Избранные судьбой

Артас ошибся. Нет, не в расчетах. За день они вполне могли добраться до торговой столицы Лордерона – Андорала. Но он не учел, что на пути им может встретиться серьезная преграда. - Нежить. Сколько же здесь нежити! Откуда они только взялись. – капитан перекрестился, глядя на темный лагерь нежити. - Некроманты! Вполне возможно, здесь тот некромант, что распространяет чуму! – Артас кипел гневом, намереваясь разнести все здесь. – Я его уничтожу! Кель лишь отрицательно покачал головой. - Наших сил на это не хватит. Их слишком много. Попытка станет самоубийственной! - И что ты предлагаешь? – взорвался Артас, сверкая на эльфа глазами. – Сидеть здесь и смотреть, что они творят с моей землей?! С людьми??! Кель вздрогнул, так неприятен был намек Менетила: мол ему-то, эльфу, что – не его же страна. - Нет, не сидеть, а придерживаться первоначально плана. Мы должны найти источник чумы – не по воздуху же она переносится. Артас заставил себя успокоиться. Эльф не виноват в том, что здесь происходит, и кричать на него совершенно не правильно. И он прав в том, что говорит сейчас. - Мы должны обойти их, а в Андорале найдем подкрепление. Артас вздохнул. Он понимал, что эльф говорит дело, но в душе его бушевало пламя гнева. - Ты прав. Я погорячился. Думаю, на ночь здесь опасно оставаться – они видят в темноте лучше нас. Так что нам стоит идти прямо сейчас. И чем дальше мы их обойдем, тем лучше. Воины одобрительно зашумели. Им хотелось поскорее покинуть это место, где сражаться приходится с ожившими мертвецами. - Капитан! Карту местности. Получив требуемую карту, Артас склонился над ней. Нашел свое местоположение – большую половину пути до Андорала они прошли и сейчас находились в лесу на некоторой возвышенности, что и позволило вовремя увидеть лагерь врага. Перед ними – Андорал, но прямую дорогу закрывает стан врага. Артас принял решение. - Обойдем их слева. Там местность неровная, овраги и небольшие холмы. Лучше, чем чистое поле. *** - Смотрите! Амбары Андорала! Мы почти у цели. – вскричал один из воинов, когда отряд поднялся на очередной холм. Дорога заняла всю ночь, поэтому теперь, в лучах восходящего солнца, Андорал был виден прекрасно. Но что-то в увиденном совершенно не понравилось Артасу. Но что? Город был цел и спокоен. Но тревога глодала душу, поэтому не смотря на усталость он двинулся вперед. Кель хмуро следовал за ним. Он был почти уверен в том, что они опоздали. Слишком тих был город. Он бы даже сказал выжидающе тих. В ничем не нарушаемой тишине они подъехали к амбару. Эльфийский инстинкт не подвел Келя. Он увидел стрелу сразу, как только она была пущена. Молниеносно с его пальцев сорвался огненный шарик, сжигая стрелу в сантиметрах от лица не ожидавшего нападения Артаса. Следующий он метнул в притаившегося на крыше амбара скелета. Все произошло так быстро, что в первое мгновение все растерялись. Но сразу пришли в себя. Соскочив с лошадей, воины обнажили мечи, у жрецов на кончиках пальцев заискрилась магия. Артас понял, что его тревожило: было слишком тихо. В этот утренний час город должен был кипеть работой. Дурак! Он должен был догадаться раньше. Только реакция Келя спасла его от мгновенной гибели. А в следующее мгновение на них хлынули потоки нежити. Артас ожесточенно отбивал бесконечные атаки скелетов и вурдалаков, кривясь от получаемый многочисленных ран, излечиваемых жрецами. Мертвецы не были хорошими бойцами, но брали числом. Артас приказал всем держаться вместе – спина к спине, но скоро оказалось, что это просто невозможно. Оторванные друг от друга, они даже не знали, что с остальными. Артас всеми силами старался не отходить от Келя – они стояли спина к спине и один молотом, другой магией разили нападающих. - Черт, они не дают мне сосредоточиться, - выдохнул Кель, зажигая впереди себя еще один столб огня. Потом обратился непосредственно к Артасу: - Прикрой меня немного! Артас сжал зубы. Что он делать собирается, черт возьми? Продолжая сражаться со все наплывающей нежитью, Артас краем глаза покосился на мага. Его кисти метались в воздухе, вырисовывая какие-то сложные узоры. И тут… Пронзительный и прекрасный птичий крик разнесся над полем битвы и в небо метнулась огненно-красная молния, на глазах превращающаяся в огромную птицу, объятую пламенем. - Феникс… - пораженно выдохнул Артас. Он на мгновение забыл об угрозе, рискуя быть убитым. Однако нежить сама обратилась в бегство, испуганная легендарной птицей. Феникс разил их с воздуха, превращая врагов в факелы. - Он прекрасен! – Артас почти машинально отразил удар – даже обращенная в бегство, нежить пыталась достать противника. А паладин не мог оторвать взгляда от феникса – прекрасный и могущественный. И как Келю удалось призвать его? Артас обернулся, намереваясь спросить это у мага, как сердце его сжалось. Кель упал на колени, держась за бок. На тонких пальцах была кровь. - Кель! – Артас отделался от остатков монстров и в миг оказался около мага. Он был очень бледен, а глаза распахнулись только когда Артас позвал вновь: - Кель! - Все нормально. – маг отвернулся, ища жрецов. – Остальные как? - Не знаю. Подожди, я залечу. – Артас призвал силу света, его рука засветилась мягким золотистым светом. Но Кель не отнял своей руки от раны. Его лицо было странно напряженным, он пристально смотрел на Артаса. - Кель? – Артаса почти испугало странное выражение лица эльфа. Он… собирался отказаться от помощи?! Кель прикрыл глаза и отрицательно покачал головой: - Я говорил. Я не хочу, чтобы меня спасал человек, который меня ненавидит. Не надо. - Тем не менее ты меня сегодня спас. И ты спас нас всех, призвав феникса. – Восхищение пробилось даже сквозь показную холодность, и голос Артаса против воли потеплел. – Так что не упрямься. Потом мы узнаем, что с остальными: судя по всему нас раскидало на достаточно большое расстояние. Кель снова взглянул на него: синие глаза сейчас не обжигали презрением, наоборот, в них было… восхищение. Он кивнул и Артас коснулся раны – свет с его пальцев затянул рану и принес успокаивающее тепло. Слабость прошла. Ее и не должно было быть – он и раньше призывал феникса. Видимо, это связано с темной аурой, окружающей все здесь. Кель поднялся на ноги и окинул взглядом поле боя. - Все целы, слава Свету. – произнес Артас, которого тревога за людей заставила наконец оторвать взгляд от феникса. За которым, против воли усмехнулся Артас, наблюдали теперь все. - Ал'Ар, - негромко позвал Кель и феникс опустился на его протянутую руку. - Свет! – выдохнул Артас, во все глаза глядя на огненное чудо. Собравшаяся вокруг них свита дружно и восторженно вздохнула. Кроме эльфов – жрецов пожалуй. Феникс издал мелодичный звук, который у Артаса почему-то ассоциировался с любовью. "Он любит Келя", понял Артас. - Как ты призвал его? Я считал, фениксы – это уже легенда. - Почти так оно и есть. Они, - Кель нежно погладил пылающую голову чудесной птицы, - почти исчезли. Сейчас очень мало тех, кто способен был бы призвать феникса. Ал'Ар – бог фениксов. И мой друг. – Последнюю фразу Кель произнес с такой теплотой, что Артас невольно позавидовал птице – к самому Артасу эльф никогда бы не обратился так. "Они равны. Огненные и прекрасные. Достойные друг друга." Феникс тем времен горел все ярче и ярче. Артас насторожился. - Почему он так? – Артас протянул руку, но тут же отдернул ее – пламя птицы опалило его. Кель отошел. - Не касайся его сейчас. Он умирает. Вдруг феникс вспыхнул, заставив всех вокруг зажмуриться – такой яркий был огонь. А когда Артас открыл глаза, от феникса не осталось и следа. Паладин был растерян: - Но как теперь? - Он возродится по моему зову. Он никогда не покинет меня. У Артаса дрожь по телу прошла. Он так сказал это… Так… - Кель, не грусти. Он же вернется, ты сам сказал, - тихо сказал Артас, касаясь руки эльфа. Кель очень удивленно посмотрел на паладина, словно не веря собственным ушам. Сглотнув, так же тихо ответил: - Спасибо за участие. Изумрудный и сапфировый взгляды скрестились, не отпуская друг друга. Ладонь Артаса все еще лежала на предплечье эльфа и Кель вдруг через рукав туники почувствовал, какая она горячая. В синих глазах паладина не было обычного холода и Кель с легким замешательством понял, что хотел бы, чтобы Артас подошел еще ближе… Что хотел бы попробовать вкус его губ… Контакт продолжался, это было непозволительно, Артас понимал это. И словно разучился двигаться, говорить, даже думать… Для него сейчас существовал только Кель, только его рука под ладонью, которую Артас так и не убрал… Только его глаза, в которых вдруг зрачки расширились, заполняя собой почти всю радужку. Он забыл все, что обещал себе, забыл обо всем, кроме неконтролируемого желания поцеловать его здесь и сейчас. Да, именно сейчас! Артас наклонился к нему вплотную, выдыхая: - Кель… - эльф не отстранился, и у Артаса слетели все тормоза. Наклонившись ближе, он… - Принц Артас! – Артас мгновенно отскочил от эльфа, возвращая себе самообладание. Невероятным усилием вернув во взгляд холод, Артас почти возненавидел капитана. Как он посмел! Как он посмел вмешаться в такой момент! Но наконец-то возвращенный рассудок насмешливо напомнил, что случилось, когда никто ему не помешал. Кель поспешно отвернулся, как только капитан Треверс окликнул Артаса. Он был ошеломлен. То, что сейчас произошло… Нить, соединившая их – человека и эльфа… Кель был просто в шоке от того, что испытал, глядя в непроницаемо-участливые сапфировые глаза… Желание… Желание! Он хотел Артаса! И еще… Сколькие видели все это? Теперь же разговоров за спиной не оберешься. Кель повернулся, и тут же столкнулся с насмешливым взглядом Артаса. Грудь сдавила боль – ничего не изменилось. Это мгновение было особенным только для него. Вот именно, что мгновение. Какой бы вечностью не показалось Келю это мгновение, дл остальных это были всего лишь секунды, которые никто и не заметил. Хоть это хорошо… И все же Кель не мог избавиться от мысли, какой бы абсурдной она не была, что не вмешайся Треверс, Артас поцеловал бы его… Тем не менее, очарование было разрушено, и на Келя вновь навалилась тьма окружающего… Чтобы только отвлечься, он скорым шагом подошел вплотную к ближайшему амбару. Здесь чума была сильнее, чем где-либо еще. Свита двинулась за ним, но он жестом остановил их. - Это может быть опасно. Здесь все заражено. - Не тебе мне указывать, эльф! – вскинулся Артас и подошел. И едва не отпрянул: Кель был прав. Чума здесь была в воздухе и Артас не сомневался: не защищай его свет, он был бы уже мертв. Эльф вновь спас людей, вовремя предупредив их… А он… Вновь огрызнулся. Артасу самому было плохо от того, что он так поступает с ним, а уж Келю то какого от несправедливой обиды… Страх все таки пересилил гнев и Кель, стараясь не обращать внимания на боль в сердце сказал: - Артас… Получается, это было зерно. Чума распространяется с зерном. Артас и сам это понял, но произнесенная вслух фраза словно дошла до сознания полностью. Артаса охватили страх и ярость, превращаясь в гремучую смесь. - Я остановлю это! Любой ценой! – он отворил двери, чтобы сжечь все запасы и застыл на месте. Амбар был пуст. - Свет, нет! Только не это! Кель возник за его спиной, свита дернулась за ними, но Кель вновь приказал оставаться на месте. Сам Артас просто не мог отойти от потрясения. Он опоздал. - Зерно уже отправили. – непослушными губами выговорил Артас. - Все верно, юный принц. Ты ничего уже не изменишь. Мы выиграли войну, едва начав ее. – хрипло рассмеялся человек в черной мантии, появившийся со стороны городских ворот. - Кто ты? – яростно выкрикнул Артас, почти отбрасывая эльфа назад. - Я Кел'Тузед, юный принц. Я тот, кто создал и распространил чуму. – Он снова рассмеялся, а в глазах Артаса аж потемнело. Он бросился на некроманта. - Я тебя убью! – но некромант довольно резво скрылся за армией нежити, приведенной с ним. Он вбежал в ворота города и крикнул: - Мы с тобой еще увидимся, принц Артас. Началась потасовка. Нежити было меньше, чем в прошлый раз и они довольно быстро справились с ней. - Я уничтожу их! Уничтожу всех! – Артас кинулся к воротам, но кто-то вцепился в его руку. Он рванул руку, прошипев: - Отпусти, эльф! Тебя это вообще не касается! Тебе то что??!! Жажда приключений?! Кель пораженно отступил назад. На его лице застыла гримаса боли и гнева. - Даже ты, Артас Менетил, не имеешь права так меня оскорблять. – В голосе проступил металл, интонации холодны. У всего терпения есть предел, и Артас его исчерпал. Артас замер. Он сам не понял, как мог сказать такое. Просто вырвалось. Ярость взяла верх над всеми остальными чувствами и он просто не понимал, что говорит. Но теперь поздно: он понял, что добился ненависти эльфа, но это принесло только боль. Нет, не надо! - Кель, прости меня! Я не хотел! – попытался извиниться паладин, но эльф отступил от него и сказал только: - Не думаю. Ты сказал только то, что хотел сказать. Что ж, я ценю твою искренность. - Кель, - Артас хотел приблизиться, но Кель яростно замотал головой. - Нет, не подходи. Достаточно. Все так, как ты хотел. Я больше не могу. Уйду, только здесь закончу. И ты, наконец, избавишься от тяготившего тебя моего общества. Не знаю, за что ты со мной так. И уже не хочу знать. Артас не мог ничего сделать. Да, он этого добивался: своим поведением, своими придирками, оскорблениями… так было бы лучше, он знал это. В дали от него Келю было бы безопаснее. Он так считал. Но теперь, когда он этого добился – совершенно уже не хотя – ему казалось, что его разрезали на куски и вытащили сердце. "Нет, не уходи!" – безмолвно кричало оно, но вслух Артас сказать ничего не мог. Уже сказал слишком много. Такой обиды Кель не простит ему… Если бы Артас обернулся сейчас, он увидел бы, что свита так и замерла. Они все были шокированы не только произошедшим, но и услышанным от обоих принцев. И никто не смел вмешаться. Кель тем временем обернулся к амбару и, вырисовав в воздухе набор символов, произнес: - Столб огня! Через несколько секунд из образовавшихся на земле знаков вырвался огонь, яростно уничтожая здание и вместе с ним чуму. Кель перекинул огонь и на другие амбары, после чего подошел к жрецам. - Домиан, Лейн. Я прошу вас остаться и быть как можно осторожнее. Я больше не могу быть здесь, но я постараюсь прислать подкрепление. – Голос принца был сухим и каким-то ломким. - Мой принц, - Домиан коснулся руки Келя, почти просительно заглядывая в глаза. Но понял, что бесполезно еще до того, как маг ему ответил. Слишком большую боль ему причинил принц Менетил. - Я не могу, друзья. Я ведь уже пообещал принцу Менетилу, что избавлю его от своего общества. Кель знал, что они поймут. В конце концов, для них не секрет, что Артас с самого начала не хотел видеть Келя в походе. Артаса била дрожь. Кель уходил, а он даже не пытается ничего изменить. Идиот. Паладин клял себя последними словами, но это было где-то на периферии сознания. Вокруг была отупляющая боль и растерянность. Он заставил себя наконец сдвинуться с места. - Кель, пожалуйста! Я не хотел… - голос оказался хриплым и ломким, как и у мага. Артас даже испугался, что он сорвется. - Не стоит. Я больше не побеспокою вас, принц Менетил. – он шепнул что-то и в воздухе перед ним раскрылся портал. – Прощайте, принц Менетил. "Прощайте. Он сказал "прощайте"", - билось в голове Артаса, пока он осмысливал сказанное. В Лордероне он боялся, что Кель не вернется. Теперь он это устроил своими руками. Он не вернется.