Человек, который украл всё

Утром в понедельник во дворце Гильдии Чародеев проходило очередное собрание. Волшебник по имени Отогар обычно не пропускал эти собрания, но сегодня он заявился к Дворцу не в девять, а ближе к одиннадцати, недоспавший, мрачный и недовольный жизнью. Он не рассчитывал застать в Гильдии много волшебников – обычно собрания длились недолго – но был удивлён, увидев, что во дворе полно народу, и все бурно что-то обсуждают. – А, вот и вы, коллега! – прокаркал над его ухом знакомый голос, и Отогар обернулся. Перед ним стоял худой, черноволосый волшебник лет тридцати восьми, с острым худощавым лицом и осанкой человека, привыкшего носить оружие. – Рад вас видеть, магистр Авелрн, – сухо ответил Отогар, протягивая ему руку, и Авелон пожал её, как всегда, не сдерживая силу. Они оба знали, что Отогар ничуть не рад видеть Авелона ещё с мая месяца, когда Авелон умудрился в последний момент занять место в Совете Гильдии, на которое претендовал Отогар. И хотя прямо это сказано не было, оба испытывали друг к другу неприязнь, перемешанную с уважением, которое можно чувствовать к умному и опасному врагу. – Я был удивлён, не увидев вас сегодня, – продолжил Авелон, неторопливо шагая рядом с Отогаром по мощёному двору мимо группок переговаривающихся волшебников. – Сегодняшнее заседание было весьма интересным. Почему же вы не пришли? – Нездоровилось, – кратко ответил Отогар. Врать он умел виртуозно, но сейчас не погрешил против истины: чувствовал он себя и впрямь плохо, и причиной тому была досадная неудача. Много лет Отогар мечтал обладать одним из древних магических зеркал, секрет изготовления которых был утерян. Тех, кто мог похвастаться таким сокровищем, в мире было немного, и среди них был соученик Отогара и по совместительству его злейший враг Иол. Несколько лет назад Отогар случайно узнал, что Иол отдал волшебное зеркало своему ученику Энмору Кровеглазому, когда тот отправлялся в традиционное для молодых магов путешествие. Это решение Отогар не одобрил: он был глубоко убеждён, что такого дара достоин только опытный и сильный волшебник, и даже знал, кто именно. Позапрошлой ночью Отогар случайно встретился с Энмором в Тирле, и нечестным способом вынудил его отдать зеркало. Но вскоре после этого Энмор столь же нечестным способом получил подарок своего учителя обратно. Отогар всегда считал себя непревзойдённым хитрецом, и ему было неприятно осознавать, что какой-то недоучка сумел натянуть ему нос. – Так о чём говорилось на собрании? – спросил он, желая увести разговор подальше от своих проблем. Не получилось. – Об одном очень интересном молодом человеке, - протянул Авелон, искоса глядя на Отогара. – Вы с ним знакомы, не так ли? Ученик вашего товарища Иола, Энмор Кровеглазый. Отогар еле удержался, чтобы не сжать кулаки. О, как же он был зол на поганца! – Кажется, ещё вчера он был здесь, – ровным голосом отозвался он. Авелон с воодушевлением кивнул: – Именно! Всё утро провёл в Гильдии, всё расспрашивал про одного волшебника, не помню его имени… ну да ладно. Похоже, наш юный друг вовремя ушёл из Тирля. Ему предъявлено серьёзное обвинение. – В убийстве? – со скрытой надеждой спросил Отогар. – Как вы догадались? – удивился Авелон. – Он всегда мне не нравился, – честно ответил Отогар, не уточнив, что «всегда» в данном случае ограничивалось тридцатью часами с небольшим. – А вот и свидетели, – Авелон кивнул на двух монахов в коричневых рясах, понуро стоявших у стены. – Пришли сюда из обители Семи Святых братьев. Оказывается, наш Энмор был там всего четыре дня назад. Волшебники подошли поближе к монахам. Один из них был старше другого лет на двадцать: бородатый, темноглазый, он глядел из-под капюшона сурово и настороженно. Второй, молодой и остролицый, встретил испытующий взгляд Отогара нахальными глазами, но быстро стушевался и отвернулся. – Братья, – мурлыкнул Отогар, – я не имел возможности услышать ваши речи сегодня на собрании, но мой коллега сообщил мне, что вы имели сообщить нам нечто серьёзное. – Верно вам сказали, мастер, – глухо отозвался бородатый монах. – Мы три дня шагали сюда, с тех самых пор, как похоронили нашего настоятеля. – Большая беда, – наклонил голову Отогар. – Сочувствую вам, сочувствую… – Да уж, история и впрямь – хуже не придумаешь, – нехотя ответил молодой монах. – Ох, да мы не представились. Я – брат Дирдим, а это – брат Номасий. Значит, приехал к нашему настоятелю его племянник, отправился на охоту, да не вернулся. Мы пошли искать его, а тут он и вышел на нас. – Племянник настоятеля? – переспросил Отогар. – Да нет, – нетерпеливо ответил брат Дирдим. – Волшебник! Глаза – что волчьи ягоды, красные, словно кровь… А господин Тельмегор был уже мёртвый. Волшебник сказал, что таким его и нашёл. Ну, мы и повели его с собой в монастырь, чтобы он рассказал отцу Балендору, что да как… – Отец Балендор с ним в своей келье разговаривал, – мрачно заговорил брат Номасий. – Мы все внизу были. А потом слышим – грохот такой, ровно упало что-то. Я, магистр, как вас там… – Отогар, – отозвался волшебник, решив на этот раз проигнорировать неуважение. – Я, магистр Отогар, по молодости охотой промышлял, так что сразу скумекал, что там случилось. Из аркебузы кто-то стрельнул. Мы – бежать на выстрел. Прибегаем, а отец Балендор застреленный лежит, а волшебника этого нет как нет, и окно открыто. – Он на крышу взобрался, – со злобой продолжил брат Дирдим, – мы видели, как он к стене бежал. Я даже камнем в него кинул. А он возьми да сигани со стены – только его и видели! Как сквозь землю провалился, честное слово… – Думаю, вам следует отдохнуть, – вмешался Авелон. – Вы можете остановиться где-нибудь в городе? – Да, – кивнул брат Номасий. – Здесь есть обитель нашего ордена. Туда мы и направимся. Монахи удалились, а Отогар и Авелон остались стоять, глядя им вслед. – Как видите, Энмор Кровеглазый крепко влип, – проговорил Авелорн. – Убийство, да ещё побег с места преступления! Это не шутки. Говоря это, он насмешливо улыбался. – Вы не верите тому, что они сказали? – уточнил Отогар. Авелон повернулся к нему: – У меня нет никаких оснований им верить. Прежде всего: ну какой волшебник станет пользоваться таким вульгарным средством, как аркебуза или мушкет? Я уверен, что Энмор Кровеглазый не умеет стрелять. Да и зачем ему убивать настоятеля? – Этому мальчишке может взбрести в голову всё, что угодно, – заверил его Отогар. – Только вчера он напал на моего ученика Гармила. Юноша еле оправился. – Ни за что в жизни этому не поверю! – ответил ему звучный, похожий на звон большого колокола, бас. Отогар и Авелон обернулись – к ним приблизился магистр Муриен. – Зная Гармила, могу сказать, что скорее он напал на Энмора, да ещё и со спины, и получил заслуженный отпор! Магистр Муриен был на одну четверть великаном, а великанья кровь, так же как и гномья, весьма живуча – её признаки исчезают только через семь поколений. Благодаря этому магистр Муриен был раза в полтора выше любого человека, и даже высоким Отогару и Авелону приходилось задирать головы, чтобы посмотреть на его суровое, заросшее длинной чёрной бородой лицо. – Вы несправедливы, магистр Муриен, – сквозь зубы ответил Отогар. – Ругать моего ученика могу только я. – Я знаю Энмора много лет! – прогудел Муриен, как будто пропустив слова Отогара мимо ушей. – Он не способен на убийство! Это достойный и честный юноша! – Ну, о его честности всем известно, – усмехнулся Авелон. – Я не вижу повода сомневаться в его невиновности! – резко ответил Муриен. Развернувшись, он огромными шагами пошёл по двору. Его длинная чёрная мантия мела мостовую следом за ним. – Где же сейчас Энмор? – негромко спросил Авелон. – Я знаю, где, – отозвался Отогар. – Его учитель живёт здесь неподалёку, в деревушке Старые Клыки. Туда Муриен и поведёт боевых магов. Хочет он этого или нет, а ловить провинившихся волшебников – это его задача. – Это верно, – кивнул Авелон. – Мне и самому очень хочется поговорить с Энмором! Так где, вы говорите, эти Старые Клыки?..