Отвори своё сердце для печали...

Когда этот страшный человек ушёл, Джексон вздохнул облегчённо… Но через некоторое время, сердце начало делать какие-то странные скачки. Мозг отказывался воспринимать ситуацию, а тело уже рвалось из последних сил на свободу. Думать логически пока не удавалось… Одно понимал Ван, что его уже точно хватились и сейчас уже ищут по всему отелю. Возможно, менеджер догадается просмотреть все отснятые материалы, заснятые на видеокамеру. И служба безопасности отеля уже начала свою работу, по поиску крутого актёра. Не мог же его этот ублюдок пронести незаметно перед всеми входами и выходами! И вообще, как ему удалось нести Джексона? Он ведь не пушинка! Все его уже ищут! И вполне возможно, скоро найдут. Ведь это же не шуточки, это — киднеппинг! Джексон немного успокаивается и пытается одной рукой справиться с повязкой. Это ему удаётся и он шумно дышит открытым ртом, очищая лёгкие. Теперь можно кричать. Ван пробует сперва очень тихо и вопросительно… Потом всё больше набирая силы в голосе. Его крик возвращается к нему, выбивая барабанные перепонки. Такое ощущение, что он находится под землёй и звук не покидает отведённое для него место. Джексон более внимательно оглядывает каждый угол, каждую деталь этого помещения. Стоять ему неудобно и он присаживается на свой топчан и разглядывает внимательно трубу, к которой прикреплён намертво этими дурацкими наручниками. Джексон столько раз видел фильмы, где герои очень легко находили какие-то шпильки, и другие предметы и в течение нескольких минут открывали нехитрый замок. Быть может, это сможет сделать и Ван? Парень лезет свободной рукой в карманы своих пижамных штанов, но они пусты. Тогда он снова осматривает предметы в близком отдалении от себя. Ничего такого! Ну хоть бы какая-то железка! Рядом, на грубо сколоченном столе лежит банка с каким-то не то порошком, не то жидкостью… Но до стола ещё дотянуться надо! Ван пробует подтянуться поближе. Тонкое кольцо елозит по запястью и оставляет розовые следы. Нет, ну можно, конечно как-то дотянуться. Но зачем ему эта баночка? В голове Джексона вдруг всплывает один интересный сюжет из фильма, там героиня, оставленная прицепленной к железной кровати наручниками, просто достаёт крем с полочки и смазывает им свои запястья. Это очень похоже на фокус, но у неё получается…и она пытается выдернуть руку, воспользовавшись смазкой… Только…ей, вроде, это не помогло… Хотя, её запястья гораздо тоньше. Джексону не удастся выдернуть кисть… У него мощные…мужские руки. Да и всё равно за ним скоро приедут и вытащат его отсюда. Он же Джексон Ван. Когда проходит ещё немного времени и Кайе за это время успевает полежать в забытьи, подумать о своей несчастной судьбе, потом получить шок от волны мыслей, накатывающихся на него. И наконец, до него доходят слова мужика о том, что Марку тоже угрожает опасность. Чёрт возьми! Это блеф или что? Почему этот ублюдок знает про него и Марка? И что всё это значит? Что он тут сдыхает из-за своего любимого? Это — месть им обоим? Но Иен такой безобидный человек. Разве могут быть у него враги? Как-то не состыкуется. Мысли Джексона полностью заполняют весь мозг… От них невозможно избавиться. В самом крайнем случае, конечно можно будет избавится от этой преграды в виде наручников, просто перегрызть себе руку, как делают это лисы и волки, попав в капкан! Но это невозможно. Потому что…это же очень больно! И от вида крови, Джексон вполне может потерять сознание… Хотя…что-то в этом есть…кровь ведь хорошая смазка…немного позже, можно обдумать эту идею гораздо подробнее… А пока ещё есть надежда, что сейчас, прямо в эту минуту, его ищут. Вся полиция наверняка поднята на уши. Ведь он является самым что ни на есть чжунгожэнь* и гражданином этой страны… Проходит ещё немного времени и Джексон чувствует, что медленно сходит с ума от всего этого… Его накрывает с головой паническая атака! Больше не остаётся в голове позитивных мыслей… Туан, без сомненья, сейчас тоже находится в каком-то кошмаре! Его мучают сейчас или ещё того хуже… Дальше Джексон думать не может, он начинает орать, срывая голос и дёргая свой наручник. Когда из груди рвутся какие-то хрипы, он задыхается от рыданий. *** Марк собирает всю картинку целиком. Всё оказывается слишком просто. Только толку от всего этого нет... Он отходит от телохранителя и ищет свой смартфон. Набирает номер любимого и ждёт… - Алло! - слышит он незнакомый голос. - Кто это? - Это Туан? Тут написано - «Мой»… я разговариваю с каскадёром группы? - Да, это я…где Джексон? Вы менеджер? — голос Марка слишком спокоен, но внутри всё собирается в комок. - Джексон Ван пропал…его нет в номере… Сейчас его ищут… Я не могу с вами разговаривать…сейчас его телефон заберёт полиция. - Он не мог пропасть вот так просто! Неужели нельзя просмотреть записи видеокамер? - Всё сейчас проверяется… Он из номера пропал примерно в одиннадцать утра…а сейчас уже вечер! Я не могу с вами больше разговаривать, с вами свяжется полиция. - Чёрт! - Марк слушает короткие гудки, - Ну, Банк, я из тебя всю душу вытрясу! Туан бросает телефон и делает несколько глубоких вдохов и выдохов. «Это случилось…всё вышло из-под контроля! Если бы Марк так долго не тратил время на „милые“ беседы!» - Банк! - Марк идёт в коридор, но там никого нет. «Он как-то вышел? А как же код замка?» В своё время Марк не смог так просто сбежать… Туан всё же идёт в глубину квартиры, может он где-то здесь. - Банк! Нет ответа. Он его находит на балконе. Тот стоит возле перил и смотрит вниз. Марк перестаёт себя контролировать. Он хватает парня цепкой рукой за ворот и подтягивает к себе молниеносным движением. - Где твой смартфон? Звони этому ублюдку! Джексон пропал! - на этот раз голос Туана дрожит. - У меня нет его номера…мы не связывались по телефону… Это бы было слишком просто, Марк. Туан теряет способность рассуждать, он несколько раз ударяет парня по лицу наотмашь. Тот не сопротивляется. Тогда Иен опрокидывает его тело на перила и тот свешивается спиной над бездной. Туан прижимает его слишком тесно, держа за шею и наклоняет всё больше и больше. В глазах парня страха нет. Он только улыбается. Марк пугается именно этой белозубой улыбки… Она выбивает у него почву из-под ног… Он поднимает парня и отшвыривает от себя. - Банк… - шепчет он, - Что ты от меня хочешь?.. Разве я виноват в том, что люблю? - Ты не должен любить этого придурка…он этого недостоин. - А ты достоин? Ты достоин, чтобы я любил тебя? - Марк нервно закрывает лицо руками и шумно дышит. Парень сосредотачивает свой взгляд на тонких и белых пальцах трюкача. - Я? Нет! Конечно же нет. Я тоже не достоин. Я ничего и не прошу. Мне ничего от тебя не надо. Думаешь, ты сможешь меня шантажировать? Нет, Марк. - Я могу тебя убить…ты не боишься? - Туан убирает руки от лица и смотрит внимательными глазами в глаза своего «хранителя». - Нет…ты не сможешь меня убить…ты же знаешь, это всё блеф. - Банк отворачивается и идёт в комнату. Марк понимает, что времени совсем не остаётся. Его, быть может, нет совсем. Как заставить этого мудилу сотрудничать с ним? Есть куча способов, но проверять их все нет ни сил, ни желания. Или есть? - Банк… - Марк обгоняет парня и преграждает ему путь. Дыхание слишком тяжёлое, слишком прерывистое, - Банк, ты его не знаешь…он никогда и никому не делал зла… Он и мухи не обидит! Если бы он знал, что так получится с твоей сестрой, он бы что-то предпринял. - Что бы он мог сделать? Ты же сам понимаешь, что полюбить он её не мог. - Ну вот, ты же понимаешь. - Ну, тебя-то он полюбил. Жизнь свою был готов отдать. Не задумываясь. - Банк, - вдруг догадывается Марк, — Ты же можешь совершить ещё одну сделку! Со мной. - Какую ещё сделку? - парень заглядывает в глаза Туана. - Спаси Джексона…а меня убей…это же я виноват во всём, правда? - Марк! Ты от страха за этого ублюдка совсем голову потерял? Я не хочу ТВОЕЙ смерти…ты тут вообще ни в чём не виноват. - Нет, виноват…смотри…если бы на твоём месте была твоя сестра, разве бы она не поступила так же, как поступила… влюбившись в меня? Я не был бы виноват в её смерти? - Не путай меня! Ты на своём месте! - Но…ты же влюбился? - Что за глупые мысли! Влюбляются только кисейные барышни… Я - полюбил. - Банк не отпускает глаз Марка, он просто тонет в них. - Хорошо. Если бы твой характер был похож на характер твоей сестры, ты бы тоже сдался и наложил на себя руки, разве нет? - Туан добавляет в свой взгляд как можно больше чувств. - Возможно… - Тогда я был бы виноват? Подумай…ты же умный. - Нет…но это ничего не значит… Джексон поступил с ней, как со шлюхой. Он использовал её, а потом предложил встречаться раз в неделю… Ты бы так не поступил. - А если? Если бы я поступил бы так же? Я был бы виноват? - Нет! Ты не поступил бы так… И ты прекрасно это знаешь. Марк очень устаёт. Его веские аргументы разбивается об этот крепкий лоб. Тогда Туан просто опускается к ногам телохранителя и склоняет голову. - Прости его…ты можешь сделать со мной всё, что захочешь…я не буду защищаться… Я прошу прощения вместо него… Банк…мне очень жаль…что всё так произошло… Кайе виноват… Но он не заслуживает смерти. - Поднимись! - парень тут же поднимает Марка за подмышки очень легко. У него в руках просто немыслимая сила, -Ты не должен просить прощения за него… Моя сестра отдала свою жизнь…отдаст и он. Следующие действия Марка не поддаются никакой логике, но необходимо вывести этого человека из себя немедленно. Марк просто сгребает его лицо в свои ладони и целует. Этот прыжок из ненависти очень важен. Он даёт другие эмоции и взрывает мозг. А что ещё остаётся? Парень сперва очень сильно вздрагивает. Его ум не успевает переосмыслить происходящее, а тело следует инстинктам. В данный момент - любви. Он отвечает на поцелуй, всё больше распаляя себя и идя на поводу у низменной страсти. «Всего лишь неопытный ребёнок!» - думает Марк и на сердце становится очень тяжело. Но обратного хода нет. Поцелуй получается какой-то изнуряющий и опустошающий. Он слишком искренний, слишком исступлённый. Марк отрывается от губ и переводит дыхание, тяжело дыша и смотря прямо в глаза парня. - Марк…что это было?.. - парень теряет свою независимость, в его глазах только непонимание и страсть… Туан даже чувствует, как бьётся его сердце, под лёгкой тканью летнего костюма. Объяснения не нужны. Марк молчит и опускает глаза на уровень губ парня. Тот ловит этот взгляд и краснеет. Лицо вспыхивает начиная со щёк и заканчивая кончиками ушей, - Марк…Зачем? - Вот теперь, ты знаешь, что такое чувства… За один такой поцелуй не страшно многое отдать… А всё, что ты там себе напридумывал, про вечную любовь…какую-то нереальную и божественную, которую ты, типа, испытываешь ко мне… Это же чушь! Вот теперь скажи, хочешь испытать это ещё раз? Говори правду! Парень сбит с толку. Всё его существо тянется непреодолимому желанию снова почувствовать эту леденящую эйфорию, это падение с высоты и одновременно самое высшее наслаждение. - Да… - Верно…ответ засчитан! Когда любишь, тебя тянет с такой силой, что ты уже просто не можешь управлять своими чувствами. Это испытывает каждый человек… Ты почувствовал меня. И больше никогда не сможешь этого испытать. Что ты будешь делать? Смиришься, как и раньше? Ты же недостоин меня, правда? Твой мозг сейчас говорит тебе, что это всё дурь! А твоё сердце сжимается от горя. - Я не отпущу тебя, Марк…ты сделал всё гораздо хуже! Теперь я просто хочу тебя! И вряд ли собираюсь себя сдерживать! - парень делает шаг в сторону Туана, но тот очень спокоен, ни одна ресничка не дрожит на его веках. - Да…понятное дело… Вполне обычная реакция. Такая же, как и у меня… Я тоже не смогу отпустить Джексона… Потому что люблю его… И никому не отдам. Я выпустил наружу твои внутренние чувства, о которых ты даже не догадывался… Это - страсть… Она разрушает мозг и остаётся только тело. Это — твои низменные инстинкты и плоть! В любви существуют стражники на грани действий и желаний. Твои желания ещё не переросли в действия. Если ты меня действительно любишь и тебе важно то, что чувствую я, то ты не сможешь переступить эту грань. Стражники тебя остановят. Ну, а если любви никакой нет, а есть только твои плотские желания, то ты сейчас, конечно, перейдёшь к действиям и я не смогу тебя остановить…даже не попытаюсь… Я жду…что ты сделаешь? Ты же знаешь, что люблю я другого, не тебя… Действуй… Туан чувствует, как медленно и бесповоротно из него вытекают силы. Он слишком далеко зашёл. И теперь всё зависит от чувств этого мальчишки... - Марк…я помогу тебе… Ты для меня дороже…чем мои желания… Мне не всё равно, что ты чувствуешь… Туан вздыхает и расслабляется… Сил больше нет. - Ты же знаешь, что делать? Парень знает. Он берёт смартфон и пытается куда-то дозвониться. Он очень долго ждёт ответа, потом срывается и чертыхается. Потом снова звонит… Договаривается…снова звонит… Потом смотрит на Марка… - Он не отвечает, я заказал билеты в Китай…я сам поеду… - Звони снова! Пусть забронируют два билета! - командует Туан и начинает складывать сумку. - Марк, что ты задумал? — парень следит за нехитрыми действиями трюкача, пока тот кидает в свою сумку какие-то вещи, - Ты не поедешь в Макао! - Ты что ли меня остановишь? — Туан даже не обращает внимания на охранника, - Если у меня есть хоть один шанс, я им воспользуюсь. - Ты не сможешь его найти! Это огромный город!.. И там…тебе будет угрожать опасность…если тебя увидят… - Именно! Я и хочу встретиться с этим человеком. Ему нужен был я, а не Ван. - Ты не сделаешь этого. Вполне возможно, что этот латентный гей-педофил уже исчез из города. - А может и нет! Верно? — Марк закрывает сумку и идёт к дверям, - Ну что, так и будешь стоять немым столбом? Звони и заказывай два билета! *** Песок очень сухой и колючий. Он сыплется за шиворот и оставляет неприятные ощущения. Где-то в Японии, есть места, где песок полностью заменяет воду. Им моются, им чистят посуду, но пить его нельзя… Ничто на свете не заменит эту драгоценную жидкость! Песок душит и заполняет все клеточки мозга… Жёлтый…блестящий порошок… Играющий с солнцем в прикосновения. Луч притрагивается и зажигает мутную песчинку… Заставляет её сверкать и искриться янтарным светом… Джексон приходит в себя. Очень хочется пить. Язык превратился в какое-то распухшее и колючее существо, что царапает его нёбо… Парень вдруг вспоминает, что с ним произошло и сердце бухается вниз, разбиваясь на короткие и глухие удары… Он не знает, сколько прошло времени. Ему кажется, что он находится здесь очень давно. Вполне можно состариться. Хотя, нет, без воды человек может протянуть всего несколько суток. Такими темпами времени совсем не остаётся. Где эти люди? Эта чёртова полиция? Неужели никто не сможет его спасти? Лежать и ждать смерти? Он и так потерял много времени. Джексон садится на свой топчан и ищет хоть что-то…чем можно воспользоваться. На ум снова приходит лисица, которая перегрызает себе лапу… Ван дёргает головой, пытаясь выкорчевать такие страшные мысли с корнем. Он снова оглядывает помещение, уже в который раз. Совсем недалеко стоит тяжёлый табурет, но до него не дотянуться… Сам топчан сколочен из досок и имеет тонкий каркас из брусков, можно бы было попробовать выломать один такой штырь и воспользоваться им, как рычагом, чтобы справиться с этой трубой, к которой пристёгнут наручник. Джексон присаживается на корточки, ощупывая и разглядывая каркас. Сможет ли дерево выдержать? Но самый глобальный вопрос-сможет ли Джексон отломать этот брусок? Одной рукой? Он пинает ногой топчан, пытаясь его перевернуть. Тот даже не шевелится. Тогда Ван поднимается, наклоняясь к трубе и протягивает ногу, стараясь ухватить ей тяжёлый табурет. Он почти достаёт, но не хватает каких-то сантиметров. Джексон двигает кольцо наручника, которое висит на трубе к самому краю и снова делает попытку. Нога продвигается на сантиметр. «Чёрт!» - Ван шумно дышит и расслабляет кисть, которая уже ничего не чувствует от боли. Взгляд опять натыкается на баночку, стоящую на столе. «Интересно, можно ли её как-то использовать? Если, например достать и разгрызть на тонкие полоски. Теоретически — да. Но поможет ли это открыть пружину замка наручника?» Джексон не думает, он уже вытягивает свою ногу в сторону стола. Он стоит гораздо ближе табурета, но ведь нужно же ещё достать эту баночку. Тут же в голове вспыхивает новая идея - использовать ножку стола опять же для рычага. И оторвать эту трубу. Ван тянет ногу и в конце-концов, ступню скручивает судорога. Джексон разминает затекшую ногу и делает ещё одну попытку. Он касается ножки и сжимая зубы от боли тянется ещё дальше. Вот носок его тапка зацепляет требуемое и Джексон медленно тянет ногу на себя. Стол продвигается, он скрежещет и едет. Радоваться рано! Но стол уже в зоне руки парня. «И что дальше? Как его поднять? Одной рукой это невозможно. Но ногами можно отломать ножку стола. Если попытаться, конечно.» Но сначала Джексон дотягивается до баночки и берёт её одной рукой. Потом садится на свой топчан и приближает крышку к прицепленной руке. Отвинчивает и нюхает содержимое. Похоже, какое-то масляное вещество, воняет скипидаром. Можно ли это использовать? Ван пока что отставляет банку и использует свои крепкие бёдра, чтобы отломить ножку от стола. Это был бы очень хороший и прочный рычаг. Джексон переворачивает деревянный предмет на столешницу и пинает по ножке, вкладывая в свои мышцы всю мощь. Когда уже сил не остаётся и Ван хочет немного отдохнуть, раздаётся треск. Ножка повисает на открытой древесине. Джексон доламывает её и тянет к себе ногой. Потом наклоняется и перехватывает свободной рукой. Встаёт и снова садится на топчан, переводя дыхание, чувствуя, как его язык превращается в мохнатую варежку. Слюна не помогает, её совсем не остаётся. Переждав и восстановив дыхание, Ван двигает ножку стола к себе и берёт её в руку, потом перехватывает другой рукой и пытается вставить между стеной и трубой. Ему это удаётся. Теперь всё зависит от везения. Резкий толчок и…ничего… Слишком неудобно держать эту ножку. Ещё одна попытка! Джексон делает резкий взмах. Тяжёлая труба поддаётся и отрывается от железных скобок. Кольцо наручника спокойно съезжает и даёт шанс на спасение. чжунгожэнь*- человек, проживающий в Китае.