Избранные судьбой

Кель поправлялся. Дыхание пришло в норму, сердцебиение тоже, на месте еще два дня назад ужасной раны – лишь едва заметный шрам. Домиана беспокоило, что Кель еще не приходил в себя, но вполне возможно это было последствие проклятия. Домина вышел, притворив за собой дверь. В комнате с Келем остался спящий в кресле Артас. Жрец улыбнулся. Он даже подумать не мог, что Артас может вести себя вот так – не отходить от мага ни на шаг, взглядом, каждым жестом умоляя позволить помочь… Он готов бы на все, даже жизнь свою отдать за Келя, а по его синим глазам целитель понял, что ему немногим лучше принца Санстрайдера. Он винил во всем исключительно себя – Домиан же, по отзывам и описаниям действий паладина от его людей узнал одержимость. Артас и сам не мог вспомнить, что конкретно он говорил или делал последние несколько дней. Но для самого Артаса это не было оправданием. Домиан знал, что ему не под силу переубедить принца Менетила, оставалось ждать только пробуждения Келя. Целитель был уверен, что эти двое смогут разобраться друг с другом. Артас приоткрыл глаза и едва слышно вздохнул. Шея затекла, и он сделал пару упражнений, разминая. Кель еще спал – во всяком случае, Домиан уверял, что это сон, а не кома. Артас присел на корточки, возле изголовья. Красивый… Такой красивый… невинный. - Я тебя едва не убил. А ты вновь спас меня. – горько шепнул Артас, невесомо скользнув по его золотым волосам. – Больше всего на свете я люблю тебя и хотел бы, чтобы ты был счастлив. Но со мной этого никогда не будет. Я обещал не причинять тебе боли, а едва не убил. Артас глубоко вздохнул, решаясь. Он смотрел на эльфа и пытался запомнить каждую черточку, каждую ресничку – все-все… - Поэтому лучше мне уйти. Я не знаю, как теперь смогу без тебя, но это лучший выход. Я не хочу причинять тебе боли, Кель! А получается наоборот. – Артас выпрямился, глядя в бесстрастное лицо Келя. Потом вдруг наклонился и коснулся его губ своими – в последний раз. – Прощай, любовь моя. Стремительно развернувшись, чтобы не передумать, он выбежал из комнаты. Он взглядом нашел шатер капитана и зашагал к нему: - Капитан! Капитан, я возвращаюсь в Лордерон. Вы последуете за мной как только сможете. Я хотел бы, чтобы вы дождались принца Келя. Капитан выглядел удивленным и даже напуганным. - Принц Артас, Вы что… плачете? Что случилось? - Что? – удивился Артас и несколько трясущимися руками провел по лицу. Мокрое. Боже, он плачет… - Да… Плачу. Ничего, все хорошо. До встречи в Лордероне, капитан. Артас вскочил на коня и отправился к пристани. Команда дожидалась там, так что Артас особо не беспокоился, что никого с собой не взял. Война закончилась, чума уничтожена, демон тоже. И его кратковременная сказка пришла к не очень счастливому концу… *** Кель открыл глаза и несколько минут просто лежал, осознавая себя в пространстве. Смертельный холод ушел, как и боль. Его спасли… Хотя он думал, что все, конец. Там, на холоде, когда Артас убийственно спокойно вонзил в него этот клинок. Когда Кель, взглянув в сапфировые глаза, увидел равнодушие и пустоту. И он просто стоял, когда Кель упал лицом в снег, изо всех сил сопротивляясь холоду проклятия, стремительно распространявшемуся по телу… Кель встал с постели, все еще ощущая слабость. В комнате никого не было, а Келю нужно было узнать, что произошло. Что с Артасом. В дверях он столкнулся с Домианом. Жрец с непреклонным видом уложил его обратно, пообещав, правда, все рассказать. Выслушав историю своего спасения – то, что видел сам Домиан, и то, что рассказал Артас, Кель словно свободнее дышать стал. Значит, он все же небезразличен Артасу! - Где он? Артас? Жрец замялся, и Кель вновь ощутил тревогу. - Домина, пожалуйста! Что с ним? - Все хорошо. Просто он… уехал. У Келя сердце упало. - Уехал? Даже не дождался меня? Когда? - Несколько часов назад. Он ничего не объяснял. - Ясно. Кель безразлично расслабился в постели. Больше он уже никуда не хотел идти. Домиану больно было видеть разом потемневшее лицо своего принца, и он сказал. - Вы не безразличны ему, я знаю. Кель покачал головой и усмехнулся. - Да уж. Настолько, что он видеть меня не желает. Домиан попытался переубедить его. - Возможно, вы просто не так друг друга поняли. Может, вам стоило бы поговорить? - Домиан, он достаточно ясно показал свое отношение ко мне своим уходом. А я не собачка, чтобы бегать за ним попятам. Общий враг уничтожен, общие дела закончились. Все вернулось на круги своя. Он взглянул на расстроенного жреца и пожал его руку. - Все хорошо, Домиан. Правда. И я хотел бы вернуться домой, но на полноценный портал у меня просто нет сил. Как думаешь, это возможно – вернуться с основным флотом? - Конечно. Я скажу людям собираться? - Да, пожалуйста. Домиан вышел, но легкий стук в дверь вслед за уходом жреца не дал принцу уйти в себя. Он прикинул, кто это мог бы быть, и когда никто не пришел на ум, крикнул: - Войдите. Посетитель одновременно удивил и нет. Слишком уж часто Кель видел его последнее время. - Медив. – Утвердительно кивнул он, и брови человека удивленно поползли вверх. - И давно ты знаешь? - Когда задумался об этом. В конце концов, истории известен только один человек, обладающий достаточной силой для того, чтобы менять судьбы людей. – Кель приподнял длинный рукав на правой руке, обнажая изящное запястье с тонкой золотой цепочкой на нем. – Это ведь твое, не так ли? Пророк кивнул. - Верно, мое. Как видишь, одна маленькая вещь может сделать очень многое. Кель сосредоточенно кивнул. - Скажи, если я задам вопрос, ты ответишь на него? Пророк помедлил, со странным сочувствием глядя на эльфа. Потом ответил: - Да. - Зачем ты делал это? Сталкивал меня с Артасом раз за разом? - Так было нужно. - Это не ответ. - Верно, юный принц. Скажи, ты действительно хотел бы знать всю историю, от начала до конца? Кель внезапно испугался, но взял себя в руки. Хотел ли он знать? Пожалуй… - Да. Пророк прожег его проницательным взглядом и вновь кивнул. - Хорошо, я покажу.