уверенности, храбрости и чего-то ещё. Сейчас точно что-то изменилось – продолжала кричать интуиция красноглазого монстра, медленно приближающегося к своей «добычи», попутно осматривая его. Пока «Пожиратель мира» летел к горе, он обдумывал то, что произошло, о том, что происходит и о том, что произойдёт в ближайшее время. Он решил, что обязательно поговорит с Акитамгом. Для себя ещё он отметил, что даже несмотря на их вражду, ему не противно находиться рядом с этим существом. Только вот Акитамг так точно не думает. Раньше, когда правда была всё ещё на дне моря, Алдуин думал, что всё пройдёт гладко и спокойно с этим молодым, милым, добрым и стеснительным драконом. А вот когда эта правда всплыла, то он был очень раздосадованным реальностью. Зря он так взбесился и просто уничтожил их «отношения». Акитамг сейчас явно подавленный и чувствует себя плохо. Да и вообще, на что только можно рассчитывать в такой ситуации от драконорождённого, который преодолел такое огромное расстояние с весьма опасными ранениями. За размышлениями Алдуин зацепился за мысль о том, что Акитамг не просто так позволял сближаться им. Он явно что-то планировал. Сейчас «Пожиратель мира» твёрдо знал, что двигало того на такие действия – гарантия на не уничтожение людей. Ему, само собой, было неприятно от такой мысли, что у Довакина не было никаких настоящих положительных эмоций и это прибавляло всё ещё больше проблем, которые грозились вырасти больше самой этой планеты. Алдуин конечно же догадывался, что драконорождённый будет не рад его видеть, но то, что сейчас произошло, стало для него неожиданностью. Когда он подошёл уже слишком близко, Довакин выбрал момент и неожиданно начал атаковать растерянного, пытаясь высосать из него любые силы, на одну единственную секунду, чёрного дракона. В тот момент могло показаться, что даже кровавые глаза Алдуина не могли бы никогда сравниться с безгранично разозлёнными голубыми глазами Акитамга, переливающиеся от ядовито-красного до жёлто-оранжевого, отражая некоторое количество силы серого дракона. ― Остановись! ― Громко прорычал могущественный дракон, уворачиваясь от уже летящих в него огненных шаров, надеясь хоть на некоторое время остудить пыл «врага». ― Кри – Лун – Аус! ― Последнее, что со всей злостью крикнул Акитамг перед тем, как послать в Алдуина ледышки, от которых тот увернулся, как и от всего остального, отступая влево. ― Перестань! Нужно поговорить! ― Громко и обманчиво дружелюбно, как показалось Довакину, произнёс чёрный дракон, внимательно следя за собеседником. Всё это время Партурнакс наблюдал за «беседой» злейших врагов, не вмешиваясь в их же проблемы. Акитамг не стал слушать Алдуина, а наоборот, продолжил атаковать его, используя, будто пробуя на вкус недавно появившиеся силы. Они, как ему казалось, вернулись к нему из того времени вместе с воспоминаниями через белый камушек. Алдуин только защищался и иногда, когда это было возможно, думал о том, как подойти к Акитамгу. ― Отойди от меня! ― Со всей злостью и раздражительностью процедил сквозь острые зубы драконорождённый. Прошло уже достаточно времени чтобы оба дракона изрядно устали. Алдуин устал от бесконечных атак Довакина, которые не касались его благодаря его же ловкости и мощного щита. «Тренировка», ― хмыкнув, подумал Монстр, отскакивая от очередных больших и очень острых ледышек. Акитамг же устал посылать в Алдуина разные недавно выученные заклинания, которые на самом деле прокрались в его мозг вместе с воспоминаниями. С накатившей усталостью пришло осознание реальности, что таким образом Алдуина не победить. Да и вообще зачем тратить столько времени и сил на это бесполезное занятие. Красноглазый Монстр отлично чувствовал, как Довакин почти полностью истощил свои резервы магии и крика. Он постепенно снижал мощь атаки, и потихоньку начал отдаляться от своего врага. Алдуин особо не замечал стремления Акитамга покинуть поле боя, ведь ему ещё надо было уворачиваться от уже не таких мощных заклинаний, а также ему было интереснее, что же будет делать драконорождённый, когда все силы сойдут на нет. Спустя пару минут расстояние между Алдуином и Довакином заметно выросло. «Пожиратель мира» начал медленно сокращать дистанцию, но даже так Акитамг заметил это действие и послал в сторону чёрного дракона яркую вспышку, которая на несколько секунд ослепила не ожидавшего ничего подобного Алдуина. Этих секунд хватило серому ящеру для резкого прыжка с горы. Он очень быстро набрал скорость, падая с Глотки мира и старался сохранить её для полёта в небе. Когда вспышка исчезла, то Алдуин уже не видел перед собой никакого серого дракона. Это его разозлило, но не настолько сильно, чтобы потерять контроль над своим сильным телом как в прошлый раз. Это даже раззадорило его, заставляя подняться уголкам губ вверх в некотором подобие улыбки. Его глаза сверкнули в предвкушении хорошей охоты, в которой жертвой станет драконорождённый, обращённый в миловидного дракона, в котором скрывается сила и только начавшая расти мудрость. Обычно Алдуин охотиться на более мелкую добычу, ведь нужды в ловли драконов таким способом было как минимум странно для короля драконов, но сейчас совсем другая ситуация. Алдуин, не теряя времени, тоже взлетел с горы, пикируя вниз, но не настолько низко, как Довакин. Драконорождённый летел на высокой скорости ближе к земле, чем обычно летают драконы, чувствуя сопротивление мощного потока ветра. Он был рад, что смог ускользнуть от Алдуина и теперь ему надо было улететь от этого места куда подальше и придаться размышлениям, позволить мыслям терзать и без того усталый мозг. Акитамга преследовало, буквально как тень по пятам, ощущение, что за ним кто-то следил, но Довакин списал это на людей, громко кричащих при его появлении. Он летел на северо-восток, а противное и липкое ощущение не покидало его ни на мгновенье. Он уже раз десять обернулся, но никого, как бы это странно не звучало, не обнаружил. Алдуин наблюдал за серым драконом, который всё не мог понять причину своего же беспокойства, то и дело постоянно оборачиваясь, осматривая пространство. «Пожиратель мира», усмехаясь, летел на огромной высоте, практически над Акитамгом, который вряд ли его сможет заметить. Уж слишком взволнованным и напряжённым он был, чтобы замечать такие мелочи.