Студенты по обмену

На утро Маринетт проснулась от ощущения того, что кто-то гладит её в районе рёбер — чуть ниже груди (она в лифчике, естестна). Шея горела от горячего дыхания блондина. В животе заиграло непонятное чувство, а самое главное — неприятная тяжесть ниже. Солнце светило прямо в глаза, пробиваясь сквозь неплотные шторы. Девушка боялась сделать лишнее движение, только бы не разбудить Адриана. Пожалуй ещё хуже было бы, если он не спал и с нуаровской ухмылкой смотрел, как она медленно… Очень медленно, поворачивает голову к нему. За это время блондин успел закрыть глаза и попытаться не улыбнуться. Ему до жути хотелось увидеть её, хотелось, чтобы именно она была той, кого он видит первой каждое утро. Пожалуй, в его не совсем чистых мыслях много сокровенных желаний: Только он может обнимать её за талию, при этом целуя в шею, только он может брать её на руки, только он может называть её Принцессой, только он может говорить ей, когда ложиться спать, только он может вытаскивать её из крупных передряг, только он может делать ей сюрпризы, только он может давать ей свои футболки, только он может шутить с ней на эротические темы… Всё и не перечислить, но всегда на первом месте остаётся самое сокровенное… Попытавшись убрать руку Адриана, Дюпен привстала, убирая чёлку за ухо. Увы, он обнял её ещё сильнее, продолжая прожигать взглядом спину подруги. Сдавшись, она рухнула рядом с ним, переворачиваясь на другой бок, то есть в его сторону. Замерев от ухмыляющегося взгляда Агреста, стало понятно, что всё это время он не спал. Парень плавно провёл рукой по линии талии, доходя до шеи. Медленно нагнувшись к девушке, продолжая смотреть в широко раскрытые глаза, он впился в её алые, как кровь губы. От недосыпа, Мари не сразу поняла, что происходит. Что-то… Мокрое? И только, когда противолежащий повалил ту на спину, до неё дошло с кем и где она находится. Хотелось оторваться и надавать подзатыльников наглецу, но этот поцелуй словно наркотик… Ты не думаешь о последствиях, что будет после него, не думаешь о том, какая эта доза, не думаешь, что позже это перерастёт в зависимость и не сможешь без ещё одного раза. Плевать на все чужие мнения, плевать на то, что будет потом, плевать на принципы, плевать даже на то, что сейчас за ними наблюдают их друзья. К счастью Нино успел во время закрыть Алье рот и увести из комнаты, иначе дикий ор мулатки могло услышать всё население. Мыча и размахивая руками она пыталась выбраться из рук диджея, но он и не думал её отпускать до тех пор, пока не уведёт на первый этаж.  — Ты что творишь?! Видел, чем они там занимаются?! Я тебе говорила, что плохая идея оставить их в одной комнате! И…  — Помолчи! — Всё время оглядываясь назад прошипел Нино, — могла бы и порадоваться за подругу! Она, в отличии от тебя не выкобенивается! — Расставим руки по бокам стены, тем самым прижимая Алию к стене, с ехидной улыбкой прошептал последние слова парень. Недовольная мина Сезер сменилась на кокетливую мордашку, готовую отдаться любому.  — Ммм, а мне надо быть такой же легкодоступной, как она? — На этих словах она провела пальчиком по его губам, закусывая свою нижнюю.  — Какая ты «добрая» подруга…  — А то… Их разговор отвлёк громкий грохот сверху. Да, это упали с кровати наши любовники. Послышался громкий взвизг, быстро сменившийся на смех.

Тем временем в комнате

Удар на себя принял конечно же Адриан. Не привычно спать на такой маленькой кровати вдвоём, обычно в их расположении большая двухспальная кровать или весь периметр пола. Поэтому, захотев перевернуться так, чтобы Маринетт была на нём, он упал на спину. Трёхсекундная боль оглушила всё тело. От страха голубоглазая скрестила ноги на пояснице Агреста и плотно внутренней частью бёдер, сжала её. …Секундное молчание и… Блондин начал хихикать, что позже переросло в ржач. Подруга подхватила его действие. Пожалуй, только в детстве при малейшем ушибе мы сразу начинали пускать слёзы, но только не в подростковом возрасте… В том возрасте, когда мы падаем и встаём снова, а порой готовы совершить и суицид из-за небольшой оплошности…  — Круто было бы просыпаться так каждое утро, — начал зеленоглазый крепко держа и даже сжимая за бёдра Мари, которая тем временем успела «оседлать» его. Похоже, для них это давно стало нормой.  — От чего именно? Поцелуя или такого же полёта? — Ухмыльнувшись и откинув прядь волос назад, продолжила та. Проводя руками по всему прессу модели она снова нагнулась, чтобы его поцеловать. Перейдя за рамки, наглец, с бёдер плавно перевёл руки к её заду, на что та закатила глаза, оставаясь в десяти сантиметрах от лица нижележащего. Взяв его ладошки в свои, она переложила их на талию.  — Я не поняла! — В метре от пары, возле кровати стояли их, так называемые друзья. Руки шатенки были сложены на груди, а второй, что шептал ей на ухо, но она не обращала на это особого внимания и только иногда отмахивалась, — с каких пор вы спите вместе, целуетесь, Агрест лапает тебя, Мари, объясни?! Нино, не смотри! Адриан резко встал, ударившись лбом об щёку подруги, которая с непониманием смотрела на ораторшу.  — Может для приличия слезешь с него?! — Всё время тыкая в них прокричала мулатка.  — Аль, ты чего разоралась то? Ничего такого страшного не произошло, что плохого в том, что у твоей лучшей подруги развиваются отношения? — На последнем слове зеленоглазый специально сделал акцент. Казалось, что все произнесённые им слова полностью состояли из сарказма и насмешки. Все… Кроме последнего…  — Что?! — Взвизгнули обе девушки одновременно. Маринетт посмотрела на него, как на придурка, на что он только подмигнул.  — Аль, пошли! Им самим надо во всём разобраться! И вообще это не наше дело!.. — К счастью Нино во время вмешался, пытаясь оттащить её к двери.  — По-моему у неё со всем крыша едет… — Как только те ушли, встав на ноги, эмоции вышли наружу.  — А по-моему крыша едет у тебя! Агрест, почему ты такой… Такой?!. — Всё время размахивая руками начала истерику Леди. Кажется, именно в этот момент всё по вылетало из головы.  — Какой?  — Почему, когда мы вдвоём ты… Ты более искренний, открытый, что ли? На людях ты начинаешь нести ерунду про наши отношения, ночи, проведённые вместе. Я… Я тебя не понимаю…  — Почему, тогда ты позволяешь мне тебя, целовать, обнимать, ЛАПАТЬ?! М, Мари, почему?! Разве это тебе не нравится?! Разве я тебе не нравлюсь?! — Он в упор идёт на неё, он слышит её тяжёлое дыхание, он смотрит в её глаза, он вдавил её в стену… — Почему ты молчишь?.. — Крик сменился на еле слышный шёпот. Их лбы и носы соприкасались, оставляя место губам. Дюпен закрыла глаза. Хотелось провалится сквозь землю, хотелось, что бы этого вопроса не было. Она сама не знала на него ответ. Это тот самый человек, который заставляет её краснеть при одном его нахальном взгляде, это тот самый человек, при котором она не стесняется ходить утром без макияжа и с гнездом на голове, это тот самый человек, который целует её, несмотря на то что они оба не чистили зубы, это тот самый человек, против которого теперь настроена её подруга. Холодный и в тоже время выжидающий взгляд, давил на бедную девочку. Его глаза стали намного ярче и зеленее, чёрные зрачки увечились до предела — адреналин играет в его крови. Хочется выпустить весь крик, пожирающий его изнутри.  — Понятно… — Резко отстранившись пробубнил тот, горько ухмыльнувшись. Он уже собрался выйти из комнаты, но кто-то схватил его за руку останавливая.  — Подожди! Я… Я сама не знаю. Да, я неоднократно признавалась сама себе о чувствах к тебе. Это больше, чем простая симпатия. Но… наверное, от того что, взаимной любви у меня никогда не было и… Боязнь влюбиться — это как боязнь высоты, мы ведь не высоты боимся, а упасть…  — Не бойся, я тебя поймаю, — Моментально на лице парня заиграла улыбка. Подхватив на руки ту, что он так долго терроризировал, он практически слетел с лестниц, вызывая у его спутницы визг. В тот момент Агрест был готов на холодное «нет», был готов, на то что его пошлют куда по дальше, но не был готов на взаимность, так как об этом, как думал он до сея момента, можно только мечтать.

***

Всё время, что четверо провели за столом никто не обмолвился словом. Только наши герои изредка перешёптывались друг с другом, посматривая на друзей и посмеиваясь.  — Может пора уже придумать план, как действовать? Ведь мы здесь из-за Маринетт, поэтому Адриану и напрягаться… — Начал свой интереснейший рассказ Ляиф. Весь разговор он пытался казаться пафосным бруталом, которого затащили друзья-бомжи на дискотеку, не соответствующую его уровню.  — Может хватит её уже во всём винить! Частично и мы здесь виноваты — всё-таки это и наши знакомые! — после слов Адриана нависла неудобная тишина, — ладно… На сколько я знаю — это посёлок. Тут вроде магаз должен быть?  — Конечно, думаешь куда мы бегали за бухлом?  — Причём, палёным… — Напряжённую обстановку разрядил смех парней и небольшое хихиканье со стороны, переглядывающихся девушек.  — Значит, кто-то вдвоём идёт за продуктами…  — Ну раз мы с Маринетт, то с Маринетт… — Конечно же вызвался Нуар, настойчиво подмигивая подруге, что со стороны выглядело забавно, — одевайся, ты же не хочешь соблазнить местных дядей? — На что та закатила глаза вставая из-за стола. Еле, как вытолкав нахала из комнаты, который настойчиво просился остаться под предлогом, что он когда-нибудь всё равно увидит её голую, она наконец открыла чемодан. Так как на улице холодно, то и одежда нужна подходящая. Её выбор пал на темные джинсы и полупрозрачную, укороченную спереди блузу. Накинув тёплое чисто чёрное пальто доходящее до середины бёдер, а так же одев ботинки на большом каблуке, она вышла из комнаты, уступая её парню. Увидев её он присвистнул, но быстро вошёл. В отличии от Мари ему удалось одеться раза в три быстрее: цвета охры брюки, синяя рубашка в клетку и похожее пальто, а на ногах простые ботинки. На улице их встретил гололёд. Синевласка раза два чуть не упала, даже, когда блондин взял её под руку, причитая о её столь «подходящей» обуви. Улица состояла из небольших деревянных домиков, некоторые из них кирпичные с железной крышей. На первый взгляд показалось бы, что это посёлок городского типа, возможно так и есть, но шансы не велики. Когда Маринеет в очередной раз подскользнулась, Агрест уже перешёл с обычного тона на более громкий.  — Дюпен-чен, ты чем думала, когда обувь выбирала?! Это тебе не городские тротуары!  — Вот именно! А ты, мог бы и предупредить! — За всей этой интереснейшей картиной наблюдали местные жители, стоявшие на остановке в ожидании автобуса до ближайшего города, а молодёжь сидела в сторонке на лавках, обсуждая свои «непростые» проблемы и только что увиденных и услышанных, именно услышанных, так как те кричали довольно громко, героев.  — О, смотрите, городские понаехали! — Первой отозвалась полненькая женщина, средних лет, в длиннополой бардовой курточке, длинных сапогах и берете. В руках она держала свою сумку и не очень хорошо посматривала на впереди идущих. На её слова откликнулись и остальные, устремляя свой взор на них. Сельские конечно же недолюбливают городских, выставляя их «фифами» или зазнайками, но ко всем же это не относится… Подростки встают в оборонную позу, особенно парни, которые боятся, что их девушку уведут.  — Слушай, давай закончим уже этот спор! Надоело! И вообще, я не помню где здесь магаз. Пошли спросим… — Успокоившись и всё время оглядываясь, ища назначенный пункт протараторил Адриан, на что его спутница возражать не стала. Услышав их слова, все стоящие на остановке притворились, что заняты серьёзнейшим разговором, поэтому спасали лишь, сидящие на лавочке. Увидев приближающихся, они с ног до головы окинули тех, оценивающим взглядом. Мужская сторона обратила внимание на внешность и фигурку Мари, а женская, на широкие плечи и модельную внешность блондина.  — Извините, не подскажите где здесь магазин? — Обратился парень. На нём практически повисла синеглазка, пытаясь удержаться и изредка хмыкающая носом.  — Прямо, и налево до конца. А вы здесь в первый раз? — кокетливо ответила за всех местная элита — наштукатуренная блондинка, чем-то напоминающая Хлою.  — Надеюсь и в последний… Ай! — Пробубнила любительница каблуков, чуть не упав, но крепкие руки соседа подхватили её за талию, не давая упасть.  — Ага, впервые. Спасибо!  — Удачи… — С насмешкой проговорила вторая девушка, вызывая ухмылку у парней. В магазине их «встретила» молодая продавщица, демонстративно жующая жвачку и посвистывая песню, игравшую в её наушниках, из-за чего она не сразу услышала обращение к ней.  — Да-да? Продиктовав все необходимые продукты, он достал из кармана пальто бумажник, а из него довольно крупную купюру.  — А поменьше нет? — Всё время продавщица обращалась с ними самым нахальным образом. Услышав отрицательный ответ, она стала набирать из кассы сдачу. С трудом затолкнув все деньги в кошелёк, которым можно убить, девушка вышла из помещения с большим пакетом, так как Адриан сказал подождать его на улице, якобы ему надо, что-то прикупить…