Снайперша

      – Ну вот нахуя ты свалилась мне на голову? – возмущённо бурчал пепельноволосый парень, таща меня за запястье.       – Куда мы идём? – вымолвила я, шипя от боли в теле.       – Если уж я спас твою задницу, то бессмысленно бросать тебя на дороге, что бы ты истекла кровью.       – Спасибо, – тихо поблагодарила я.       Матсураши Хидан – так звали юношу, повернулся и посмотрел в мои глаза, прикованные к дороге.       – Будешь должна, – усмехнулся он, продолжая свой путь.       Через пару минут мы свернули на какую-то улицу, с маленьким количеством людей. Мой спутник, который имел удивительные глаза яркого малинового цвета и не менее удивительные для своего возраста седые волосы, поволок меня к группе людей. Я смогла разглядеть там три парня. Хидан со всеми поздоровался, один из молодых людей стоял немного в стороне, спиной к собравшимся и разговаривал по телефону, он даже не повернулся, когда мы подошли.       – Здравствуйте, – выглянула я из-за спины Матсураши, мило улыбаясь и махая рукой собравшимся.       – Хидан, ты что её избил? – недовольно спросил не особо привлекательный зеленоглазый шатен. Выглядел он сурово, а два шрама на щеках только усугубляли ситуацию.       – Какудзу, блядь, мне что, больше делать нечего?       – Тогда что это с ней? – продолжал выяснять отношения мужчина.       Тем временем со мной заговорил голубоглазый блондин, который всё время улыбался и пытался разом показать всю свою харизму.       – Тсукури Дейдара, – коротко представился он.       – Сузуки, – улыбаясь ему в ответ, сказала я, протягивая руку. Парень немного помедлил, но всё же пожал её. – Рада знакомству.       – Я тоже, красавица, хм.       – А вы очень любезны, не то, что ваш друг, – переходя на шёпот, поделилась я своими мыслями, указывая в сторону пепельноволосого. Тем временем третий парень из этой компании закончил свой разговор по телефону и присоединился к разборкам Хидана и Какудзу.       – Хидан, – позвал парня голубоглазый, подходя к нему ближе и снижая тон, чтобы я не уловила смысл разговора, однако мой слух меня не подвёл, – она такая хорошая, где ты её нашёл? – собеседник ухмыльнулся, пытаясь сдержать смешок.       – На вокзале, она с ментами дралась. – после этого заявления три недоумённых пары глаз уставились на меня, виновато улыбающуюся.

Незадолго до этого

      Я сидела в машине уже минут пятнадцать и покорно ждала возвращения брата. На улице изредка проходили, куда-то спешащие люди, все были заняты своими делами и заботами. Этот однообразный вид сменил ребёнок. Мальчишка лет шести-восьми ходил туда-сюда с ведром и какой-то тряпкой. Вся его одежда была порвана и помята, а коленки сдёрты до крови. Он подходил к людям и что-то спрашивал у них, но те лишь огрызались и проходили мимо. Мне стало интересно, что хочет этот ребёнок и я, подумав, что ничего страшного не случиться, выбралась из удобного салона на улицу. Я, держа дистанцию, последовала за мальчиком, проходя во двор пятиэтажек. Подойдя довольно близко, я услышала, как мальчик просил у какой-то женщины помыть её машину, даже за копейки.       – Ты посмотри на себя, умора! Вот этими грязными руками ты мне машину мыть собрался? Я тебя и близко к ней не подпущу! Проваливай отсюда! – накричавшись сполна, истеричка залезла в свою машину и быстро уехала.       Тем временем к бедному ребёнку подошли личности представляющие закон.       – Опять ты здесь ошиваешься? – начал кричать на мальчика один из двух мужчин.       – Мы тебе сколько раз говорили убираться от сюда и не нервировать прохожих? – взъелся толстяк. – Сколько!? – заверещал он, как истеричка и ударил мальчика по лицу, от чего малыш упал на асфальт.       Моё сердце в этот момент забилось быстрее.       – Ты что оглох? – продолжал первый.       Мальчик молчал и лишь медленно поднимался на колени, но его тут же сбили с ног. Он упал, тихо простонав от боли.       – Что, язык проглотил?       – Мой папа умер, мама сильно болеет, а сестрёнка просит кушать. Я должен зарабатывать. Если я не смогу собрать деньги, моя мама умрёт! – отчаянно кричал ребёнок, на краешках его глаз появились слезинки, но он тут же их смахнул.       Я боялась пошевелиться с места, у меня был шок. Бедный мальчик, он просто зарабатывал деньги и ведь не попрошайничал! Эти мужчины, они ведь из полиции, как они могут бить ребёнка!?       – Нам плевать на твою маму! Если ещё раз появишься здесь, мигом очутишься в детской колонии! – крикнул один из них и попытался снова ударить мальчика.       Для меня это стало последней каплей: полиция избивает ребёнка, буквально не за что! Злость поглотила меня с головой, я сорвалась с места и ринулась к ним на встречу.       – Эй! – позвала я одного из них, берясь за его плечо.       Он незамедлительно повернулся и злобно сверкнул на меня взглядом. Я, не став дожидаться его реакции, сжала кулак и со всей имеющейся силы зарядила по его челюсти.       Рука тут же онемела, будто ток прошёлся от костяшек и до самого плеча. Он, не ожидав подобных действий, не успел ни защититься, ни хотя бы немного уклониться, поэтому его неплохо пошатнуло и он приземлился задом вниз.       – Ты что, сука, совсем охренела!? – взвизгнул второй офицер, оставляя мальчика в покое. – Какое ты имеешь право нападать на сотрудника полиции? – грозный, злой голос, подошедшего мужчины, раздался в нескольких метрах от меня.       – Мы тебя на лет десять посадим! – прошипел, лежащий на земле пострадавший.       – А какое вы имеете право избивать ребёнка!? – начала кричать я.       Адреналин наполнил всё моё тело, поэтому меня мало волновал тот факт, что улица сейчас пустовала и меня никто кроме этих чмырей не слышал и помочь никто, соответственно, не сможет.       – Что он вам сделал? Что-то я не видела такого закона, по которому он не имел право находиться на этой улице! Мальчик изо всех сил пытается спасти свою маму, он в свои семь лет, прокармливает семью, а вы его за это избиваете!? Что, думаете, раз форму напялили – самыми крутыми стали? А нифига! Это я вас засужу! – со стороны мужчины послышался смех.       – Ты...нас… – сквозь смех выдавливал он, – да ты полная идиотка! Зря ты не прошла мимо, как и все нормальные люди, – оповестил меня полицейский, принимая позу для нападения.       Я не стала ждать, пока мне выгребут пиздюлей, поэтому накинулась на него. «Доблестные офицеры», похоже, не собирались больше терпеть моё поведение, поэтому начали отвечать ударами на удар. Мне с моими метр с кепкой долго выстоять против громил конечно же не удалось. Мне не помогли ни уроки из детства по самозащите от Итачи, ни когда-то оказанная помощь в этом деле от друга, ни мои собственные тренировки. Слишком давно у меня не было спаррингов, поэтому то я и растерялась, завалившись на землю от сильного удара по ноге. А дальше меня начали безжалостно бить, попадая при этом по животу, рукам и ногам. Большинство ударов я отбивала, но один раз попали по лицу, от чего я на время потерялась в пространстве.       На улице кроме нас до сих пор никого не было видно, пролетела мысль, что меня сейчас попросту убьют. Согнувшись от очередного попадания по рёбрам, я посмотрела в сторону мальчика, который сидел на земле и испуганно смотрел в мои глаза, не зная, чем помочь. Снова во мне заиграла злость. Если я ничего не сделаю они догонят и изобьют ещё и мальчика, этого я не допущу, они не имеют права! Я схватилась рукой за ногу одного из мужланов и потянула её на себя, тот не смог удержать равновесие и свалился рядом. Я не теряя времени, потянулась рукой в карман, достала от туда несколько купюр и кинула в сторону мальчика, крикнув:       – Беги от сюда! – тот медлил, испуганно моргая глазами. – Давай, быстро! – он сорвался с места бросив напоследок "Спасибо". Я улыбнулась и вновь переключилась на соперников.       Я села на одного из них и начала с силой бить по его лицу, тот кое-как дышал, глотая собственную кровь из носа и хватаясь за челюсть, которую я, по всей видимости, выбила своим первым ударом. Я уже радовалась маленькой победе, но мене тут же опрокинули с него. Второй мужчина попытался зарядить мне кулаком в лицо, но я перехватила его руку и свернула за спиной, тот тихо взвыл от боли, ещё мгновение и в уши ударился треск кости и его крик. После этого где-то из далека раздался звук сирены. Успели вызвать наряд? Я собиралась ударить снова, но меня схватили чьи-то руки и, не успела я ничего предпринять, как они уже тащили меня в противоположную сторону. Я начала испуганно брыкаться, понимая, что истратила почти все свои силы и справится с очередным ублюдком в форме мне не удастся. Какого же было моё удивление, когда обернувшись я увидела не полицейского, а обычного гражданского парня, возле которого быстро шёл мальчик.       Проанализировав ситуацию, я поняла, что ребёнок бросился звать на помощь и таки привёл её ко мне, но злость не давала мне мыслить здраво. Поэтому я хотела продолжить начатое.       – Отпусти меня! – прошипела я сквозь стиснутые зубы, пытаясь вырваться из его хватки.       – Ты их до смерти избить хочешь?       – Они этого заслуживают!       – Ты совсем чокнутая! За тобой уже наряд едет, за решётку захотела?       – Мне всё равно, отпусти я сказала! – меня тут же с силой тряхнули за плечи.       – Успокойся! Ты на тот свет захотела, дура!?       Я замолкла и перестала сопротивляться. Парень крепко схватил меня за запястье и потащил в неизвестном направлении. Погрузившись в свои мысли я и не обратила внимания, когда от нас успел уйти мальчик и, собственно, где теперь мы. Мой спаситель потащил меня за угол здания, мимо тут же пролетела машина с мигалками. Затем он завёл меня в какой-то переулок и остановился.       – Матсураш Хидан, – коротко представился он, я нахмурилась и тихо произнесла:       – Сузуки.       – Ну, ебанутая девчонка, и чем тебе менты не угодили? – с усмешкой спросил он.       – Эти мрази избивали ребёнка, который ничего не сделал!       – Смело с твоей стороны нападать на них. Кто так драться научил? Не смахиваешь ты на супер сильную девку из спецназа.       – Брат в детстве учил, – буркнула я себе под нос.       – И кто же твой брат? Местный?       – Меня родители учили не распространять информацию про семью незнакомым мужикам. – нахмурилась я, на что парень залился смехом. Мы постояли так ещё недолго, а потом он вновь схватил меня за руку и поволок за собой.

***

      – Она такая хорошая, где ты её нашёл?       – На вокзале, она с ментами дралась, – после этого заявления три недоумённых пары глаз уставились на меня, виновато улыбающуюся.       Один из взглядов показался мне уж слишком знакомым. Я несколько раз моргнула, рассматривая третьего парня. Не может быть…       – Сузуки? – удивлённо спросил молодой человек и, не дожидаясь ответа, подошёл, быстро схватил меня за руку и поволок прочь.       Честно сказать, за сегодня меня уже порядком достало то, что меня тягают за руку, как куклу. Трое парней остались стоять, ничего не понимая. Когда меня наконец-то отпустили на землю, я смогла в полной мере разглядеть приятеля.       – Шисуи, – прошептала я, а он тут же обнял меня и начал кружить.       – Глазам своим не верю, ты так изменилась!       – Ты не видел меня всего год       – Аж год! Когда ты прилетела? Почему ничего не сказала?       – Прости, думала Итачи скажет тебе.       – Думала она, – буркнул парень, а я тем временем нарадоваться не могла. Как же я по нему скучала!       Шисуи – лучший друг моего старшого брата и приходится мне дальним родственником, не кровным правда, потому что его отца когда-то усыновила семья Учиха. Он был высоким красивым парнем со слегка вьющимися короткими волосами и тёмными глазами.       Когда мы с мамой переезжали в Китай, Шисуи уже пол года проживал там, по той простой причине, что его родители в то время практически не бывали дома, разъезжая по заработкам. Они не могли оставлять ребёнка одного, поэтому мой друг некоторое время жил у своего дяди в Инине, в этот же город переехали и мы.       Мы вместе ходили в школу, хотя он и был старше меня почти на 8 лет, но нам это не мешало дружить. Когда я переходила в пятый класс, Шисуи как раз окончил одиннадцатый и улетел обратно в Токио. Там он поступил в военный университет и прилетал в Китай только на летние каникулы. Но этим летом мы так и не смогли увидеться, из-за обострившихся отношений наших государств, перекрыли границу.       – Давай рассказывай, что у тебя стряслось? Что имел в виду Хидан, когда говорил, что ты с ментами подралась?       – Давай я тебе потом всё расскажу, можешь позвонить Итачи, он наверное уже вернулся в машину, а меня там нет, не хочу чтобы он переживал.       – Конечно, – он быстро набрал номер и приложил к уху телефон.       – Итачи. Боже, что ж ты так кипишуешь, не волнуйся, у меня твоя сестрёнка. К вечеру верну, – и отключился.       Я в ужасе представила как это разозлило брата.       – К вечеру? – возмутилась я.       – Ты бы себя в зеркало видела! Нельзя тебя на люди в таком виде выпускать.       – Ну уж спасибо! – огрызнулась я, отворачиваясь от парня, но он цокнул языком и поволок меня в сторону дороги к своей машине.       Мы быстро доехали до его места жительства. Этот дом, в отличии от моего, вообще не изменился: всё такой же двухэтажный и довольно простой. Мы зашли внутрь, я поприветствовала его родителей, они были безумно рады мне, но их очень напряг мой внешний вид, я отмахнулась тем, что «неудачно упала с лестницы», вроде поверили, так как на их памяти я всё детство от куда-то падала. Мы поднялись в комнату Шисуи.       – Садись, – приказал он, указав на кровать. Я села на край, он положил рядом со мной аптечку. Учиха взял перекись и аккуратно протёр мою разбитую губу, потом царапину на щеке. После этого он взял мазь и принялся обрабатывать все мои гематомы.       – Как так можно? – я лишь потянула плечом, но всё же рассказала ему всё.       Сказать, что Шисуи был недоволен – ничего не сказать, но возмущался он не долго, поддавшись моим невинным глазам.       – Только не говори Итачи, не хочу чтобы он переживал по этому поводу.       – Хорошо.       – Те парни – твои друзья? – решила я как-то разрядить обстановку и спросила первое попавшееся на ум.       – Нет, знакомые, они ходят на одни и те же профильные занятия, что и Итачи. Я случайно их встретил.       – Ясно, – на этом разговор был закончен.

***

      – Значит, только не говори Итачи!? – кричал брат.       Я оглянулась на стоящего в проходе друга и зло выкрикнула его имя:       – Шисуи!       Он сдал меня! Я просто не верю, он правда рассказал всё брату, хотя я просила не делать этого!       – Прости дорогая, но твой брат хотел убить меня, ведь думал, что это я посмел поднять на тебя руку, а я не могу допустить, таких оскорбительных обвинений, – на это я лишь надула губы и вновь повернулась к злому брату.       – Как ты могла ввязаться во всё это и ничего не рассказать? Они ведь могли убить тебя! Благо какой-то мальчишка видел лица тех мужиков и я уже позвонил нужным людям. Их засадят, – вот эта новость всё же меня обрадовала, они получат по заслугам! Но…       – Ты больше не будешь никуда ходить одна, – сказал, как отрезал.       – Что? Итачи, хватит меня считать ребёнком, я могу контролировать ситуацию!       – Ты подралась с полицией! Это ты называешь контролем ситуации!? Я сказал, что теперь ты под присмотром, значит так и будет! – это было обидно, я слушала его и не могла поверить, что это Итачи. Тот самый старший брат, который в жизни не повышал на меня голос, сейчас орал во всю глотку. Он растоптал моё достоинство. Как так можно?       Я сорвалась с места, изо всех сил сдерживая слёзы обиды и побежала на третий этаж, врываясь к себе в комнату и с силой захлопывая дверь. Я закусила щёку изнутри и рухнула на кровать.

***

      На следующий день после наших разборок с братом я извинилась перед ним, но по правде говоря, это было неискренне. Первую ночь я его ненавидела, последующий день обижалась, а оставшееся время не понимала, но так или иначе злость отступила. Во мне осталось лишь непонимание и глупые вопросы "почему он это сделал?", "зачем?", "что вообще с ним твориться?". Вскоре я перестала мучить себя надоедливыми мыслями, где-то внутри поняла, что он действительно волнуется, а я вела себя, как дура.       – Гин? – удивилась я, заметив, что женщина стоит напротив меня. Я       называла её только по имени, без всяких суффиксов и других дополнительных слов – она так просила. Для меня подобное обращение к взрослому человеку было непривычно, но другое её обижало, поэтому пришлось смириться.       – Наконец-то, я стою здесь уже пару минут и пытаюсь дозваться тебя.       – Прости, я задумалась, – улыбнулась я ей, на что та тяжело вздохнула.       – Ты всегда была такой странной?       – Даже не знаю, – засмеялась я вместе с ней.       Мне нравилось то, что мы с ней могли свободно разговаривать, не выделяя друг друга навязанной уважительностью. Я, по её же просьбе, не обращалась к ней на «Вы», не смотря на разницу в возрасте, а она не делала этого, не смотря на то, что является прислугой. Даже отец, будучи довольно суровым человеком, симпатизирующим чёткой иерархии, общался с ней, как с хорошей знакомой, а не уборщицей.       Всю следующую неделю я просидела дома, пока в школе оформлялись мои документы, мне шили форму на заказ, и я сама отходила от драки. За это короткое время мы с Гин смогли неплохо поладить, эта женщина была хорошим человеком, такой же доброй, как моя мама. Она в какой-то степени заменяла мне её в этой стране. Глупо было отрицать, что я очень скучала по дому в Китае и по семье, что осталась там, но Гин, как могла, отвлекала меня от грустных мыслей.       Женщина рассказала о своей жизни, а она у неё была трагичной. Когда-то, она была молодой привлекательной ученицей обычной школы, многие мальчики бегали за ней, но её сердце отозвалось лишь для одного. Этот парень оказался старше её на четыре года, он был самым обычным, без супер-внешности и богатств, но это не мешало Гин любить его. В то время в семье всё решали родители, и они не намерены были отдавать свою дочь за бедняка, родителям жениха невеста тоже не пришлась по вкусу. Тогда влюблённые решили сбежать, они смогли уехать в другую страну. Гин часто говорила, что это были самые счастливые месяцы её жизни.       Вскоре они расписались и уже через месяц узнали о её беременности, их радость не знала предела, но началась война. Её мужа призвали на фронт, а спустя три месяца пришла весть о его смерти. Тогда же, из-за её нервного срыва случился выкидыш, срок был уже большим, скорее всего это повлияло на то, что она больше не могла иметь детей.       Она больше не смогла полюбить, совесть и возможно даже гордость не позволили ей вернуться в родной дом, да и стали бы её там принимать после побега? Она ходила работать на рынок или же грузчиком, зарабатывала там копейки, которых едва ли хватало на то, чтобы снимать небольшую комнатушку. В конце концов цены на жильё подняли, её здоровье подкосилось от тяжёлой, явно не женской работы, из-за этого она лишилась заработка. Гин оказалась на улице без денег и пропитания, из-за истощения она упала в обморок, её увидел мужчина и отвёз в больницу. Когда она очнулась мужчина всё так же был рядом, переживая за здоровье найденной женщиной. Она рассказала ему свою историю и после этого он забрал Гин к себе, обеспечил жильём, едой и работой. Она была ему безмерно благодарна. Позже она рассказала, что тем мужчиной был мой отец.

***

      Проведённая неделя дома прошла очень быстро: я полистала принесённые Саске книги, выданные мне школой, изучила расписание и расположение кабинетов и корпусов. В воскресенье вечером приготовила всё к первому учебному дню: собрала сумку, выгладила доставленную на дом школьную форму, она, кстати, была очень даже ничего: две белых рубашки с коротким и длинным рукавом, тёмно-синяя расклешённая юбка, вместо галстука была красная ленточка, которую можно было завязывать на бант, а также синий пиджак с золотой эмблемой заведения. К этому образу я добавила длинные чёрные гетры и чёрные туфли на устойчивом каблуке. На зимнее время к школьной форме разрешалось добавлять бежевый пуловер.       Убедившись, что я точно ничего не забыла, я улеглась на кровать, обратив внимание на часы, показывающие почти час ночи. Отмечаю для себя, что завтра буду вставать с большими усилиями. Ночью я спала плохо, ёрзала по кровати, всё время просыпалась, что-то тяжело было на душе, думаю я всё же переживала на счёт своего первого учебного дня. В итоге я смогла нормально заснуть лишь под утро и уже через пару часов меня начала будить Гин, но встать я так и не смогла. Снова погружаясь в царство единорогов, я почувствовала, что кто-то видимо очень смелый, начал трясти меня за плечо.       – Итачи, отстань, – буркнула я сквозь сон.       – Почему ты ещё не встала? Мы уже опаздываем! Через десять минут ты должна стоять возле машины! – строго отчитал меня брат и ушёл, закрыв дверь. Я медленно открыла глаза и зевнула пару раз. Ну чего так кипишевать? В школу к 9, а ехать туда минут 20, времени на сборы валом. Я потянулась и лениво подняла свой взгляд на часы. Как 08:30!?       – Блядь! – вырвалось из моих прекрасных уст отнюдь не прекрасное выражение.       Я в ужасе соскочила с кровати и начала в спешке одеваться и приводить себя в порядок. Смотря в зеркало замечаю под глазами небольшие синяки от бессонной ночи. Супер просто! Умываюсь, надеясь смыть недосып. Быстро расчёсываюсь, буквально выдирая волосы с корнями. Беру сумку, обуваюсь и вылетаю на улицу, подбегая к машине. Там уже сидят нервные братья.       – Как можно так долго собираться? – возмущается Саске.       – У меня есть вопрос получше: как можно так долго спать? – подхватывает волну негодования Итачи.       – Всё, отстаньте, поехали уже.       Итачи тронулся с места и рванул в сторону школы. Мы приехали как раз во время звонка. Следуя указаниям Итачи, я поднялась на третий этаж и направилась к 21 кабинету – там у меня должен был состояться первый урок.       – Извините за опоздание, я могу войти? – робко извинилась я, заглядывая в класс.       На меня тут же устремились десятки лиц. У доски стояла красивая молодая женщина, на вид ей не дашь более 26 лет. Волосы её вились у кончиков и отливали цветом горького шоколада, глаза тёмные, выражающие спокойствие.       – Сузуки? – интересуется она, на что я согласно киваю. – Конечно, проходи.       Учитель представилась мне, назвав себя Куренай-сенсей и оповестив о том, что она является классным руководителем этого класса, после чего слово дали мне. Я поприветствовала своих новых одноклассников и назвала своё имя, утаив фамилию. По правде говоря, я просто не хотела её говорить, не хотела, чтобы кто-то считал меня дочкой богатенького папы, которая попала сюда только благодаря «связям» и у которой за спиной есть крутые братья. Нет, я хотела быть обычной неприметной девушкой, на которую никто не станет обращать внимания. Мне больше симпатизируют тишина и покой, не представляю себя в кругу внимания – это не моё.       После своего короткого приветствия я прохожу за единственное свободное место в классе – 3 парта, место у окна возле какой-то девушки. Она была довольно красивой: блондинка, волосы не очень густые, достают чуть ниже лопаток, лицо милое, тонкие губы, большие и довольно необычные яркие янтарные глаза, худенькая, одета в такую же форму, как и все остальные. Я приветливо ей улыбнулась, но не осмелилась заговорить, всё же идёт урок.       Наша классуха говорила, говорила, говорила, а я просто молила все высшие силы избавить меня от этого мучения, ибо это было невыносимо скучно. И наконец-то Бог смиловался надо мной, прозвенел звонок. Все ученики начали вставать из-за своих мест и направляться к выходу, я взяла сумку и хотела было пойти следом, но меня остановила соседка.       – Аи, – представилась она, протягивая мне руку.       – Сузуки, – улыбнулась я, пожав её. – Рада знакомству.       – Я тоже.       Мы направились в следующий класс, моя новая знакомая рассказала мне всё обо всех учителях. Вскоре прозвенел звонок, у нас была история и вёл её довольно симпатичный пепельноволосый мужчина – Какаши-сэнсэй. Он оказался довольно строгим, но справедливым преподавателем. В общем-то мне он понравился.       На перемене я решила расспросить Аи на счёт расписания. Оказалось, что четверг считается проф. днём, то есть целый день будут идти занятия по профилю, а вот суббота и воскресенье – это дни всевозможных кружков и дополнительных занятий, на которые я, по словам блондинки, обязана записаться, ибо это очень приветствуется и вносится плюсом в характеристику.       Следующим уроком оказалась физкультура, которая заставила меня почувствовать себя недееспособной амёбой. Хотя я никогда не жаловалась на свою выносливость и возможности, но я чуть не откинулась. Наш учитель – Гай – это человек, одержимый своей профессией и не ведающий граней.       Литературу вёл пристарелый извращенец – Джирая, у которого, что не фраза – двусмысленный намёк. За пройденные уроки я сделала вывод о том, что учителя здесь довольно специфические личности, хотя, бесспорно, прекрасно разбираются в своих предметах. Для себя я отметила, что меня уже ничем не удивить. Именно с такими мыслями я шла на урок музыки.       Забудьте всё, что я говорила! Гай и Джирая просто ангелочки в памперсах по сравнению с нашим учителем по музыке – Би! Он рифмует всё подряд и до него никак не доходит, что смысл в его сочинённых строках попросту отсутствует! Господи, избавь меня от страданий!       Когда прозвенел звонок и этот кошмар закончился, я пулей вылетела из класса. Уроки закончились, сейчас бы пойти домой и перевести дух, но я вовремя вспомнила, что после уроков начинаются профильные занятия, а я, на минуточку, понятия не имею, куда мне идти. Бессмысленные шатания по спортивному корпусу не дали необходимого результата, поэтому я решилась спросить дорогу у кого-нибудь.       – Извините, – позвала я проходившего мимо парнишу, тот тут же повернулся и озарил меня ослепляющей улыбкой, я и сама непроизвольно улыбнулась.       – Чем могу помочь? – поинтересовался он.       – Не подскажешь, где здесь проходят занятия по профилю снайперов?       – Да, конечно, пошли, я проведу тебя, так будет намного проще, чем объяснять.       – Большое спасибо! – поблагодарила я юношу, обрадовавшись, что мне на пути попался именно он. – Я Сузуки, кстати, – представилась я.       Парень тут же затормозил и уставился на меня внимательным взглядом.       – Учиха Сузуки? – переспросил он, чем вызвал у меня немалое удивление.       – Откуда ты знаешь мою фамилию?       – Саске рассказывал мне, что домой возвращается сестра. Конечно, прошло много времени, но я всё ещё помню твоё имя.       – Мы знакомы? – поинтересовалась я, хмурясь с каждой секундой всё больше, пытаясь напрячь память.       – Да, я Узумаки Наруто – ваш сосед, мы играли вместе в детстве, – в памяти начал всплывать образ весёлого непоседы, который всегда находил себе приключения на одно место и доставлял немало хлопот своим родителям.       Я осмотрела парня с ног до головы, желая убедиться, что юноша передо мной и мальчик из воспоминаний – это один и тот де человек. И вправду, те же пшеничные волосы, находящиеся на голове в постоянном беспорядке, те же огромные добрые голубые глаза и лучезарная улыбка.       – Наруто, прости, я не узнала тебя, – смущённо произнесла я на что парень завёл руку за голову и в излюбленном жесте взлохматил волосы на затылке.       – Да ладно тебе, столько времени прошло, тебя тоже не узнать, так выросла! Кстати, зачем ты ищешь снайперов? Идёшь по просьбе учителя? Или ищешь кого?       – Не совсем, хочу записаться на профиль.       – Да ладно!? – это был первый вопрос, за которым последовала целая череда ему подобных.       Когда наш путь подошёл к концу, Узумаки вежливо попрощался, сказав, что был рад меня увидеть. Я же прошла в массивные деревянные двери, передо мной предстали два коридора: один вёл к огромному залу, а другой к раздевалкам и душевым. До звонка оставалось чуть больше десяти минут, я решила быстренько переодеться. В женской раздевалке не оказалось ещё чьих-либо вещей, поэтому я сделала для себя вывод, что буду одной девушкой в мужской компании, хотя, возможно, есть ещё кто-то, но по какой-то причине сегодня отсутствует. Я надела свою спортивную форму: облегающие чёрные ласины, такого же цвета спортивный топ, поверх которого красовалась свободная тонкая белая майка, обувью мне послужили белые кроссовки. Я глубоко вздохнула и вышла из раздевалки, направляясь к тренеру, который уже знал о скором моём прибытии, ведь являлся не кем иным, как Учихой Мадарой, а если говорить ещё конкретнее – моим дядей.       – Здравствуйте, – поприветствовала я, сидящего у входа в зал брюнета.       – Сузуки, дорогая, привет, – улыбнулся мне Мадара, добродушно потрепав меня по волосам, – Ты проходи внутрь, до звонка ещё пять минут, можешь познакомиться с ребятами.       – Хорошо, спасибо, – улыбнулась я и нервно переведя дыхание, всё же осмелилась войти внутрь.       Меня молнией ударило, когда я увидела площадь зала. Он был просто огроменным, разделён на несколько частей: поляна для стрельбы, место турников и тренажеров, площадка для бега и ещё много чего. Я всё увлечённо разглядывала и даже не заметила, как ко мне подошли.       – Кого я вижу, – раздалось где-то неподалёку.       О нет! Нет, нет, и ещё раз нет! Этот голос… Я узнаю его из тысячи: такой нахальный, властный и самодовольный до безобразия.       – Хидан? – удивлённо выдаю я, поворачиваясь в сторону парня.       За его спиной собрались ещё некоторые ребята, в том числе и Итачи, кроме того, было пару человек, которых я успела запомнить с нашей первой встречи с Матсураши, когда он уволок меня от полицейских и привёл к своим товарищам. Значит, все эти ребята учатся на этом профиле?       – Сузу, не думал, что ты учишься у нас в школе, я удивлён. Но ты дверью немного ошиблась, – растянулся он в улыбке, а я всё гадала, как у него рожа не треснула от такой радости.       – Во-первых, я Сузуки, а не Сузу! Во-вторых, я новенькая, поэтому ты и не замечал меня здесь раньше. А в-третьих, не ошиблась, с этого дня я занимаюсь по профилю снайпера, – с самым грозным видом раскрыла я перед ним все карты. Хидан тут же начал в открытую ржать, кто-то из присутствующих поддержал его тихими смешками.       – Ты и Снайпер? – сквозь смех проговаривал нахал, – Ёбнулась тогда, наверное, сильно головой? Ты хоть пистолет в руках то держала?       – Нет, не держала и скажу больше: я ходила в самую обыкновенную школу, без всяких подготовок, но это не значит, что я не способна ничему научиться, – процедила я сквозь зубы, выходя из себя всё больше.       – Ты и два дня здесь не продержишься.       – Посмотрим!       – Тебе сколько лет, о Великий снайпер-сама?       – 17.       – Ну вот на что способна такая малолетка как ты?       – Придёт время, когда ты пожалеешь, что недооценивал меня! Я докажу тебе, что на многое способна. Я вам всем докажу! – с вызовом выкрикиваю я, смотря прямо в малиновые глаза подонка.       От моих слов его энтузиазм, кажется, вообще достиг придела, он ухмыльнулся и как-то дико стрельнул в меня глазами.       – Докажешь, говоришь?       – Именно.       – Тогда давай на спор?       – Какой спор? – хмурюсь я ещё сильнее, чем прежде.       – У нас есть одно место-поляна, засаженная деревьями, кустами и кучей ловушек, там обычно сдают экзамены, но для нас сделают исключение. Мы пойдём туда, как только тебя зачислят в школу, я возьму с собой пару ребят из любого другого профиля и мы начнём игру: зарядим автоматы краской вместо пуль, сможешь "убить" меня и я признаю, что был не прав, но если проиграешь то останешься для всех бесполезным дерьмом. Ну как, заключим спор? – с нахально-довольной мордой, он протягивает мне руку.       – Сузуки, не глупи! – слышу голос Итачи.       – Он тебя сделает, – поддакивает голубоглазый длинноволосый блондин, в котором я узнала своего недавнего знакомого – Тсукури Дейдару.       – Согласна, – выдаю я на одном дыхании и пожимаю протянутую руку, – Разбей, – говорю я, блондину.       – Ты об этом ещё пожалеешь, – выдаёт он, но всё же разбивает.       Ну что же, начинается моя «весёлая» жизнь.