Отвори своё сердце для печали...

Джексон ненавидит мосты. Вообще, любые. Спрашивается тогда, чего он тут забыл? Но на что не пойдешь ради девушки? Милое создание идёт рядом, вцепившись в его руку мёртвой хваткой и чирикает о каких-то замысловатых туфлях (?). Или про что она там? — Кайе, ты меня совсем не слушаешь? Посмотри, какой тебе нравится больше? — она протягивает ему в ладонях два миниатюрных замочка, — Какой ты выберешь? — А это еще зачем? — Джексон совсем не понимает, как туфли и замки могут быть связаны? — Мы для чего сюда пришли? Ты забыл? Видишь, как много замков здесь висит? Это влюблённые символично связывают друг друга. Я тебе о чём толковала всё это время? Ты меня не слушал? — девушка надувает губы и опускает руки с замками. — Нет, я слушал…просто не понимаю, зачем всё это? Это же так глупо… Думаешь, мои отношения зависят от какой-то железной игрушки? — парень снимает с себя кепку и ворошит волосы. — Хорошо, если ты не хочешь…так и скажи… — подруга отворачивается и идёт в сторону лестницы. Джексон Ван, он же Кайе, догоняет её и хватает за руку. — Хорошо. Я согласен. Если ты так хочешь, давай сюда, мы повесим его. — Вот, выбирай, какой тебе нравится? — девушка уже улыбается. Ван берёт из рук замок, первый попавшийся, разумеется и ведет подругу к специальному поручню возле перил, где уже светятся никелем куча разноцветных замочков. Вместе с ними подходят два каких-то парня и тоже прицепляют замок. Джексон с удивлением рассматривает парочку. Блондин и брюнет. Оба высокие и очень красивые. Черноволосый обнимает светлого за талию и улыбается яркой улыбкой. Потом целует друга в щёку и выбрасывает ключи в воду. Ван отрывает глаза от странной парочки и смотрит на свою девушку. Та улыбается и подаёт ему ключи, чтобы он выбросил их в реку. Джексон выполняет ритуал и краем глаза замечает, как парочка парней идут к лестнице. — Кайе, теперь нужно отметить наше соединение. — девушка заглядывает ему в глаза, — Тут есть ресторан недалеко… Поедем? У Джексона совершенно нет желания тащиться еще и в ресторан! Она же получила, что хотела… Вообще, стоит сказать, что Ван относится к своим девушкам довольно-таки неплохо. Только вот сами девушки постоянно его делят. Сегодня у него встреча с одной, завтра — с другой. И так всю неделю. Кому — что не нравится, просто уходят. Лично Джексону Вану — нравится всё! Так его жизнь не похожа на скучную зарисовку картины- «Осень»! В его судьбе — только яркие краски, чудесные запахи и никаких чувств! Самое важное для парня-это его работа. Она обожаема им до крайности. Он очень популярный актер в Азии. Совсем недавно он приехал из Китая, где уже вышел за пределы «потолка». Теперь тут, в Сеуле, карьера резко пошла вверх. Кайе — это его китайское имя. Ван Кайе! Звучит просто прекрасно. Но пришлось взять псевдоним, потому…ну принято так у айдолов. — Ты, вероятно, сошла с ума от радости? Ехать в ресторан? Вечером? Ты хочешь, чтобы меня сожрали репортёры и фанаты? Я знаю, ты мечтаешь поучаствовать в скандале… Девушка снова морщит нос и её огромные глаза становятся мокрыми. — Но ведь еще не полночь. Сейчас мой день. Мы же можем зайти в какое-нибудь маленькое кафе. Мне всё равно куда идти, лишь бы с тобой. — Хорошо, милая… Давай просто спустимся вниз по лестнице… Тут, наверняка что-то есть. Я думаю, меня не узнают… Не буду снимать кепку и всё. Только не реви! Мне ещё этого не хватало. Ты же знаешь, я не умею успокаивать. Слёзы меня только бесят! Ван берёт девушку за плечи и направляет вперёд. Та успокаивается и начинает чирикать о своих радостях. Джексон слышит каждое слово, но не вникает. Кафе они выбрали неплохое. Почти никого нет, свет тоже почти притушен. Ван натягивает кепку на самые глаза, а его спутница заправски диктует названия блюд подошедшей официантке. — А что для Вас? — девушка поворачивается к нему и ждёт заказ. — Чашку кофе… — незамедлительно отвечает Джексон, а официантка вздрагивает и смотрит на него более внимательно. Ван натягивает козырёк бейсболки ещё ниже и откашливается. — Это всё? — тихо произносит и напрягает слух, чтобы расслышать, а Джексон просто молчит. — Это всё! — спутница отвечает за него и официантка уходит, обернувшись несколько раз. — Неужели узнала? — Ты думаешь, тебя узнают даже по голосу? — А у кого ещё может быть такой голос? Кайе прав. Такого голоса, как у него, ни у кого нет. Это точно. Стоит только ему раскрыть рот, со всех сторон сразу набегают фанаты. Его чудесный баритон берёт такие низкие ноты, что сердца людей обрываются и улетают вверх подобно шарикам. Джексон поднимается из-за стола. — Ты куда? — Пойду обниму своего «лучшего друга». — Ван улыбается, а подруга прыскает и говорит. — Фу, как культурно. — Зато заказ принесут без меня… В туалете никого. Джексон прячется в кабинку. Потом идёт к раковине и смотрит на себя в огромное зеркало. Красив ли он?! Лично для самого себя-нет! Тёмные глаза, идеальные скулы. Очень красивый рот. Маленький нос. Взгляду не за что зацепиться! Абсолютно. Ван снимает кепку и расправляет прижатые головным убором волосы. Ничего особенного. Но причёска очень красивая. Сделанная самыми крутыми стилистами. Джексон слышит, как дверь в туалет открывается и кто-то заходит. Он тут же напяливает кепку и начинает мыть руки. Потом заглядывает в зеркало. Зашедший парень подходит совсем близко и включает воду. Ван невольно пялится на отражение соседа. Опять блондинистые волосы, имеющие какой-то очень красивый блеск. Они очень пушистые и парень постоянно отбрасывает чёлку назад, а она снова падает на глаза. Губы очень красивы. Джексон ещё никогда не видел таких губ и идеального подбородка. Сосед ухмыляется и скалит ослепительно белые зубы с клыками, как у вампира. — Чего уставился? Понравился что ли? — парень уже смотрит в зеркальное отражение прямо на него. Джексон спохватывается и немедленно выключает кран, затем поворачивается и тянется за бумажным полотенцем. А в голове всё ещё слышит этот голос. Нет, голос, как голос, но он ниже чем у самого Вана! Это очень редкий случай. Джексон уж точно знает в этом толк. — Простите… — Кайе бросает смятую бумагу в корзину и хочет уйти, но парень останавливает его за локоть. — «Простите»? Это всё, что ты можешь сказать? «О! Боже! — думает Джексон, — Что ещё-то?» — поднимает взгляд на странного чувака и видит его глаза. Ну, сказать, что они красивые, почти ничего не сказать. Они были…особенные…утонуть в них, было раз плюнуть… — Извините, я не хотел вас обидеть. — Ван слышит собственный голос и не может понять, почему он так спасовал перед этим…подростком-переростком. — Понятно, что не хотел… Ещё бы ты хотел… — парень вытирает руки о его брендовую (!) футболку и отпускает. — Что вы себе позволяете? — Джексон никогда не чувствовал себя слабаком. Да и фигура у него — что надо! Накачанные плечи, мускулатура, как у Феба.* В этот момент дверь снова открывается и заходит еще один юноша. Брюнет. Смазливое личико, тонкая кожа, ушки торчком. — Марк, этот чувак приставал к тебе? — парень с ходу впечатывает его в холодный кафель и Джексон роняет кепку. Он забывает про то, что гораздо сильнее. Эффект неожиданности всегда признан непобедимым. «Опять эти геи!» — думает Ван. — Нет, Джинени, что ты… Как бы он мог? Отпусти человека…видишь, он и так напуган. Кайе не понимает, что, голос блондина или крепкие руки у горла заставляют бегать по его телу табун мурашек… Потом его отпускают и оба парня, обнявшись, уходят прочь. — Эй, чего ты так долго? Я уже волноваться начала… Думала, тебя надо спасать. Опять фанаты? — Нет, на этот раз повезло…никто меня не узнал. — Джексон садится за стол и берёт чашку в руки. — Твой кофе остыл…давай, я заменю. — девушка делает знак официанту, но Ван её останавливает. — И так сойдёт. *** — Марк, захвати из кухни колу! — Джинен усаживается на диван в гостиной и берёт пульт в руки, — Чёрт…опять одна ерунда… Марк! Ещё чипсы! — Ага! — слышится из другого помещения, -А курочку ты будешь? — У нас и курочка есть? Давай! — парень бросает пульт, найдя что-то более-менее подходящее для его вкуса. Марк везёт сервировочный столик и что-то говорит. — Что? — Джинен не слышит из-за звука телевизора и убавляет громкость. — Я говорю, мы с тобой давно не ходили за продуктами…всё время питаемся каким-то фаст-фудом… Завтра приготовлю что-нибудь отменное. — парень останавливает столик возле друга и присаживается к нему под бок. — Я обожаю, когда ты готовишь. — лицо Джинёна сразу меняется из-за улыбки. Мимические морщинки придают ему шарма и уязвимости. — А что ты опять включил? — Марк протягивает руку за пультом, — Я не буду смотреть этот боевик! Ни за что и никогда! — Хорошо, хорошо, я сейчас отыщу какую-нибудь мелодраму для тебя…или лучше ужастик? — Лучше мультфильм… Мне этой чернухи и в жизни хватает. Джинён послушно начинает щелкать пультом, а Марк запихивает в рот ножку курицы. — Вот, какая-то мелодрама… — Джинён поворачивается и смотрит в лицо соседа, — Оставить? — Ладно, пойдёт. — отвечает тот с набитым ртом, слизывая с губ острый соус-чили. Джинён Пак, он же Джуниор, как любит называть его Марк, достает салфетку и вытирает губы друга. Тот принимает это как должное и тянется рукой за баночкой колы.  — Смотри, это не тот чувак из туалета, что хапал тебя? — Джуниор тычет в экран куриной лапой и Марк поворачивает лицо. — Что ты несёшь? Меня никто не хапал. Да это и не может быть он, посмотри, этот такой красивый… А голос, такое ощущение, что он питается камнями. — Марк, ну что значит — питается камнями? А мне показалось, что похож…я его морду хорошо рассмотрел. -Питается камнями — значит имеет низкий голос, вот как у меня. — Да твой голос ни с чем не сравним. Куда этому парню? Ты мне споёшь? — Джинён забывает про курочку, когда смотрит в лицо Марка. Этот человек является всем для него. Он ему вместо матери, вместо отца, вместо брата, но самое важное, что он является для него любимым человеком. Марк Туан! Это имя навсегда выбито в его сердце крупными буквами. Всё, что у Джинёна есть — это ОН. Его счастье, судьба и жизнь. Никакого пафоса! — Колыбельную…на ночь…как обычно… — Туан дожёвывает курочку и улыбается глазами, — Хорошо, что завтра начинаются каникулы…можно подольше поспать… — Я уберу посуду, отдыхай. — Джинён увозит столик, а Марк залипает на дораме. …Эти актёры всегда хороши в своих придуманных историях. А в жизни, скорее всего — это обычные люди, ну, не совсем, конечно, обычные, скорее даже совсем необычные, но всё равно люди. Марк нагляделся их за свою жизнь пачками, вернее, он просто знает, какие они бывают хлипкие, несовершенные, но, опять же хорошо, потому что без этого, не было бы такой замечательной подработки… Когда Джуниор заходит в комнату, он видит тело Марка, брошенное на диване в позе зародыша. Тот тихо сопит во сне и прижимает к себе пульт от телевизора. Джинён улыбается и садится осторожно на пол возле головы своего хёна. Он гладит свешивающиеся льняные прядки и разглядывает такое родное лицо. Его любимый совершенен настолько, что вызывает панический страх. Паку всё время кажется, что он не достаточно хорош для него. Что придёт время и его парень просто исчезнет из обычной жизни простых людей. Он превратится в звезду и засияет высоко в небе, доставляя наслаждение всем. Но пока он тут, лежит себе смирно на этом, продавленном временем, диване и улыбается во сне своей особенной улыбкой, которая выбивает воздух из лёгких, как при взлёте…или падении… Единственная звезда солнечной системы — Солнце, имеет очень полезное свойство, она умеет будить своими лучами очень нежно или же сжигая дотла. Смотря на каком расстоянии и в каком месте ты находишься… Джинён находился именно в таком месте, где можно было сгореть. Он чувствовал, как его сердце плавится и растекается тонкой золотой лужицей под телом, а улыбка звезды всё ещё сияет в его душе. Дыхание перехватывает, но дышать он не перестаёт. «Это невозможно!» — произносит он и открывает глаза. Утро в самом разгаре, солнечный свет заливает комнату. Туана рядом нет и Джуниор слышит его голос откуда-то из кухни, тот с кем-то разговаривает. Вот наступает тишина и слышны шаги в его комнату. Джинён успевает закрыть глаза и дверь распахивается. Марк подкрадывается по кровати к другу и прикладывает голову ему на грудь. Джуниор потихоньку разлепляет веки и видит затылок любимого. Он дует ему в волосы и слышит тихий смех. А у него от этого голоса мурашки начинают бегать. — Я знаю, что ты не спишь, Джинёна, — Туан наклоняется и нежно целует своего парня. Потом отрывается и тяжело вздыхает, — Хотел тебя сегодня побаловать вкусной едой, да не получится. На работу вызвали. Иду подписывать новый контракт на время съемок. Джинён обеспокоенно смотрит в глаза другу. — Надеюсь, это не сильно опасно? Обещай мне, что с тобой будет всё хорошо. — Со мной будет всё хорошо. Обещаю. — Марк ещё раз целует парня и убегает в ванную. Феб* — Аполлон. Имеет очень красивое тело, бог искусств.