Снайперша

      Хидан сидел в кабинете своего холостяцкого дома, смотрел в окно и попивал коньяк. Настроение было ни к чёрту, а погода за окном только угнетала и без того напряжённую обстановку. Второй день беспросветно лил дождь, сопровождаясь громом и вспышками молнии. Создавалось ощущение, что погода вторила буре внутри него самого.       Последний месяц забрал у молодого человека все силы и вымотал оставшиеся нервы, поэтому его лучшими друзьями на вечер стали сигареты и выпивка – «Прекрасные антидепрессанты» – подытожил мысленно парень. Сложно было признаться даже самому себе, что он устал. Студент бы предпочёл ежедневную адскую боль в мышцах после самых ожесточённых тренировок, чем полное внутреннее опустошение. Матсураши ещё никогда не чувствовал себя настолько беспомощным. Осознание того, что ты бессилен, не просто выводило из себя – оно сжирало заживо. Думать о том, какого сейчас приходится Итачи, совершенно не хотелось: Учиха не успокаивался ни на минуту весь этот жуткий месяц, ведя своё расследование, которое, к сожалению, не давало никаких, даже самых малых, зацепок. Все члены команды вкладывали свои усилия, но безрезультатно. Впервые, сильнейшая «подпольная» организация страны оказалась бессильна.

***

      Итачи сидел на краю заправленной кровати и крутил в своей руке небольшую фотографию до боли знакомой девушки. Он не мог понять: как они это допустили? Почему никто не предупредил её о возможной опасности? И самое главное – почему никто её не защитил? Откинув фотографию на постель, парень нервно вцепился в свои волосы. Хотелось выть от бессилия, от чувства вины. Да, они все облажались, все были виноваты, но навряд ли кто-то переживал это так же, как он.       Очередной звонок на телефон раздался, когда стрелки часов указывали на шесть вечера. Учиха Итачи незамедлительно поднял трубку и внимательно выслушал ориентиры, попутно беря куртку и ключи. Он ехал к очередному месту назначения, подобных адресов за этот месяц он объездил около ста, но надежда всё ещё продолжала жить в каждой клеточке его тела, да и могло ли быть по-другому?       Проехав два с половиной часа, чёрная машина остановилась возле старого обшарпанного трёхэтажного здания. Пейн поджидал у парковки в полной экипировке. Брюнету уже становилось стыдно просить помощи у друга, но один бы он не справился. Парни незаметно прошмыгнули в здание, на всякий случай, держа наготове пистолеты. Они прочистили сооружение вдоль и поперёк, исследовали каждую комнату, каждый угол, подвал, чердак, всё, что только было возможно, но не нашли ничего существенного.       – Прости, что опять прервал твой отдых на пустую трату времени, – сдержанно произнёс Итачи.       Его голос не дрогнул, ни один мускул не повело, лицо оставалось спокойным, а тело расслабленным. Рыжеволосого всегда удивляла способность Учихи в совершенстве владеть своими эмоциями, контролируя не только тело, но даже взгляд. Перед ним стоял гений, совершенная машина для убийств, профессионал своего дела, который глубоко в душе метался из угла в угол, от бессилия круша стены и выдирая свои волосы с корнями.       – Пока есть хоть малейший шанс нужно цепляться за любую возможность, – проговорил Пейн и, похлопав собеседника по плечу, направился к своей машине.       Учихе не оставалось ничего другого, кроме как последовать примеру рыжеволосого и отправиться домой.

Ранее

      Возвращаясь после своего первого свидания, Сузуки разве что не порхала над землёй от умиротворения и радости. Никогда раньше она так не переживала из-за какой-то встречи, никогда её голова не начинала болеть от сотни мыслей о том, как нужно себя вести, что говорить и делать и никогда не было такого сладкого послевкусия. Её трусило весь предыдущий день до встречи и первый час во время её, но затем наступил момент привыкания. Жесты и слова перестали прокручиваться в голове заранее, мысли больше не образовывали хаос, а губы растянулись в искренней улыбке, которая почти не слезала с лица весь оставшийся вечер. Напряжение исчезло, будто его и не было, осталась лишь крупица волнения и кроха смущения. Все эти чувства создавали неповторимый эмоциональный коктейль, который теперь, после прощания с парнем, заставлял труситься ноги, а тело покрываться мурашками.       Она отрицала, что не слышала ранее более приятного тембра голоса, чем у него, что его улыбка навсегда запечатлелась в памяти, что простое прикосновение в виде объятий на прощание вскружило ей голову. Всего один вечер рядом с ним – десятки эмоций, главная из которых – счастье. В её голове уже застрял его образ, который теперь появляется там не реже каждых пяти минут, но она настырно отрицала чувства, которые он в ней вызывал. Глупость или благоразумие? Пожалуй, покажет время.

***

      Свои права начал настырно проявлять июль, заявив о себе резким перепадом температуры. Данный месяц был знамёнщиком тревоги и стресса, ведь 20-го числа заканчивается первый триместр, а это значит, что совсем скоро начнутся контрольные срезы и профильные экзамены. На счёт последней учебной недели переживали все, даже такие ледяные глыбы, как Пейн и Итачи. Что уж тут говорить, начинали активную подготовку даже оболтусы вроде Узумаки Наруто.       Сузуки тоже времени зря не теряла и практически всё своё свободное время проводила за изучением всей необходимой литературы, которая может пригодиться, при сдаче экзаменов. От результатов итоговых работ зависело не только дальнейшее право обучаться в данном учебном заведении, но и право быть лучшим среди других. Иными словами, те, кто провалятся, гарантированно вылетают за двери, а все остальные участвуют в конкурсе на звание лучшего ученика / студента.       Система простая: каждый из сдаваемых предметов, включая профильный экзамен, оцениваются от 50 до 100 баллов, после оглашения результатов по всем учебным дисциплинам, баллы суммируются, по конечному результату, выбираются лучшие ученики своих возрастных групп, а затем оглашается лучший ученик учебного заведения, тот, кто набрал больше баллов среди всех остальных. Фотографии этих людей вывешиваются на доску почёта и остаются там до конца триместра. В этом году главенство на доске занимал портрет Итачи Учиха, Саске же пребывал в лидерах среди своей возрастной группы. Сузуки была горда за братьев, но в тоже время чувствовала на себе тяжёлый груз ответственности не подвести, она знала, что её фотография также должна каким-то чудом очутиться на этой доске, поэтому девушка старалась приложить все возможные усилия, чтобы достичь цели.       Стоит заметить, что усиленная подготовка, не стала помехой для общения с Хиданом. Конечно, встречи были недолгими, но долгожданными. Они проводили время вместе на большой перемене, приходили заранее к учебному заведению, чтобы лишних десять минут провести за непринуждённой беседой, не упуская шанса выпалить колкость в сторону друг друга. Они вместе уходили с тренировок, он провожал её до парковки возле общежития. Как только появлялось свободное время, они тратили его на совместные прогулки и небольшие свидания. Она, ещё никогда прежде не испытывающая подобного мужского внимания, растаяла, как сахар в кипятке.       В какой-то момент перестали помогать мысленные запреты вроде «Он же бабник» или «Он просто играет со мной, а я ведусь, как пятиклассница». Разум медленно уступал место пылкому сердцу. Бессмысленно было доказывать что-то самой себе, отрицать очевидные вещи, путать собственные мысли, пытаясь спрятаться от правды. Раньше она не понимала, что с ней творилось: почему с ним ломались все её стереотипы, почему она не могла сохранять спокойствие и почему без него всё было «не так». Осознание пришло внезапно, когда она впервые проехала одна на мотоцикле – её маленькая победа за которую он был невероятно рад. Именно тогда, когда его губы расплылись в счастливой улыбке, а в глазах светилась гордость, когда его руки притянули её к себе и закружили, тогда она поняла, что пути назад нет, она погрязла в чувствах к тому единственному, от которого так настырно отпирался разум.

***

      – Что планируешь делать на каникулах? – спешно пережёвывая пищу, спросила Аи, косясь на свою подругу, которая пребывала в тягостном ожидании.       Сузуки оторвалась от ковыряния блинчиков и перевела свой взгляд на блондинистую особу, поражаясь вместимости её желудка, который поглотил в себя уже две порции бельгийских вафель и, кажется, на этом останавливаться не планировал.       – Ещё даже не объявили результаты экзаменов, а ты уже про каникулы думаешь, – наиграно осуждающе проговорила Учиха.       – Ну и что? До судного времени осталось всего-то 55 минут, да и вообще не понимаю твоего пессимизма, ты же сто процентов набрала минимальный балл по всем предметам, – возмутилась девушка подобному плохому настроению со стороны одноклассницы, не понимая, что минимального балла было недостаточно.       – Я просто не вижу смысла бежать быстрее паровоза, – невозмутимо ответила брюнетка.       – Девочки, да скажите ей, что это полная чушь! – всё никак не унималась девушка, привлекая в небольшую баталию ещё двух присутствующих за столом.       – Я думаю, Сузуки просто не хочет пока ничего планировать, это её право, – пожала плечами Хината и отпила свой латте.       – Да ладно вам, нашли повод поспорить, – простонала Сакура, потирая виски. – Меня куда больше волнует тот факт, что Ино опаздывает почти на час.       – Тебя это удивляет? – усмехнулась Аи, вспоминая «пунктуальную» знакомую.       – Ни капли, просто я надеюсь, что она хотя бы подойдёт к началу объявления результатов.       – Думаю, она понимает всю важность явиться вовремя и обязательно появиться на мероприятии, – сказала Хьюго, стараясь придать голосу уверенности.       – Я тоже так думаю, – согласилась со знакомой Аи. – Кстати, Хината, а ты чем планируешь заняться последующие два месяца каникул?       – Я… – начала девушка и осеклась.       – Мы проведём каникулы на отдыхе, – пришла ей на выручку Сакура.       – Вдвоём? Куда поедете? – продолжала проявлять своё врождённое любопытство Аи.       – Саске и Наруто позвали нас поехать с ними на месяц в Камакуру, – протараторила розоволосая особа, слегка смущаясь обсуждать планы с Саске при его сестре.       Сузуки же и бровью не повела на данную новость. Конечно, внутри боролась маленькая ревнивая девочка, которая не хотела ни с кем делить своих братьев, но и препятствовать было глупо, поэтому девушка просто промолчала, сделав вид, что разговор её ни капли не интересует.       – Это так классно! А я вот уезжаю к бабушке вместе с родителями. Слушай, Хината, Наруто так хорошо к тебе относится, ещё и на отдых позвал, мне кажется ты ему нравишься, – это заявление ввело Хинату в краску, а Сузуки заставило подавиться воздухом.       По сравнению с Сакурой и Сузуки, Аи проводила мало времени с Хинатой, возможно поэтому то и не замечала того спектра эмоций, который скапливается вокруг её и Наруто. Поэтому-то она и не догадывалась о том, что влюблённые уже давно пребывали в отношениях, да и разве стоит её в этом винить? Ребята усиленно это скрывали, поэтому о том, что было между ними, знали единицы – те, кто был наиболее близок им и наиболее наблюдателен.       Девушки ещё продолжали вести беседу, когда Учиха окончательно ушла в себя. Она не сказала им о своих планах, ведь действительно не хотела загадывать наперёд раньше времени, но её желанием было поехать к маме, хотя бы на пару недель вернуться в Китай, в котором она провела половину своей жизни, и который стал для неё вторым домом. Она очень хотела вновь увидеть сводную сестру Иби и отчима, обнять маму.       Брюнетка сидела за столом в небольшом кафе в десяти минутах ходьбы от школы, наблюдала за разговором своих знакомых и не могла поверить, что время пролетело так быстро. Всю предыдущую неделю она провела в нервном мандраже, сдавая один за другим контрольные и экзамены. В это время, Матсураши здорово поддерживал её, чем расположил к себе ещё больше. Сейчас же, оставался последний рывок – выдержать томительное ожидание до объявления результатов. По правилам данного учебного заведения в определённое время все списки развешиваются в актовом зале после чего устраивается небольшая линейка с объявлением лучших учеников триместра и подведением итогов.       Сказать, что Сузуки нервничала – не сказать ничего. Она должна была не замарать имя Учиха, а для этого ей нужно было не просто набрать минимальный проходной балл для перехода в следующий класс, но и занять лидирующее место среди одногодок.       Полностью погрузившись в свои мысли, школьница и не заметила, как оказалась в холле школы. Аи словно ураган помчалась вперёд, расталкивая поток, а Сузуки замерла в дверях, смотря вслед подруге. От волнения вспотели ладони и участилось дыхание, но внешне она и виду не подала, что переживает.       – Сузуки! – раздался радостный крик блондинки, бежащей обратно. – Сузуки, мы с тобой набрали проходной балл! Пойдём же, посмотришь! – Учиха почувствовала, как её взяли за руку и, не спрашивая разрешения, потянули в гущу народа.       Сердце в груди выплясывало польку, с каждым новым шагом появлялись новые сомнения. Она знала, что выложилась на полную, отдавала подготовке к экзаменам все свои силы, но что, если этого оказалось недостаточно? Она новичок в военной сфере и есть много других способных ребят, которые обучаются здесь не первый год.       – Смотри, я вторая в списке! – гордо произнесла Аи, очередной раз выводя подругу из глубоких мыслей.       Сузуки взглянула на строчку в списке, куда указывал тоненький палец одноклассницы. Сердце пропустило сильный удар и она, больше не думая, перевела свой взгляд на сантиметр выше. Уголки губ дёрнулись в еле заметной улыбке. На первой строчке в списке красовалась её фамилия.       – Поздравляю, – раздался тихий голос вблизи её уха, от чего девушка незамедлительно вздрогнула всем телом.       Резко обернувшись, Сузуки не смогла скрыть удивления: перед ней стоял ни кто иной, как Хидан, который держал в правой руке небольшой букет из красных роз.       – Ты знал? Откуда? Результаты вывесили минут пять назад… – растерянность, удивление и зарождающееся счастье смешивались в один большой эмоциональный ком.       – Я не знал, просто не сомневался в тебе.       Он знал, что нужно говорить и когда это необходимо делать, умел подлавливать моменты, прекрасно пользовался своей харизмой и не скупился на цветы. Она не была глупой и понимала, что это может оказаться лишь приманкой, но наплевав на всё, она осознанно попалась на крючок. Не смотря на стоящую рядом Аи и на кучу народа, Сузуки сделала шаг навстречу и уже в следующую секунду обвила его торс, таким образом, заключив в объятия.       – Если это всё окажется твоим моноспектаклем, то мои аплодисменты твоей безупречной игре не утихнут до конца жизни, – шепчет она и отстраняется, а затем искренняя улыбка озаряет её лицо и он уже не может оторвать от неё взгляд.       – Это не игра, – серьёзно произносит он.       – Спасибо, – беззаботно перебивает его Учиха и выхватывает цветы из его руки.       В это время на радостную парочку косился отнюдь не радостный взгляд.       – Никак не свыкнешься с мыслью о том, что дети вырастают? – спросил Пейн, увидев куда и как смотрит Итачи.       Брюнет, поняв, что его словили с поличным, посчитал бессмысленным уходить на попятную.       – У тебя нет сестры, – спокойно произнёс он, таким образом, намекая на то, что рыжеволосому не понять данной ситуации.       – Ты прав, и я бы мог понять злобу Саске: ему Матсураши никогда не нравился, – чтобы подтвердить свои слова, парень слегка качнул головой в сторону, где стоял младший из братьев и с осточертением сжимал кулаки, смотря на сестру. – А вот тебя я понять всё же не способен, Хидан же был для тебя не последним человеком, вы дружили.       – В этом и дело, я слишком хорошо его знаю.       У Итачи больше не было никакого желания продолжать данный диалог, поэтому он молча ушёл.       Когда на линейке объявили имя Сузуки вместе с другими лучшими учениками, она почти тактильно ощутила гордость со стороны братьев, радость со стороны своих знакомых и друзей, а также злобу от некоторых личностей. Нельзя нравиться всем, особенно, когда ты новичок, который делает всё лучше других. Сузуки знала об этом, поэтому на зависть со стороны одноклассников не обращала никакого внимания. Главное, что она смогла не оплошать. Теперь осталось не уйти ниже данной позиции и когда-нибудь опередить Саске и добраться до места, которое снова занял Итачи – лучший студент учебного заведения.

***

      – Жестоко, – подытожил Дейдара, откладывая снимки на стол, задумчиво оглядывая собравшуюся в кабинете Мадары организацию.       Сузуки, обладая прирождённым любопытством, не могла не посмотреть на изображения, поэтому ловко подхватила их с деревянной поверхности, но уже в следующее мгновение, снимки полетели обратно, в горле застрял писк, в глазах ужас, а её желудок сжался в тугой ком. То, что она увидела на фотографиях, трудно было назвать человеческими телами, скорее кровавым месивом с раздробленными костями, снятой кожей и фаршем вместо мышц.       Вчера объявили результаты экзаменов и по всем правилам с сегодняшнего дня должны были наступить долгожданные каникулы, которые продляться около двух месяцев, однако отдых закончился, не успев начаться.       Когда сегодня утром девушку разбудил звонок телефона, а на дисплее высветилось имя дяди – Учиха Мадары, который затем сообщил об общем сборе через час, она и подумать не могла, что тема их раннего сбора будет такой серьёзной. Как сообщил Мадара, за помощью к ним обратилась полиция, которая на протяжении пяти лет расследовала ряд жестоких убийств, по мнению офицеров никак между собой не связанных. Хидан же имел на этот счёт другое мнение, но пока не спешил его озвучивать, а лишь молча крутил в руках несколько снимков, присланных вместе с другими документами и уликами.       Сузуки, силясь подавить в себе подступы тошноты, вызванной мимолётным взглядом на кадры, удивлялась стойкости парней, которые даже бровью не повели. В особенности её внимание привлёк Матсураши: парень был серьёзен, уже не первую минуту сидел неподвижно и внимательно смотрел на цветные картинки, будто стараясь разглядеть в них какой-то текст с подсказкой.       – Они предполагают, что здесь замешаны четыре человека, которые между собой никак не связаны. Убийства происходили в разные года, при разных обстоятельствах и почерк ничуть не схож, даже орудия труда и способ убийства разнится. Единственное, что объединяет всех их – жестокость.       – Сколько смертей? – поинтересовалась Конан, переводя тяжёлый взгляд на Мадару, который закончил вещание.       – Около двадцати пяти в общей сумме. Ни одного из убийц найти не удалось, улики размыты, ничего конкретного, – пояснил лидер.       – Думаешь, имеем дело сразу с четырьмя серийниками? – холодно поинтересовался Пейн.       Мадара было уже открыл рот для ответа, но его перебил Итачи:       – Хидан, имеешь какие-то мысли? – простой вопрос, но интонация, с которой он был произнесён, заставила Сузуки поёжиться.       Было понятно, что Итачи всем своим видом выражает неприязнь к Матсураши, но всё же старается не втягивать это в работу. Хидан тяжело вздохнул, поняв, что его озабоченность снимками заметили.       – Да, ты раньше работал с подобными убийствами, есть какие-то домыслы?       Сузуки не поняла вопроса Пейна. Что он имел ввиду под «Ты раньше работал»? Школьница с горечью осознала, что совершенно не знает своего приятеля, но точно знает, что впредь это так не оставит.       – Думаю, что кто-то водит нас всех за нос, – подал голос седоволосый юноша.       – О чём конкретно речь? – вступил в диалог Обито.       – В том, что на нас скинули якобы четыре серийных убийцы. Да, я согласен, что наша доблестная полиция иногда тупит, но сложно поверить в то, что за пять лет они не смогли словить ни одного из четырёх. Да и если подумать, разве много у нас встречалось этих серийников? А здесь сразу четверо начали свою деятельность пять лет назад. Не кажется странным?       – Хочешь сказать… – задумчиво начал Итачи.       – Это один человек, – закончил мысль Матсураши и в комнате повисла тишина.       Сузуки сидела и не понимала его умозаключений, до неё никак не могло дойти с чего он это взял. Почему один, если все улики твердят об обратном?       – Эту теорию нужно доказать. В конце концов, орудия убийства и даже оставляемые мутные зацепки никак не схожи, – сомневался Пейн и его можно было понять.       – Есть предположение, что это делалось специально, – продолжил седоволосый парень.       – По-твоему он специально оставлял улики, запутывая следствие и никак не выдавая себя при этом? А кроме этого мастерски менял почерк убийств до неузнаваемости? – спрашивал Итачи, хмурясь всё больше.       – Да, но возникает вопрос, возможно ли это для простого смертного? Так кардинально изменить методы убийств… – произнёс Хидан и мельком взглянул на задумчивую напарницу.       Сузуки же поражалась рассудительности присутствующих. Откуда в их головах берутся эти доводы? Как Хидан по снимкам смог понять суть? И как его мысли уловил Итачи? Они не следователи, у них нет ежедневного набора задач по расследованию особотяжких преступлений. Ответ приходит сам – у них есть незаменимый опыт. Смотря на то, как её товарищи выстраивают логическую цепочку событий, девушка всё больше расстраивается, ведь только сейчас начинает осознавать, что ей до их уровня, как пешком до луны.       Учиха бы и дальше занималась самобичеванием и анализом своей бездарности, если бы не мысль, врезавшаяся в голову и возникнувшая не понятно откуда. Девушка начала в очередной раз просматривать отчёты патологоанатома, записи детектива, описание улик, предположения и прочее. С каждой новой прочитанной строчкой, ей всё больше казалось, что это сделали разные люди. В тоже время, она понимала, что мало смыслила в подобном и судила лишь из каких-то личных убеждений и некой интуиции, что ли. То ли дело Хидан… Но разве он не может ошибаться? А что если, она права?       – Может быть за этим всем стоят пятеро? – тихо произнесла брюнетка, смотря в пол.       Разговор, который вели до этого между собой парни прекратился и все взгляды устремились на школьницу. Она не была уверена в правоте, но попытаться стоило.       – Что? – переспросил её Пейн, пытаясь понять мотив подобной глупости. Сузуки мялась, смотря в пол, но понимала, что нужно быть решительнее, иначе никто и никогда не будет воспринимать её всерьёз. Её взгляд тут же приобрёл твёрдость и она больше не отводила его в сторону, а уверенно встретила наплыв внимания к себе со всех сторон комнаты.       – Я подумала, что Хидан, хоть и не оглашает основной причины своей теории в том, что это дело рук одного человека, все-таки не стал бы говорить это, не будь он уверен, но с другой стороны стоят неопровержимые факты того, что люди разные. И я подумала, а вдруг правы все?       Девушка заметила лёгкую перемену во взгляде Итачи и подумала, что он начинает её понимать и это придало ей немного уверенности.       – Что если убийц было действительно четверо, но за ними стоял кто-то ещё? Кто-то, кто взял руководство процессом и продумал мельчайшие действия подчинённых? После её догадки, каждый погрузился в свои мысли и несколько минут никто не смел нарушать тишину. Первым из раздумий вышел Пейн.       – Ты же понимаешь, что твоя теория очень сомнительна? – начал рыжеволосый. – Но это похоже на правду, – закончил парень и обвёл всех взглядом.       – Остаётся вопрос кто эти люди? И какую цель они преследуют? – раздался усталый голос Мадары. – Это вам, ребята, пища для размышлений. Совсем недавно были убиты две девушки, нам нельзя допустить очередной жертвы, так что пока думайте. И напишите сегодня, кто в случае необходимости сможет выдвинуться на миссию во время каникул. На этом всё, все свободны.

***

      – Честно говоря, ты меня удивила тогда, – признался Хидан, смотря на девушку, идущую рядом.       Они немного прогулялись по парку и сейчас он провожал девушку в общежитие.       – Не знаю с чего подобная мысль зародилась в моей голове. Может быть всё это бред? Прикольчики больной фантазии? – улыбнулась брюнетка, замедляя шаг.       Их небольшая прогулка подходила к концу, они дошли до парковки, дальше Сузуки наотрез отказывалась себя провожать.       – А мне кажется, что мысль гениальна, – ответил ей улыбкой седоволосый.       Она смотрела на него и не верила, что в одном человеке способно уместиться так много прекрасного: красота, ум, остроумие, сила, обаяние и многое другое. Или всё дело только в её голове? В конце концов, влюблённость ослепляет, но, если честно, ей не хотелось приобретать солнцезащитные очки.       Он смотрел на неё и не верил, что встретил ту, в которой соединялась несвойственная для девушки сила, как физическая, так и духовная, и необъятная нежность. Как он упустил тот момент, когда она залетела к нему в мысли, забыв предупредить, что билет был в один конец?       Они смотрели друг на друга, как два влюблённых идиота, не способных разрушить невидимый барьер, мешающий сделать последний шаг навстречу. Хидан замечает, как она нервно прикусывает губу и это действие кажется ему самым сексуальным в мире. Он поддаётся на соблазн, наплевав, на всё, просто наклоняется вперёд, не сводя взгляда с её губ. Их разделяет пару сантиметров, которые почти не заметны в сумерках. Сузуки начинает дрожать, понимает, что ещё секунда и его губы накроют её уста, но волнение побеждает зародившееся желание.       – П…подожди, – девушка отгораживается от парня руками. – Я должна тебе сказать, – мямлит она, краснея всё больше и больше.       – Сузуки, успокойся, – мягко произносит парень, пытаясь подойти ближе, но Учиха делает шаг назад.       – Нет, нет, послушай, ты только не смейся, – она смотрит на него так умоляюще, что он не может не согласиться.       – Не буду, обещаю.       – Я целовалась всего раз, это было давно и вообще всё это было случайностью, – от волнения и стыда, девушка проговаривает всё очень быстро, но Хидану удаётся разобрать смысл фразы. – Я просто не умею, – еле слышный шёпот.       Матсураши застывает в шоке. Он догадывался, что она девственница, но про то, что она целовалась лишь единожды он и подумать не мог. Да и как это вообще было возможно? Она – невероятно красивая и сексуальная, вокруг сто процентов всегда было куча парней, мечтающих заполучить её, тогда как? Тут же на ум ему пришло воспоминание, в котором он без спросу позарился на её губы, тогда он и подумать не мог, что дарит ей второй в её жизни поцелуй. И какой? Ему стало ещё более стыдно, чем было до этого и теперь так хотелось всё исправить, показать, что он может быть другим: не тем грубым, властным мужиком, которым она его запомнила в тот злополучный вечер.       – Сузуки, это… Я не знал, прости, – он виновато отводит малиновые глаза в сторону. – Не переживай, всё хорошо, – продолжает он, стараясь нагнать те эмоции, которые ещё минуту назад охватывали их двоих, но момент уже был упущен.       – Извини, Хидан, мне нужно время, – девушка обрывает любые дальнейшие слова и просто сбегает, а он лишь смотрит ей вслед, понимая, что снова не смог расположить её к себе.       Девичий силуэт уносится в сторону противоположную от общежития. Матсураши думает о том, что ей захотелось прогуляться после подобного, поэтому не стал её останавливать. Парень долго стоял на месте и смотрел вслед брюнетке, пока она не растворилась среди домов и машин.       Хидан ещё долго будет вспоминать блеск её глаз и румянец на щеках. Матсураши не выпустит из памяти тот момент, когда она испуганно ринулась от него, как от кипятка. Он не сразу поймёт, что боялась она не его, а тех чувств, что завладели сердцем. И парень больше всего на свете будет сожалеть, что тогда не остановил её.       Если бы он знал, что за ней следили, что после того, как девушка, пребывая в растерянных чувствах, не замечая ничего вокруг, забрела в сквер и была схвачена двумя ублюдками. Если бы тогда он знал, что она бесследно испарится вместе с похитителями, и никто не сможет ей помочь. Он бы ни за что не отпустил её одну.       Если бы он знал…

***

      Сузуки помнила лишь свою трусость. Трусость перед собственными чувствами. Она сбежала, вместо того, чтобы остаться, чтобы объяснить ему всю гамму эмоций, которую он создаёт в ней. Она не думала куда бежит и зачем, просто хотелось скрыться от его пристального взгляда и трепетных прикосновений. Она не сразу поняла, что ей хотелось убежать от самой себя. А затем всё помнится лишь обрывками: сквер, необъяснимое чувство тревоги, её беззаботность и неожиданно появившаяся рука, с силой стиснувшая ей рот и нос. Она была растеряна и не смогла вовремя использовать свои знания и умения. Судорожный вдох, который решает её дальнейшую судьбу. В голову слишком неожиданно ударяет резкий запах, в котором Учиха без сомнений распознать хлороформ, но это уже никак не сможет ей помочь.       Вот так просто лучшая ученица своего потока, одна из самых талантливых девушек военного заведения, та, что подавала надежды позорно облажалась перед лицом опасности. Сузуки не успела ничего предпринять, всё происходило слишком быстро, а её мозг попросту не успевал за реальностью. На тело накатила слабость, брюнетка лишь попыталась дёрнуться в попытке освободиться, но ей ли было не знать, что после того вдоха всё было предрешено. Она обмякла в руках неизвестного и попрощалась со своим сознанием на ближайшие пару часов.       Очнулась она уже ночью, обнаружив себя сидящей на стуле в каком-то тёмном помещении, освещаемом лишь повисшей на оголённых проводах старой лампой. Попытка встать не увенчалась никаким успехом, до уставшей головы не сразу дошло то, что она была привязана к стулу. Брюнетка впала в панику, безуспешно пытаясь придумать план своего спасения, биение сердца начало отдаваться в голове, что лишь вызвало мигрень. Она не понимала, зачем её выкрали и что собираются делать дальше, а ожидание только усугубляло ситуацию.       К тому моменту как Сузуки услышала шаги где-то за дверью, она уже успела разглядеть всю комнату и понять, что, скорее всего, находится в подвале. Вычислить это было несложно: маленькое зарешетчатое окно, расположенное почти под самым потолком, ветхая деревянная лестница, ведущая вверх и витающий запах сырости были достаточными аргументами.       Когда послышался характерный щелчок замка и открылась дверь, Сузуки нервно перевела дыхание. Лёгкой поступью к ней спускался худощавый парень в круглых очках, которые не предавали ему мужественности. Лицо его выражало спокойствие, но лёгкая улыбка и пугающий блеск глаз наводили ужас. Плавным движением светловолосый парень схватил свободный стул и присел прямо напротив заложницы, с насмешкой смотря в её испуганные глаза. Учиха успела заметить, как в помещение зашёл ещё один человек – толстый и высокий парень.       – Джиробо, оставайся наверху, – обратился к нему тощий юноша и громиле пришлось послушаться и остаться стоять у двери. – Ну что же, Учиха Сузуки, меня зовут Кабуто, невероятно рад нашему знакомству, – проговорил собеседник, растягивая губы в улыбке. Брюнетка знала, что в таких ситуациях нужно тщательно подбирать слова, не грубить и быть паинькой, но нервы сдавали, поэтому она сделала всё с точностью да наоборот.       – Не могу ответить взаимностью, – сквозь зубы прошипела школьница, с вызовом смотря на похитителя. – Что вам от меня нужно?       – Что же, если тебе так угодно, то можем перейти сразу к делу, – не снимая самодовольной улыбки, ответил парень. – Мне нужна вся информация, которой ты владеешь об организации «Акацуки».       – Я понятия не имею о ком идёт речь, – не колеблясь ни секунды ответила заложница.       Удар пришёлся по её лицу слишком неожиданно, из-за чего девушка не сдержала тихий вскрик. На опалённую от физического воздействия кожу тут же приземлилась стальная хватка руки мучителя.       – А вот строить дурочку не советую, – словно змей прошипел юноша, с силой отталкивая голову собеседницы назад, от чего хрустнула тонкая шея. – Среди наших кругов уже давно ходит слушок о новом члене организации. Все шепчутся о талантливой девчонке. Знаешь что о тебе говорят? – гадкая улыбка шире расползлась по лицу. – Что ты никогда не промазываешь. – закончил Кабуто и тут же тихо рассмеялся. – Кто знает, может быть это и правда, но вот только сейчас у тебя нет оружия, а кроме того ты полностью обездвижена. Да и спасения ждать неоткуда, твои дружки не найдут этого места, так что рекомендую сто раз подумать, прежде чем продолжить свою актёрскую игру в невинную овечку.       Сузуки была напугана. Каждая клетка тела напряглась до предела. Она поняла, что врать уже не было смысла, эти люди знают, кем она является. Девушка знала что они копают под Акацуки и, скорее всего, хотят избавиться от всех членов организации, поэтому ей ни в коем случае нельзя раскрывать рта. Вот только захватывающая паника шептала ей на ухо, что она слабачка. Учиха предполагала, что за неповиновение её будет ждать расправа, так сможет ли она выстоять? Не подвести свою команду?       – Я ничего не знаю, – наконец вымолвила брюнетка встретив ядовитый взгляд похитителя.       Очередной удар, на этот раз под дых не заставил себя ждать. Девушка зашлась в кашле, напрасно пытаясь ухватить ртом воздух. Солнечное сплетение обожгло огнём, голова закружилась. Понаблюдав какое-то время за метанием девичьего тела на стуле, Кабуто схватил длинные чёрные волосы у затылка и дёрнул голову на себя, от чего из горла школьницы вылетел свист.       – После того, что я с тобой сделаю, ты всё узнаешь, даже то, чего никогда не было в твоей глупой головушке, – прошептал ей на ухо парень и вновь отшвырнул голову заложницы назад, от чего та хорошенько приложилась о спинку стула.       Пока Сузуки пыталась прийти в себя, Кабуто успел притащить неизвестный ей аппарат. Пальцы её рук зажали между двумя толстыми железными пластинами, а дальше парень начал крутить рукоятку. Тогда Учиха ещё не осознавала, что это за штуковина и зачем он начал её крутить, но уже понимала, что не нужно ждать ничего хорошего. А когда через несколько секунд девушка почувствовала, как железный аппарат начал плотнее обхватывать руки, то всё стало понятным. Её начала бить мелкая дрожь, а когда пальцы с силой зажали металлические тиски, она едва ли могла сдерживать стоны боли.

***

      В её памяти постепенно начали смешиваться дни, то ли дело было в голоде, вызванном маленькими порциями еды, то ли её уставшее, истерзанное пытками сознание отказывалось сотрудничать, но мысли в голове превратились в кашу. Она потеряла счёт времени, уже не знала, сколько дней провела в этой комнате, иногда ей казалось, что она теряет себя. Зато она отлично помнила все их издевательства, каждую пытку. Помнила, как её подвешивали в кандалах на стену, при этом по максимуму разводя руки и ноги, а затем оставляли так на несколько дней. Суставы затекали, судороги хватали всё чаще, тело ломило от боли, а она ничего не могла сделать. Помнила, как руки и ноги соединяли вместе за спиной, привязывали к канату и поднимали над полом, а затем резко отпускали канат, и она всей своей массой прикладывалась об пол. Как она при этом получала вывихи, которые тут же вправляли и всё начиналось заново. Помнила, как о пятки и ладошки тушили сигареты, как пропускали через её тело ток. Помнила, как её, связанную тащили коленями по ступенькам и полу, сдирая ноги в кровь, до мяса, до проблеска костей. Помнила, как её душили верёвками, окунали голову в бочку с водой, доводя до предобморочного состояния. Помнила каждый удар подручными средствами или ногами. Помнила наркоту, которую ей вводили, вызывая галлюцинации, ломку и жуткую головную боль. Она помнила, как молила Бога и саму себя не раскрыть рот. Как боялась наступления нового дня, с каким ужасом ждала приближающихся шагов своих мучителей. Как заранее просила прощения у своей команды за то, что она слаба и может сдаться. Каждый день она говорила себе, что больше не сможет, но рыдая в голос, крича и срывая связки, она так и не выдала их, лишь шептала одну фразу: «Я ничего не знаю».       Она смутно помнит сколько дней ей давали для отдышки, сколько дней не трогали, а сколько мучили, сколько раз водили в душ и меняли растерзанные вещи. Всё это стало одним мутным воспоминанием, в котором она чётко помнила лишь свои муки. В дни «отдыха», Сузуки было о чём подумать, как-то она вспомнила, что слышала от Кабуто о многочисленных убийствах, которые совсем недавно она обсуждала в компании Акацуки. Девушка поняла, что всё то зверство было делом рук этого ублюдка и его шайки, состоящей ещё из пятерых: Таюи, Джиробо, Кимимаро, Кидомару и Сакона. Всех этих личностей, девушке пришлось узреть воочию, но она не могла быть уверена, что задействованы были все эти люди, возможно, принимали участие только четверо из них. А по прошествии времени, Учиха и вовсе усомнилась, что слышала всё это своими ушами, возможно, это лишь выбрыки её воспалённого мозга.       Однажды в её комнату заточения спустился ещё один тип: высокий худощавый мужчина лет сорока, слишком бледный и слишком устрашающий. Школьница помнила его приход смутно, так как пережила очередную пытку буквально пять минут назад, и сознание не успело окончательно вернуться к ней. Всё, что ей запомнилось чётко – необычный шипящий голос и яркий янтарные глаза. Он говорил с ней, что-то твердил о её беспомощности и о скорейшем перевороте в мире. Мужчина радовался, что смог ухватить хотя бы одного члена семейства Учих и твердил, что ей никогда от него не сбежать. Когда после его ухода, брюнетка более-менее пришла в себя, то в голову пришла мысль о том, что она ошибалась всё это время, и за пятилетними убийствами, на самом деле, стоял не Кабуто, а он – тот человек, который заходил к ней. Также она смогла понять, что мужчина целился не только в Акацуки, но и, скорее всего, имел планы на правительство, а также он, по какой-то причине, был одержим её семьёй и, возможно, когда-то уже пытался захватить кого-то из её родственников, но ему это не удалось, зато досталась самая младшая и глупая. Сузуки сжала кулаки до боли в пальцах, проклиная свою слабость и невнимательность в тот злополучный день.       Тяжелее всего в том месте ей давалось ожидание. С каждым днём она ощущала, как маленькая надежда на спасение умирает. Всю свою жизнь ей кто-то помогал: Итачи защищал её всё детство, Шисуи спас её от пьяной компании, Саске забрал её после разборок с Хиданом, сам Хидан защитил от пуль, а затем их вместе вытащили из горящего здания ребята. Всегда кто-то был рядом, тот, кто готов был оградить от неприятностей, защитить любой ценой. Вот и сейчас она ждала, когда кто-то придёт и спасёт её, откроет проклятую дверь в подвал и заберёт её домой. Но проходили дни и недели, а помощи всё не было, тогда она и поняла, что в этот раз никто ей не поможет, и если она не хочет умереть или сойти с ума от пыток, то необходимо выбираться самой.       План созрел в голове давно, но необходимо было дождаться нужного момента. Когда-то она приобрела у Хидана несколько нужных вещичек на подобии кастета, пистолета и ножа, но весь её арсенал заметили и отобрали в первый же день. Забрали всё, кроме маленького складного ножа, который и по сей день покоился у неё в лифчике. Всё было продумано, но шанс совершить побег будет всего один, а поэтому напортачить было нельзя. Сузуки знала, что подчинённые Кабуто приходили в это здание посменно, поэтому она решила дождаться, когда настанет смена Таюи, которая в любом случае является слабее парней, а значит расправиться с ней будет больше шансов, чем со всеми остальными. Когда одним утром она увидела в дверях ту самую девушку с тарелкой еды, то обрадовалась. Значит сегодня дежурит она, Кабуто и, скорее всего, Джиробо, который, хотя и является громилой, но уж слишком толстым, поэтому есть вероятность, что бегает он недостаточно быстро. Всё складывалось как нужно. Когда на смену выступает Таюя, она ведёт Сузуки в душ, по пути от усталости и пережитых насильственных действий, Учиха частенько теряла сознание, поэтому, когда она, закатив глаза повалилась на пол, это не вызвало никаких подозрений. По телу тут же прошёлся удар с ноги, но школьница смогла стерпеть данное действие и никак не выдать себя. Дальше послышалось недовольное восклицание со стороны преступницы, а затем она, ничего не подозревая наклонилась к телу брюнетки, чтобы подхватить её под руки и уволочь обратно в погреб. У Сузуки был всего один шанс сделать всё правильно, и она надеялась, что сможет совладать с ножом ничуть не хуже, чем с пистолетом или снайперкой.       Таюя замечает, как дёргается рука заложницы, но не успевает даже выпрямиться, как в её горло засаживается нож. Кровь вытекает из раны быстро, глаза мечутся из стороны в сторону, а из горла вырывается еле различимый бурлящий хрип. Учиха не стала дожидаться, пока тело окончательно завалиться на пол и изо рта вырвется последний вздох, она просто встала и рванула дальше по коридору. Брюнетка знала, что за входной дверью дежурит громила, но решила не рисковать и попробовать вылезть в окно, однако всё ещё стоял немаловажный вопрос: «Где Кабуто?»       Не успела Сузуки ничего обдумать, как услышала еле различимый скрип половиц и тут же обернулась, чудом успев уклониться от удара. Тощий светловолосый парень стоял прямо перед ней и, кажется, был очень зол. Учиха успела заметить, как его рука потянулась за пояс, пытаясь выудить от туда ни что иное, как пистолет. Школьница поняла, что, если оружие окажется в его руках, то ей конец. Поэтому, она тут же сделала выпад в его сторону, выбивая ствол из руки, после чего он отлетел по полу в сторону. Ей по лицу тут же приходится смачный удар кулаком, на что она, не успев сообразить ничего эффективнее, отвечает ударом между ног. После этого, озверённый Кабуто идёт в наступление, а Сузуки пропускает удар за ударом. Она слаба, но сил сопротивляться хотя бы ещё пару минут ей бы хватило, но она не стала этого делать, а лишь создавала видимость своего бессилия, с каждым новым ударом, отходя в сторону. Кабуто был слишком зол и слишком недооценивал соперницу, что сыграло ей на руку, и уже вскоре она упала на колени и схватила, валявшийся рядом пистолет, моментально направляя дуло на противника. Парень замер, ошарашено смотря в глаза девушке.       – Кажется, ты говорил, что про меня ходит слушок, что я не промахиваюсь? Хочешь проверить правдивость этих слов? – спросила брюнетка, сжимая оружие в руках со всей силы.       – Ты этого не сделаешь, – тихо проговорил оппонент.       – Уж не сомневайся, тварь, моя рука не дрогнет.       За дверью раздался голос Джиробо, который был обеспокен внезапным шумом. Этого хватило, чтобы на секунду отвлечь девушку и Кабуто, не упуская шанса, попытался выбить оружие, но у него не получилось. Тем временем громила отворил дверь, но дальше ступить так и не смог. Раздалась череда оглушающих выстрелов, изо лба парня потекли струйки крови и тело с грохотом повалилось на пол. Зачем было стрелять столько раз? Девушка навряд ли бы смогла ответить на этот вопрос. Скорее всего, дело было в нервах, но ещё больше она начала нервничать, когда поняла, что закончились патроны и сейчас было главное не показать этого Кабуто.       – Подними руки над головой, – приказывает девушка, вновь направляя пистолет на противника, но парень колеблится. – Ты всё ещё сомневаешься в толщине моей кишки? Я сказала подними руки над головой! – переходит на крик Учиха и Кабуто приходится исполнить приказ.       Сузки знала, что сейчас у неё есть возможность допросить его, выудить всю информацию о том, как зовут их главаря и какую цель они преследуют, но также она понимала, что у неё больше нет оружия для самозащиты, а кроме того существовал шанс того, что сюда могут нагрянуть другие члены их банды и тогда у неё попросту не будет сил сопротивляться, поэтому всё, что она могла сейчас сделать – бежать пока не поздно.       – Разворачивайся, не опуская рук и иди в сторону подвала, – парень не спеша исполняет приказ. – Открывай дверь, – раздаётся за его спиной, и как только действие выполняется, девушка с силой ударяет пистолетом по затылочной части его черепа, после чего Кабуто моментально теряет сознание, а его тело валится вниз по ступенькам.       В тот момент Сузуки было плевать останется ли он жив после подобного падения, она бы обрадовалась, если бы нет, но спускаться и добивать его не было времени. Девушка закрывает двери на ключ, который затем швыряет под ковёр и убирается из проклятого дома. Наблюдая за жизнью на улице через маленькое окошко в подвале, она смогла понять, что сооружение, в котором её заточили является обычным домом на окраине какого-то небольшого села.       Сузуки сорвалась с места и начала бежать. У неё не было ни телефона, ни денег, но было острое ощущение приближающейся опасности и жгучее желание выжить. Она выбежала за пределы посёлка и обнаружила табличку с указанием тридцати километров до Токио. Она не видела попутных машин, поэтому просто бежала вдоль трассы. Силы находились на пределе, ей казалось, что ещё один шаг и она упадёт плашмя и больше не сможет подняться. И когда отчаяние почти захватило её разум, на горизонте появилась машина.

***

      На следующий день после того, как Сузуки вновь дала Хидану от ворот поворот, он решил встретиться с ней и извиниться. Только вот за что извиняться? За свои чувства к ней? Он отмёл ненужные мысли в сторону и набрал её номер, но ответом ему послужили лишь долгие гудки. За тот день он сделал ещё несколько попыток дозвониться, но ни одна из них не увенчалась успехом. Тогда он подумал о том, что если она не хочет его видеть и слышать, то так тому и быть. Однако через два дня, переступая через свою гордость, он заявился в общежитие, однако комната была закрыта. Он прождал её до самого вечера, но школьница не появилась. Хидан было уже подумал, что девушка решила вернуться к себе домой, однако эта мысль тут же поддалась сомнениям. Матсураши вспомнил, что Сузуки рассказывала ему, что её отец ещё неделю назад уехал в командировку, а Саске вместе с Наруто и подругами отправился на отдых, Итачи же уже несколько месяцев жил на съёмной квартире. Крохотное волнение начало зарождаться где-то в районе живота, однако парень поспешил отогнать его.       Матсураши уже пол часа пребывал в своей кровати, однако сон всё никак не шёл к нему, а всему виной Сузуки. Хидан подумал, что так продолжаться не может и завтра, хочет он того или нет, но ему придётся наведаться к Итачи, чтобы убедиться, что девушка всё это время была с братом. Пепельноволосый только было успокоил себя этой мыслью, как в его дверь позвонили. Студент нехотя встал с кровати и поплёлся открывать дверь нежданному гостю.       – Учиха? – искренне удивился малиновоглазый, а живот тем временем скрутился от накатившего волнения. Что-то было явно не так. – Что тебе нужно в такое время?       – Сузуки у тебя? – прозвучало грозно и отнюдь не утешающие мысли завертелись в голове Матсураши.

***

      – И ты просто дал ей уйти!? – крикнул Итачи, после короткого рассказа студента о его последней встрече с сестрой Учихи.       Брюнет со всей имеющейся силы ударял кулаком по лицу Хидана.       – Да от куда я мог знать, что что-то может случиться!? – не уступая в громкости ответил Матсураши и теперь удар последовал с его стороны.       Как бы им двоим не хотелось, однако ситуацию нельзя было исправить криками и пустыми обвинениями в сторону друг друга, поэтому пришлось успокоиться и позвонить Мадаре. Через час, все члены организации, которые на время каникул остались в городе, уже были на месте общего сбора.       – Кто-нибудь говорил ей о возможной опасности? – спросил Пейн у ребят, но ответом ему послужило молчание.       Рыжеволосый устало прикрыл глаза, в случившемся была и его вина, он должен был сказать ей, что у тех, кто влезает в это грязное дело, спокойной жизни быть не может, на них часто точат зуб, поэтому необходимо всегда быть настороже. Он обязан был предостеречь её, но не сделал этого. Никто не рассказал ей. Никто не помог.       В тот вечер были напряжены все, они ждали какого-то сообщения или звонка, требования выкупа или чего-то подобного, но этого не произошло. Тогда они были не слишком обеспокоены, будучи слишком уверенными в себе. Но проходили дни, недели, подходил к концу месяц, Акацуки объездили все подозрительные места, допросили десятки людей, детально изучили записи из камер видеонаблюдений, но как назло в тот вечер произошла помеха, из-за чего большинство камер были отключены. Ребята остались ни с чем и тогда занервничали все. Пейн не находил себе места, нервно проводя рукой по волосам раз за разом, не решаясь набрать Итачи и сказать ему, что в очередной раз ничего не удалось выяснить.       – Она как сквозь землю провалилась, – произнёс Дейдара, который хотя и не пребывал в хороших взаимоотношениях с девушкой, однако тоже переживал за её судьбу. И не только он, судьба Сузуки волновала всех. Они понимали, что её похитили и похищение было организовано просто идеально: никто ничего не видел и не слышал. Организация явно имела дело с профессионалом, однако кто он и что ему нужно? Этот человек не требовал денег или информацию, не угрожал смертью школьницы, он вообще никак себя не проявлял. И это пугало больше всего. По прошествии месяца с момента пропажи Учиха, все в команде понимали, что возможно её уже нет в живых, однако никто не озвучивал своих мыслей вслух, боясь нарваться на гнев Итачи или Хидана, которые всё это время не находили себе места.       Если бы они только знали, что ищут совсем не там, что находят поддельные улики, которые с каждым разом отводят их всё дальше и дальше, а Сузуки всё это время находится у них практически под носом. Если бы они знали, как она ждала их, как молилась ночами, чтобы они пришли и спасли её, как отчаянно молчала, как безмолвно кричала. Но они не знали.

***

      Сузуки поблагодарила мужчину, согласившегося подвезти её и вылезла из машины. До нужного дома оставалось пройти пару остановок, но как назло ливанул дождь. В какой-то мере она даже была ему рада, холодные крупные капли будто снимали усталость, давали вдохнуть полной грудью. Брюнетка медленно шла под пеленой дождя, ощущая как вещи плотно прилегли к охлодевшему телу, заставляя покрываться мурашками. Силы, которые совсем недавно вернулись к ней, вновь покинули тело, оставив внутри ещё большую опустошённость. Хотелось сесть прямо здесь посередине улицы и вырубиться, но она понимала, что поздно сдаваться. Поэтому шла вперёд, превозмогая боль в суставах и усталость. Просто шла к нему, к человеку, о котором думала всё это время, который был ей так необходим.       Хидан сидел в кабинете своего холостяцкого дома, смотрел в окно и попивал коньяк. Настроение было ни к чёрту, а погода за окном только угнетала и без того напряжённую обстановку. Второй день беспросветно лил дождь, сопровождаясь громом и вспышками молнии. Создавалось ощущение, что погода вторила буре внутри него самого.       Последний месяц забрал у молодого человека все силы и вымотал оставшиеся нервы, поэтому его лучшими друзьями на вечер стали сигареты и выпивка – «Прекрасные антидепрессанты» – подытожил мысленно парень. Сложно было признаться даже самому себе, что он устал. Студент бы предпочёл ежедневную адскую боль в мышцах после самых ожесточённых тренировок, чем полное внутреннее опустошение. Матсураши ещё никогда не чувствовал себя настолько беспомощным. Осознание того, что ты бессилен, не просто выводило из себя – оно сжирало заживо.       Пепельноволосый вздрогнул от неожиданно раздавшегося звонка в дверь. Ему не хотелось вставать с насиженного места, промелькнула мысль притвориться, что его и вовсе нет дома, но незваный гость уже больше пяти минут беспрерывно жал на звонок. Наконец, не выдержав давящего на мозги звука, Хидан, чертыхнувшись, всё же встал и поплёлся открывать дверь. Когда парень дёрнул за ручку и поднял глаза на гостя, то тут же забыл как дышать. На него смотрели огромные чёрные глаза, в которых читалась усталость и страх. Воздух разом выбило из грудной клетки, когда спустя пару секунд маленькое худое тело набросилось на него, заключив мужской торс в слабых объятиях. А он стоял, будто окаменевший, не в силах совладать с дрожащими руками.