Отвори своё сердце для печали...

- Иен, у нас остался последний день, как бы ты провёл его? Сегодня все твои желания выполняются. - Джексон убирает грязную посуду после завтрака, а Марк вытирает стол. - Ты серьёзно, сделаешь всё, что я попрошу? - Марк поворачивает голову и хитро улыбается. Ван на секунду впадает в замешательство, но всё же храбро отвечает: - Конечно. - включает воду и начинает сосредоточенно мыть посуду. Туан улыбается сам себе и хитринка в его глазах становится еще более отчетливой. - Я хочу, чтобы мы прыгнули с парашютом. - Марк залезает под кран к Джексону и споласкивает руки. Ван успевает целовать его шею и чуть-чуть прикусывает нежную кожу. - Ты специально, да? Ты знал, что этого я не смогу сделать. Ты всё помнишь? - Гага, ты тогда струсил, но сейчас ты ведь уже взрослый. - Туан вытирает руки полотенцем и отбегает от острых зубов на безопасное расстояние. -Нет. Всё, что угодно! Только не это. Ты же знаешь, я ненавижу это чувство, когда от тебя ничего не зависит. И это очень опасно для сердца. - Джексон бросает посуду и подходит к Марку, - Давай, я лучше целый день буду твоим рабом? - Хорошо. - Туан берёт полотенце и вытирает руки Вану, - Ты — мой раб… А теперь, я хочу прыгнуть с парашютом. С тобой. - Нет! Я никогда этого не сделаю! - Гага, ты меня слышишь? - Марк сидит рядом с ним в самолёте и трогает его за плечо, потому что вид у Вана слишком плачевный, - Ты будешь лететь с инструктором в тандеме. Всё, что тебе нужно, это открыть глаза. Я полечу следом за тобой через пятнадцать секунд. - Иен…я вообще не понимаю, как я тут очутился? Как ты думаешь, ещё можно вернуться? - Мы почти на четырёхтысячной отметке, Гага. Ты можешь мне довериться? После этого прыжка, ты почувствуешь себя героем. Вот увидишь, тебе всё покажется достижимым. - Ах, это же какая-то запредельная высота! - Джексон вцепляется в руку Марка и совсем не обращает внимания на своего инструктора, с которым полетит. - Гага, это всего лишь высота Швейцарских Альп. Всего 60 секунд ты будешь в свободном падении. Инструктор делает знак рукой и Марк поднимает Вана. - Посмотри мне в глаза. С тобой всё будет в порядке, со мной - тем более. - Марк плюёт на то, что оба инструктора смотрят на них и целует Джексона в губы. Тот глубоко вздыхает и идёт вперед. Сперва Ван зажмуривается, потому что преодолевает барьер между полом и пустотой. Потом вспоминает, что Иен сказал ему открыть глаза и открыл. Он тут же почувствовал над собой живое тепло своего инструктора и немного успокоился. Внутри всё вибрировало от страха. Это было падение. Настоящее и головокружительное. Потом, когда Джексон уже подумал, что их парашют никогда не раскроется, тут же услышал мягкий толчок и его тело приостановило падение. Уже через секунду он начал различать всё, что увидел и почувствовал… Это было восхитительно! Они парили в облаках. Внизу была земля. Она не казалась страшной, потому что всё было таким маленьким, будто просто нарисованной картой. Инструктор управлял полётом и поэтому Джексон не думал, что он падает, они просто летели. Ван не мог посмотреть вверх, но знал, что где-то там за ним следует Марк. И он тоже чувствует то же самое. Джексон и не думал, что это может быть так прекрасно. Он чувствовал себя каким-то супер-героем. Который преодолел страх высоты, страх падения и сейчас просто наслаждается полётом. Как только инструктор помог ему приземлиться и Джексон понял, что он сделал невозможное- переборол свой страх. Сердце радостно сжалось от гордости и счастья. Его переполняли такие чувства и эмоции, что казалось, что мир полностью принадлежит ему. Когда они уже возвращались домой, Марк вёл машину, потому что Джексон был слишком перевозбуждён. Он болтал без умолку уже второй час подряд, а Туан просто улыбался. - Иен, это было очень здорово. Спасибо тебе, что подарил мне этот захватывающий полёт. Теперь я знаю, что ты чувствуешь каждый раз, когда совершаешь свои прыжки. Ты переживаешь это снова и снова. Это незабываемое чувство. Оно очень радостное и в то же время волнующее. Это совсем не похоже на то чувство, когда я прыгал с моста. Тогда мне казалось, что я умираю. А здесь! Это было похоже на рождение меня. Я родился снова! Таким храбрым и сильным. Туан, ты же понимаешь? - О, да! - это единственное, что успел сказать Марк. - Оказывается, я не трус, Иен! Ты понимаешь, я смог пересилить себя. Я так счастлив. У меня есть ты. Тот человек, что делает меня сильнее и крепче. Рядом с которым я могу всё. - Джексон радуется, как ребёнок и прикладывает свою голову на плечо Марка. - Гага, ты никогда не был трусом, ты самый смелый человек на свете. Я бы никогда не смог прыгнуть с моста, не умея плавать. Это самый безбашенный поступок. Ты - самый храбрый, самый отчаянный человек. Мне было страшно, когда я прыгал за тобой. А ведь я умел плавать и знал, как бороться с течением. - в голосе Марка слышится что-то такое особое, что заставляет Джексона сильнее прижаться к нему и замолчать надолго. Остаётся только эта тишина, которая не отдаляет, а сближает. Свободного места между ними не остаётся совсем. - Иен, завтра мы возвращаемся. Могу я думать, что ты принадлежишь только мне? Ты же не собираешься вернуться? - Джексон обнимает голое тело Марка, пытаясь слиться с ним. - Гага, тебе не кажется, что твой вопрос неуместен? Как, скажи, я смог бы вернуться? После всего этого. Меня ждёт очень серьёзный разговор с Джинёном и знаешь, мне странно, что за все эти дни он ни разу не позвонил. - Марк целует тёплые плечи и всё больше увлекается. Джексон тоже не собирается стоять в стороне. Он наступает. Его тёмный силуэт, с размытыми границами, нависает и придавливает собой. Марк тихо охает и растворяется где-то в мироздании, отмечая про себя краем глаза, что млечный путь и все остальные звёзды начинают какой-то быстрый хоровод. Глаза закрываются сами собой. Чувства обостряются. Каждый нерв поражён! Он убит. Расслоен на тысячи частей. Эти части растворяются и рождаются снова… Тихий шёпот…какая-то бессвязная речь, напоминающая шелест прибоя. Поцелуи оставляют ожоги… Джексон сдерживает себя и доводит Марка до исступления. Туан не может больше выносить эти пытки. - Гага… - шепчет он непослушными губами. Ван ждёт, а внутри него всё готово отдаться. Туан задыхается. И Джексон не выдерживает. Он забирает душу. Потом - губы…потом тело… *** - Туан, я отвезу тебя ко мне, а завтра мы вместе поедем на работу. - Ван разворачивает машину и они оставляют Инчхон далеко позади. - Нет, ты отвезёшь меня сначала домой. И уедешь. Я приеду к тебе вечером. Мою сумку с вещами я тоже заберу. Поменяю кое-что и добавлю новое. - Я должен быть с тобой. Мы вместе должны держать ответ. Я виноват в том, что произошло. - Джексон не хочет отпускать Марка. - Гага, ты что, боишься? Ты не доверяешь мне? Ты думаешь, что я смогу ещё передумать и оставить всё, как было? - Туан нервничает. Он полон решимости, но пережить боль в глазах близкого человека - это самое трудное для него. - Я тебе доверяю. Просто, Иен…я не могу без тебя. Мне становится невыносимо тяжело, когда ты просто засыпаешь, отворачиваясь от меня во сне. Это даже не ревность, это как-то глобальнее что ли. - Хорошо, тогда сделаем так. Сейчас ровно четыре часа. Приезжай за мной в семь вечера. Я буду тебя ждать. За это время я буду готов. Когда Марк открывает дверь, он вдруг чувствует, что что-то поменялось. Нет, всё осталось на своих местах, но неуловимо стало другим. Чужой запах…чужие флюиды… Кажется, даже воздух какой-то разряжённый и чужой… - Джинёни! Я дома! - Туан ждёт. В доме полная тишина. Только где-то на кухне слышно, как что-то упало, создавая неприятные колебания в ушных раковинах, - Ты где? Марк разувается и роняет сумку на пол. Потом идёт знакомой дорожкой, чувствуя какой-то неуловимый страх. - Марк! — Джуниор, словно тёмная тень мелькает в проёме двери и кидается молнией навстречу. Застывает возле парня и делает шаг назад, - Я…мы…тебя ждали… Туан понимает…он чувствует…что-то уже не так, как было. Всё поменялось и старое уже давно отпущено на свободу. Это прошлое петляет теперь где-то…никому не нужное и оставленное на растерзание настоящему и вполне возможно, будущему тоже. Потом Марк замечает огненные волосы. Они мелькают ярким пятном. Фигура Югёма прикрывает собой тонкое тело Джинёна и становится вполне реальной. - Здравствуй, Марк. С приездом. Мы приготовили обед, Джуниор очень старался. - Ким берёт руку Пака так спокойно, так откровенно. Что Туан вдруг догадывается обо всём. - Марк… - Джуниор отталкивает от себя любимого и бросается всё же к Туану. Сбивая его с ног и повиснув на нём, как коала, - Я так соскучился! Когда первые эмоции закончены, остаётся какая-то глупая стена отчуждения и боли. А они втроём сидят за столом и пытаются есть, поддерживая какой-то официальный разговор, Югём не выдерживает. На его лице написаны такие чувства, что Марк теряется, он напрочь забывает о Джексоне и вообще обо всём на свете. - Марк... я люблю Джинёна. Прости, но я не умею врать. Не умею притворяться. Ты - для меня очень важен. Но прости. Так получилось… Джуниор…он… - Прекрати! - перебивает его Джинён, — Я и сам могу всё объяснить. Марк, это правда. Я полюбил этого болвана. Я не могу это скрыть. Я не могу без него. Что мне теперь делать? Ты убьёшь меня? Пожалуйста…я очень тебя прошу…убей! Туан сглатывает и внимательно смотрит в такие родные глаза. В голову приходят очень разные мысли. Они противоречивые настолько, что ранят либо сердце, либо мозг. Всё так быстро произошло, что Марк растерялся. Он видит, что Югём будет бороться до конца. Чьего - неважно. Просто он не отдаст своё сокровище ни за что и никогда. В нём столько решимости. Столько огня. - Джинён, ты ни в чём не виноват. Как ты можешь говорить мне такое? Разве ты мне принадлежишь? Если ты полюбил этого мальчика...Я буду только рад. Да. Я буду счастлив, если ты будешь счастлив. Ты навсегда останешься для меня членом семьи! Ты - самый близкий мне человек. Но…у меня тоже появился другой… Он был ещё раньше…а теперь мы нашлись… Я хотел бы уйти…он скоро приедет за мной… Так что…это я виноват! - Что? Марк, ты сказал, что у тебя появился ДРУГОЙ? - до Джуниора вдруг доходит смысл слов, - Кто это? Это тот актёришка? Это же он? Ты знал его раньше? Югём успокаивает своего парня, сжимая его в объятиях. Но Джинён слишком запутывается в своих ощущениях. Тогда, Ким понимает, что ему необходимо уйти. Прямо сейчас. И дать возможность этим двоим остаться наедине. Им необходимо поговорить тет-а-тет. Тогда он поднимается из-за стола и прижимает тело своего любимого к себе и шепчет: - Джинёна, мне нужно уехать ненадолго. Ты же отпустишь меня? Я скоро вернусь. Я обязательно вернусь. Слышишь? Не забывай, что я…ты же знаешь…что я… В общем, думай о маленьком домике с садом и не забудь про колокольчики. — Ким целует парня в голову и подаёт руку Марку. В этом жесте столько силы и доверия, что Туан не медлит не секунды. Он принимает тёплую кисть и сжимает её. - Марк, ты же знаешь, что я люблю тебя. - Джуниор поднимает свои влажные глаза. Они сидят в гостиной на диване. Слишком далеко друг от друга. Слишком нарочито и показушно. - Я знаю, милый, я тоже тебя очень сильно люблю. И всегда буду любить… Иди ко мне! - Марк раскрывает свои объятия и Джинён сразу бросается в них, как в тёплый дом. Он прижимается к родной груди и вдыхает любимый запах. Слёзы прорывают плотину. Джуниор не в силах больше глотать рыдания. Они берут верх и заполняют всю комнату, весь дом…всю Вселенную… - Мой хороший…мой милый…как же ты влюбился…я же понял это…я всё чувствовал… И как он любит тебя…видишь, даже ушёл, понял, что мешает… Он так тебя любит… - Туан вытирает слёзы пальцами и слегка укачивает парня, продолжая шептать какие-то глупые слова. Джуниор долго не может успокоиться. Но постепенно замолкает и только всхлипывает иногда. И его сотрясает дрожь. Наконец, слова прорываются беспрерывным потоком. - Марк…я не знаю, как так получилось! Я никогда не думал, что такое возможно. Я забываю обо всём на свете, когда он со мной. Я не могу его отпустить! Я слишком люблю! Мне он нужен любой! Нищий, богатый, глупый, некрасивый... - Джинён, - Туан улыбается, - Он же красивый. - Да! Он так красив... Что я умираю каждый раз, когда просто смотрю в его глаза. Ты простишь меня, Марк? - А ты? Ты меня простишь? Я смогу быть счастлив, если ты останешься моим…другом…братом…близким родственником. - Если ты любишь этого актёра. Если ты счастлив рядом с ним... Я тоже буду счастлив. Только не бросай меня. Если я буду знать, что ты думаешь обо мне иногда и мы будем видеться… Я наверное, смогу быть счастлив с моим рыжеволосым дурнем… Марк, ты не представляешь, какой он…необыкновенный…ты всегда понимал меня без слов и давал мне то, что я только пожелаю… Ты дарил мне себя… А он…он подарил мне меня… - Я понимаю, Джинён. Я сейчас должен собрать кое-что. А потом мне нужно будет уехать. Потому что мой парень очень скучает без меня. - в голосе и в глазах Туана Пак замечает какую-то нежную радость, переходящую в восторг. - Мы скоро уедем, Марк…купим себе жильё…ты можешь жить здесь…это же твой дом. - Нет, оставайтесь здесь. Я всё равно не смогу тут жить. Слишком много воспоминаний. - Марк, у меня тоже. Мы уедем. Возможно, даже завтра. Я положу ключ под коврик, как обычно, ладно? *** Джексон появился ровно в семь вечера. Пока он ехал к Туану, сердце рвало грудь. Оно ныло и давало сбои. Ревность убивала медленно и неторопливо, шаг за шагом… Вечер был так тих, так свеж и прекрасен, а Ван не видел этого, не ощущал. Он смотрел на людей через тонкую заслонку стекла и видел их лица, фигуры, они куда-то спешили…куда-то возвращались… У них были свои цели, свои любимые и свои предпочтения, которые они выбирали или же не выбирали… А Вану оставалось только ждать и надеяться, что он не забыт… Что его любят и никогда не оставят. Не променяют на более спокойное, знакомое и привычное. Когда показался этот красивый дом, где обитал ЕГО ЧЕЛОВЕК, сердце защемило и стало очень больно. Он остановил машину и приготовился ждать. Он будет сидеть здесь столько, сколько будет необходимо, чтобы появился Иен. Даже если этого никогда не случится, он не сможет сдвинуться с места. Потому что больше ничего не останется. Туан унёс весь мир с собой. И вернёт его только, когда появится. Вся жизнь абсолютно ничего не значит для него. Если в ней больше не будет Иена… - Гага, открой багажник. Видишь, сколько вещей. - низкий голос сносит крышу и заставляет дышать. Радоваться. Жить. - Иен! Ты пришел! - Джексон выскакивает из машины и сминает собой любимое тело. Марк только успевает уронить туго набитую сумку и распахивает свои объятия. - Конечно, пришел, Гага. А ты что, сомневался во мне, да? - Марк ликующе хохочет, чувствуя, как его любят и хотят. - Нисколечко, Иен. Я же самый лучший. Самый красивый и смелый. - Джексон тоже начинает смеяться своим диким смехом. Он втаскивает сумку в багажник и открывает дверку. Засовывает туда Марка и закрывает, — Всё, Туан! Ты теперь моё сокровище. И все твои мысли теперь…обо мне. Машина отъезжает и никто не замечает одинокую фигурку на ступеньках. Фигурка сжимается и садится на корточки. Джинён улыбается. Он видит, как Марка любят, как его так сильно любят, что можно отпустить и забыть. Улыбка очень яркая и счастливая. Но на самом деле боль царапает и царапает его душу… «Ну где же ты, тупица? Сейчас мне тебя так не хватает... Немедленно появись... И дай мне сил...» Дверка у красной «феррари» медленно ползёт вверх и Югём спешит к своему парню. - Ты никуда не уезжал? - Джинён вскакивает и бежит навстречу своему рыжему счастью. - Конечно, нет. Как я мог бы тебя бросить? - Ким ловит любимого в распахнутые руки.